Социальная природа познания (анализ концепций Эдинбургской школы). РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ (стр. 3 )

3) Выявлены такие философские и методологические предпосылки социальной эпистемологии, как методологический релятивизм, радикальный дескриптивизм и социальный конструктивизм.

4) Выделены следующие признаки, отличающие концепцию Голдмана от «сильной программы» и определяющие ее особое место в социальной эпистемологии:

«нормативизм», в отличие от «дескриптивизма» «сильной программы»; «абсолютизм», в противоположность релятивизму «сильной программы»; «когнитивный индивидуализм», противопоставленный «когнитивному коллективизму» «сильной программы»; «метафизический реализм» против «методологического релятивизма».

Научно-практическая значимость работы

Данное исследование позволяет обосновать специфический статус социальной эпистемологии как междисциплинарного подхода и особой методологической программы в исследовании знания. Исследование предоставляет материал для существенного дополнения учебного курса истории философии науки в разделах «Наука и общество», «Наука и культура».
Апробация результатов работы

Основные идеи данной работы были изложены автором в публикациях, в частности, в статье «Ценностное сознание и социальная теория познания Д. Блура» // Эпистемология & философия науки 2007, т. XII, № 2, М.: Канон+ , а также статье «Л. Виттгенштейн – Д. Блур. Институциональная природа знания»// Язык. Знание. Социум. Проблемы социальной эпистемологии. М.: ИФРАН. 2007.

Результаты исследования были изложены в докладе «К вопросу о социальной эпистемологии» на IV Философском конгрессе, а также в докладе на заседании сектора «Социальная эпистемология. Противостояние концепций» (сентябрь 2007 г.).

Общее описание проблемного поля, исследованного в работе, было представлено автором в ряде словарных статей, посвященных основным произведениям Д. Блура и Э. Голдмана:. «Знание и социальная образность»// Энциклопедия эпистемологии и философии науки (в печати); «Витгенштейн: правила и институты»// Энциклопедия эпистемологии и философии науки (в печати); «Витгенштейн: социальная теория познания» // Энциклопедия эпистемологии и философии науки (в печати); «Знание в социальном мире»// Энциклопедия эпистемологии и философии науки (в печати).

Структура диссертации

Работа состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, рассматривается разработанность обсуждаемой проблематики, формулируются объект, предмет, цели и задачи работы, ее методологическая основа, а также приводятся основные тезисы, выносимые на защиту.

Глава первая «Социальная теория познания Эдинбургской школы» посвящена анализу позиции представителя Эдинбургской школы социологии знания Д. Блура.

Параграф первый ««Сильная программа» Д. Блура и ее предпосылки: исторические, онтологические, ценностные» представляет собой анализ исторических и ценностных предпосылок «сильной программы» Блура и экспликацию онтологической позиции, лежащей в основе его эпистемологической концепции.

Программная книга Блура «Знание и социальная образность»39 появилась в годы противостояния таких философов науки как Т. Кун и К. Поппер. Показано, что книга Блура «Знание и социальная образность» явилась доводом в споре двух сторон: Д. Блур в своей книге описывает это противостояние как конфронтацию двух идеологий, отождествляя позицию К. Поппера с тем, что он назвал Просвещенческой идеологией, и позицию Т. Куна с тем, что он назвал идеологией Романтизма.

Отмечено влияние И. Лакатоса на позицию Д. Блура. С одной стороны Лакатос как продолжатель дела Поппера40, рационалистический мыслитель, сторонник «рациональной реконструкции науки», становится оппонентом для Блура. С другой стороны, Блур указывает на Лакатоса как на родоначальника социологии знания 41.

Показано влияние философии Э. Дюркгейма на позицию Блура как социолога, следовательно, и на его эпистемологическую позицию.

В работе проанализированы имплицитные онтологические положения, на которые опирается Блур в своей методологии. Также проанализированы дуализм материя — общество, понятия физической реальности и понятие «социального» у Блура. Последнее неоднородно. Нами показано наличие в концепции Блура таких моделей взаимодействия общества и знания как модель общества в качестве архетипа и модель социального фактора в смысле конвенционального выбора.

Кроме того, выделены ценностные предпосылки философии Блура и показана зависимость переопределения его понятия знания от ценностных предпочтений автора.

Параграф второй «Эпистемологическая позиция Д. Блура» содержит экспликацию эпистемологических взглядов Д. Блура.

Традиционное для эпистемологии понятие знания как истинного и обоснованного убеждения заменяется понятием знания в качестве натурального феномена в смысле Куайна. В соответствии с «сильной программой» научное знание рассматривается как институциализированное знание. Задача социологии, по определению Блура, состоит в том, чтобы дать естественнонаучное объяснение вариабельности систем знания в пространстве и времени. В социологии знания также ставится вопрос о различных факторах, влияющих на распределение знаний42. В соответствии с «сильной программой» познание опосредовано социальными условиями, и это опосредование требует эмпирического исследования.

