определяет неврозы как «функциональные расстройства психической деятельности, возникающие как реакции на значимые психотравмирующие события и обусловленные несовершенством механизмов психической защиты личности и антиципационной несостоятельностью» [11]. Эмоциональные расстройства являются основными в квалифицировании тех или иных форм невротических расстройств.
Представления о причинах возникновения неврозов изменяются в зависимости от научного направления, к которому принадлежат авторы. Некоторые исследователи считают, что невротические феномены вызваны определенными патологическими механизмами чисто биологической природы (А. И. Струнов, Л. В. Кактурский). Так, утверждается, что «неврозы – это незнание, возведенное в степень нозологической группы» [20]. Следовательно при соответствующих достижениях техники, биологии, медицины можно будет найти морфологические субстраты, адекватные любому нарушению функции. С точки зрения бихевиористов (Дж. Вольпе, С. Рашман), реально существуют лишь отдельные невротические симптомы как результат неправильного научения. «Нет невроза, скрывающегося за симптомом, это просто сам симптом» [20]. Экзистенциалисты вообще не считают неврозы болезнью. Например, Р. Мэй утверждает: «Невроз – это форма отчужденного существования». Приверженцы гуманистический психологии (например, К. Рождерс) говорят, что невроз – это неудовлетворенная потребность в самоактуализации. Представители течения «Антипсихиатрия» утверждают, что неврозы – «нормальное поведение в ненормальном обществе» [20].
Отечественный исследователь В. Н. Мясищев считает, что невроз имеет психогенную природу. Психогении характеризуются следующими чертами:
1) неспособность больного самостоятельно адекватно разрешить психотравмирующую ситуацию;
2) определенное соответствие между изменениями психотравмирующей ситуации и динамикой состояния больного;
3) связь клинических проявлений с психотравмирующей ситуацией и переживаниями личности, наиболее сильными и глубокими ее стремлениями как аффективная реакция, патологическая фиксация тех или иных ее переживаний;
4) возможность лечения преимущественно методами психотерапии.
Таким образом, по мнению Мясищева, невроз – это «психогенное (как правило, конфликтогенное) нервно-психическое расстройство, которое возникает в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека и проявляется в специфических клинических феноменах при отсутствии психопатологических явлений» [13].
Для невроза, по Мясищеву, характерны следующие особенности:
1) обратимость патологических нарушений независимо от длительности;
2) психогенная природа; специфичность клинических проявлений, состоящих в доминировании эмоционально-аффективных и соматовегетативных расстройств.
Мясищев дифференцирует понятия «психогения» и «невроз». Понятие психогении шире понятия неврозов, так как включает в себя реактивные состояния, психогенные и ситуативные реакции.
По мнению исследователя, физиологический механизм невроза заключается в «срыве» нервной деятельности, вызванном «сшибкой» возбудительного и тормозного процессов. В самом общем виде этот механизм свойствен и животным. Но конкретное его понимание применительно к человеку «возможно лишь на основе исследования истории развития личности и ее связей с действительностью или отношений к различным сторонам последней, важность которых для личности может определять болезненную силу реакции». Мясищев также отмечает, что психические травмы не всегда влекут за собой невроз и это зависит от особенностей отношений личности и способов переработки ею событий, впечатлений и трудностей [19].
Существует множество классификационных делений неврозов как результат отсутствия единого взгляда на этиологию и патогенез. В основе классификаций лежат разные признаки:
– этиологический: вина, фрустрация, агрессия и др.;
– информационный: недостаток или избыток информации;
– ситуационный и реактивный;
– конституционный и реактивный по генетическому фактору;
– по принципу убывания роли факторов среды и возрастания роли факторов личности;
– по признакам профессии – неврозы руководящих кадров, неврозы актеров и т. д.;
– по событиям в жизни общества – военный, окопный и т. д.
В настоящее время большинство отечественных авторов выделяют следующие классические формы неврозов: неврастения, истерия и невроз навязчивых состояний (Г. К. Ушаков, А. А. Портнов, Д. Д. Федотов, Б. Д. Карвасарский, Ю. Я. Тупи-цын, Н. К. Липгарт, В. Ф. Матвеев, М. Г. Арапетянц, А. М. Вейн, Ф. И. Случевский).
Д. Шапиро [27] выделил четыре основных невротических стиля деятельности: обсессивно-компульсивный, параноидальный, истерический и импульсивный. Под невротическим стилем автор понимает способ деятельности, характерный для разных невротических состояний, который включает в себя формы мышления и понимания, разновидности эмоциональных переживаний, субъективное восприятие. Изучать невроз, по мнению Шапиро, невозможно, если не учитывать, что «специфические для невротика его сознательные склонности и видение мира являются важнейшими функциональными элементами невроза». Видение мира невротиком заставляет его чувствовать, думать и действовать так, чтобы невротическое восприятие продолжалось и стало необходимым.
