Лекция 2 Американская литература 18 века. Просвещение (стр. 2 )

Франклина базировалось, помимо Библии, на "Эссе о добродетелях" Коттона Мезера и "Пути паломника" Джона Баньяна. Эти же литературные источники питают и его "Автобиографию". Несколько преувеличивая "нищету и безвестность", в которых он был рожден, бесславие и безденежье его бегства в Филадельфию, Франклин подчеркивает разрыв между "неблагоприятным началом" своей карьеры и ее славным завершением — благосостоянием, успехом, всеобщим признанием. Кальвинистская модель духовного роста применена здесь к светской жизни: служение Богу заменяется служением людям, нравственность оказывается вопросом общественной полезности, "моральное самоусовершенствование" ведет к социальным достижениям. Сделав из своей жизни книгу, Франклин, с его несомненным художественным и общественно-политическим чутьем, по сути, пересоздал ее, исправив все ошибки и устранив "опечатки" (до конца дней он любил говорить о себе: "Б. Франклин, печатник"), выпрямив характер и сюжет. Главный герой этой книги — Бенджамин Франклин, "гражданин мира", настоящий американец и пример для всех; главная сюжетная линия — путь через житейские трудности к успеху и славе. Нельзя не отметить и чисто литературные достоинства «Автобиографии», написанной простым и ясным языком, со столь характерным для Франклина лаконизмом и подкупающей естественностью тона, искренностью, живостью и остроумием. Революционизирующее значение «Автобиографии» заключалось в том, что Франклин, используя шаблоны старого жанра, служившего целям религиозной пропаганды, опрокинул пуританскую мораль, отвергнув всякое религиозное обоснование нравственности и деловых качеств человека.

Оборудовав в Филадельфии собственную типографию, Франклин выпускал «Пенсильванскую газету» (1729–1766) и «Альманах Простака Ричарда» (1733–1758), позднее опубликовал изречения Простака Ричарда (лучшее в «Альманахе») отдельной книгой Путь к богатству (1757). Франклин принимал участие в работе Континентального конгресса и его комитета по составлению проекта Декларации независимости. Его сатиры на британскую колониальную политику стоят в одном ряду с политическими сатирами Дж. Свифта и Вольтера.

Большая империя, как и большой пирог, начинает крошиться с краев. Величайшая красота, сила и богатство в действительности бесполезны; но доброе сердце превосходит все на свете. Видеть легко: трудно предвидеть. Врата мудрости никогда не бывают закрытыми. Время - ткань, из которой состоит жизнь. Демократия — это договор о правилах между хорошо вооруженными джентельменами. Держи глаза пошире до свадьбы и зажмуривай после. Если между свободой и безопасностью народ выбирает безопасность, в конечном итоге он теряет и то и другое. Если ты не внемлешь благоразумию, то оно тебе обязательно отомстит. И прежде, чем посоветоваться с прихотью, посоветуйся со своим кошельком. Кот в перчатках мышь не поймает. Кто покупает лишнее, в конце концов продает необходимое. Легче подавить в себе первое желание, чем удовлетворить все последующие. Легче построить две печи, чем запастись топливом на одну. Мастер находить оправдания редко бывает мастером в чём-нибудь ещё. Не наблюдать за работниками — значит оставлять им открытым свой кошелёк. Неизбежны только смерть и налоги. Опыт — это дорогая школа, но что делать, если для дураков нет другой школы? Самый благородный в мире вопрос звучит так: «Какое доброе дело я могу совершить?» Сильный тот, кто сумел победить свои дурные привычки. Служить Богу, значит делать людям добро, но многие считают, что молитва — это более легкий вид служения и предпочитают именно его. Те, кто готовы пожертвовать насущной свободой в обмен на то, чтобы получить временную безопасность, - недостойны ни свободы ни безопасности. Три переезда равны одному пожару. Трое могут сохранить тайну, только если двое из них мертвы. Учи своих детей молчать. Говорить они научатся сами. Хозяйский глаз сделает больше, чем обе руки. Чем лучше врач, тем больше он знает бесполезных лекарств. Что могут сделать законы в политике без морали?   Еда

Есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть. Чем больше еды, тем больше болезней. За обедом съешьте немного, за ужином еще меньше, а еще лучше лечь спать совсем без ужина. Кто не ест слишком много, никогда не ленится. Меньше ешь — дольше проживешь. Суровая диета вооружает организм против всех внешних неприятностей. Поэтому он не так легко поддаётся жаре, холоду и усталости. С тех пор как люди научились варить пищу, они едят вдвое больше, чем требует природа. Если хочешь продлить свою жизнь, укороти свои трапезы. Пиво - это еще одно доказательство того, что Господь любит нас и хочет, чтобы мы были счастливы.

Политика

Отказ короля Георга III разрешить колониям выпускать собственные честные деньги, которые высвобождали простого человека из тисков денежных воротил, стал главной причиной революции

Добродетели

Воздержание. - Есть не до пресыщения, пить не до опьянения. Молчание. - Говорить только то, что может принести пользу мне или другому; избегать пустых разговоров. Порядок. - Держать все свои вещи на их местах; для каждого занятия иметь свое время. Решительность. - Решаться выполнять то, что должно сделать; неукоснительно выполнять то, что решено. Бережливость. - Тратить деньги только на то, что приносит благо мне или другим, то есть ничего не расточать. Трудолюбие. - Не терять времени попусту; быть всегда занятым чем-либо полезным; отказываться от всех ненужных действий. Искренность. - Не причинять вредного обмана, иметь чистые и справедливые мысли; в разговоре также придерживаться этого правила. Справедливость. - Не причинять никому вреда; не совершать несправедливостей и не опускать добрых дел, которые входят в число твоих обязанностей. Умеренность. - Избегать крайностей; сдерживать, насколько ты считаешь это уместным, чувство обиды от несправедливостей. Чистота. - Не допускать телесной нечистоты; соблюдать опрятность в одежде и в жилище. Спокойствие. - Не волноваться по пустякам и по поводу обычных или неизбежных случаев. Целомудрие. - Будь целомудрен в мыслях, управляй своими инстинктами. Скромность. - Подражать Иисусу и Сократу.

