Социальная природа познания (анализ концепций Эдинбургской школы). РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ (стр. 2 )

Э. Голдман пытается систематизировать социальную эпистемологию как течение, чему, в частности, посвящена его статья в Стэнфордской философской энциклопедии15. Он выделяет три направления в рамках современной социальной эпистемологии. При этом подход, который Голдман называет классическим, рассматривается им в двух формах:

1) классический подход, ставящий акцент на традиционной эпистемической цели получения истинных убеждений16;

2) классический подход, фокусирующийся на цели получения обоснованных убеждений17. В последнем случае Голдман имеет в виду британскую традицию исследования знания со слов других людей (testimony) как особого, эпистемически подозрительного, рода знания. К этой традиции Голдман относит и Х. Лонжино (1990, 1993), в концепции которой научное убеждение обосновывается путем указания на его получение в результате применения «объективных» методов.

3) Сторонники третьего, неклассического подхода в социальной эпистемологии18 не используют понятия истины и обоснования. Обращаясь к социальным измерениям знания, они рассматривают знание как институционализированное убеждение (belief). Голдман в своей классификации социальной эпистемологии не учитывает существования российской традиции.

выделяет три ветви социальной эпистемологии, связывая их соответственно с именами их представителей: Д. Блура (Эдинбург), С. Фуллера (Уорвик), Э. Голдмана (Аризона)19. В России, как правило, без использования термина «социальная эпистемология», это направление представляют , , , и др.

в свое время выделил три ветви социальной эпистемологии в Советском Союзе20.

1. Методологическое направление, представленное изысканиями 21, 22, 23. Анализ привел этих авторов к той идее, что характер научного познания детерминируется двумя факторами: объектом и структурой научной деятельности. Наука является частью социокультурной системы.

Степин анализировал структуру и развитие физических теорий, логически реконструируя построения Максвелла и Дирака. Он показал, что эти системы связаны, с одной стороны, с объектом, а с другой – с социокультурным миром. Социокультурный аспект теории выражается в понятиях «научная картина мира» и «стиль научного мышления».

Это направление продолжают и 24.

Юдин рассматривает методологию как теорию деятельности, в т. ч. научной. дискутирует проблемы рациональности, научного выбора, социальной детерминации научного знания.

2. Историческое направление – в его рамках история науки рассматривается социологическими и психологическими методами. Оно в свое время было выражено книгой «Методологические проблемы истории науки», изданной (1982) 25 . Одним из основных положений этой книги является то, что если мы принимаем тезис о социокультурной природе науки, то история науки становится социальной историей, и противостояние экстернализма и интернализма снимается. Два направления дальнейшего развития этой программы осуществлены в работах: 26 и 27. Карцев анализирует отношения между индивидом и коллективом в науке как базис теоретической истории науки. Маркова исследует идею социального в историографии науки от О. Конта до Р. Мертона. Социальность понимается ею не как внешнее влияние, а как способность создавать внутренние коммуникативные и практические структуры, кореллирующие с внутренней логикой науки.

3. Эпистемологическое направление, которое развивает 28, анализируя понятия идеального теоретического объекта, типа познающего субъекта, процедуры понимания и рефлексии, а также рассматривая познание и действие в контексте коммуникации.

Синтез эпистемологии и истории науки, по Касавину, представляет собой самокритику первых трех направлений и представлен работами , , и его собственными.

Косарева29 выделяет два вида социальности науки: экстернальная (обусловленная внешними структурами) и интернальная (представляющая собой субъективную структуру познающего субъекта).

Филатов30 подчеркивает необходимость анализа познающего субъекта и гуманизации науки и эпистемологии. Он изучает исторические трансформации понятия разума и показывает невозможность проведения границы между наукой и ненаукой. Микешина31рассматривает корреляцию когнитивных и ценностных факторов, связь между языком, коммуникацией и ценностью, ценностное содержание научного знания.

Проект социальной эпистемологии содержится в книге «Познание в мире традиций»32. Социальная эпистемология, по Касавину, должна основываться на глубинной взаимосвязи знания, сознания, деятельности и общения и изучать все аспекты человеческого бытия, анализируя социокультурное, нормативное и регулятивное содержание знания и вырабатывая при этом новую интерпретацию понятий рациональности, знания, истины. Касавин подчеркивает то положение, что знание для философа отличается от такового для ученого — философ рассматривает его в социальном контексте, ученый как относящееся к объекту33.. Подход Касавина к социальной эпистемологии предполагает рассмотрение ее как снятие противоположности классической и неклассической эпистемологии путем развития постнеклассической эпистемологии, сохраняющей роль философии в междисциплинарном взаимодействии и объединяющей дескриптивизм и эмпиризм, с одной стороны, с нормативизмом и трансцендентализмом, с другой.

