Обзор публикаций российских СМИ о судебной системе Российской Федерации (стр. 2 )

Но она в итоге привела его на скамью подсудимых. Думаю, он до сих пор находится в недоумении и будет до последнего обвинять всех, кого только можно, в том, что его «подставили» и втянули в преступление. Искренне признать свою вину Улюкаеву чисто психологически тяжело, ведь внутренне он уверен, что для него все еще может закончиться хорошо. Такие люди, как Улюкаев, привыкли быть неприкасаемыми, творить все что угодно, не обращая внимания на закон и соблюдая лишь внутриэлитные правила – «делись и прикрывай». Этот человек живет в старой парадигме «условных 90-х» и в рамках этих понятий считает себя невиновным.

В этом – коренное отличие в поведении на суде наших и западных коррупционеров. В Европе и Америке такие люди искренне признают свою вину, понимая, что это серьезное смягчающее обстоятельство. На Западе те, кто попался на взятке, осознают: это не «внутриэлитная разборка», а тяжкое преступление, за которым последует суровое наказание. У них есть внутреннее уважение к закону, которого нет у Улюкаева.

Это своего рода инерция, связанная с недавним несовершенством судебной системы РФ. Люди вроде Улюкева, губернаторов Хорошавина и Гайзера, генерала Сугробова не видят ничего странного в том, чтобы иметь полторы тонны валюты у себя на даче. А при зарплате в несколько десятков тысяч рублей вполне нормально иметь золотую ручку или часы за пару–тройку миллионов. По их понятиям, все это куплено на деньги, заработанные тяжелым и рискованным трудом. Они в принципе не видят в этом плохого, и осознания совершенного преступления у них просто нет.  

Я очень надеюсь, что наша судебная система изменит, прежде всего, мировоззрение таких «людей системы», приведя его в правовое поле. Главная задача суда в процессе над Улюкаевым – показать, что перед законом все равны, и взяточник должен сидеть в тюрьме. Этот процесс – своего рода «лакмусовая бумажка» эффективности борьбы с российской коррупцией. За исходом этого дела следят миллионы простых Россиян, и по его результатам они будут судить, готова ли власть в рамках объявленной кампании сдавать «своих», грубо преступивших закон. А возможный суровый приговор Улюкаеву (и другим высшим чиновникам, дожидающимся суда за взятки) станет симптомом оздоровления нашего общества.

У политологов есть такая шутка: «Сегодня в местах не столь отдаленных сидит столько губернаторов, что прямо на зоне впору Госсовет проводить». Это наглядное доказательство того, что система изменилась, а принадлежность к элите больше не «охранная грамота» для преступников. Но парадокс в том, что «системные люди», попавшие в жернова правосудия, не изменились, они живут в прошлом. И по-прежнему уверены, что «всегда можно договориться», кому–то позвонить, с кем–то поделиться – и весь этот кошмар исчезнет! 

От процессов, подобных суду над Улюкаевым, зависит и доверие простых Россиян к власти. Особенно на фоне фактически стартовавшей президентской кампании – 2018. Поэтому они не должны заканчиваться условными сроками, увольнениями или «выговорами с занесением в личное дело». Коррупционеры должны сидеть в тюрьме – и сидеть там долго и трудно! Власти принципиально важно продолжить тот этап борьбы с коррупцией, на который она вышла еще в 2015-м, продолжать совершенствовать судебную систему, и тогда вырастет не только доверие к власти, но и к выборам. В конце концов, Россиянам исконно присуще чувство объективной справедливости.

О Верховном Суде РФ

legal. report

ВС разбирался, была ли провокация ФСБ в отношении судьи

Верховный суд РФ 16 августа рассмотрел жалобу на решение Мосгорсуда, одобрившего привлечение к уголовной ответственности столичного мирового судьи в отставке Алексея Зорина, который, по версии следствия, за взятку отпустил пьяного водителя без наказания.

Зорин был мировым судьей на участке № 000 Бабушкинского судебного района (Северное Медведково) в течение четырех лет и в конце 2015 года добровольно ушел в отставку. Поводом для этого послужило обвинение во взятке – будто бы судья вымогал 20 000 руб. у водителя, попавшегося за рулем в нетрезвом виде. Тот обратился в ФСБ, и Зорина задержали на рабочем месте после того, как он во время слушаний отпустил нарушителя из зала заседаний. Впрочем, следов краски от меченых купюр на руках у Зорина оперативники не нашли.

В мае 2016 года председатель СКР Александр Бастрыкин обратился в ККС Москвы с просьбой дать согласие на возбуждение уголовного дела по п. «б» ч. 5 ст. 290 УК (получение взятки с вымогательством). Квалифколлегия удовлетворила ходатайство, которое Зорин дважды безуспешно обжаловал – 22 ноября 2016 года в ВККС и 20 марта этого года в Мосгорсуде.

На нынешнем заседании ВС, где рассматривалась апелляция Зорина, экс-судья заявил, что дело сфабриковано правоохранительными органами, есть очевидная связь между попыткой уголовного преследования и его профессиональной деятельностью. Якобы еще в 2012 году судья лишил на 1,5 года одного из сотрудников ФСБ прав за езду в нетрезвом виде, а тот отомстил ему, устроив провокацию со взяткой.

