СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ ……………………………………………………………………….3
РАЗДЕЛ 1. Первоисточники: красота в работах ………………………………………………………….4
РАЗДЕЛ 2. МОЯ ТОЧКА ЗРЕНИЯ ……………………………………………..6
ВЫВОД ……………………………………………………………………………9
Список использованной литературы …………………………….10
ВВЕДЕНИЕ
Тема:
« считал, что «добро не имеет ничего общего с красотой», а полагал, что «красота спасет мир» и, вместе с тем, что «красота — это страшная и ужасная вещь... тут берега сходятся, тут все противоречия вместе живут». Какая из этих позиций вам ближе?».
Красота – наряду с благом (добром) и истиной – важнейшая человеческая ценность. Критерием красоты является особое, эстетическое чувство, переживание. Это субъективный критерий, но в нем два составляющих компонента: общезначимый и индивидуально – личностный. Общезначимость не распространяется на все человечество. Красота не является общечеловеческой ценностью. То, что считают красивым одни поколения, одни народы и различные социальные группы (например, возрастные), другие поколения, народы и группы могут не считать. В этом смысле красота – относительна. Нет абсолютных эстетических ценностей. Но есть абсолютная общечеловеческая способность отличать красивое от некрасивого, безобразного. Она называется эстетическим вкусом. Вкус может быть более или менее развит. Отсутствие эстетического вкуса обедняет человеческую личность, делает ее не до конца полноценной.
Целью данной работы является исследование проблемы прекрасного в философии и .
Объектом наблюдения является красота и феномен прекрасного. Предметом наблюдения являются взаимоотношения добра, красоты и стратегии развития человеческой цивилизации в философских изысканиях и .
Методы исследований, используемые в работе: анализ и синтез, логический метод, метод наблюдения, сравнительный метод (сопоставления для получения выводов), метод прогнозирования, экстраполяции (распространение признаков данного явления на другие сходные явления), исторический метод.
РАЗДЕЛ 1
Первоисточники: красота в работах
Высказывание в привычном виде – то есть «красота спасет мир» - у Достоевского приводится иронично (почти издевательски) в реплике Ипполита, обращенной к князю Мышкину ("Идиот").
В том же романе есть фраза «мир спасет красота» - разница, на первый взгляд, не принципиальная. Эти слова произносит Аглая Епанчина и произносит их, так сказать, в списке запрещенных тем: « - Слушайте, раз навсегда, - не вытерпела наконец Аглая, - если вы заговорите о чем-нибудь вроде смертной казни, или об экономическом состоянии России, или о том, что «мир спасет красота», то… я, конечно, порадуюсь и посмеюсь очень, но… предупреждаю вас заранее: не кажитесь мне потом на глаза!» ("Идиот").
Даже если предположить, что для Аглаи эти темы носят какой-то сокровенный характер и именно поэтому говорить о красоте она не хочет, то согласитесь: предположить, что Достоевский отождествлял себя с Аглаей Епанчиной, как-то не получается.
Посмотрим, какие представления о красоте и ее силе Достоевский определил для других своих героев. Со слов Мити Карамазова складывается едва ли не обратная картина: «Красота – это страшная и ужасная вещь! Страшная, потому что неопределимая, и определить нельзя потому, что Бог задал одни загадки. Тут берега сходятся, тут все противоречия вместе живут…
Иной высший даже сердцем человек и с умом высоким, начинает с идеала Мадонны, а кончает идеалом содомским. Еще страшнее, кто уже с идеалом содомским в душе не отрицает и идеала Мадонны, и горит от него сердце его и воистину, воистину горит, как и в юные беспорочные годы…
Что уму представляется позором, то сердцу сплошь красотой. В содоме ли красота?..
Ужасно то, что красота есть не только страшная, но и таинственная вещь. Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей», - ("Братья Карамазовы").
В современной литературе и печати чаще всего цитируются лишь последние слова – о битве за человека. Между тем, размышления героя о красоте содомской и красоте вышней – это ключ к пониманию проблемы.
Достоевский четко разделяет красоту на высокую и низменную, то есть горнюю и земную. Человек соединяет в себе две эти противоположности. Часто земная красота, лишенная духовного начала, принимается за красоту истинную. Она несет в себе гибель, ведь в лучшем случае - она лишь отблеск горней красоты, а в худшем – от дьявола. Вспомните слова Аглаи Епанчиной, когда она смотрит на портрет Настасьи Филипповны:
«Такая красота – сила… с этакою красотой можно мир перевернуть!» («Идиот»).
И что же, мир перевернулся? – Князь Мышкин сходит с ума, Рогожин гибнет – нравственно и физически, сама Настасья Филипповна мертва, и тело ее – пристанище для мухи (любопытнейшая деталь!). Кого спасла такая красота и кого сделала счастливым?
