Тема урока: Талантливая жизнь (стр. 2 )

Ведущий 2: Лишения, тяготы жизни и удары судьбы не выстудили горячего материнского сердца. Всегда она стремилась к своим детям, ибо всю жизнь помнила слова своего отца, Сергея Федоровича Попова: «Дите вырастить, - что дом построить. Заложил фундамент неровно – весь дом пошел наперекосяк». Она находила время побыть с детьми. Шукшин вспоминает пору своего военного детства. Они втроем забираются на русскую печь – единственно теплое место в доме. Сибирские морозы, всегда очень сильные, в те суровые годы, голодным людям казались совсем невыносимыми. А согревали их душу книги. В рассказе «Гоголь и Райка» Василий Макарович описал те холодные зимние вечера, когда они всей семьей читали произведения русских классиков. Это были не просто вечера – это были праздники для юного Васи.

Ученик выразительно зачитывает отрывок из рассказа «Гоголь и Райка».

Ученик: «Ах, какие это были праздники! (Я тут частенько восклицаю: счастье, радость! Праздники!.. Но это – правда, так было. Может, оттого, что - детство. А еще, я теперь догадываюсь, что в трудную, горькую пору нашей жизни радость – пусть малая, редкая – переживается острее, чище.) Это были праздники, которые я берегу – они сами сберегаются – всю жизнь потом. Лучше пока не было <…> В один такой вечер мы читали «Вия». Я, сам замирая от страха, читал…»

Далее фрагмент из рассказа инсценируется двумя учениками (мальчик – сын, девочка – мать):

«- «Он дико взглянул и протер глаза. Но она, точно, уже не лежит, а сидит в своем гробу. Он отвел глаза свои и опять с ужасом обратил их на гроб. Она встала… идет по церкви с закрытыми глазами, беспрестанно расправляя руки, как бы желая поймать кого-нибудь.

Она идет прямо к нему…»

- Хватит, сынок, не надо больше. Завтра дочитаем.

- Давай, мам…

- Не надо, ну их… Вот завтра дедушку позовем ночевать, и ты нам опять ее всю прочитаешь. Как заглавие-то?

- Гоголь. Но тут разные, а эта – «Вий».

- Господи, господи… не надо больше.

Мы долго лежали со светом. Таля уже спала, а мы с мамой не могли заснуть. По правде говоря, я бы и сам не смог читать дальше. Вот так книга! Учительница отметила на листочке, какие читать в сборнике, а эту не отметила. А я почему-то (запретный плод, что ли?) начал именно с «Вия». И вот, пожалуйста: сразу непостижимый, душу сосущий, захватывающий ужас. И сил нет оторваться, и жутко. Хоть бы завтра дедушка не хворал, хоть бы он пришел, курил бы, лежал бы на лавке, накрывшись тулупом (он не мог спать в кровати под одеялом), хоть бы он… Мы бы… я бы снова стал читать этого «Вия» и дочитал бы до конца.

- Ты не бойся, сынок, спи. Книжка, она и есть книжка: выдумано все. Кто он такой, Вий?

- Главный черт. Я давеча в школе маленько с конца урвал.

- Да нету никаких Виев! Выдумывают, окаянные, - ребятишек пужать. Я никогда не слыхала ни про какого Вия. А то у нас старики не знали бы!..

- Все равно старики все знают. Они от своих отцов слыхали, от дедушек… Тебе же дедушка рассказывает разные истории? – рассказывает. Так и ты будешь своим детишкам, а потом, может, внукам…

Мне смешно от такой необычайной мысли. Мама тоже смеется».

Ученики уходят.

Ведущий 2 (продолжает): Мать всегда была для сына и дочери самым добрым, самым справедливым и самым интересным человеком. так любил свою мать, так гордился ею, и эта любовь и гордость отразились в его письмах.

Выходит ученик, садится у стола, берет письмо и читает.

Ученик: «Недавно у нас на курсе был опрос, кто у кого родители: образование, профессия. У всех почти писатели, артисты, ответственные работники и т. д., доходит очередь до меня. Спрашивают: кто из родителей есть? Отвечаю: мать. Образование у нее какое? Два класса, отвечаю. Но понимает у меня не менее министра».

Ведущий 1: Как признается сама Мария Сергеевна: «…так я всю жизнь пласталась, чтобы только довести детей своих до ума. Меня за это иногда сестры осуждали. А я каждый день хотела скорее к детям прийти, рассказать им что-нибудь доброе, хорошее. Еще когда Вася маленький был, то дед его, Сергей Федорович, бывало, оворил мне: «Береги детей, Мария, а особливо Васю. Он у тебя шибко ноне умный, не по годам». Имея за плечами два класса образования, она всегда только поощряла стремления своих детей учиться. Когда отправляла сына в Москву, секретарь райкомпартии завел такой разговор:

«- Правда ли, что отправляете сына в Москву?

- Правда.

- А не боитесь, что у вас сил не хватит, чтобы одновременно учить сына и дочь?

- Нет. Пусть едет туда, куда его душа стремится».

Ведущий 2: Чтобы собрать денег на обучение детей, она продала вначале баню, потом часть дома, корову-кормилицу, половички, которые выткала для дочери в приданое. Мария Сергеевна, быть может, одна из первых почувствовала масштаб личности своего сына, его незаурядность и талант. Она продолжала заботиться о нем, и когда в 1954 г. в возрасте 25 лет поступил в институт кинематографии (ВГИК) в Москве в режиссерскую мастерскую .

