Золотарёва Александра, студентка 3 курса
кафедры Русского языка и литературы,
ШРМИ ДВФУ
Русское общество в 18 веке (женский мир)
Обычно при кардинальной смене стиля жизни меняется психология человека и нарушается ранние существующие нормативы поведения. Это общая закономерность, но надо учитывать на наш взгляд в этой общей закономерности гендерный аспект, когда поведенческие модели мужчины и женщины приобретают разные формы. в одном из своих незавершенных произведений устами своей героини справедливо сказал о том, что «способы нравиться в мужчине зависит от моды, от времени, а в женщине они основаны на природе и чувствах, которые вечны». Это ставит перед нами проблему определения стилистики женского поведения в контексте ее сущности. Известно, что женский мир в 18 веке после петровских реформ претерпевает серьезные изменения. До этих изменений в русском обществе существует строгая иерархия отношений и, прежде всего в семье. У каждого из членов семьи и, прежде всего у мужа и жены существует свои собственные пространства. Женщина, как правило, конструировала свое пространство внутри дома. Своеобразным офисом, в котором она проявилась, как менеджер был дом, его организация на разных уровнях: хозяйство, воспитание детей и т. д. все это она совершала под покровом мужской защиты (отсюда «замужем» т. е « за ним»). Модель же ее поведения в 18 веке принципиально меняется. Она больше бывает на собраниях, на балах, т. е. выходит за пределы своего пространства. Конечно, от этого ее основные функции отходят на второй план. Но важно отметить, что ее выход в свет связан с определимой эрудицией. Чтобы вести светские разговоры или беседу она должна не только все знать о моде, но и много читать. справедливо считал, что «18 век породил женщину-читательницу». В начале 18 века появляется достаточно интересный тип женщины например Евдокия Голицына воспетая Пушкиным. Она увлекается точными науками (математика), музыкой и конечно литературой. Все это обогащает ее духовный мир. И не случайно Пушкин жаждал увидеть «женщину с душою благородной, возвышенной и пламенно свободной…» и с восторгом увидел ее в Евдокии Голицыной:
Но я вчера Голицыну увидел
И примерен с отечеством моим.
Но этот тип женщины возникает не сразу и не вдруг. Первая половина века являет нам скорее карикатуру на этот европеизированный тип. В ней много искусственной красоты, которая создается за счет больших пышных платьев, напудренных париков и чрезмерного количества косметики. Но когда шок, который испытала женщина на первой волне европеизации проходит мир женщины нормализуется. Она отказывается от пышных фижм, от париков, от косметики и вновь возвращается к своей сущности: быть матерью и хозяйкой. Но важно сказать, что возвращается она с чужим опытом и определением своего места в мире и с новыми функциями читательницы и интересной собеседницы мужчины. И когда функция матери усиливается, усложняется, она оказывает на него духовное влияние, формирует духовное мировоззрение. А ее функция читательницы порождает функцию ребенка-читателя.
И таким образом женщина с ее новыми возможностями оказывается активно вовлечена в жизнь страны, в жизнь социума. После перенесенного от европеизации шока, она успокаивается и не просто возвращается к своим истокам, а как нам видится, усиливает позитивные возможности этих истоков. В этом ценность уроков чужого, когда своё после подобных испытаний становится и ближе и глубже.
