Методические указания для выполнения контрольных работ обучающихся по направлению подготовки 40.06.01 Юриспруденция (стр. 2 )

Третий судья сделал акцент на необходимости расширительного толкования п.4 ст.430 ГК. "Что такое отказ третьего лица от права, предоставленного ему по договору? Может ли такой отказ быть выражен в заявлении об осуществлении правопреемства в процессе? Полагаю, что да. Предвижу, конечно, и возражения против такого подхода: отказаться можно от принадлежащего права, а с момента получения задолженности по кредиту у Банка вообще отпало основание требовать выплаты страхового возмещения, поэтому говорить об отказе от права не приходится. Но выход, видимо, в применении этого правила по аналогии и т. п. Есть, конечно, и опасность в таком подходе (в признании п.4 ст.430 ГК основанием для правопреемства), ибо под отказом от права можно понимать и отказ от иска. Представим, что Банк сейчас откажется от иска ввиду получения задолженности по кредиту. Будет ли это означать, что с этого момента "воспользоваться правом" требовать страхового возмещения сможет страхователь или, наоборот, в силу правопреемства и правил о тождестве иска страхователь не сможет предъявить такой иск? Решение относительно трактовки п.4 ст.430 ГК должно быть одно: либо правопреемство (и тогда во всех случаях: и при ходатайстве о правопреемстве и при отказе от иска) либо нет здесь правопреемства... С точки зрения интересов ответчика в контексте правил об исковой давности отказ третьего лица от права должен означать правопреемство, иначе непонятно, с какого момента исчислять исковую давность по требованию кредитора, которым он "смог воспользоваться" после отказа третьего лица от права предоставленного ему по договору..."

Первый судья заметил, что все они правы, но дело как-то надо решить. "Предлагаю "спрятаться" за процессуальные нормы. В правопреемстве откажем, а решением оставим в силе, пусть страхователь взыскивает потом с Банка неосновательное обогащение (кстати, в этом случае не будет проблем с исковой давностью). А на возможный упрек о том, что мы присудили заведомо неосновательное обогащение, ответим так: кассация не имеет право принимать новые доказательства, поэтому установить тот факт, что к моменту кассационного разбирательства имела место выплата задолженности по кредиту, и, следовательно, Банк потерял право на удовлетворение иска, кассация не вправе. Другими словами, для рассмотрения ходатайства о правопреемстве доказательства о выплате задолженности по кредиту допустимы в кассационной инстанции, для установления этого же факта как факта основания к отказу в иске недопустимы. Интересы страховщика при этом не страдают, повторно взыскать с него эту сумму будет нельзя, а страхователь сможет взыскать неосновательное обогащение с Банка, если тот не вернет его добровольно".

Прокомментируйте высказанные точки зрения. Какое решение приняли бы Вы?

Задача 2.

В ходе рассмотрения заявления о признании недействительным решения налогового органа об отказе в возмещении НДС налоговая инспекция представила полученные на основании ст.90 НК РФ протоколы допроса свидетелей, показавших, что никакого отношения к деятельности фирм, являвшихся «контрагентами» , они никогда не имели, хотя и значатся их учредителями и руководителями, подписи на договорах, счетах-фактурах и т. п., выполненные от их имени, им не принадлежат, о деятельности этих фирм они ничего не знали. Налоговая инспекция представила также заключение эксперта, полученное на основании ст.95 НК РФ, согласно которому подписи, выполненные от имени указанных свидетелей на документах, в действительности выполнены другим лицом. На основании этих доказательств налоговая инспекция признала хозяйственные операции с этими фирмами мнимыми сделками, которые не могут служить основанием для возмещения НДС.

Представитель заявил о недопустимости использования протоколов допроса свидетелей, т. к. свидетели должны допрашиваться самим судом. Он также заявил ходатайство о назначении судебно-графологической экспертизы в отношении подписей на документах, указав, что только полученное на основании определения суда заключение эксперта может рассматриваться в таком качестве. Представитель налоговой инспекции указал, что протоколы допроса свидетелей и заключение эксперта следует рассматривать как письменные доказательства, назначать судебную экспертизу и вызывать свидетелей в суд нет оснований, если данные письменные доказательства не подвергнуты сомнению с точки зрения их достоверности. Кроме того, при рассмотрении таких дел суд осуществляет проверку законности решения налогового органа, которая должна осуществляться применительно к тем доказательствам, которые были собраны в ходе мероприятий налогового контроля, а не путем собирания новых доказательств. Соответственно, квалифицировать эти доказательства следует по НК, а не АПК. Представитель заявил, что доказательства, о собирании которых он ходатайствовал, не могут рассматриваться как новые.

Чья точка зрения представляется Вам правильной? Как следует квалифицировать представленные доказательства? Подлежат ли удовлетворению заявленные ходатайства?

Задача 3.

АО «Союз» обратилось с иском к с иском о взыскании задолженности по договору поставки за переданный товар.

