Аркан Y (Папа-Хе - ה) (стр. 2 )

«Без помощи чувств мы никогда не сможем подняться к высшим познаниям, ибо в зрелище материального мира мы бы не смогли тогда даже предположить существование мира нематериального и невидимого». Филон

В мире нет ничего случайного, как нет и действия, которое бы не вызвало определенных последствий и не обуславливалось само определенными причинами. Весь мир в целом, как и в частях, одинаково подчинен принципу сохранения энергии, т. е. постоянству суммы энергий кинетической и потенциальной. Будучи бесспорным на физическом плане, этот закон одинаково справедлив и для всех высших планов, как и для всякой деятельности человеческого духа, относящейся к Миру Божественному. Никогда и ничто не дается даром, всякий результат есть лишь эквивалент затраченных усилий, как и никакое усилие не пропадает, не вызвавши эквивалентных последствий. Безмерность мощи, безграничность возможностей, бесконечность форм, видов и степеней усилий человека проистекает из того, что с самого начала его космической жизни в искру духа его была заложена бесконечная сила. Всякий аспект бесконечности есть тоже бесконечность; вот почему, как ни велики задачи, лежащие пред человеком, как ни громаден и тягостен путь его, все равно его успех обеспечен, так как в искру его духа в самый момент ее рождения была заложена потенциальная возможность достижения. Эволюция человека и состоит в том, чтобы постепенно, сознательно и активно утверждать в реальности заложенные в него возможности. Человек всегда должен твердо памятовать, что единственной возможностью, единственным залогом достижения является энергия его собственного духа; всегда и во всем он должен опираться лишь на самого себя, памятуя, что из вне лежащего мира он сможет воспринять лишь материал запечатлевающий его волю и мысль, но что, вместе с тем, этот материал всегда инертен и в принципе не способен оказать ему самостоятельную активную помощь и облегчить победу. «Чтобы делать золото, надо иметь золото» – гласит великий девиз посвящения, и золото, которое надо иметь, - это энергия духа, безграничные возможности его, которые он должен уметь вызывать к активной деятельности.

Во время нормальной жизни, обыкновенной работы, мышления, чувствований и переживаний, человек пользуется лишь тем, что непосредственно дается восприятиями, свойственными его физическому существованию. Представленный самому себе человек пользуется прежде всего своими физическими чувствованиями, с помощью их создает себе логику и технику мышления, и именно основываясь на них, он начинает изучать вне его лежащий мир. Весь позитивизм есть ничто иное, как стремление все понять и все объяснить путем применения простейших форм восприятия человеческого существа. Такой метод необычайно ценен, так как он заставляет умолкнуть голос сомнения в достоверности воспринятого, ибо человек в любой данный момент может вновь продемонстрировать каждый свой опыт и передать другому человеку систему своих логических построений.

Все восприятия высших сторон человеческого духа строго индивидуальны как по своей внутренней сущности, так и по внешней форме. Более того, ничто так рельефно не обрисовывает истинную индивидуальность человека как возвышеннейшие формы интуитивного познания; только через их посредство человек получает возможность впервые восчувствовать те тональности его «есмь», которые подобно граням алмаза дают искре Космического Духа блеск независимого личного бытия. Отсюда становиться вполне понятным, что сведения почерпнутые путем интуиции никогда и ни при каких условиях не могут быть переданы другим людям во всей их целостности. Как бы высоко ни стоял в глазах ученика авторитет его учителя, он не может в то же время не сознавать, что его собственные восприятия имеют одному ему присущие качества, имеют свою собственную индивидуальную окраску. Этим и объясняется общеизвестный традиционный закон, что все сверхфизические восприятия никогда не передаются Учителем ученику; только отдельные принципы, почерпнутые этим путем, обнародываются, и ученик может воспринять лишь непосредственным чувствованием их истинность, но ему никогда не открывается путь и способ, которыми они были получены.

«Чем глубже будет проникать адепт в невещественную сферу, чем ближе подойдет он к Неисповедимому Бытию, созерцание Которого дает ему счастье, тем менее будет он способен сообщить об этом другим, ибо Истина, являясь ему в формах Чистого Разума, универсальных и абсолютных, никогда не сможет быть заключена в формы разума или чувствительности, которые он пожелает дать ей. Много мистиков заблудились в этом, и так как они недостаточно глубоко исследовали тройное видоизменение своего существа и не познали тайного состава человеческого кватернера, то им не был известен способ, которым совершается превращение идей, как в прогрессии восходящей, так и в нисходящей. Смешивая, таким образом, беспрестанно разум с мыслящей способностью и не делая различия между продуктами своей воли, поскольку она действовала в том или другом из этих видоизменений, они часто показывали обратное тому, что желали показать, и из пророков, каковыми они могли быть, они делались просто духовидцами». Пифагор. «Золотые Стихи».