– Я 15 лет проработал, прошел все ступени – от секретаря Бабушкинского райсуда до мирового судьи. Оболгали честного человека, плюнули в душу и выкинули! – эмоционально заявил Зорин коллегии под председательством Владимира Хаменкова, отметив, что СКР занял четкую обвинительную позицию и практически не желает разбираться в нюансах дела. Такой же логикой в своих действиях, по мнению экс-судьи, руководствовался и Мосгорсуд, который не стал принимать во внимание версию с провокацией ФСБ.

Представитель Зорина адвокат Роберт Заводник, в свою очередь, обратил внимание коллегии на процедурные вопросы. По его мнению, еще в ККС Москвы возникли проблемы с доверенностью председателя СКР – в частности, на документе не было синей печати. Соответственно, сделал выводы адвокат, недействительны и все производные от этой доверенности документы. “Никто ничего не слушает, такое впечатление, что все делается по заранее принятому сценарию”, – тоже в конце концов перешел на эмоции Роберт Заводник, когда увидел, что его доводы не производят впечатления на тройку судей.

Представитель СКР был краток: доверенность нормальная, сообщение о мести лишенного прав сотрудника ФСБ надуманное и необоснованное. К тому же ранее истец эти факты нигде не озвучивал. Еще более немногословной оказалась представитель другого ответчика – ВККС: «Наша позиция прежняя – судью надо привлекать к уголовной ответственности».

После непродолжительного совещания судебная коллегия приняла решение оставить апелляционную жалобу Зорина без изменения. Как сообщил корреспонденту Legal. Report адвокат Заводник, определение судебной коллегии, скорее всего, будет обжаловано в Президиуме ВС – на эту процедуру у защиты есть три месяца.

pravo. ru

Из квартиры в магазин: ВС рассказал, что нужно для реконструкции

Коммерческие помещения на первом этаже востребованны у малого бизнеса. Чтобы его получить, обычно надо реконструировать квартиру и пристроить к ней отдельный вход с крыльцом. С этим могут быть проблемы, потому что крыльцо стоит на придомовой земле, а она является собственностью всех владельцев квартир в этой многоэтажке. Нужно ли в данном случае согласие собственников? Всех или достаточно большинства? А что делать, если новостройка почти не заселена и большая часть владельцев квартир попросту неизвестна? На вопросы ответил Верховный суд. 

Помещения на первом этаже жилых домов популярны у малого бизнеса. Там можно открыть все, что угодно – от магазина или кафе до студии йоги или обувной мастерской. Помещения в многоэтажках могут быть дешевле тех, что находятся в коммерческих зданиях, а к тому же, «соседи» могут оказаться потенциальными клиентами. Если квартира переоборудуется впервые – чаще всего, к ней нужен отдельный вход и крыльцо на придомовой территории. Тут предпринимателей могут поджидать трудности, ведь участок под домом – это общая собственность владельцев квартир. Обязательно нужно спросить их разрешение на оборудование отдельного входа. Об этом напомнил Верховный суд в паре недавних определений.

Не две трети, а три трети

В предыстории одного из дел фигурировал краснодарский предприниматель Олег Филинов*, которому городская администрация дважды отказала в разрешении на перепланировку и реконструкцию. Чиновников, в том числе, смутило то, что затрагивался земельный участок. После двух отказов Филинов решился на несогласованную перепланировку, заручившись согласием собственников квартир пятиэтажки – больше двух третей одобрили его план. Следом бизнесмен обратился к администрации с судебным иском о признании права собственности на теперь уже нежилые помещения с отдельным входом. Две инстанции удовлетворили его требования, ведь новый объект получил одобрение более двух третей жильцов.

Но этого мало, поправил Верховный суд. Нужно согласие всех до единого собственников, ведь крыльцо занимает часть придомового участка (юридическим языком – уменьшается размер общего имущества многоквартирного дома, в том числе путем реконструкции). Здесь Верховный суд сослался на ч. 3 ст. 36 или ч. 2 ст. 40 Жилищного кодекса (определение № 18-КГ17-86). Он направил дело на пересмотр в Советский райсуд Краснодара, где его запланировали рассмотреть в сентябре.

Чиновников и суды во многом сбивает с толку сам Жилищный кодекс. С одной стороны, ст. 36 и ст. 40 действительно говорят о необходимости получить согласие всех собственников, если переустройство уменьшает площадь общего имущества (правило также закреплено в п. 11 Обзора судебной практики ВС N 2 (2017). С другой стороны, документ о согласии собственников не включен в перечни документов, обязательных для перепланировки или перевода помещения из жилого в нежилое (это ст. 23 и 26 ЖК). Более того – Жилищный кодекс запрещает чиновникам требовать документы, которых нет в этих списках. По словам Ольги Александровой из «Содружества земельных юристов», такое несоответствие ведет к большому количеству судебных тяжб и неправильных судебных решений, которые выносятся без учета того, что согласие всех собственников все–таки необходимо. Чтобы с этим покончить, Александрова предлагает скорректировать Жилищный кодекс.

Собственников в квартирах нет, а права у них есть