Объект работы

Объектом данной работы (проблемным полем исследования) является феномен познания в социальном измерении.

Предмет работы

Предметом работы (ее центральной темой) являются понятия знания и истины в современной социальной эпистемологии, их роль в построении социально-эпистемологических концепций, а также ценностный аспект и методологическое значение данных понятий.

Цель исследования

Целью данного исследования является анализ социально-эпистемологической концепции Д. Блура и выявление ее значения для решения современных проблем эпистемологии.

Задачи исследования

Основными задачами исследования являются следующие:

реконструировать принятую в «сильной программе» Д. Блура концепцию знания как социального института;  проанализировать ценностный аспект социальной эпистемологии Д. Блура; критически проанализировать понятия истины и знания в рамках социальной эпистемологии, в частности, на примере концепций ее основателя Д. Блура (Эдинбург), а также его оппонентов Э. Голдмана (Аризона), С. Фуллера (Уорвик); показать значение данных концепций для современной эпистемологии и проанализировать их отношение к классической эпистемологии и философии в целом; обосновать методологическую значимость релятивистской позиции Д. Блура.

Методологическая основа исследования

Методологическая основа исследования представляет собой сочетание историко-генетического метода и метода теоретической реконструкции, с одной стороны, и критико-аналитического метода, с другой.

В процессе анализа мы опирались на работы ряда отечественных и зарубежных исследователей. Так, реконструкция эпистемологической позиции Д. Блура частично опирается на исследования Э. Лёкиви34. Экспликация отличия «сильной программы» в социологии знания от философии науки сделана с опорой на работу 35, а также работы 36, 37. Кроме того, теоретическое осмысление релятивистской позиции Д. Блура осуществлялось со ссылкой на его собственные пояснения. При реконструкции теоретической позиции С. Фуллера учитывался анализ, проведенный 38.

Общее осмысление направления социальной эпистемологии производилось с учетом разработки данной проблемы .

Научная новизна исследования

1) Показано, что в социальной эпистемологии Д. Блура по-новому определяется понятие знания, что вносит существенный вклад в эпистемологию. Знание, по Блуру, включает генезис наших представлений о мире, а не только сами эти представления. Таким образом Блур изменяет отношение между понятиями знания и познания. Содержание любого знания в его концепции с необходимостью включает в себя социальный компонент.

2) Проведен компаративный анализ концепций Блура, Голдмана и Фуллера, в частности, показано расхождение данных авторов в трактовке понятия знания.

3) Продемонстрирована зависимость понятия знания у Блура и Голдмана от ценностных предпочтений данных исследователей.

4) Выделены основные элементы концепции знания как социального института (в смысле позднего Витгенштейна), развиваемой Блуром. К ним относятся: эпистемологическая невыделенность знания как культурного феномена из остальной культуры (знание, по Блуру, отличается от остальной культуры только выполняемыми функциями), сведение феномена знания к коллективному общению и деятельности и вытекающий из него тезис о самореференциальности (самооснованности) знания, в связи с которым знание не может отсылать к реальности вне знания, но только к другим видам самого знания.

5) Выявлены такие философские и методологические предпосылки социальной эпистемологии, как методологический релятивизм, радикальный дескриптивизм и социальный конструктивизм.

Основные положения, выносимые на защиту

Основными тезисами, выносимыми на защиту в данной диссертационной работе являются следующие:

Социальная теория познания Д. Блура вносит существенный вклад в эпистемологию предлагая новое определение понятия знания. Знание, по Блуру, включает не только конечный результат в виде представлений о мире, но и социокультурный генезис данных представлений. Таким образом, изменяется отношение между понятиями знания и познания, а содержание любого знания с необходимостью включает в себя социальный компонент.

2) Понятие знания обнаруживает существенную зависимость от ценностных предпочтений формулирующего его эпистемолога. Это продемонстрировано на примере Д. Блура, для которого ценностная нагруженность позволяет соединить понятие знания с понятием социального, а также на примере Э. Голдмана, встающего на защиту понятия истины, недооцененного, с его точки зрения, в социальной теории познания Блура.