Крестьянская семья Южного Зауралья: генеалого-демографический аспект: На примере крестьянских родов Примиассья конца XVIII - начала XX вв (стр. 6 )

Все эти исследования содержат обширный фактический материал, собранный в фондах архивов областей Урала, а также центральных архивов, и преобразованный в поколенные родословные росписи уральских и зауральских родов, которые простираются на 200 - 300 лет (с рубежа XVII - XVIII вв. по 1990-е гг.). Несомненно, эти исследования имеют огромное теоретическое значение при разработке проблем генеалогии всего Урало-Сибирского региона.

Исходя из всего выше сказанного, целью нашего исследования будет создание схемы исторического и историко-генеалогического исследования, объясняющей тот или иной факт локальной истории с точки зрения родственных или семейных связей населения изучаемого региона.

Исходя из поставленных целей, ставятся следующие задачи:

- определить или разработать оптимальную методику реконструкции крестьянской родословной этих родов с момента их появления данной местности по возможности по наши дни; определить направление применения генеалогических данных в исторических исследованиях при изучении демографической обстановки в нашем крае в указанный период;

- выявить степень сохранности архивных материалов по генеалогии населения данного района в архивах Урала и Зауралья;

- создать родословную изучаемых родов с момента их появления в исследуемом районе до 1917 года.

Источниковая база исследования - основным источником фактического материала для данной работы послужили метрические книги церквей Оренбургской епархии (фонды Оренбургской духовной консистории). Основной комплекс этих документов находится в областных архивах городов Кургана и Челябинска.

Фонд И-226 (Оренбургская духовная консистория) государственного архива Челябинской области (ГАЧО) содержит метрические книги церквей Челябинского уезда за 183 0-1918 гг., а также клировые ведомости этих церквей за эти годы.

Фонд 244 (Оренбургская духовная консистория) Государственного архива Курганской области также содержит метрические книги церквей Челябинского уезда, но только тех сел, которые находятся на территории современной Курганской области. В состав фонда № 000 включены книги только с 1850 по 1919 годы.

В процессе работы обнаружились лакуны в коллекциях книг в фондах как Челябинского, так и Курганского госархивов. Не удалось найти и такие важные источники как исповедные росписи исследуемых приходов, а также брачные обыски (за исключением периода 1850 - 1865 годов - по одному из приходов), которые существенно помогли бы в работе.

Основная доля фактического материала данной работы (по родам переселенцев и квазипереселенцев) содержится в метрических книгах Михаило-Архангельской церкви села Горшкова за 1854- 1917 годы. Кроме этого, данные за 1830-1853 гг., содержатся в книгах Спасской церкви Чумлякской слободы и Трех

Святительской церкви Карачельской слободы. Дополнительно были использованы книги церквей окрестных сел (например, Николаевской (с. Стариково), единоверческой Богородице - Казанской церкви (с. Красный Яр)). Использованы материалы «Клировых ведомостей» Михаило - Архангельской церкви села Горшково за 1854 - 1856 годы.

По истории старожильческих родов, основная доля материала содержится в книгах Воскресенской церкви Воскресенской слободы (период 1830 - 1869 гг.), Свято-Троицкой церкви села Травянского (за этот же период), Петропавловской церкви села Купая (за 1869 - 1919 гг.) а также Свято-Троицкой церкви села Троицкого (Штанского) (1913-1916 гг.).

В Центральном государственном историческом архиве Республики Башкортостан находятся на хранении ревизские сказки, составленные во время проведения ревизий по Оренбургской губернии с 5-й по 10-ю ревизии. Они отложились в фонде Оренбургской казенной палаты, сгруппированы по времени проведения, уездам Оренбургской губернии, социальному положению и национальности населения.

В Центральном государственном историческом архиве Республики Башкортостан находятся на хранении ревизские сказки, составленные во время проведения ревизий по Оренбургской губернии, начиная с 5-й по 10-ю ревизии, содержащие генеалогические и биографические сведения о жителях населенных пунктов изучаемого региона с конца XVIII по середину XIX веков. Они отложились в фонде Оренбургской казенной палаты, сгруппированы по времени проведения, уездам Оренбургской губернии, социальному положению и национальности населения.

Кроме того, существенным источником послужили материалы Чумлякской земской управы (фонд Р - 775 ГАКО) за 1916 - 1919/20 гг., в которых немало сведений историко-биографического и генеалогического, социально-экономического плана

Широко использовались в процессе работы и материалы «устной истории». В последнее время этот вид источников исторической информации все больше привлекает внимание историков, ибо в них могут содержаться сведения, не получившие своего отражения в письменных источниках, и такой взгляд на изучаемый вопрос, какой может объяснить суть происходящих событий с точки зрения их очевидцев. В данной работе материалы «устной истории» использованы с целью уточнения полученных при первоначальном сборе данных с целью дальнейшего определения круга генеалогического поиска. Кроме того, показана роль материалов «устной истории» при определении степени родства конкретного лица - представителя конкретной линии исследуемого рода, по отношению к представителям других ветвей и линий исследуемого рода или группы родов.