В ходе рассмотрения дела в суд поступило заявление от об осуществлении правопреемства на стороне истца со ссылкой на заключенный договор цессии, по которому получило право требования задолженности с .

Представитель АО «Союз» возражал против производства правопреемства и заявил о недействительности договора цессии (он является для Общества «Союз» крупной сделкой, которая не была одобрена в установленном порядке).

Суд отклонил данный довод со ссылкой на то, что внутренние отношения между цедентом и цессионарием суд выяснять не обязан. Устанавливать действительность договора цессии означало бы в рамках одного спора начать разрешать еще один, что невозможно, тем более, что речь идет об оспоримости, а не ничтожности сделки (впрочем, устанавливать ничтожность цессии тоже означало бы «рассмотреть два дела в одном»). Не осуществить правопреемство также невозможно, т. к. это означает присудить право не тому лицу, которому оно принадлежит. Суд вынес определение о правопреемстве. Жалоба АО «Союз» на это определение была отклонена по тем же основаниям. Иск о взыскании долга с был удовлетворен.

АО «Союз» обратилось с иском к о признании договора цессии недействительным и выиграло дело.

После вступления указанного решения суда в силу АО «Союз» обратилось с заявлением о пересмотре решения по иску о взыскании долга с по вновь открывшимся обстоятельствам.

возражало против удовлетворения данного заявления со ссылкой на то, что пересматривать надо не решение, а определение об осуществлении правопреемства. Лишь после отмены определения о правопреемстве можно пересматривать решение суда.

возражало против удовлетворения данного заявления со ссылкой на то, что оно уже уплатило долг по исполнительному документу, поэтому отмена решения в связи с вновь открывшимися обстоятельствами ничего не даст АО «Союз» (повторно АО «Союз» взыскать долг с не сможет, следовательно, отсутствует заинтересованность, без которой заявление не может быть удовлетворено).

АО «Союз» указало, что уплата по отмененному судебному решению является уплатой ненадлежащему кредитору, риск которого несет (ст.312 ГК). Поэтому АО «Союз» при новом рассмотрении дела сможет получить исполнительный лист и взыскать с долг, а то, в свою очередь, может взыскивать с на основании поворота исполнения.

Судья поставил на обсуждение сторон вопрос о том, что уплата долга по исполнительному листу в пользу означает возникновение на его стороне неосновательного обогащения за счет АО «Союз». Следовательно, между ними имеет место спор о праве гражданском, который исключает пересмотр судебного решения по вновь открывшимся обстоятельствам.

АО «Союз» настаивало, что в силу обязательности судебного решения иск о взыскании неосновательного обогащения невозможно предъявить ранее, чем будет отменено решение суда о взыскании долга в пользу .

Чью точку зрения Вы разделяете? Каким образом должны быть защищены права АО «Союз»?

Вариант 2

Задача 1.

ООО "Магистр" (покупатель) заключило с ЗАО "Диссертация" договор купли-продажи "будущей недвижимости", по условиям которого ЗАО "Диссертация" (продавец) обязывалось передать в собственность ООО "Магистр" нежилое помещение (магазин) в строящемся торгово-развлекательном комплексе после его возведения и ввода в эксплуатацию.

ООО "Магистр" полностью выполнило свои обязательства по оплате покупной цены помещения.

После завершения строительства и ввода в эксплуатацию здания ТРК ЗАО "Диссертация" отказалось передавать построенный объект покупателю.

ООО "Магистр" обратилось в арбитражный суд с иском об исполнении обязательства по передаче индивидуально-определенной вещи и о государственной регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи.

Суд установил, что спорный объект создан, находится в фактическом владении продавца, но право собственности на него за ЗАО "Диссертация" не зарегистрировано. На этом основании в иске было отказано со ссылкой на пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 01.01.2001 №54. Устно судья разъяснил истцу его право требовать возврата уплаченной суммы и процентов на нее, а также возмещения убытков.

Спустя полгода после вступления решения суда в законную силу, ООО "Магистр" из выписки из ЕГРП узнало, что ЗАО "Диссертация" таки зарегистрировало право собственности на помещение за собой. В связи с чем ООО "Магистр" снова обратилось в суд с иском об обязании исполнить обязательство и передать индивидуально-определенную вещь, осуществить государственную регистрацию перехода права собственности по договору купли-продажи.

Представитель ЗАО "Диссертация" потребовал прекратить производство по делу в связи с тождественностью заявленного иска ранее рассмотренному. "Государственная регистрация права собственности за продавцом не является новым фактом основания иска, ибо таковыми могут считаться только правопроизводящие юридические факты, а также факты повода к иску (факты нарушения права). Основания возникновения притязания истца неизменны (договор купли-продажи, его исполнение истцом, факт создания спорного имущества), неизменен и факт повода к иску (отказ продавца исполнять договор)."