ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1917 ГОДА В ЯРОСЛАВЛЕ
Февральская революция стала для ярославцев, как и для большей части страны, полной неожиданностью. В последние недели перед крушением российской монархии город жил другими сенсациями: состоялся концерт в помощь раненым и увечным воинам; в окрестностях Ярославля прошла лыжная гонка, организованная Лигой зимнего спорта. Еще одно объявление, которое задним числом можно считать символичным, – 26 февраля 1917 г. в Волковском театре заезжая труппа давала оперу Глинки «Жизнь за царя» . Через три дня царя в России уже не было.
Первые известия о революции поступили в Ярославль днём 28 февраля. Утром следующего дня об этом знал уже весь город. К вечеру на собрании представителей губернского земства, городской думы и некоторых общественных организаций «для поддержания порядка в городе» был образован Комитет общественной безопасности. Его возглавил председатель земской управы . На следующий день Тимрот и городской голова встретились с губернатором князем . В ходе встречи было достигнуто соглашение о том, чтобы отозвать с улиц полицию и заменить её военными патрулями. Губернатор заявил, что в любой момент готов сложить с себя власть и покинуть город и ждёт лишь распоряжения правительства на этот счет. 3 марта 1917 г. он официально передал полномочия Комитету общественной безопасности и подписал постановление о назначении временно исполняющим обязанности губернатора бывшего председателя земской управы князя . Ярославским градоначальником назначался генерал , возглавлявший ранее губернский военно-промышленный комитет. Два дня спустя Временное правительство назначило в губернии своих комиссаров, предписав им выполнение обязанностей прежних губернаторов. Ярославским губернским комиссаром стал всё тот же Черносвитов.
В тот же вечер, 1 марта 1917 г., когда был образован Комитет общественной безопасности, на собрании представителей фабрик и заводов был создан Совет рабочих депутатов. Через три дня состоялось первое общее собрание Совета, на котором был избран его руководящий орган – Исполком. Между Советом, Комитетом общественной безопасности и губернским комиссаром начались затяжные конфликты, усложнявшие и без того непростую обстановку в губернии. Но в первые дни революции эйфория захлестнула всех. Обычно не слишком людные улицы Ярославля были заполнены народом. У газетных киосков выстраивались длинные очереди. Мальчишки-разносчики, почувствовав возможность сорвать куш, просили от 20 копеек до рубля за газету, обычно стоившую пятак. Прямо на заборах расклеивались полученные с почты агентские телеграммы. Незнакомые люди поздравляли друг друга с пришествием свободы.
Местная пресса в эти дни писала следующее: «Глаза наши искрятся радостью и счастьем, голоса прерываются от волнения. – Как хорошо! Как хорошо! Лучше Пасхи! – Много лучше, Пасха каждый год, а такого дня не было никогда… Я думаю, теперь двадцать военных займов пойдёт без труда, успевай выпускать, народ всё возьмет, и картин раскрашенных не надо вешать. Скажи только новое правительство: на войну деньги нужны, народ и выручит. Неси, кто сколько сможет. Засыплем с головой».
Радость, кружившая головы, рождала планы в духе фантастических утопий: «Боже мой, дух занимает от счастья. Как хорошо жить будем! Школы построим, откроем народные университеты… Крестьяне будут работать машинами, не все руками ворочать… Пришёл великий творческий момент нашей истории! Народ поднял себя! Народ творит волю свою!». Повсюду царило ощущение праздника, и никто думать не думал, что праздник уже скоро отзовётся тяжёлым похмельем. Впрочем, какой-то подспудный страх всё-таки ощущался. «Дай Бог, чтобы всё обошлось спокойно – пока без манифестаций, баз флагов, без митингов. Нужно сохранять самообладание» .
Но, конечно, без митингов не обошлось. Уже в субботу 4 марта в городе прошла стихийная демонстрация, собравшая под свои знамена преимущественно рабочих. На следующий день, в воскресенье, состоялась ещё более массовое шествие, на этот раз с участием солдат местного гарнизона.
К полудню на Семёновской (ныне – Красной) площади стал собираться народ.
Демонстрации 4-10 марта 1917 г. в Ярославле.
Войска торжественным маршем прошли перед зданием Городской думы, с балкона которой их приветствовали члены Комитета общественной безопасности. Начальник гарнизона обратился к войскам с приветствием: «Поздравляю вас с торжеством объявления свободы в России!». Солдаты отвечали дружным «Ура!»
Обратим внимание на эту сцену. «Объявление свободы», – так можно было сказать о царском манифесте, но никак о революции. Однако в России привыкли к тому, что всё, в том числе и свобода, даруется сверху.
За дарованием свободы должно было последовать разъяснения, что теперь можно, а что по-прежнему нельзя. Но в этот раз никакого разъяснения не было. Итогом стала сначала растерянность, а потом хаос и анархия.
Демонстрация на Власьевской площади.
На заднем плане колокольня и церковь Власьевского прихода.
, к. и.н., преподаватель общественных наук ЯрПК