В то же время Достоевский дает ясное указание на то, что для него истинная красота: «Мир станет красота Христова» (Бесы. Подготовительные материалы. Заметки. Характеристики. Планы сюжета. Диалоги. Июнь 1870 г. Продолжение фантастических страниц).
Так что есть красота и кого она может (или не может) спасти?
РАЗДЕЛ 2
моя точка зрения
считал, что «добро не имеет ничего общего с красотой», а полагал, что «красота спасет мир» и, вместе с тем, что «красота — это страшная и ужасная вещь... тут берега сходятся, тут все противоречия вместе живут». Какая из этих позиций нам ближе?
1) Начнем с того, что, на мой взгляд, точки зрения Толстого и Достоевского не являются диаметрально противоположными.
По-моему, красота – это «печать целесообразного», некий лучший вариант из имеющихся(!). То есть (низший уровень красоты) когда нормальный волк, не нарушая законов биоэкологии, съедает нормального зайца, это тоже красота как лучший вариант из имеющихся в природе. На высшем уровне восприятия красота является либо «отметиной» Бога, либо «каналом связи» Бога и человека.
Добро низшего уровня – это гуманизм, «аванс доверия» и снисхождение к человеку (как вариант - ложь во спасение). Добро высшего уровня – это опять-таки «печать целесообразного», то есть действительно лучший вариант из имеющихся (как вариант – «что ни делается, все к лучшему», хотя «божьи мельницы мелют медленно, хоть и верно»).
Таким образом, в зависимости от призмы взгляда, добро может не иметь ничего общего с красотой (а может и иметь), но красота все равно спасет мир.
2) В отношении того, красота спасет мир или нет. Не хотелось бы цитировать Сталина, но придется: «Не важно, как проголосуют, - сказал генсек, - важно, как посчитают голоса». Дело не в прописных истинах, дело в том, что мы примем за точку отсчета в определении красоты: эта точка, поставленная там или здесь, определяет разные варианты конечного результата счета.
Вариант 1. Красота – это печать Господа, напоминающая о его существовании и величии. То есть это некий дорожный знак, напоминающий о существовании ГАИ и правил дорожного движения. Спасет ли такая красота мир? Нет. Почему? Потому что мало видеть знак, нужно принять его во внутреннее пространство личности, оценить его значение и хотеть ему подчиниться. Если научить дикаря езде на машине (мотоцикле, велосипеде) и выпустить на оживленную трассу, авария неизбежна: человек будет ехать, он будет видеть знаки, но он не будет ни понимать их, ни следовать им.
Вариант 2. Красота – это культура. С точки зрения филологии красота не тождественна культуре, большая часть красоты является частью культуры, меньшая не относится к культурному наследию (грубая физиология или эстетика отвратительного):
Но существует точка зрения, согласно которой все культурное красиво (то есть красота – это культура, и наоборот). Спасет ли такая красота мир? Да. Почему? Тут мы сталкиваемся с последним постулатом Канта: „Бог существует, так как культура („канал связи” человека и Бога) бессмертна”.
Кант находит четыре доказательства того, что в области разума идея существования бога невозможна. Однако сам же приводит аргумент в пользу существования Бога: культура как носитель идей Бога призвана спасти человечество; человечество многократно приходило к физическому, экономическому и духовному упадку; будь культура продуктом деятельности только человека, она бы, как всякий экономически невыгодный «топор», давно бы «пошла под воду»; культура не тонула и не тонет; ПОЧЕМУ? Потому что она не продукт человеческой деятельности, а „канал связи” человека и Бога, поддерживается Богом, поэтому бессмертна (а значит, по Канту, Бог есть).
Если мы будем считать, что красота – это знак, то эта красота бессловесна и никого спасти не может, так как она существует отдельно от внутренних параметров личности. Если мы будем считать, что красота – это культура, то такая красота действительно способна спасти мир.
ВЫВОД
считал, что «добро не имеет ничего общего с красотой», а полагал, что «красота спасет мир» и, вместе с тем, что «красота — это страшная и ужасная вещь... тут берега сходятся, тут все противоречия вместе живут». Какая из этих позиций вам ближе?
Мне не является близкой ни одна из позиций вопроса, потому что все эти тезисы оспоримы и зависят от призмы взгляда на них (выбранной системы отсчета).
Список использованной литературы:
1. Барулин B. C. Современная философская антропология. - М.: ВЛАДОС, 1994. — 370с.
2. илософская истина и интеллигентская правда. // Вехи, М.,1995.
3. ведение в философию. - М.: Сонат, 1998. — 325с.
4. илософия как строгая наука. – Новочеркасск, 1994. — 290с.
5. то такое философия? - М.-СПб.: ВЛАДОС, 1998. — 370с.
6. илософия культуры. - М.: Рефма, 1996. — 284с.
7. Кириленко и мировоззрение личности. - М.: Сонат, 1988. — 325с.
8. Мир философии. В 2-х томах. - М.: Рефма, 1990. — 284с.