В работах Франклина обнажается противоречивая сущность Просвещения: «царство разума неизбежно оборачивалось бездуховностью царства капитала.

В процессе перехода от XVII к XVIII веку религиозный догматизм постепенно шел на убыль, несмотря на отдельные отчаянные попытки пуритан не допустить распространения терпимости. Идеи терпимости и религиозной свободы, постепенно набиравшие силу в американских колониях, первоначально утвердились в Род-Айленде и Пенсильвании, оплоте квакеров. Гуманные и терпимые квакеры, или “друзья”, как их называли, верили в непогрешимость человеческой совести, считая ее основой общественного порядка и морали. Принципиальная вера квакеров во вселенскую любовь и братство отражала глубокую демократичность их взглядов и противостояла догматической религиозной власти. Квакеров вытеснили из сурового Массачусетса, опасавшегося распространения их влияния, и в 1681 году под руководством Уильяма Пенна они основали очень успешную колонию под названием Пенсильвания. Квакеры Филадельфии, как и евангелические общины Новой Англии, придавали огромное значение личному откровению через «внутренний свет» – ощущение божественного присутствия в душе человека. Дневник (1774) проповедника-миссионера Д. Вулмана стал классическим памятником американского духовного опыта. С другой стороны, житейский материализм плантатора-южанина У. Бэрда (1674–1744) отвечал нарождавшемуся индивидуализму. В 1728 Бэрду поручили установить границу между Виргинией и Северной Каролиной. Он оставил неприкрашенное сатирическое описание пограничного района и его обитателей в Истории пограничной линии (ок. 1728, опубл. 1841).

Давление со стороны британского правительства и короны разделило колонистов на два лагеря, тори и вигов. Тори, твердокаменные роялисты, были остроумней; виги, революционеры поневоле, действовали больше убеждением. Тори принадлежат несколько интересных сочинений, например Письма верноподданной дамы (между 1768 и 1775) Анны Халтон. Последний королевский губернатор Хатчинсон написал объективную и беспристрастную Историю колонии и провинции залива Массачусетс (1764, 1767, 1828). Первым из вигов потребовал у Англии справедливости Дж. Оутис в Подтверждении и обосновании прав британских колоний (1764). Д. Дикинсон в Письмах пенсильванского фермера (1767–1768) первым подчеркнул, что ущерб, причиненный одной из колоний, представляет угрозу для всех. Однако требование реального отделения от Англии пришло из Англии и было сформулировано эмигрировавшим в Америку Томасом Пейном (1737–1809), который в памфлете Здравый смысл (1776) обосновал политические и экономические выгоды отделения для его новой родины. В январе 1776 года, за тринадцать с половиной лет до Великой Французской революции, Томас Пейн писал: "Один честный человек значит в глазах людей и Бога больше, чем все коронованные негодяи, которые когда-либо существовали на свете". Через несколько месяцев Томас Джефферсон (1743—1826) узаконил подобные настроения в "Декларации независимости" (4 июля 1776), документе, тематически весьма характерном для новой эпохи. Еще Джон Локк заявлял, что главная задача правительства — гарантировать народу жизнь, свободу и владение имуществом. Таким образом, текст "Декларации" Джефферсона опирается на Локка, а также на политические документы XVIII столетия, но его язык пластичнее и выразительнее, чем у предшественников. Джефферсон – прогрессивный деятель эпохи буржуазной революции и борьбы за независимость, 3-й президент США в 1801-1809 годах, а также выдающийся писатель американского Просвещения. По своему социальному происхождению он был плантатором и рабовладельцем, он стал идеологом аграрного утопизма, выражавшего интересы мелких фермеров и выступал против рабства с гуманистических позиций, считая его несовместимым с естественными правами человека. Мировоззрение Джефферсона сложилось под влиянием английских деистов (Деизм — религиозно-философское воззрение, зародившееся в эпоху Просвещения. Согласно деизму, Бог, однажды сотворив мир, не принимает больше в его судьбе какого-либо участия и не вмешивается в течение событий) Болинброка и Шефтсбери, трактатов Локка, Мильтона, Юма, идей Руссо. Обосновывая право народа на революцию, Джефферсон включил в Декларацию условие, согласно которому не только правом, но и обязанностью народа является создание новой формы власти, если существующая грозит его безопасности и счастью: «Дерево свободы время от времени должно освежаться кровью тиранов и патриотов. Это его естественное удобрение». "Декларация" — это и важнейший государственный документ и, в своем роде, литературный шедевр. Просветительские идеалы "жизни, свободы и стремления к счастью", становятся под пером автора революционными лозунгами, что вводит "Декларацию", как и политическую публицистику сподвижников Джефферсона, в широкий контекст литературы американского Просвещения и Американской революции. "Декларация" — это волеизъявление народа страны; показательно замечание Т. Джефферсона, что, составляя ее, он "не собирался писать ни памфлет, ни книгу" и "ни в коей мере не считал себя вправе изобретать новые идеи", а стремился лишь "раскрыть перед человечеством здравый смысл вопроса". Джефферсон рассматривал "Декларацию" как "самовыражение Америки", очевидно, именно это и придавало его формулировкам убедительность и силу.