Рак, безнадежных больных нет (стр. 13 )

К началу июля с моей помощью жена начала вставать и два месяца после этого училась ходить. Давление постепенно

нормализовалось: сначала 90/40, затем 110/50, сейчас 120/80. Водку с маслом пьет до сих пор.

После того, как начались улучшения, мы три раза были на УЗИ - в конце июня, в июле и в августе. Так вот печень в июне уменьшилась в размере, в июле была почти в норме, а в августе пропала желтизна кожи.

Сейчас она нормально ходит, работает по дому, готовит. До ноября 97-го года ей была установлена II группа инвалидности. Похудела: раньше при росте 164 весила 90 кг, сейчас 60-62 кг. Пропала одышка, сошли отеки ног, снизился уровень сахара в крови: был 16, теперь стал 5,5.

Лечащий врач Татьяна Михайловна Храпова в период выздоровления Валентины была в отпуске. Уходя, она была уверена, впрочем, как и все остальные, что моя жена не выживет. Так вот Храпова потом говорила мне: «Иду мимо вашего дома, смотрю, сидит на лавочке женщина, худая и удивительно знакомая. Уж не Валентина ли, подумала, но подойти не решилась: то ли она, то ли нет. Шла до своего дома и все время оборачивалась». Потом при встрече Храпова спросила меня: «Ну что, жива?». «Жива», - ответил я. Попросила Валентину зайти к ней на работу. 40 минут разговаривали. Но когда я спросил ее, верит ли она в излечение именно водкой с маслом, ответила:

«Не знаю. Многие лечат свои болезни с помощью народных рецептов, но я не слышала еще, чтобы кто-нибудь вылечился».

Храпова велела Валентине сделать УЗИ и сдать документы на инвалидность. На комиссии ее долго проверяли. Слышал, как врачи шептались меж собой: «Подняли из мертвых».

Такая вот история...»

Анализ крови больной в конце мая 1996 г.; СОЭ -74 мм/час, гемоглобин - 65 г/л, билирубин общий - 420; в октябре 1996г.: СОЭ - 20мм/час, гемоглобин - 106 г/л, билирубин общий - 35.

21. «Решила рассказать Вам (письмо адресовано Николаю Викторовичу Шевченко. - Прим. ред.) историю своей болезни.

Опухоль размером 3х3 см выше левой груди обнаружила сама в марте 1994 г. Тогда же, начиная с марта, с диагнозом «рак левой молочной железы» приняла в Барнауле несколько сеансов лучевой терапии.

15 апреля 1994 г. мне была проведена операция -радикальная мастэтомия слева. После операции постоянно держалась высокая температура - до 38,6° С. Причину этого нашли 8 июля - «эксудативный плеврит слева» - так мне сказали - но я поняла, что речь шла о метастазах.

Весь период, что я находилась в больнице, меня лихорадило, шла интоксикация, состояние прогрессивно ухудшалось. Повторная лучевая терапия оказалась невозможной из-за плохого общего состояния. Наконец меня выписали домой для «симптоматического лечения по месту жительства». Краевая ВТЭК дала I группу инвалидности, а родным при выписке 28 июля 1994 г. сказали:

«Везите домой. Ничего больше мы сделать не в силах. Если в легкие еще можно залезть, то в печень...».

Дома лежала. Ходить не могла. Ужасно потела. Почему-то потеряла голос. Начинались сильные боли слева: то ли послеоперационные, то ли по какой-то другой причине. Назначили обезболивающие. Принимала их в огромных количествах. Температура, между тем, по-прежнему держалась. Печень была увеличена, в ней обнаружили метастазы. Что-то творилось с легкими.

С 16 мая 1995 г. стала пить смесь спирта с нерафинированным маслом - 15 мл + 30 мл. Постепенно начала вновь учиться ходить по квартире. В конце мая вышла и на улицу. Стул, тошнота, потливость, слабость - все так, как описано в методичке. Но постепенно стала сокращать количество обезболивающих. На второй неделе приема смеси перешла на 1 укол. И вот еще что: печень стала уменьшаться в размерах. В мае 1996 г. она была уже в норме.

Но надо бы вернуться назад. В марте 1994 г. у меня подозревали и рак правой груди, но пункция точного ответа не дала. Однако, вероятно, и здесь тоже «что-то» было - появилась боль. В этот период у меня возникла одышка, пожелтело тело,

отекали ноги... Наконец, в октябре 1994 г. под грудью образовался свищ, через месяц рядом - второй.

В общем, настрадалась, но к концу 1995 г. пошли общие улучшения, хотя рецидивы еще были. Анализы 14 марта 1997 г. и анализы в онкодиспансере в июне 1997 г. показали:

флюорография без патологий, печень нормальных размеров, контуры ее четкие и т. д.

Смесь принимала два года. Пока перерыв. Вешу 73 кг. Время прогулок довела до двух часов. По дому выполняю все малые работы.

НЕДБАЕВА. Алтайский край.»

22. «Николай Викторович! Вы, наверное, меня и не помните, я - Кандаурова Татьяна из Усть-Джегута. Последнее мое письмо к Вам было в июне, и вы, наверное, подумали, что дела у нас плохи. К. счастью, спешу сообщить, что у нас, слава Богу, все хорошо. Некоторые врачи думали, что мы маму уже давно похоронили. Но, правда, может и рано об этом говорить, она поднялась и уже довольно уверенно стоит на ногах. Диагноз:

рак поджелудочной железы III стадии.

