О. В. АЗАТУЛЛОЕВА
УЛЬЯНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА КАК ДУХОВНАЯ ТРАГЕДИЯ
НА СТРАНИЦАХ РОМАНОВ М. ШОЛОХОВА «ТИХИЙ ДОН»
И Р. ГУЛЯ «ЛЕДЯНОЙ ПОХОД»
Революция 1917 года и последующая за ней гражданская война особо тяжелый след оставили в судьбах тех русский, кто вынужден был покинуть Советскую Россию после победы большевиков. Многие из тех, кто оставил Родину в те годы, уже в эмиграции начинают философски осмысливать и творчески фиксировать произошедшее с ними. Так, в 1921 году в Берлине белый офицер и прозаик Роман Гуль издает роман о гражданской войне «Ледяной поход (с Корниловым)», который приносит автору литературную популярность в эмигрантских кругах, а, кроме того, некоторую известность в Советском Союзе.
«Ледяной поход» - это художественна автобиография о «гражданской войне с ее развращающей жестокостью братоубийства». Свое повествование Р. Гуль начинает с осени 1917 года, с того момента, когда он возвращается домой с фронта и принимает сложное для себя решение присоединиться к Добровольческой армии Корнилова на Дону. « Я видел, что у прекрасной женщины Революции под красной шляпой, вместо лица, - рыло свиньи. Я искал выхода. Я колебался. В душе подымались протесты и сомнения, но я пытался убедить себя: «все это плохо, но не надо отстраняться, надо взять на себя даже грех убийства, если понадобиться и действовать до конца...». И мне показалось, что я себя убедил.. .»(1).
В холодном вагоне на пути в Новочеркасск герой в своем воображении рисует радужные надежды - «Учредительное собрание - спасение Родины!.. армия возрождения, горящая одной страстью: счастье родины, счастье народа русского - идет как один. Она почти не встречает сопротивления...».
На деле все происходит гораздо банальнее - уже при записи в армию становиться известно о скрытом раздоре и борьбе между командующим Добровольческой армией Л. Корниловым и «верховным руководителем» той же армии М. Алексеевым, о тяжелых потерях, об уклонениях офицеров от службы, произволе и неуставных отношениях в штабах.
Мемуарные воспоминания офицера-белогвардейца - это свидетельства о том терроре, существование которого в годы гражданской войны является историческим фактом. О бессмысленных убийствах и нелюдской жестокости рассказывает Р. Гуль на протяжении всего романа. И тем горче становиться на душе от мародерских наклонностей и ненависти солдат, когда автор понимает, что убивают друг друга земляки, соседи и нередко кровные родственники: «... я должен был убивать неких неизвестных мне, но тоже русских людей. В большинстве рабочих, крестьян. И я почувствовал, что убить русского человека мне трудно. Не могу. Да и за что? У меня же нет с ним никаких счетов. За что же я буду вразумлять его пулями?»; а потому он не смог ответить и на вопрос хозяина убогой хаты, где остановись добровольцы на ночлег, «почему это друг с другом воевать стали? Из чего это поднялось?».
На аналогичный вопрос «Как дать укорот войне? Как ее уничтожить, чтобы дети наши не клочились, не убивали друг друга, как мы?» ищет ответ и Григорий Мелехов, которому судьбой были уготованы долгие годы военных скитаний. И если на германском фронте добрый казак Григорий честно бережет «свою казачью славу», то уже последующие за революцией события заставляют его метаться от красных к белым, понимая, что истины нет ни у тех, ни у других, а в итоге он оказывается чуждым и опасным для обеих сторон.
Разлагающему души и чувства действию войны уделил Шолохов многие страницы своего романа - бессмысленные убийства, массовые казни, грабежи и мародерства. Этой губительной «возможной безнаказанности многих преступлений»(2) были подвержены не только пришлые с оружием на Дон, но и сами казаки, как-то, например, Петр и уважаемый всеми Пантелей Мелеховы, не отказывающие себе в присвоении чужого добра, или Мишка Кошевой, считавший, что на войне нет братьев и родственников.
Когда человек каждый момент ждет смерти и при этом должен убивать сам, все гуманное в нем подавляется страхом, животным инстинктом самосохранения. Роман Гуль предлагает такие сцены духовного падения человека, как дележ солдатами сапог еще неубитого пленного, кража офицером нижнего белья или требование белогвардейцев еды от женщины, на глазах которой они только что убили единственного сына.
«Ледяной поход» - записанные воспоминания непосредственного участника войны - и «Тихий Дон» - воссозданная реальность той поры под пером гениального Михаила Шолохова (доподлинно не известно, читал ли Шолохов «Ледяной поход», но существует такое мнение (3)) - это не что иное, как объективная картина происходящих на Дону событий. Мы не видим полярных точек зрения о гражданской войне у эмигранта Гуля и просоветского Шолохова, ведь они не ставили своей целью рассказать историю смены власти, им важно было рассмотреть человека на войне: увидеть его желания наживы и желания выжить, стремления к миру и возвращению домой, нравственное падение и духовное возвышение. Оба романа имеют некое общее, и, вероятно, единственно верное логическое завершение, - герои «выходят из армии» навсегда: «...из станицы слабо долетает песня с гармоникой. Вместо пушек - заквакали лягушки. Вместо пулеметов — трещат кузнечики». Именно так возрождается жизнь и Григорий Мелехов с сыном на руках как символ ее продолжения.
ССЫЛКИ И ПРИМЕЧАНИЯ
1 - едяной поход.- М., 1990.
2 - Деникин русской смуты. - М.: Айрис, 2003.
3 - олитическая правка «Тихого Дона»/Шолохов и русское зарубежье.- М.: Алгоритм ,2003.
