В ходе исследования было выявлено, что правило ne pejus является предметом изучения не только науки уголовного процесса, но также составляет предмет дискуссий в теории гражданского процесса. Изучение существа и роли запрета поворота к худшему привело автора к выводу об исключительно уголовно-процессуальной природе данного института.

Данное заключение основано на том, что правило non reformatio in pejus выполняет роль важнейшего элемента процессуальной конструкции благоприятствования защите (favor defensionis) в суде вышестоящей инстанции. Именно для защиты более «слабой» стороны данная конструкция была введена в уголовный процесс, поэтому ее применение ограничено областью уголовно-процессуальных отношений.

Вторым аспектом правила ne pejus является запрет судам кассационной и надзорной инстанций даже при наличии жалобы потерпевшего или представления прокурора самостоятельно выносить решение, ухудшающее положение подсудимого. В отношении суда апелляционной инстанции данное требование также приобрело значение в связи с последними изменениями уголовно-процессуального закона (речь об отмене оправдательного приговора).

Сравнительный анализ отечественного и зарубежного (Австрия, Франция) законодательных подходов к правилу о запрете поворота к худшему позволяет утверждать, что российский уголовно-процессуальный закон рассматривает понятие «ухудшение положения лица» в более широком смысле, не допуская не только увеличение самого размера наказания, но и переквалификацию деяния на статью уголовного закона, предусматривающую более строгое наказание, даже если это не повлечет назначение более строгого наказания.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

2.2. «История развития института «запрет поворота к худшему» в уголовном процессе». Диссертантом исследуются положения законодательства, регулировавшие действие правила о запрете поворота к худшему с момента его возникновения и до настоящего времени.

Рассматриваемый институт берет свои начала в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г. (ст. 891, 931), и в отличие от многих других прогрессивных демократических институтов, не утратил своего значения в советский период (УПК РСФСР 1922, 1923 гг., УПК РСФСР 1960 г.).

2.3. «Реализация принципа «запрет поворота к худшему» в современном российском уголовном процессе». Автором последовательно исследуется функционирование правила non reformatio in pejus применительно к апелляционной, кассационной и надзорной инстанциям.

Анализ новейших положений УПК РФ позволил диссертанту выявить ряд существенных недостатков правового регулирования, нуждающихся в скорейшем изменении. Так, например, заслуживает внимания тот факт, что новый закон связывает возможность отмены или изменения судом апелляционной инстанции обвинительного приговора с целью ухудшения положения подсудимого лишь с наличием представления прокурора или жалобами иных участников со стороны обвинения при этом не делает никаких оговорок в части мотивов отмены или изменения судом приговора. Фактически данное положение в нарушение принципа состязательности возлагает на суд второй инстанции не свойственную ему функцию обвинения, когда сам суд устанавливает мотивы и основания изменения судебного решения в худшую сторону.

Предлагается внести в закон положения, устанавливающие дополнительные гарантии права подсудимого на защиту, в случае, когда жалоба подается стороной обвинения.

Часть первая ст. 38924 УПК РФ может быть изложена в следующей редакции: «Обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей по мотивам, приведенным в жалобе или представлении».

Противоречащим конституционному праву на защиту является неограниченное расширения апелляционного производства на лиц, не обжаловавших приговор (ч. 2 ст. 38919 УПК РФ). Ревизионный порядок допускает пересмотр приговора по усмотрению суда в отношении всех осужденных по одному уголовному делу, однако не устанавливает запрет ухудшать положение таких лиц.

Полагаем также необходимым установить в законе следующее требование: «В случае подачи жалобы (представления) стороной обвинения на незаконность и необоснованность оправдания подсудимого, суд апелляционной инстанции осуществляет производство по уголовному делу в порядке, установленном гл. 35-39 УПК РФ в полном объеме при обязательном участии оправданного».

Рассматривая в динамике подход законодателя к вопросу об ухудшении положения осужденного, оправданного в кассационной и надзорной инстанциях, диссертантом отмечается значительное сужение действия запрета поворота к худшему. В первую очередь оно проявляется в закреплении ординарной возможности пересмотреть уголовное дело для изменения положения лица в худшую сторону (впервые с момента принятия УПК РФ 2001 г.). Во-вторых, закон в ст. 4016 не устанавливает требования, согласно которому поворот к худшему допускается только по жалобе потерпевшего или по представлению прокурора, что, по сути, устраняет правило ne pejus из производства в кассационной и надзорной инстанций.

Наибольшее ограничение принципа запрета поворота к худшему, а фактически его игнорирование, связано с принятием Постановления Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. по жалобе гражданина Гадаева и запросу Курганского областного суда. По мнению диссертанта, дозволение судам вышестоящих инстанций по своей инициативе возвращать уголовное дело прокурору для предъявления нового, более тяжкого обвинения, ставит под сомнение действие запрета поворота к худшему как действенной гарантии конституционного права на обжалование. Умаление прав участников процесса недопустимо, в этой связи полагаем, что правило о запрете поворота к худшему при проверке судебного решения должно быть приоритетным, поскольку является гарантией принципа свободы обжалования судебных решений.

В заключении формулируются основные выводы по итогам диссертационного исследования.

Основные положения настоящей диссертации опубликованы в следующих изданиях:

·  в научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК при Министерстве образования и науки Российской Федерации:

1.  Ивасенко, К. В. Апелляция в уголовном судопроизводстве: законодательные новеллы / // Законодательство. 2011. № 10. С. 60-69 – 0,9 п. л.

2.  Ивасенко, К. В. Основные этапы становления института обжалования и пересмотра решений судов по уголовным делам в российском законодательстве XV – XIX веков / // Адвокат. 2012. № 4. С. 65-73 – 0,9 п. л.

3.  Ивасенко, К. В. Свобода обжалования судебных решений как принцип уголовного процесса / // Законодательство. 2012. № 7. С. 79-87 – 0,8 п. л.

·  в иных научных журналах и изданиях:

4.  Ивасенко, К. В. Ревизионное начало при пересмотре судебных решений по новому уголовно-процессуальному законодательству / // Уголовно-процессуальные и криминалистические чтения: материалы междунар. науч.- практ. интернет-конф. (Иркутск, 16-30 апреля 2012 г.). – Иркутск, Издательство БГУЭП, 2012. С. 65-71. – 0,4 п. л.

5.  Ивасенко, К. В. Некоторые вопросы проверки и пересмотра судебных решений, вступивших в законную силу, в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. / // Научные труды Российской академии юридических наук. Выпуск 12: в 2 т. Т. 2. – М.: «Юрист», 2012. С. 483-486 – 0,3 п. л.

6.  Ивасенко, К. В. Некоторые особенности судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции по уголовным делам / // Восьмые Всероссийские Державинские чтения (Москва, 14 декабря 2012 г.): сб. ст. : в 7 кн. Кн. 5. Проблемы уголовно-процессуального и уголовного права, криминалистики и криминологии / отв. ред. , ; РПА Минюста России. – М. : РПА Минюста России, 2013. С. 318-321 – 0,2 п. л.

7.  Ивасенко, К. В. Срок кассационного обжалования судебных решений: особенности применения / // Уголовный процесс. 2013. № 7. С. 70-73 – 0,2 п. л.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6