Чисто позитивное изучение способно вести человека лишь до известных пределов. Переходя от наблюдений отдельных фактов к гипотезам, долженствующих объяснить или хотя бы объединить в некоторую систему все доныне известное, человек уже тем самым вводит в технику своего мышления новый вид восприятия – чувство синтеза. Простейшие элементарные восприятия не дают человеку возможности сознаваемым образом ощутить свою индивидуальность; хотя, в действительности, они и воспринимаются различно различными людьми, но в то же время никакой человек не может сравнить свое восприятие с восприятием другого человека и найти между ними различие. Индивидуальность восприятий одного и того же элемента различными людьми, скрываясь не только за выражением в слове, но и за самой идеей, могущей быть тождественной, заключается в необычайно тонких, неуловимых тональностях, подчас могущих обнаружить свое бытие лишь впоследствии, вызывая при одинаковости всех условий различные ассоциации. Восприятия более сложные являются обобщениями или выводами из элементарных; они всегда несут в себе элемент индивидуальности, ибо самая способность обобщения, так называемое «чувство синтеза», у различных людей различно. Всякое обобщение, всякий синтез рождается лишь тогда, когда человек начинает видеть общность в разнообразии. Каждый простой элемент своими категориями утверждается не только сам по себе в своей собственной сущности, но, вместе с тем, через наличие качеств общего вида присоединяется к общей экономии природы, благодаря чему является возможность исследовать его соотношения с теми факторами, которые более всего к нему тяготеют. Утверждение категории общего вида, сначала a priori, а затем в каждом отдельном конкретном случае, по отношению к отдельному простому элементу есть истинное творчество и предвосхищение конечного результата, ибо все дальнейшее есть уже расширение отдельных сведений по установленным началам познания.

«Наука возникает вследствие открытия тождества среди различия».

«Способность к философии состоит именно в том, в чем ее полагал Платон: в познании единства во множественности и множественности в единстве».

Возникновение чувства синтеза есть резкий перелом самой сущности человеческого познания. Он перестает ограничиваться изучением отдельных элементов, у него рождается сознание необходимости мышления другого рода и восприятий по другим формам. Он начинает стремиться к тому, чтобы при всяком новом постижении предугадать, как бы предвосхитить те взаимоотношения, которые познаваемое теперь может иметь с усвоенным ранее, - и это есть первая ступень всех восприятий высшего порядка. Он уходит вглубь своего Я, анализирует все им воспринятое под различными углами зрения, заставляет деятельно вибрировать бывшие дотоле инертными стороны его души, в нем зарождается дар гениальности, дар предвидения будущих событий и последующих взаимоотношений, и на основании этих восприятий он и создает свое синтетическое мышление.

«Интеллектуальная культура состоит главным образом не в том, как многие думают, чтобы увеличить свои познания, хотя это и важно, а в том, чтобы образовать такую силу мысли, которая могла бы быть свободно обращена на те предметы, о которых нам нужно составить известное представление. Сила эта обнаруживается в сосредоточении внимания, в точном, всепроникающем наблюдении, в разложении сложного на составные части, в том, чтобы наблюдать причины известных последствий, в том, чтобы подмечать самые тонкие различия и сходства между предметами, в том, чтобы читать будущее по настоящему и в особенности в том, чтобы из единичных факторов научиться познавать общие законы или всемирную правду. Эта особенность ума – способность к более широким взглядам на вещи - и образует то, что называют философским умом».

Если способности человека ограничены, он на этом пути своем, рано или поздно, наталкивается на такие препятствия, перейти которые он оказывается не в состоянии. Способность обобщения и синтеза как бы исчерпывает свою силу, и воспринимаемое вновь начинает дисгармонировать с воспринятым ранее; постижение теряет свою стройность, элемент случайности начинает все более и более доминировать, а посему многое начатое оказывается недоконченным. Но если человек сумеет найти опору в себе самом, сумеет постоянно пользоваться тем абсолютным критерием, каким является его дух, он, в конце концов, достигает великого дара соединять воедино оба вида познания, познания позитивного и познания синтетического. Сознание духа начинает давать ему не только общие принципы работы, но и указывает наиболее целесообразную технику пользования сверхфизическими восприятиями. То, что раньше человеку давалось таким огромным напряжением, то, что черпал он с такой болезненностью, делается для него доступным ежечасно, когда он пожелает, без особых усилий. В человеке рождается чувство системы, в нем начинает чувствоваться школа, всякая беспорядочность исчезает бесследно и в самых заоблачных воспарениях духа он научается идти строго определенным, ясным и сознательным путем. Одно из определений Магии гласит: Магия – это искусство развития в себе гениальности. Человек начинает синтетично мыслить лишь только тогда, когда он отрешается от условностей, и чем выше синтез тем отрешение это должно быть более совершенно. Всякий ученик Царственной Науки должен прежде всего научиться вполне великому искусству контролировать и управлять этим отрешением, увеличивая его до максимума, когда это нужно и низводя его на нет, когда потребность минует.