Дополнительно были использованы документы советской эпохи - материалы Щучанского райисполкома и Калмык - Миасского сельсовета находящиеся в фондах ГАКО (Ф. Р - 770.). Данные материалы помогли уточнить судьбу некоторых лиц после революции 1917 года, а также связать данные «устной истории» с данными архивных источников.

Весь комплекс выше названных групп источников позволил более полно и точно проследить историю исследуемых крестьянских родов на протяжении XIX - начала XX вв.

Методология и методика исследования. Методологической основой исследования являются принципы объективности, научности, историзма, критического подхода к источникам. При изучении темы использовались методы междисциплинарного сравнительного исследования. Генеалогия - одна из немногих дисциплин, которая постоянно остается в творческой лаборатории историка. Как и другие отрасли исторической науки, она имеет свои закономерности, вытекающие и из закономерностей исторического процесса (если иметь в виду создание генеалогических источников) и из закономерностей исторической науки (если говорить о развитии генеалогии, как вспомогательной исторической дисциплины).

Уже два с лишним столетия генеалогия существует в двух качествах: научной дисциплины и практического знания. Принципиальное отличие первой от второй в том, что она всегда подчинена задачам исторического исследования; в то время как практическая - лишь юридически оформляет степень родства между определенным кругом лиц, определяя их положение в структуре общества. Для генеалога-практика создание истории семьи - конечная цель работы, для генеалога-историка - лишь подступы к решению более широкой проблемы, один из методов исторического исследования (65).

Нередко генеалогия сводится лишь к технике извлечения и первичной переработки сырого материала. Но следует признать, что генеалогия - полидисциплинарная область научного знания, объединяющая различные разделы не только истории, источниковедения, но также же и медицины, биологии (генетики), ибо вплотную связана с действующим и познающим субъектом - человеком (66).

Это можно объяснить некой спецификой данного направления исследований. Во-первых, это сам предмет исследования - родственные отношения, как по «вертикали» (во времени), так и по «горизонтали» (в пространстве), который делает предельно неопределенными хронологические рамки исследования. Во-вторых, источниковая база историко-генеалогического исследования необычайно широка. По сути дела генеалогическим источником может служить любой исторический источник, сообщающий какую-либо информацию о личности и её родственном окружении. Но в то же время генеалогические источники могут быть эффективно использованы лишь в комплексе, с привлечением широкого круга недокументальных источников и на основе предварительной реконструктивной работы, благодаря которой достигается максимальная степень адекватности реконструированного генеалогического факта реалиям прошлого (67).

Исходя из всего выше сказанного, встает вполне справедливый вопрос о цели и роли генеалогии в изучении различных сторон социальной истории. На наш взгляд, целью историко-генеалогического исследования является создание схемы, объясняющей тот или иной факт с точки зрения родственных или семейных отношений - т. е. на микроисторическом уровне, если назвать все это языком принятым современной наукой.

Данная генеалогическая схема, выраженная в виде родословной конкретного человека или группы лиц, нередко может объяснить или уточнить наиболее адекватно тот или иной исторический факт, в данном ключе, как во времени, так и в пространстве. Если же говорить о микроистории (истории семьи, конкретного человека и т. п.), то такое исследование будет в наибольшей степени основано на знании генеалогического плана.

Конечно, реконструкция родословной не является самоцелью исследования, она - лишь средство реконструкции и объяснения той реальности, которая могла существовать в действительности. Однако без данных других отраслей научного знания (экономики, истории, демографии, юриспруденции и т. п.) вся эта схема будет мертва и бесполезна, ибо она, как и само генеалогическое знание, будет основой, на которую впоследствии кладутся все остальные данные. Генеалогическое знание и генеалогическая схема - «скелет», каркас (можно по-разному называть), на котором держится весь остальной материал микроисторического исследования. Весь материал других дисциплин и наук оживляет эту схему и придает ей значимость и важность, не уменьшая при этом ее изначальной роли.

Данная работа базируется на микроисторическом подходе, который предполагает обращение к судьбам конкретных семей и их членов, рассмотрение многих аспектов жизни крестьянского рода, освещение частных фактов в контексте исторического процесса.

Микроистория - одно из наиболее перспективных и влияетельных направлений в современной исторической науке. Это направление и исторических исследований рассматривает себя как движение, направленное на изучение способов выявления важных феноменов прошлого, которые дотоле оставались незамеченными. Интерес микроисторических исследований был все время направлен не на элиты, а почти исключительно на представителей «низов» общества. Микроистория стремится рассматривать людей прошлого как действующих лиц, обладавших собственными целями и стратегиями. В центре внимания этого направления исследований находятся не изолированные индивиды, а социальные связи и отношения, в рамках которых они осуществляют свои «стратегии». История, в целом, должна пониматься как «результат взаимодействия бесчисленных индивидуальных «стратегий». Реконструкция это «переплетения», подобного рода «стратегий» - одна специфических задач микроисторического исследования (68).