Лингвистическая поэтика татарской детской поэзии (стр. 2 )

Теоретическая значимость работы заключается в том, что она вносит вклад в исследование лингво-поэтических средств языка, в развитие функциональной стилистики.

Практическая значимость работы заключается в том, что научные выводы диссертации и методика анализа произведений могут быть использованы в создании монографий и вузовских учебников по истории татарской детской литературы. Методы и результаты данного исследования могут быть использованы при изучении стихотворных текстов других поэтов. Работа может быть учтена при составлении программ и учебников по татарскому языку и литературе, в преподавании в общеобразовательных школах, лицеях, гимназиях. Материалы данной работы могут применяться при чтении курса лингвистической стилистики и поэтики.

Апробация работы. Результаты исследования отражены в 9-и статьях, в 11-и учебных пособиях (в соавторстве) по татарскому языку (с 1 по 5 класс), опубликованных в Республике Башкортостан; докладывались на итоговых научно-теоретических конференциях профессорско-преподавательского состава Башкирского государственного педагогического университета (1991–2006 гг.), Международных научно-практических конференциях в г. Тольятти (2006), Казани («120-летие со дня рождения Г. Тукая», 2006), региональных конференциях в городах Стерлитамак (1998), Белебей (2000), Дюртюли (2004), Бирск (2005), на I городском образовательном форуме в г. Стерлитамак (2006).

Структура диссертации. Работа состоит из введения, пяти глав, заключения, списка источников, библиографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснованы актуальность темы и научная новизна работы, определяются характер исследуемого материала, цель и задачи исследования, методология, раскрыта степень изученности проблемы.

Во введении диссертации представлены определения понятий поэзия и поэтика, с учетом данных отечественных и зарубежных исследователей (И. Баширова, В. Виноградов, Е. Дрю, В. Кожинов, Х. Курбатов, Х. Кюпер, Л. Лотман, В. Одинцов, М. Поляков, Ф. Сафиуллина, В. Томашевский, В. Хаков, Н. Юзиев), сделаны соответствующие заключения на основе их высказываний и приведены собственные наблюдения диссертанта над поэтическим творчеством ряда поэтов, прозаиков и драматургов.

В данной части работы даются определения таким понятиям, как поэзия, поэтика текста, выявляются особенности татарской детской поэзии второй половины XX века. Дается определение самого понятия «текст». Текст — это написанная и напечатанная словесная ткань произведения. В результате получается, что исследование текста и есть исследование языка произведения и художественных приемов автора.

В первой главе «Особенности детской литературы» вкратце рассматривается специфика татарской детской литературы, в том числе и поэзии, на фоне всемирной и русской, а так же и татарской. Вопрос о специфике детской литературы не раз становился предметом споров. Еще в средние века понимали, что для детей нужно писать иначе, чем для взрослых. Вместе с тем всегда находились те, кто признавал только общие законы искусства и делил книги просто на хорошие и плохие. Одни воспринимали детскую литературу как педагогику в картинках. Другие считали, что отличие детской литературы кроется лишь в тематике, говорили о доступности содержания или об особом «детском языке». Время от времени по этому поводу разгорались широкие дискуссии, в ходе которых вырабатывались более объективные требования к детской литературе. Так, в начале 70-х годов XX века в дискуссии на страницах журнала «Детская литература» исходной точкой зрения стала мысль о детской литературе как об особой форме общественного сознания. Критики и литературоведы признали, что существует свой путь художественного отображения мира в произведениях, написанных для детей.

В последние годы научно-критическое осмысление феномена детской литературы идет через привлечение данных других наук — не только фольклористики, «взрослого» литературоведения, но и психологии, социологии, культурологии.

Обобщая исторический и современный опыт развития татарской детской литературы, можно признать следующее: она возникла на пересечении художественного творчества и учебно-воспитательной деятельности и является областью словесного искусства, функции которого — доставлять ребенку эстетическое наслаждение и способствовать духовному формированию его как личности. В этом плане особенно выигрышной и становится поэзия, как жанр, наиболее пронизанный образностью.

Специфика детской литературы обусловлена, в первую очередь, возрастом читателя. Известно, что выделяются 4 типа возраста детей. Чем меньше возраст, тем сильнее проявлены в произведении своеобразные черты, по которым можно безошибочно угадать, что оно адресовано ребенку. Вместе с растущим читателем «взрослеют» и его книжки, постепенно меняется вся система предпочтений. Так, малыши предпочитают стихи, сказки, следом за лирикой они осваивают прозу, а позже — драматургию, вырастающую из детской игры и первых выученных стихов.

В «Заповедях для детских поэтов» перечислил правила, по которым следует создать детские стихи и поэмы (см.: От двух до пяти. М., 1934. С. 5–35). Важными представлялись ему образность в сочетании с действительностью, быстрая смена образов, музыкальность, насыщенность глаголами при минимальном использовании прилагательных, близость к детскому фольклору, к игре, обилие юмора. Последняя заповедь такова: «Не забывать, что поэзия для маленьких должна быть и для взрослых поэзией», язык детской, книги должен быть особенно богатым на образность, доступным. Эти качества речевого стиля достигаются тщательным отбором каждого слова, строго выверенной грамматической структурой каждого предложения.

