Азбука спасения (стр. 10 )

Вместо того чтобы покориться воле неисповедимого в путях Своих Господа, Клеопатра предалась великому отчаянию. Она дошла до того, что стала приписывать потерю сына мученику и жестоко укорять его. Искушение продолжалось однако недолго.

Вскоре святой Уар явился ей вместе с ее сыном и сказал: «За что ты укоряешь меня? Неужели за то только, что я взял твоего сына в воинство Небесного Царя?» Вслед за мучеником и сын обратился к ней: «Что так скорбишь безнадежно, мать моя? Я ныне вчинен в воинство Царя Христа и вместе с Ангелами предстою Ему, а ты желаешь, чтобы я от Царства перешел в убожество». Слыша эти слова и видя своего сына облеченным в Небесную славу, изумленная и обрадованная мать воскликнула: «О, если так, то возьмите и меня с собой!» «Будь терпелива, — ответил ей мученик, — и устрой имение свое во славу Господу, а после этого и сама уже придешь в вечные жилища». Видение кончилось, а с ним миновало и отчаяние Клеопатры.

После погребения сына она действительно поступила с имением, как советовал ей святой, т. е. раздала его бедным. В продолжение года каждый воскресный день сподоблялась она видеть своего сына с мучеником Уаром в ангельской одежде, а затем, угодив Богу, и сама мирно скончалась.

Вскоре после смерти оптинского инока Андрея (в миру генерал Андрей Петровский) его келейнику, послушнику Оптиной Пустыни Пахомию Даниловичу Тагинцеву, приснился сон. «14 февраля 1867 года, — говорил он, — в послеобеденное время прилег я на свое ложе для короткого отдыха и вижу во сне, будто нахожусь в каком-то обширном саду, дивный вид которого, благоухание растущих деревьев с листьями, похожими на роскошные цветы, поражали меня. Чудное пение красивых птиц, сидевших на деревьях, неизъяснимо услаждало слух. Далее мне представилось какое-то огромное и великолепное здание, возвышавшееся на открытой местности среди сада. Внешний вид здания, соразмерность во всех его частях при богатой отделке — выше всякого описания. Внутренние стены дома, казалось мне, составлены были будто бы из ярко сияющей массы, подобной чистому и прозрачному хрусталю, в одном из трех обширных залов стоял превосходной работы стол с изображением на нем птицы, а несколько далее стояли люди, обращенные лицами к той стороне, где находилась божница со святыми иконами. Одеты они были в блестящие белые одежды, своим покроем похожие на иноческие подрясники, подпоясаны ремнями, тоже монашескими. В руках они держали черные четки. Не очень длинные, но красивые локоны опускались до плеч. Все они, вместе с бывшим среди них неизвестным мне монахом, в мантии и клобуке, общим хором, необыкновенно стройно пели Херувимскую песнь. В это время из крайней комнаты, находящейся на левой стороне, очень ясно слышен был голос: «Видишь ли, брат Пахомий, какой милости сподобил меня Господь? Блажен тот человек, который держится Господа». Голос этот был голосом Андрея, самого же его я не видел. При этих словах я и проснулся».

Был некий игумен, отец общежительного монастыря, святой жизни, украшенный всеми добродетелями, милостивый к нищим. Он молился Богу, говоря: «Господи! Знаю, что я грешен, но, надеясь на Твою благость, уповаю спастись ею. Умоляю эту благость Твою, Владыко, не разлучи меня с духовной семьей моей и в будущем веке, но сподоби чад моих со мной Вечной жизни!» Часто повторял святой эту молитву. И Господь даровал ему вразумление.

В соседнем монастыре был праздник. Пригласили на него и игумена с его монахами. Он не хотел было идти, но пошел, услыхав во сне голос, сказавший ему: «Пойди на праздник, только пошли своих учеников впереди, а сам иди один позади них». Когда настало время, монахи пошли на праздник. По пути они увидели лежащего нищего, расслабленного и в ранах. Они спросили о его болезни, он со слезами отвечал: «Я был болен, а здесь напал на меня зверь. Изломав меня, он ушел, и некому отнести меня в село». Они сказали: «Мы пешие, без осла, ничем не можем тебе помочь», — оставили его и ушли. По прошествии некоторого времени шел тут игумен и увидел нищего, который лежал и стонал. Узнав о причине такого его положения, он спросил: «Не проходили ли здесь монахи незадолго передо мной и не видели ли тебя?» Нищий отвечал: «И стояли надо мной, и расспросили о случившемся со мной, и ушли, сказав: «Мы пешие, ничем не можем тебе помочь». Игумен сказал: «Если можешь, то пойдем вместе потихоньку». Нищий отвечал: «Не могу идти». Игумен сказал: «В таком случае я возьму тебя на плечи и с Божией помощью донесу до селения».

Нищий стал отговаривать его: «Отец! Как тебе одному нести меня? Путь далекий, пойди туда и пошли за мной». Игумен отвечал: «Жив Господь Бог мой! Не оставлю тебя!» С этими словами он поднял нищего на свои плечи и понес. Сперва он чувствовал тяжесть ноши, но потом тяжесть уменьшилась, а вскоре сделалась почти нечувствительной. Игумен недоумевал, почему вдруг тот, которого он нес, стал невидим. И последовал голос к нему: «Ты постоянно молишься о своих учениках, чтоб они сподобились жизни вечной, но дела у тебя одни, а у них другие. Если хочешь, чтобы прошение твое было исполнено, убеди их поступать так, как поступаешь ты. Я — Судия Праведный: воздаю каждому по делам его».

 

 

Сергий Патриарх Московский 

В чем же состоит эта вечная жизнь? Хронологическая беспредельность несомненно составляет одну из характеристических черт вечной жизни, но не в этом сила. Вечная жизнь противополагается не только смерти, не только скоропреходящей жизни этого мира, но прежде всего и главным образом тем вечным мучениям, которые ожидают в будущем веке грешников. Вечная жизнь, следовательно, есть не только нескончаемое бытие, но и бытие блаженное, бесконечное не хронологическое только, но по своей качественной полноте, по своему внутреннему богатству.

Отзывы, предложения и свои пожелания для «АЗБУКИ СПАСЕНИЯ»

просим направлять по адресу: *****@***ru

СамИздат

2014 г