Ученик: осенью 1954г. студент ВГИКа писал матери:

«Здравствуй, мама! Получил 200 рублей, посылочку (вторую) и письмо! Мама, так что это ты делаешь? Купила пальто. Милая моя, ведь я бы с таким же успехом проходил в шинели осень и весну. Получаю посылочку, опять как маленький вагончик. Что же, думаю, они сюда умудрились еще-то положить. Развертываю, а там новехонькое пальто. Вот тебе раз! Мама, где ты деньги-то берешь? Пальто мне как раз. Но я пока носить не буду. Вот дотаскаю шинель, а там уж… Больше не покупай. Эти за 5 лет не износить. И, вообще, мама, больше ничего не покупай.

Сегодня получил твое письмо с фотографией… Мама, ты как будто немного похудела. Милая моя, напиши честно – как живешь? Как питаешься? Спасибо тебе за все, родная моя. Твой Василий».

Ведущий 1: В 1958г. Шукшин впервые снимается в кино. В этом же году появляется его первая публикация — в журнале “Смена” был напечатан рассказ “Двое на телеге”. В начале 1960-х гг. Шукшин много снимается в кино. Одновременно идет напряженная работа над рассказами, которые все чаще появляются на страницах столичных журналов. Выходит из печати и первый сборник рассказов “Сельские жители”(1963). В 1964 г. Шукшин снимает свой первый полнометражный художественный фильм “Живет такой парень”, удостоенный призов Московского и Венецианского международных кинофестивалей. За полтора десятилетия литературной деятельности Шукшиным написаны пять повестей (“Там, вдали”, “А поутру они проснулись”, “Точка зрения”, 1974; “Калина красная”, 1973-1974; “До третьих петухов”, 1975), два исторических романа (“Любавины”, 1965; “Я пришел дать вам волю”, 1971), пьеса “Энергичные люди”(1974), четыре оригинальных киносценария (“Живет такой парень”, “Печки-лавочки”, “Позови меня в даль светлую”, “Брат мой”), около сотни рассказов (сборники “Характеры”, “Земляки”) и публицистические статьи, из которых наиболее известны “Вопрос к самому себе”, “Монолог на лестнице”, “Нравственность есть правда”.

Ведущий 2: Мария Сергеевна знала рассказы, повести, романы, фильмы своего сына, артистов, занятых в его фильмах, писателей, друживших с ним. Старая крестьянка великолепно владела «киношной» терминологией. Объясняется это и любовью к сыну, ко всему, связанному с ним, и тем, что Василий Макарович всегда держал ее в курсе всех своих дел.

Ученик: (читает письмо ): «Милые мои! Дорогие мои, мама, Танюшка, Наденька, Сережа! Здравствуйте! Вот какие у меня дела: во-первых, все в порядке, все живы. Начал работать как кинорежиссер – снимаю фильм по своему же сценарию. Снимать его буду на Алтае. В конце июля прилетим на недельку на Алтай выбирать места будущих съемок. Фильм мой выдвинули на международный фестиваль. 17 будут показывать в Кремле».

Ведущий 1: Письма Василия Макаровича к полны нежности и заботы. В них отражены такие чувства, как любовь к матери и сестре, печаль разлуки, ответственность сына и брата.

Ученик: (читает письмо ): «Мама, родненькая моя! Я жив-здоров, все в порядке. Здоровье у меня – нормальное. Вот увидишь в картине: я даже поправился. Все хорошо, родная. Мама, если тебя с бальзамом слегка расшибает, то попей его на ночь. Тем более, если он способствует ко сну. Попить его надо подольше. Известия о посылочках успел получить. Спасибо, хорошая моя. Дай бог тебе здоровья. За меня не беспокойся. Ну, обнимаю тебя. Василий».

Ведущий 2: Последней повестью и последним фильмом Шукшина стала “Калина красная” (1974 г.). Он умер 2 октября 1974 г. от сердечной недостаточности во время съемок фильма С. Бондарчука “Они сражались за Родину” и был похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище. Мария Сергеевна пережила сына на несколько лет. Последние годы она целиком была поглощена делами сына, памятью о нем. Несколько раз перечитала она все написанное им, пересмотрела все фильмы, снятые и самим Василием Макаровичем, и с его участием. Кропотливо собирала мать все, что было написано о сыне, вела обширную переписку с почитателями его таланта. В морозное январское утро 1979г. Марии Сергеевны не стало. Похоронили ее на сельском кладбище в родных Сростках – именно там, где когда-то завещал похоронить себя и Василий Макарович…

Негромко звучит спокойная музыка. На середину выходит ученик и наизусть читает стих «В Сростках» В. Ащеулова:

Над Сростками повисла тишина –

Признаться, я такой еще не слышал.

В тиши смотрю на домик Шукшина

Под старенькой, видавшей виды крышей;

И на снега (чисты, как на параде);

И на прозрачный ледяной простор;

На тополя, чьи зимние наряды

Торжественно висят на фоне гор;

На солнце, что блестит свинцовой грушей,

И на Катунь, что мимо бег вершит…

Мне хочется спросить ее: «Послушай,

А где Василь Макарович Шукшин?»

Но спазмы в горле гасят эти звуки.

Такая боль, что губы не разжать.

В том домике – одни мечты и муки,

Одна его седеющая мать.

Он для нее не в книгах, не в кино,

Он у нее в биении сердечном,

И гроздь калины красной, как венок,

Горит в окне, его увековечив.

Давно ли он в кирзовых сапогах

Отсюда до Москвы в жару и стужу

Спешил, а после письма слал