По данным Б. Д. Петракова и Л. Б. Петраковой, уровни распространения и темпы «накопления» больных неврозами (и другими психогениями) в большинстве стран мира высоки и продолжают расти. Некоторые авторы полагают, что нынешнее поколение страдает психическими заболеваниями не чаще, чем предыдущее, но некоторые исследователи считают, что количество неврозов увеличивается в связи с техническим развитием общества. Таким образом, уместно будет рассмотреть понятие невротизации личности.
Существенный вклад в изучение невротизации личности, а точнее невротических потребностей и конфликтов личности, внесла К. Хорни, создательница социокультурной теории личности [26].
Хорни на основе эмпирического опыта анализа собственной психотерапевтической практики описала 10 «невротических» потребностей. Их «аномальность» заключается как в содержательной противоречивости, так и в формальных характеристиках структуры и способов реализации: навязчивой компульсивности, низкой степени осознанности и подконтрольности, а также присущей всей системе невротических потребностей принципиальной ненасыщаемости [24]. Хорни в качестве невротических тенденции выделила следующие потребности:
– в любви и одобрении (ненасытное стремление быть любимым и объектом восхищения со стороны других, повышенная чувствительность и восприимчивость к критике, отверганию или недружелюбию);
– руководящем партнере (чрезмерная зависимость от других и боязнь получить отказ или остаться в одиночестве, переоценка любви – убежденность в том, что любовь может решить всё);
– четких ограничениях (предпочтение такого жизненного стиля, при котором первостепенное значение имеют ограничения и установленный порядок, нетребовательность, довольствование малым и подчинение другим);
– во власти (доминирование и контроль над другими как самоцель, презрительное отношение к слабости);
– в эксплуатировании других (боязнь быть используемым другими или боязнь выглядеть «тупым» в их глазах, но нежелание предпринять что-нибудь такое, чтобы перехитрить их);
– общественном признании (желание быть объектом восхищения со стороны других, представление о себе формируется в зависимости от общественного статуса);
– восхищении собой (стремление создать приукрашенный образ себя, лишенный недостатков и ограничений, потребность в комплементах и лести со стороны окружающих);
– честолюбии (сильное стремление быть самым лучшим, невзирая на последствия, страх неудачи);
– самодостаточности и независимости (избегание любых отношений, предполагающих взятие на себя каких-либо обязательств, дистанцирование от всех и вся);
– безупречности и неопровержимости (попытки быть морально непогрешимым и безупречным во всех отношениях, поддержание впечатления совершенства и добродетели) [25].
Хорни утверждала, что эти потребности присутствуют у всех людей. Они помогают справляться с чувствами отверженности, враждебности и беспомощности. Однако невротик, реагируя на различные ситуации, использует их негибко, полагаясь лишь на одну из всех возможных потребностей. Хорни поясняет, что невротик, в отличие от здорового человека, избирает какую-то одну потребность и использует ее во всех социальных взаимодействиях. Таким образом, потребность имеет характер невротической, если человек пытается постоянно превратить ее удовлетворение в способ жизни [24] .
В работе «Наши внутренние конфликты» [24] Хорни разделила список из десяти потребностей на три основные категории. Каждая из категорий представляет собой стратегию оптимизации межличностных отношений с целью достижения чувства безопасности в окружающем мире. Кроме того, каждой стратегии сопутствует определенная основная ориентация в отношениях с другими людьми. Исследовательница выделила следующие ориентации:
– на людей: уступчивый тип (предполагает такой тип взаимодействия, для которого характерны зависимость, нерешительность и беспомощность);
– от людей: обособленный тип (для этой стратегии характерно стремление к уединенности, независимости и самодостаточности);
– против людей: враждебный тип (для этого стиля поведения характерно доминирование, враждебность и эксплуатация).
Как и все десять невротических потребностей, каждая из трех межличностных стратегий предназначена для уменьшения чувства тревоги, вызванного социальными влияниями детства. С точки зрения Хорни, эти основополагающие стратегии в межличностных отношениях когда-либо применяет каждый человек. Более того, по Хорни, все эти стратегии находятся между собой в состоянии конфликта как у здоровой, так и у невротической личности.
Отечественный психолог , исследуя невротические потребности, выделила две особенности удовлетворения этих потребностей:
– общая направленность личности невротика – его эгоцентризм и «потребительская» ориентация;
– способность к трансформации, мимикрии: угроза фрустрации или нежелательных санкций относительно актуальной невротической потребности, приводящая к «реактивным образованиям».
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 |
