УДК 821.161.1-1
ФРАНЦУЗСКИЙ СИМВОЛИЗМ В ЭСТЕТИКЕ И ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРАКТИКЕ И. АННЕНСКОГО
Кафедра истории русской литературы XX века ТГУ
Филологический факультет
*****@***ru
Целью работы является представление трактовки французского символизма, предложенной И. Анненским в его критических и эстетических статьях, также анализ стратегии работы русского поэта с переводами из французских символистов, особенности их рецепции в рамках структуры книги переводов «Парнасцы и проклятые». В основу работы положены специальные статьи русского поэта о французском символизме («Леконт де Лиль и его «Эринии» [1], «Античный миф в современной французской поэзии» [2]), сборник Анненского «Тихие песни» с приложением переводов «Парнасцы и проклятые», также используются некоторые эстетические статьи, высказывания и размышления поэта в письмах об интересующем нас культурном явлении.
Анненский - чуткий критик французского наследия, и не только критик, но и интерпретатор. На протяжении всего своего творческого пути, поэт исследует литературу Франции. Как критик, Анненский оставляет в наследии фундаментальные статьи, посвященные истокам французской культуры и ее развитию в русле символизма, посвящает критические статьи французской поэзии и драматургии. В творчестве русского поэта мы наблюдаем немыслимое возвышение искусства Франции, рассуждения об искусстве других стран он будто опускает.
Итак, почему поэт отдает безусловное первенство французской культуре? В представлении Анненского поэзия – это «эволюционирующая культурная сила», и ядро, от которого движутся все её направляющие силы, находится в античности. Если литература уходит от античности, то навсегда утрачивает свои истоки и корни. Только французское искусство, по мнению Анненского, не потеряло этой важной связи, ведь оно берет начало в античной мифологии. В формировании значимости той или иной литературы поэт отводил первостепенную роль античному мифу. Осознавать миф, найти его в своем сознании «глубоко человечным» – значит идти к настоящему искусству. Эти важнейшие размышления в области основ французской культуры и их развития находятся в статьях «Античный миф в современной французской поэзии» [2] и «Леконт де Лиль и его «Эринии», опубликованных Анненским в 1909 г.[1]. Уже название трудов ориентирует читателя на то, в какой пласт помещает поэт новую французскую лирику, в каком направлении движется эволюция французской поэзии. В своих работах Анненский постулирует и развивает идею о преемственности античного мифа французской поэзией и о глубинном эстетическом развитии культуры Франции. Поэт утверждает, что французы – это «невольники классики», потому что впитали исключительную «живучесть и силу» мифа, что даже «искатели новых начал поэзии» не свободны от «бессознательного пользования античностью» [2]. Основной фигурой в рассуждениях Анненского о французском искусстве является фигура Леконта де Лиля, главы «парнасской» школы, того самого «искателя новых начал». В представлении де Лиль привел Францию к «новому отношению к античности», издавна в этой европейской культуре существовало некоторое противоречие в определении классика и вообще классицизма. Л. де Лиль появляется перед читателями в роли «ученого-филолога», «имперсоналиста», эрудита, который полностью скрывает собственное «я» в «упорном усилии» и высокой идейности.
Такими тремя чертами Анненский описывает новое поэтическое явление «неоэллинизма», называя его героическим в своем отречении от веселости, индивидуальности и нетерпеливости. Неоэллинизм ироничен, сдержан, обладает «изящной простотой и доказанностью стиха» [2].
Л. де Лиль открывает для французов поэзию, лишенную «умственного убожества» и небрежности, напоминает им о том, что «мера, число – вот закон, унаследованный французами от Рима и вошедший в их плоть и кровь», что в самом слове «classique есть римская слава». Таким образом, Анненский выстраивает цепочку: античность – классицизм / эллинизм - неоэллинизм – символизм, обращая наше внимание на то, что неоэлленизм – всего лишь «маска вечного гения Античности», ведь он появился среди «поэзии индивидуалистической», которая стремится только поражать, «слепить несбыточностью и пороками». Тем не менее, эстетика Л. де Лиля отметила собой «несомненный поворот» от условности и распущенности к новой поэзии, к новым формам французского поэтического сознания.
Русский поэт намеренно проводит непрерывную линию культуры Франции, которая начинается еще в глубоких истоках человеческого бытия, сознания жизни – в античном мифе, затем заново возникает в неоэлленизме и получает свое продолжение в поэзии во вновь возникших, пока еще не течениях, но отдельных поэтов последней четверти XIX века.
