Партнерка на США и Канаду по недвижимости, выплаты в крипто
- 30% recurring commission
- Выплаты в USDT
- Вывод каждую неделю
- Комиссия до 5 лет за каждого referral
А затем пошли письма и последовали звонки. Сначала эдакий малоприметный ручеек, затем все более и более расширяющийся, обратившийся в конце-концов в целую реку. Означает ли это, что найдена панацея в борьбе с раком. Конечно же, нет. Смесь водки с нерафинированным подсолнечным маслом помогает не всем, но во многих случаях. Но то, что эта смесь обладает поистине чудодейственными свойствами - совершенно точно. В крохотной редакционной комнатке я лично говорил с людьми, которые, применяя смесь, спаслись от неминуемой гибели, предрекаемой врачами. Я говорил с людьми, которые продолжали жить, несмотря на то, что родным и близким недвусмысленно намекнули на близость печального исхода. Наконец, я говорил с людьми, близкие которых, несмотря на применение метода, ушли из жизни. Но они ушли без тех страшных мук, с которыми обычно покидают этот мир раковые больные. Я бы сказал так: эти люди ушли с гордо поднятой головой, ибо они боролись до последнего.
Мне бы не хотелось заканчивать предисловие на столь печальной ноте. Я просто сделал необходимое предупреждение. Смесь водки с маслом работает, но не во всех случаях. Удивляет здесь лишь одно: отношение к методу Шевченко официальной медицины. Она практически глуха и слепа. Между тем, существует чисто человеческая любознательность, которая требует ответить на вопрос: почему? Почему смесь в общем-то
10
совершенно обыкновенных продуктов, которые широко применяются в повседневной жизни, - водки и масла - оказывает лечебный эффект там, где не действуют яды химиотерапии? Почему смесь водки с маслом очищает сосуды, в некоторых случаях улучшает работу сердца, в некоторых - печени, хотя, казалось бы, следовало ждать обратного?...
Впрочем, читайте книгу. Она составляет лишь часть материалов, которые публиковались и продолжают публиковаться в вестнике «Здоровый образ жизни». Мне остается лишь сообщить адрес Николая Шевченко: 127434, Москва, а/я 38. Шевченко Николаю Викторовичу. Мне также остается сообщить координаты вестника «Здоровый образ жизни»: подписной индекс 50153 в каталоге АПР, телефон редакции: 923-88-23.
РЕПОРТАЖ С ТОГО СВЕТА
ПРЕДИСЛОВИЕ
21 апреля 1996 г. я, по прогнозам лечащих врачей, должен был умереть... Диагноз звучал грозно и категорично: рак левого легкого с метастазами в поясничный и сакральный отделы позвоночника, нарастающая раковая интоксикация.
Я ДОЛЖЕН БЫЛ УМЕРЕТЬ!
Думаю, что, рассказав историю своей болезни и борьбы с ней, протяну тем самым руку «безнадежным» и отчаявшимся людям, протяну руку тем, кто потерял веру в жизнь.
Глава 1. Декабрь 1995 г.
3 декабря 1995 г. после контакта с больным ангиной я заболел буквально в течение трех часов: в обед появилось легкое недомогание, а к 16 часам температура тела повысилась до 41° С, начался жуткий озноб, боли в горле, особенно сильные при глотании, кашель, боли в позвоночнике. Периодически сознание «уплывало». Такое состояние продолжалось трое суток. Мой лечащий врач произнес тогда фразу, которую впоследствии в том или ином варианте я буду неоднократно слышать: «А мы думали, что вы уже не выкарабкаетесь...»
Затем медленное выздоровление. 26 декабря 1995 г. мне сделали флюорографическое исследование легких, и врач «порадовал», что в легких лишь небольшое явление хронического бронхита, видимо, связанное с курением (мой стаж курильщика 30 лет). Горло у меня «спокойное», а боли в позвоночнике объясняются остеохондрозом. Словом, можно и на работу. Я и начал работать, однако стал замечать, что день для меня уж очень длинен, устаю до изнеможения, с трудом дожидаюсь окончания
рабочего дня. Стал отмечать появление отеков на ногах, одряхление - мне было всего 48 лет.
В новогоднюю ночь лег в постель сразу же после боя курантов из-за выраженной общей слабости.
Все эти явления: слабость, отеки в ногах, боли в позвоночнике пытался скрывать от родственников, а надсадный кашель объяснял курением, давая обещания родным бросить курить.
Глава 2. Больница
14 января 1996 г. мы с женой ожидали гостей - ее брата с женой. Я вышел в коридор выкурить очередную сигарету, при затяжке дымом кашлянул, и в это время в пояснице возникла сильнейшая боль, заставившая меня буквально застыть на одном месте. В комнату я вернулся с трудом, опираясь на стены и подволакивая правую ногу. Приехали гости. Мы сидели за столом, я старался улыбаться, поддерживать разговор, а боль в спине и ноге все усиливалась. И вот уже побежали по спине струйки пота, да и родственники обратили внимание на бледность лица. Пришлось признаться, что у меня «радикулит», что вызвало «обвал» советов из рубрики «домашний доктор».
Обычные обезболивающие эффекта не дали, и когда дело дошло до наркотиков, я поехал в областную больницу, где меня госпитализировали в нейрохирургическое отделение.
Первая же пресакральная блокада повергла меня в ужас. Оказывается, это и больно, и крайне неприятно. Правда, после блокады я уснул и спал целых четыре часа. После второй блокады я едва не сбежал из больницы. Тогда я начал симулировать наоборот, т. е. стал убеждать лечащего врача, что почти здоров и в блокадах больше не нуждаюсь. Видимо, мне удалось его убедить, поэтому далее мне продолжили физиотерапевтическое лечение. 1 марта, я по собственной инициативе, вновь вышел на работу.
