Социально-демографический анализ арабской весны (стр. 8 )

Дополнительное обстоятельство, усугубляющее на ближайшие 20–30 лет структурно-демографические риски социально-политической деста-билизации в Йемене, заключается в том, что Йемен (в отличие от практически всех остальных арабских стран) все еще находится на очень ранней фазе своего урбанизационного перехода (см. Рис. 31 и 32):

66 Социодемографический анализ Арабской весны

Рис. 31. Динамика доли городского населения (%) в некоторых странах Арабской весны

Источник: UN Population Division 2011.

Рис. 32. Доля городского населения (%) в арабских стра-нах в 2010 г.

Источник: UN Population Division 2011.

67 и др.

Как мы видим, если большинство стран арабской весны (да и других арабских стран) уже завершило урбанизационный переход или находится на очень продвинутых фазах этого процесса10, то Йемен до сих пор пре-бывает на его достаточно ранней фазе. Низкий уровень урбанизации в Йемене закономерно сочетается с занятостью большинства населения в сельском хозяйстве (World Bank 2011: SL. AGR. EMPL. ZS), а также с несравнимо более низкой производительностью труда в аграрной сфере, чем в остальных арабских странах11 (см. Рис. 33 и 34):

Рис. 33. Производительность труда в сельском хозяйстве арабских стран

Источник: World Bank 2011. Данные для большинства стран приведены по состоянию на 2008 г. в постоянных долларах 2000 г. При отсутствии информации за 2008 г. были приведе-ны данные за ближайший доступный год.

10Некоторое исключение здесь, казалось бы, представляет Египет, где по данным Всемирно-

го банка (World Bank 2011: SP. URB. TOTL. IN. ZS) и ООН (UN Population Division 2011) до-

ля городских жителей составляет менее 43%. Исключение это, однако, лишь внешнее. Дело в том, что Всемирный банк и ООН пользуются официальными национальными данными, исходя из того понимания «города», которое принято в стране. В Египте же наблюдается высокий уровень административно-терминологической инерции, когда населенные пункты с десятками тысяч жителей, большинство из которых занято в несельскохозяйственных сферах деятельности, которые в любой другой стране мира были бы давно квалифициро-ваны как «города», продолжают по инерции обозначаться как «деревни» (qaryah/qura) (см.,

например: Васильев 1990: 13; Rizk 2005; Egypt State Information Service 2006; The Econo-mist 2010; Nasr 2010). Реальное же содержание урбанизационного перехода составляет пе-ремещение населения из аграрного сектора в неаграрные, и в этом Египет вплотную при-близился к завершению урбанизационного перехода еще в 1990-е годы. Действительно, с 1989 по 2002 гг. доля занятых в египетском сельском хозяйстве упала с 42,4 до 27,5%, при этом доля сельского населения по официальным данным за то же время даже несколько выросла – с 56,42 до 57,4% (World Bank 2011)! Это происходило на фоне предпринятой администрацией Мубарака масштабной программы по развитию несельскохозяйственных производств за пределами официально признанных городских поселений (см., например: Абрамова 2005).

11 Кроме Мавритании (World Bank 2011) – но это исключение лишь подтверждает правило.

68 Социодемографический анализ Арабской весны

Как мы видим, между производительностью труда в сельском хозяйстве Йемена и арабских стран с высокомодернизированным аграрным секто-ром (речь идет, прежде всего, о Ливане и Саудовской Аравии) существует разрыв, просто-таки астрономический – на два порядка. Но даже арабским странам со среднеразвитым сельским хозяйством Йемен уступает в не-сколько раз.

Рис. 34. Производительность труда в сельском хозяйстве арабских стран со средне - и слаборазвитым аграрным сек-тором (в постоянных долларах 2000 г.)