Французская поэзия всегда была для Анненского первой, главной, неизмеримо превосходящей всю остальную. Создается впечатление, что 80 % его переводной лирики – это переводы с французского. В год выхода своего первого сборника стихотворений «Тихие песни» Анненский был уже известным педагогом, преподавателем, литературным критиком, работал при ученом комитете Министерства народного просвещения. Следуя своей излюбленной идее о фундаментальном значении античности для мировой литературы, стремясь, как педагог, познакомить русскую публику с греческим трагиком, в литературной деятельности Анненский был знаменит уже не только благодаря опубликованным переводам Еврипида («Вакханки», «Геракл», «Финикиянки», «Ифигения–жертва», «Электра», «Орест», «Алкеста», «Ипполит», «Медея»), но и собственными трагедиями, увидевшими свет в 1901 и 1902 годах («Меланиппа – Философ» и «Царь Иксион»). Стихотворная деятельность всегда велась Анненским скрыто, в дополнение к филологической и педагогической работе. В автобиографической заметке поэт указывает, что уже в 1870-е годы он писал стихи: «Я был мистиком в поэзии, мои приятели-лирики уже брали приступом несколько редакций. Но я твердо держался глубоко запавших мне в душу слов моего брата Николая «до тридцати лет не печататься» [3].
.В 1904 году, в возрасте 49 лет, Анненский, под псевдонимом Ник. Т-о, публикует единственный прижизненный стихотворный сборник «Тихие песни» приложением которому являлись переводы из «Парнасцев» и «Проклятых» или из «новой французской поэзии», как называет ее поэт. Сборник «Парнасцы и проклятые» состоит их двух частей: «лирика» и «поэмы». Цикл «лирики» состоит из 44 стихотворений, вторая часть книги – 4 поэмы. Материал сборника – лирика французских поэтов, принадлежавшим к поэтическому течению «Парнаса» (8 стихотворений – из Леконта де Лиля, 7 – из Сюлли Прюдома) и тех, кто называл себя «проклятыми» поэтами» (7 – из Верлена, 6 – из Бодлера, 3 – из Мориса Роллина, по 2 - из А. Рембо, Ш. Кро, Т. Корбьера, 1 – из С. Малларме). Особняком стоит стихотворение Франсиса Жамма, католического поэта, близкого символистам. Также, в книгу добавлены переводы из Горация, Гейне, Лонгфелло (3- из Горация, 4 – из Гейне, 1 – из Лонгфелло). Стихотворения в сборнике И. Анненский выстраивает по своим собственным законам. В книге переводы располагаются не по авторам – лирика главы де Лиля соседствует со стихотворениями П. Верлена, Ш. Бодлера, в середине сборника появляется маленький цикл переводов из Г. Гейне и Горация. Для Анненского оказывается важным по собственному замыслу выстроить книгу переводов и присоединить ее к своей книге стихотворений. В процессе анализа структуры «Парнасцев и проклятых», мы заметили особую тематическую организацию материала книги, группировку стихотворений по смысловым блокам, которые располагаются преимущественно в первой части «Лирики» (вторая же ее часть будет построена иным образом, о чем речь далее). Мы выделили 4 основных смысловых блока, озаглавленные нами как: «поэзия, искусство поэзии, поэт и его ипостаси», «философия земного существования», «взаимодействие, диалог с потусторонним миром», «мир мертвых, жизнь души после смерти».
Первый смысловой блок, открывающий книгу переводов, посвящен искусству поэзии и традиционно противоречивой фигуре поэта. Назовем стихотворения, которые входят в названный блок: «Дар Поэмы» (С. Малларме), «Вечером» (П. Верлен), «Посвящение» (С. Прюдом), «Погребение проклятого поэта» (Ш. Бодлер), «Над умершим поэтом» (Л. де Лиль).
Темы второго смыслового блока, условно озаглавленного как «философия земного существования», открывают перед читателем разнообразное понимание французскими поэтами мироустройства. В этот блок входят следующие переводы: «Майя» (как делящее смысловые блоки), «Тени» (С. Прюдом), «Совы» (Ш. Бодлер), «Безмолвие» (М. Роллина), «Сомнение» (С. Прюдом). Седьмое стихотворение сборника «Майя» (перевод из Л. де Лиля), философская зарисовка, названная понятием индо-буддийской философии, открывает этот смысловой блок. «Майя» будто задает основную философскую позицию, связующую все части смыслового единства: земной мир – это иллюзия, тень, отражение.
Переводом стихотворения «Призраки» (из Л. де Лиля) открывается новый смысловой блок, который может быть озаглавлен как «взаимодействие, диалог с потусторонним миром». В переводах третьего смыслового блока («Призраки», «Сон, с которым я сроднился», «Привидение») лирические герои так или иначе, через сон, через ситуацию смерти, встречаются с вестниками мира мертвых.
Следующий, четвертый смысловой блок, оказывается сопряженным с предыдущим пространством потустороннего мира. Их отличие в том, что четвертый блок полностью фокусируется на мире мертвых, на проблемах, окружающих ситуацию смерти: забвения и памяти, прошлого и настоящего, жизни души.
