Аркан Y (Папа-Хе - ה) (стр. 4 )

Первичная полярность индивидуального человеческого духа сказывается прежде всего в том, что с одной стороны он сознает себя частью Божества и вселенной, а с другой он сознает себя независимой единичной реальностью. Эта двойственность самосознания, утверждение себя в совокупности познаваемого, как эманации Вселенской Реальности и как эманации своего собственного индивидуального духовного центра, порождает верховный бинер общения монады с космосом: чувствование и разум. Своей сенситивной природой человек воспринимает феномены внешнего мира и при помощи их он сознает свой дух во все новых и новых аспектах его, чем и осуществляет творчество себя самого, утверждение своего духа в космической совокупности феноменов. Своим разумом человек силою своей собственной воли расчленяет свое Эго, эманирует из него все новые и новые аспекты и тем осуществляет творчество себя самого, утверждение себя в своей собственной монаде. Эти два вида самотворчества, два аспекта сознания своей связи с космической природой резкой гранью расчленяют все существо человека на два аспекта, на два априорных типа людей, которые представлены на иероглифе Аркана Y. Великий Иерофант есть целостный дух человека, есть его нерасчленяемая сущность; два человека же перед ним представляют собой ту же самую сущность, спроектированную на два различных аспекта и, в силу этого, утвержденную в виде бинера.

I. О красном человеке иероглифа Аркана Y.

Красный человек – это эмблема самосознания индивидуальной монады в аспекте первого, плюсового члена бинера, выявляющего великий раскол человеческого духа. Являясь в мир в качестве единичного независимого волевого центра, человек становится зрителем космической природы, своим сознанием он скользит по вселенскому простору и последовательно сосредоточиваясь на одном феномене за другим, он проникается его качествами, мыслит его возможностями, живет его жизнью. Собственная воля человека выливается в вечное стремление вперед, в вечное искание новых восприятий, новых чувствований, новых впечатлений. Человек весь уходит в свою сенситивную природу, исполняется жаждой непрестанно новых ощущений; собственная личность его куда-то бесследно проваливается, он не имеет личных желаний, не томиться внутренней жаждой, не ищет внутренней жизни; он как бы выходит за пределы своего существа на вселенский простор и ощущает себя не самого по себе, а как совокупность своих внешних впечатлений. Лишенный в начале всякого представления о личности, он создает ее в своем сознании постепенным накапливанием данных своего опыта. Каждое новое восприятие или впечатление тщательно запечатлевается им и прибавляется к совокупности таковых, уже полученных ранее; самый процесс этого запечатления проходит во вне его сознания; он попросту чувствует себя иначе после каждого нового переживания. Не интересуясь техникой синтезирования, не вдаваясь в изучение тех процессов, которые происходят в его существе, он воспринимает рост синтеза как непрерывное увеличение кругозора, глубины сознания и его мощи, выливающееся в рост качеств, категорий, взаимоотношений и влияний по числу и по глубине, которые он может своим сознанием одновременно охватить. Увеличение глубины сознания и рост созданного синтеза всего извне воспринятого и есть то, что понимается под эволюцией. Эволюция есть прежде всего расширение и углубление сознания, ибо именно этим путем человек приобщается к высшему дару духовного созерцания. Созерцание есть Божественное Качество, есть высшее свойство нуменальной субстанции, т. е. Божественная Жизнь, полное достижение которой есть полное достижение достоинства Божественного. Созерцание есть самосознание субстанции в своих атрибутах, т. е. конечная цель всякого творчества.

Цель бытия красного человека – это совершенное сознание единства Огня и Земли, как нуменального и феноменального отражений одной и той же сущности, с одной и той же полнотой и совершенством. Осуществление этой цели есть возвращение феноменального сознания в нуменальный мир, т. е. утверждение монады как Первообраза ей свойственного относительного мира, т. е. совершенное сознание и утверждение данного Эго.