5000
4500
4000
3500
3000
2500
2000
1500
1000
500
0
Сирия	Тунис	Египет	Иордания	Марокко	Ирак	Алжир	Оман	Йемен
Очевидно, что	для	выхода	из мальтузианской	ловушки	(где	Йемен –

в отличие от всех остальных арабских стран – продолжает пребывать вплоть до настоящего времени, и события Арабской весны лишь усугуби-ли эту ситуацию) Йемену необходимо будет как минимум в несколько раз повысить производительность труда в своем сельском хозяйстве, что бу-дет означать выталкивание из йеменской деревни миллионов избыточных рабочих рук.

В итоге, в Йемене в ближайшие 20–30 лет мы можем наблюдать особо опасное сочетание стремительного роста численности молодежи с взрывообразным ростом численности городского населения, описывае-мое классической моделью «ловушки на выходе из ловушки». В результате в Йемене в ближайшие 20–30 лет сохранятся риски полно-масштабной кровавой социально-политической дестабилизации по сцена-рию классической «ловушки на выходе из ловушки» с потенциально воз-можным числом человеческих жертв, на порядок более высоким по срав-нению с тем, что наблюдалось в ходе событий Арабской весны. С другой стороны, нельзя не отметить, что в других странах Арабской весны соци-

69 и др.

ально-политические потрясения наблюдались на достаточно поздних фа-зах урбанизационного перехода, что, с одной стороны, способствовало их индуцированию (обеспечив аномально высокий уровень концентрации безработной/неустроенной образованной молодежи в крупных городах и, в особенности, столицах), но также придало этим событиям достаточно специфический характер, существенно снизив их кровавость.

В целом же «ловушку на самом выходе из ловушки» можно опи-сать как ситуацию, характерную для стран, завершающих свой вы-ход из мальтузианской ловушки, когда достигает своего пика чис-ленность молодежи в возрасте 20–24 года на фоне чрезвычайно высо-кого уровня ее концентрации в городах (и, в особенности, столицах) и закономерного перепроизводства на этой фазе модернизации лиц с высшим образованием (которое может принять особо критические масштабы в контексте развития систем массового бесплатного выс-шего образования).

* * *

Другие арабские страны, существенно отстающие от большинства стран арабского мира в своем демографическом переходе, и в которых высокие структурно-демографические риски социально-политической дестабили-зации сохранятся в обозримом будущем, включают Мавританию, Ирак и, в особенности, Палестинскую Автономию (см. Рис. 35):

Рис. 35. Доля молодежи (в возрасте 20–29 лет) в общей численности взрослого (> 19 лет) населения, %, прогноз на 2012 – 2040 гг.

Источник: UN Population Division 2011.

70 Социодемографический анализ Арабской весны

Как мы видим, даже в районе 2025 г. в Йемене и Палестинской Автоно-мии доля молодежи во взрослом населении будет все еще на уровне, ти-пичном для стран Арабской весны 2011 г., а на безопасный уровень менее 30% эти две страны выйдут на 20–25 лет позднее стран арабского «мэйнстрима». Применительно к Ираку и Мавритании это запаздывание не столь велико, но и здесь оно заметное – около 15 лет.

Разница между арабскими странами с продолжающимся высоким уровнем структурно-демографических рисков и странами арабского мэйнстрима видна особенно отчетливо при рассмотрении относительной динамики численности их молодого населения (см. Рис. 36):

Рис. 36. Относительная динамика	численности	молодежи
в возрасте 20–24 года, 100 =	1985 г. (с	прогнозом

до 2040 г.) в Египте, на Бахрейне, в Йемене, Палестинской Автономии, Ираке и Мавритании

Источник: UN Population Division 2011.

В странах арабского «мэйнстрима» численность молодого населения в ближайшие годы стабилизируется, в то время как в Ираке она продол-жит расти достаточно быстрыми темпами вплоть до 2020-х гг. В Мавритании этот рост продлится вплоть до 2030-х гг., но он будет не таким быстрым, как в Ираке12. Однако арабскими странами с самыми вы-