Водку с маслом принимает с 13 февраля, т. е. шесть месяцев (или 120 дней), не считая перерывов. За это время было всякое:

маму рвало, после чего она не хотела повторять прием лекарства, говорила, что ей надоела диета. Но теперь самое страшное, как будто, позади. Мама и сама чувствует и видит это.

Теперь боли в поджелудочной железе почти исчезли, напоминают о себе очень редко и мягко. Отечность ног сошла полностью. Сахарный диабет - вот что интересно - не беспокоит. Есть лишь боли в левой руке, немеют и покалывают пальцы, но боль не постоянная, время от времени отпускает, и мама пальцы чувствует. Иногда повышается давление, особенно при переменах погоды. Видит мама плохо: зрение как было, так и осталось плохим. Себя обслуживает полностью без посторонней помощи, даже выходит в огород и пробует работать.

Полное обследование проходить, мы считаем, еще рановато. Большое спасибо, Николай Викторович. Это счастье – вытащить человека из могилы. Как я сожалею о том, что в свое время не смогла помочь мужу - тогда не знала рецепта.

Адрес: КЧР, Усть-Джегута - 3, мкр-н Московский, , »

23. , 47 лет. Живет в поселке Чендек, Усть-Коксинксого района. Алтайского края. Почтовый адрес: 659770, Заречная ул., д. 31, и/б в ВОНЦ (Москва) № 95/17542, каб. 1145.

Коршунов A.M.: «Что было? Родинка на спине. В феврале 95-го Боловинова нечаянно ее сковырнула, и та стала стремительно расти.»

:

«Прежде я жила в Новокузнецке. Литературы по здоровому образу жизни читала довольно много - все, что попадало под руку. Занималась хатха-йогой, голодала, 10 лет была вегетарианкой, т. е. я прекрасно понимала, что происходит с моей родинкой - меланома, рак.

Врачей я боялась несказанно и решила лечиться нетрадиционными методами. Поехала в Москву к очень. . известной целительнице - не хочу называть ее имени, так как претензий никаких не имею. Она мне сказала: «Тебя спасут голод, холод, движение, психологический настрой и дыхание».

И я «села» на диету: в день - стакан жидкой каши из пророщенной пшеницы и чай из сосновых шишек. Кроме того, обливалась холодной водой, ходила босиком. Так прошло 50 дней. Я никогда не была полной. А тут еще похудела на 15 килограммов. Бородавка тем временем выросла с детский кулачок. Наконец, стали опухать ноги - я их еле таскала.

Тут я поняла - хватит! Я верующая. 30 октября - это все 95-й год - пошла в церковь. Соборовалась. Отец Константин направил меня в Псков к отцу Николаю. К нему я буквально приползла. Он меня благословил и сказал: «Не бойся врачей. Они помогут». Так я попала в онкоцентр на Каширке в золотые руки Роберта Манмиконовича Карапетяна. Через три дня он меня прооперировал.

Но, увы, обнаружились метастазы, в печени и в лимфоузлах, причем о них мне не сказали - муж чуть ли не на коленях выпросил диагноз. Назначили химиотерапию, но на первом же сеансе я потеряла сознание.

Голодать я не хотела категорически. От химиотерапии отказалась - знала о тяжелых последствиях - насмотрелась на тех, кто ее проходил. И тут муж принес мне газету с рецептом Николая Шевченко. Связались с ним. Разговор и определил выбор - водка с маслом.

Все это, кстати, происходило еще в Москве - жили у родственников. Стала принимать смесь. После первого курса прошла обследование на Каширке - конечно же, заверяю всех, что принимаю химиотерапию. Врачи в восторге: было три метастаза по 3 см в диаметре, остался один диаметром 1,8 см.

Результат меня вдохновил, и я решила ехать домой. Объяснила в онкоцентре, что химиотерапию далее буду проходить дома - с тем меня и отпустили. По деревне, между тем, прошел слух, что я уже умерла. И тут я вдруг являюсь живая, только худая и слабая. Встала на учет в диспансере в Горно-Алтайске. Там на меня, разумеется, врачи навалились с химиотерапией. Я: «Да, да, только дома...»

Дома врач - очень хорошая женщина - сказала: «Оформляй I фуппу инвалидности и лечись как хочешь». Я уже хорошо знала - как. Пила я смесь 5 месяцев с перерывами - все по методике. Поехала после этого в Горно-Алтайск. Исследования на УЗИ - печень чистая. Врачи возносят хвалу химиотерапии, а я сознаюсь, что пила смесь водки с нерафинированным подсолнечным маслом. Те не верят. Проводят компьютерную томографию - печень чистая!»

: «Можно было бы на этом поставить точку. Хэппи энд - счастливый конец. Один из счастливых. Но... Галина Васильевна пила смесь с 14 декабря 1995-го по май 1996-го. Затем пить прекратила. Увы, в июне обнаружился уплотненный лимфоузел на шее. Снова поехала с мужем в Москву. Подтвердилось - метастаз. Врачам она, естественно, рассказала о своем методе. 1е даже возмутились: «Вы что, действительно считаете, что вам помогла водка с маслом...» Она не считала - знала. Поэтому, когда предложили операцию, отказалась и вновь взялась за смесь.

На том мы и расстались. 18 марта 1997 г. я позвонил родственникам, у которых жила Галина Васильевна с мужем. Мужской голос ответил:

- Галина Васильевна уехала домой.

- А с кем я говорю?

- С ее мужем. Я тоже уезжаю на днях.

- У нее все в порядке?

- Слава Богу, все! И УЗИ, и компьютерная томография (КТ) не обнаружили ровным счетом ничего. (КТ в ВОНЦе делали 15 декабря 1997 г.)

- И все только водка с маслом?