Нами выделены основные элементы концепции знания как социального института (в смысле позднего Витгенштейна), развиваемой Блуром:

1) В соответствии с тезисом Фейрабенда (повторяемым также Малкеем), наука не отличается никакой особой эпистемологической исключительностью от остальных элементов культуры. Блур расширяет этот тезис, рассматривая знание вообще как культурный феномен, не выделяющийся из остальной культуры какими-либо особыми признаками (истина, очевидность, рациональность). Отличие знания от остальной культуры в данном случае определяется его функционированием (мировоззренческой функцией, практической функцией ориентирования в реальном мире).

2) Если Витгенштейн сводит феномен значения к деятельности, то Блур сводит феномен знания к совокупному общению и деятельности (т. е. к обществу). При этом знание не рассматривается как отражение реальности вне знания, а видится как непосредственное социальное бытие, составляющее предельное основание бытия человека.

3) С этим связан тезис о самореференциальности, в соответствии с которым знание (или социум) следует понимать из себя самого, рассматривая разные типы знания в их соотношении друг с другом. Вопрос же о том, что лежит в основании самого знания, по Блуру, не имеет смысла.

Критикуя Блура, можно упрекнуть его в недостатке аналитизма. Следуя его дескриптивистской позиции, мы лишаемся концептуальных средств для осмысления феномена знания, разработанных ранее. Радикальный дескриптивизм предполагает простое описание эмпирических фактов без констатирования причинно-следственных связей между ними. Однако, на словах провозглашая себя дескриптивистом, в собственных исследованиях Блур не придерживается данной крайности, более того, одной из целей своей «сильной программы» Блур объявляет построение теории, каузально объясняющей феномен знания43. В связи с этим необходимо проводить различие между провозглашаемой Д. Блуром программой и ее реализацией в его собственных исследованиях. Так, нами показано, что в работах Блура проведены заслуживающие внимания реконструкции истории науки. Также отмечено, что Блур часто придерживается слабой позиции социального конструктивизма, в рамках которой постулируется социальное конструирование научных теорий, но не реальности, несмотря на то, что концептуально крайний дескриптивизм и конструктивизм несовместимы.

Параграф третий «Проект социальной теории познания Д. Блура» содержит анализ данного проекта, представленного Блуром в книге «Витгенштейн: социальная теория познания»44.

Блур принимает бихевиористскую модель человеческого поведения, опираясь в своих аргументах на позднего Л. Витгенштейна (критика приватного языка) и используя биологическую теорию . Социолог не может судить о внутренних состояниях индивидов (которые Блур выносит за рамки социологического рассмотрения), он имеет дело с внешними проявлениями (словами, жестами, артефактами), и значение этих проявлений определяется, по Блуру, соотношениями между ними, а не внутренней реальностью.

Блур полностью исключает менталистское понятие внутренней реальности (или понятие «скрытых когнитивных параметров» индивида) из своего анализа и построенных им моделей знания.

Блур строит компаративную теорию языковых игр, используя метод «grid-group analysis», разработанный английским антропологом М. Дуглас, в котором два социальных измерения - внутригрупповая дифференциация и групповая граница - служат основаниями для классификации типов сознания разных социальных общностей. Блур использует эту классификацию, защищая тезис о том, что принятый в обществе социальный стиль определяет реакции научного сообщества на аномалии и может служить для характеристики языковых игр (научных дискурсов). Блур использует также идею ограниченного набора базисных стратегий ответа на аномалии, выраженную Лакатосом в его работах по истории математики45.

Параграф четвертый «Критика позиции Блура» является разбором критических аргументов, выдвигавшихся по поводу «сильной программы» зарубежными и отечественными исследователями.

Показано, что большинство тезисов, выдвигаемых сторонниками социологии научного знания, были развиты в оппозиции концепциям, доминирующим в философии науки. Исследователи выделяют в этом плане такие противостояния как:

противостояние дескриптивизма («сильная программа») - нормативизма (философия науки); экстернализма-интернализма, с одной стороны (философия науки) и социологической позиции, с другой; дихотомии контекста открытия и контекста обоснования (философия науки), с одной стороны, и социологической позиции, с другой; противостояние демаркационистской (философия науки) и социологической позиций.

В критике позиции Д. Блура в отечественной литературе отмечается непоследовательность его хода мыслей (как он представлен в программной работе «Знание и социальная образность»), с одной стороны, а также критикуется сама его позиция, релятивистский подход вообще, с другой стороны.