II. О черном человеке иероглифа Аркана Y.

Черный человек – эта эмблема самосознания индивидуальной монады в аспекте второго, минусового члена бинера, выявляющего великий раскол человеческого духа. Являясь в мир в качестве единичного независимого волевого центра, человек становится его активным единичным деятелем; он начинает объектировать свое самосознание, выявлять из себя самого отдельные аспекты феноменальной природы. Он становится независимой субстанцией, утверждающей себя силой своей собственной мощи через эманацию отдельных аспектов во вне нераздельной сущности. Присущая человеку воля проявляет во всей полноте свою активность, она выливается в вечное стремление самоутверждения, в вечное искание новых аспектов, новых модусов, в которых бы субстанция могла бы себя проявить. Человек весь уходит в свою активную волю, творческий разум исполняется жаждой непрестанно новых видов творчества, эманирования и самоутверждения; его личность возрастает до крайних пределов возможностей своего развития; он замыкается всецело в себе самом, живет только своей собственной внутренней жизнью, не видит ничего за ней. Отмежевавшись от хода вселенской жизни, он не выходит за пределы своего существа и ощущает внешний мир не сам по себе, а лишь как совокупность своих собственных дифференциальных аспектов. Лишенный непосредственного представления о космосе, он создает его в своем сознании постепенным накапливанием данных своих самоутверждений. Силой своей собственной воли он выводит из непосредственного ощущения своего бытия отдельные представления, качества, идеи или стремления, которые заключены в потенциальном виде в недрах его духа как отдельные его тональности. Взойдя целиком в ощущение своего бытия, человек объектирует то одну, то другую совокупность тональностей, входит в нее и начинает жить ее жизнью. Следуя по этому пути человек непрерывно расчленяет все сознание, ощущение своего бытия, на все новые и новые единичные аспекты. Каждое такое новое расчленение, объектирование нового аспекта, захватывает сначала его целиком, но затем он переходит к скрупулезному анализу, тщательнейшей оценке этого нового вида объектирования своего Я. Как первоначальный порыв, так и все дальнейшие его усилия целиком уходят в самый процесс этого объектирования; человек увлекается красотой трансформаций, изяществом переливов взаимоотношений, ветвистостью изгибов, по которым его сознание переходит от синтеза к частности. Не обхватывая всей многокрасочной семьи своих объектированных тональностей одним сознанием созерцания, черный человек вечно скользит по своему объектированному отражению, переходя от одних аспектов к другим в вечно изменчивой последовательности и тем вечно испытывает новые ощущения своего бытия, как такового. Чем шире и многообразнее эта семья его единичных отражений, тем резче переходы самоощущения, тем ярче переливы его самосознания. Увеличение раздробленности сознания, все большее и большее расчленение синтеза и есть то, что понимается под инволюцией. Инволюция есть прежде всего расчленение и дифференциация сознания, ибо именно этим путем человек приобщается к миру – Дифференцированному Божественному Сознанию. Дифференциация есть Божественное Качество, есть высшее свойство нуменальной субстанции, это есть Божественное Творчество, полное приобщение к которому есть полное достижение достоинства Божественного. Творчество есть утверждение субстанции в своих атрибутах, это есть начальный этап всякого созерцания.

III. О Великом Иерофанте иероглифа Аркана Y

Красный и черный типы одинаково являются абстрактными метафизическими представлениями и лишь совместно становятся реальностью, выражением целостного человеческого духа. Этот бинер может быть рассматриваем с самых различных сторон; приведенный аспект является самым высоким, ибо он лежит в области духа; развивая отдельные свойства и качества каждого из этих двух типов, представляется возможным выявить свойственный ему аспект мировоззрения и этики; различные сочетания свойственных им качеств и порождают собой всю многообразность обликов людей земли. Эти два типа являются классическим бинером; они аналогичны и противоположны друг другу; в отдельности каждый из них не может иметь бытия и лишь вместе они являются гармоничным целым. Будучи кинетическим аналогом монады, эти два типа восстанавливают ее как первообраз и утверждают ее самосознание, каждый в свойственном ему аспекте. Красный человек утверждает монаду, как синтез всего им сознаваемого, как «сверхсущее небытие», как априорное нераздельное единство; черный, наоборот, утверждает монаду как генезис всего им сознаваемого и самого принципа сознания, как изначальное бытие, априорное предшествующее начало. Красный человек – это эмблема самопознания через Божественную Душу, ориентировка своей личности в виде посредствующего воспринимающего фокуса, агента высшего сверхличного сознания; черный человек – это эмблема самосознания через личность, как исходную реальность и ориентировка Божественной Души в Вселенском Духе, как прообраза личности, запечатлевающего на скрижалях вечности всю совокупность переливов ее сознания. Следуя закону пульсации, сознание монады, эманируясь во внешний мир, протекает по обоим руслам, освещает и сознает себя в обоих типах, красном и черном; в каждом из них индивидуальность и сознание утверждаются в гармонирующем с ним аспекте. Целостное индивидуальное сознание пассивно по отношению к двум типам, ибо вся активность сосредоточивается в них, они представляют собой динамическое сознание, активный аналог потенциального сознания монады, и именно вследствие этой динамичности внешнего сознания оно и претворяется в вихревой бинер.

Великий Иерофант, красный и черный типы являются классическим тернером: Иерофант есть интеграл, красный – Иод, черный – Хе. Красный, как Иод есть аналог Иерофанта, черный есть бинерное содействие Иода-Хе, он имеет полноту бытия только в бинерном индивидуальном сознании монады. Иод первее своего Хе, и при переходе сознания в синтез, черный тип растворяется в красном, претворяющемся в интеграл.