В развитии татарской детской литературы во второй половине XX в. выделяется период «застоя» (1960–1985 гг.) и период перестройки и демократизации общества (1985–2000 гг.). Если в первый период татарская детская литература развивалась с учетом традиций предыдущих лет: постепенно расширяется тематика, жанры становятся разнообразными, и в целом наблюдается рост в качественном и количественном отношениях, то во второй период развития татарской детской литературы на первый план выходит поэзия для детей как оперативный вид жанра.

Поскольку в данной работе татарская детская поэзия II половины XX века представляется на примере творчества Ш. Галиева, Р. Валиевой, Р. Миннуллина, дается краткий творческий портрет каждого из них.

Во второй главе «Металогический прием в стихотворных текстах для детей» затрагиваются вопросы истории формирования способов создания образности с помощью расширения и переноса значений слов, роли тропов в этом. Как истоки лингвистической поэтики указываются народный, в том числе и детский фольклор, колыбельные песни (Н. Исанбет, Р. Ягафаров, С. Алибаев).

На основе богатого материала анализируются приемы употребления переносных значений слов в стихотворно-поэтических текстах Ш. Галиева, Р. Валиевой, Р. Миннулина. В диссертации раскрыто, что наиболее употребляемыми металогическими приемами являются метафора, метонимия, гипербола, ирония, литота, метафорический эпитет, а также метафорические сравнения. Выявлено, что у поэтов наиболее излюбленные приемы — употребление переносных значений слов.

Большое место уделяется анализу различных видов эпитетов, при этом выявляется своеобразие каждого исследуемого поэта в использовании эпитетов, метафор, некоторые из которых были известны еще в памятниках старотатарской письменности («Кыйссаи Юсуф» Кул Гали), в фольклоре и других народов (С. Поварисов, ).

В детской поэзии Ш. Галиев стал известным в 60-е годы со своим комическим героем «Шавали». В создании его портрета и характеристики, образа автор использует традиционные эпитеты, как «ућган» («трудолюбивый»), «шук» («шустрый») и индивидуальный — «ут» — («огонь»).

Мин — Шђвђли,

Шук малай,

Њткен малай,

Ут малай!

Мин —

бик ућган,

Љлгер мин,

Бик тапкыр

мин,

Ќыйнак

мин.

Мин бик

Тыйнак

Мин! («Мин!»)

К индивидуальным эпитетам Ш. Галиева относятся «утлы сулар» («огненные воды»), «утлы себерке» («огненная метелка») и др. Они отразились и в названиях стихов автора: «Тђмле йорт» («Вкусный дом»), «Тђмле ќђй» («Вкусное лето»), «Тђмле рђхмђт» («Вкусное спасибо»), «Тњбђтђйле кыярлар» («Огурцы в тюбетейках»), «Ђйбђт пычрак» («Хорошая грязь»), насыщенных образными словами и выражениями, свойственными детскому фольклору.

У Р. Миннуллина выделяются своеобразные эпитеты о матери. Эту особенность выделил и известный ученый Ф. Урманче (Урманче, 2005: 71–72). Как известно, образ матери в детской литературе и в фольклоре занимает

особое место. Причем, поэт не только употребляет традиционно-народную метафору «ќђњџђр» («драгоценный камень, шедевр»), но и удачно использует семантические нюансы данного слова: ќђњџђр књз, ќђњџђр сњз, ќђњџђр йљз.

В диссертации приводятся параллели образа матери и из творчества других татарских (как из Татарстана, так и из Башкортостана) и башкирских поэтов (Г. Тукай, М. Гафури, М. Карим, К. Шафикова, Б. Габдерахим, С. Рахматулла и др.).

В стихотворениях Р. Валиевой выделяются несколько иные постоянные эпитеты: «зђћгђр чишмђ» («голубой родник»), «туган ќир» («родная земля»), «ак бђхет» («белое счастье»), «хђйлђкђр бњре» («хитрый волк»), являющиеся традиционными, однако, подвергаясь вторичной метафоризации, олицетворению, приобретающие в тексте дополнительную образность. Так, например, голубой родник рассказывает о родной земле, несет серебряную воду и т. п.

Наряду с постоянными эпитетами Р. Валиева употребляет и метафорические эпитеты: Сихри тынлык монда. Тирђ-якта Ак мамыктай йомшак кар ята («Кышкы урман»). Ќанга якын таныш ќыр килђ. Ак томанлы тыныч таћ ата («Язгы моћнар»).

В создании образов детские поэты также успешно употребляют логические и образные сравнения. Так, у Ш. Галиева «сљт кебек томан» — «туман, как молоко»; причем такие традиционные сравнения еще более обогащаются путем конкретизации.

Одной из характерных особенностей поэтики Ш. Галиева является использование индивидуальных метафор для передачи своеобразие детского мышления (туман как молоко, его при помощи ковша можно перелить в ведра).