Однако ходил уже с клюшкой, ловя на себе любопытные взгляды. С середины марта 1996 г. усилился кашель, вновь усилились боли в позвоночнике. Я уже не мог без посторонней помощи надеть брюки, носки, ботинки. Мне чрезвычайно трудно было сидеть, я старался стоять, опираясь двумя руками то на крышку стола, то на спинку стула.
26 марта 1996 г. я вновь оказался в областной больнице, в своей палате, на своей койке. 27 марта 1996 г. при рентгеноскопии легких был выявлен «инфильтрат» левого легкого.
Вот тогда-то в первый раз у меня дрогнуло сердце. Тешил себя только тем, что это может быть «всего» туберкулез... Мой близкий товарищ болел туберкулезом, вылечился, поправился, снова начал работать. «Вылечусь и я», - твердил себе, отгоняя мысли о том, что «инфильтрат» может быть чем-то другим.
1 апреля меня обследовали в Липецке, где установили:
«Заболевание левого легкого с метастазами в позвоночник (L1 - L2 - L3 - L4 - L5 - S1)».Заключение я получил на руки.
Жена, Валентина Анатольевна, увидев реакцию на заключение, заволновалась. Однако я сумел успокоить ее, убедив, что ничего страшного в бумаге нет. Вернулись мы в областную больницу, и вот здесь-то нервы мои сдали: я заплакал, прощаясь с женой. Я понимал, что это не лучший вариант поведения, но уж очень силен был удар судьбы...
Глава 3. Четыре дня умирания
Со 2 по 5 апреля я активно умирал (!). Нужно заметить, что за эти четыре дня я потерял в весе 26 кг (было же во мне 100 кг). Психологически я был абсолютно сломлен: слезы беспрестанно лились из моих глаз, мысль о детях вызывала рыдания. Ужас перед мучительной смертью чуть было не привел к самоубийству, остановила только мысль о семье - я не имел права бросить их на произвол судьбы.
Пить я не мог - вода не проходила по пищеводу, любая пища вызывала отвращение. Кроме того, что-то окончательно «сломалось» в моем позвоночнике, и я больше не мог лежать:
начинался паралич дыхания и, если я быстро не вставал, то происходила остановка дыхания с потерей сознания. Но и ходить я уже тоже почти не мог. Приходилось сидеть все 24 часа. А так как боли в позвоночнике стали очень сильными, мне каждые 2-3 часа делали наркотики («омнопон»). Чтобы не упасть со стула, я поставил его в угол, перед собой поставил второй стул и дремал, облокотившись на спинку второго стула. Я понимал, что долго так продолжаться не может и что жить мне осталось весьма и весьма немного.
4 апреля я с трудом доплелся до онкологического диспансера, где беседовал с врачом-онкологом и просил перевести меня в онкоотделение для лечения. Мне обещали перевод.
5 апреля 1996 г. ко мне приехала жена и, видя мое состояние, отправилась к заведующему отделением, после чего диагноз стал известен и ей: «РАК»! Жене предложили забрать меня домой как «абсолютно безнадежного» больного. Я вновь горько заплакал - это был окончательный приговор. А мне так хотелось жить! Мне так много нужно было сделать на земле! Что будет с моими неустроенными и невыросшими детьми, женой?! Почему я умираю?!
Глава 4. «Есть только миг между прошлым и будущим, Именно он называется жизнь...»
Родные и друзья с моими бумагами и рентгеновскими снимками ездили то в Москву, то в Санкт-Петербург, то в Воронеж, то в Пензу... Уезжали с надеждой, а возвращались... Некоторые по возвращении даже не заходили в квартиру, а разговаривали с женой на улице. Я прекрасно понимал, что это значит. А значило это лишь одно - приговор вынесен, будущего у меня нет. Это жутко
страшно, когда у тебя есть прошлое, но нет будущего. Оказывается, как это прекрасно - иметь будущее! Даже если это будущее длиной в одну минуту.
Затем мои друзья создали оргкомитет по сбору средств на мое лечение, дали объявление в местной газете, собрали деньги и поместили меня в один из институтов в онкологическое отделение, где я получил полный набор противораковых мероприятий. В итоге к окончанию лечения я едва «ползал»: 6 шагов до туалета были весьма большим и длительным путем. Аппетит отсутствовал полностью. Постоянные боли в позвоночнике превратили жизнь в какую-то непрекращающуюся пытку. А постоянное сидение в кресле привело к развитию пролежней на ягодицах и в области копчика, ноги стали настолько отечными, что пальцы на стопах едва проглядывались. Живот увеличился и походил теперь на плохо набитый мешок. Стало болеть сердце, и довольно чувствительно. Руки сделались настолько худыми, что их можно было обхватить 1 и 2 пальцами. Кожа приобрела бледно-серый цвет...
К этому времени осталось лишь несколько истинных друзей, один из которых взял за правило сидеть около меня после работы по 3-5 часов, т. е. до ночи. А я слушал его и знал уже наизусть все его рассказы, и все-таки мне снова и снова нужны были и его разговоры, и он сам.
А затем мне принесли газету «ЗОЖ», № 7 (58) за ноябрь 1995 г. со статьей «Рак можно победить». Принесли утром, однако до вечера (пока не пришел мой друг Анатолий Васильевич Кузнецов) я даже не заглянул в газету. Вечером первым прочитал статью Анатолий Васильевич, он заставил прочитать статью и меня...
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 |