Стремясь создать цельную структуру не только сборника переводов, но и объединить в целое собственные стихи с «Парнасцами и проклятыми», Анненский проводит сквозь книгу переводов важнейшую проблему своих эстетических размышлений – проблему существования идеала, его воплощений на земле, в природе, в искусстве, в результатах человеческого творчества, способности человека (в особенности, человека-творца) увидеть идеал, вобрать его и показать. Несомненно важно будет вспомнить эпиграф, который Анненский выбирает к «Тихим песням». Идея, заявленная во главе сборника, проецируется и на переводы. В структуре «Парнасцев и проклятых» мы наблюдаем четыре стихотворения, расположенные в разных частях сборника, часто между смысловыми блоками, в которых ясно реализуется лейтмотив Идеала, его воплощения и поиска. Подчеркнем, что первое стихотворение книги (перевод из С. Прюдома) озаглавлено «Идеал».
Сборник «Парнасцы и проклятые» обладает важной организационной особенностью: Анненский использует форму так называемых сопротивопоставлений лирических произведений, предназначенную для сопоставления или сравнения какой-либо темы в переводах французских поэтов. В сборнике стихотворные пары могут располагаться рядом, могут обрамлять тот или иной смысловой блок. Анализируемые сопротивопоставления были разделены нами на две категории: эксплицитные пары (стихотворения, имеющие одинаковое заглавие или двухчастную структуру) и имплицитные пары (стихотворения, на соположение которых И. Анненский указывает скрыто).
К первой категории относятся следующие стихотворения: перевод из Т. Корбьера «Два Парижа», а также две «Богемы» (А. Рембо и М. Роллина).
В качестве имплицитных пар назовем следующие сопротивопоставления: «Песня без слов» П. Верлена и «Сплин» Ш. Бодлера, «Последнее воспоминание» Л. де Лиля и «Слепые» Ш. Бодлера, «Я – маниак любви» П. Верлена и «Сушеная селедка» Ш. Кро, «Погребение проклятого поэта» Ш. Бодлера и «Над умершим поэтом» Л. де Лиля и др. Рассмотрим некоторые пары.
«Последнее воспоминание» (Л. де Лиль) и «Слепые» (Ш. Бодлер) сопряжены общими мотивами пустоты, пустого неба, невидящих глаз. В переводе из Л. де Лиля лирический герой утверждает, что он мертвец, но с открытыми глазами. Здесь же ставится вопрос: лирический герой действительно умер в «ночь Небытия» или он только приближается к смерти? А может быть это опять сильнейшее действие сна? («Но если это сон?... / О нет, и гробовую я помню тень, и крик, и язву раны злой…») [4].
Стихотворение «Слепые» из Ш. Бодлера. продолжает мотив открытых, но невидящих глаз. Обратим внимание на двойственность понимания неба: оно и так пусто, а у слепых вдвойне. Быть невидящим – «весь ужас жизни». Это как драма, слепцы как куклы, зачем они живут? Впадины их глаз всегда смотрят в небо. Есть ли в этом смысл? Жизнь для них – «немая ночь».
Важным является соположение переводов из лирики французских поэтов-символистов П. Верлена и Ш. Бодлера. Стихотворение «Песня без слов» («Il pleure dans mon сoeur») П. Верлена концентрирует множество основных образов книги переводов - сердце, воплощающее душу, индивидуальное, человеческое слеза, сон, мелодия. Образ тоски раскрывается через способ земного существования. Образ музыки символизирует взаимоотношения живущего сердца и окружающего мира.
Тоска бытия передается также и через сон. Он отсылает и к воспоминаниям о прошлом, тяжелым сейчас, сон является и способом забыться:
Следующий перевод - «Сплин» Ш. Бодлера, одно из программных произведений французского поэта. В соседстве с «Песней без слов» дает очень важный штрих к картине всеохватной давящей тоски у человека. Если первое стихотворение больше похоже на зарисовку в духе импрессионизма, то второе представляет скорее философскую концепцию человека в земном мире. Всё окружающее оборачивается против, работает на то, чтобы отравить человеку существование. Рассвет – «зол с похмелья», небо – «грязный свод», дождь – «тюремщик», колокола – «злобная ватага», бросающая проклятья, и, наконец, мир – «одна темница». Лирический герой Верлена заключен в пространство своего дома, бодлеровский герой заключен в мире. Последнее четверостишие выводит два образа (они переданы с большой буквы) - Надежда (умирает) и Мученье (развешивает «свой черный флаг»).
Представленный анализ позволяет сделать следующие выводы: французский символизм занимал важнейшее место в эстетике Анненского, неразрывно сопрягаясь с традицией преемственности античной культуры. Детальная работа и разнообразные стратегии анализа лирики французских символистов дают возможность говорить о необходимости для Анненского глубокого осознания поэзии французского символизма не только как литературной основы, но и как эстетических взглядов, коррелирующих с собственной лирикой.
Литература
Анненский де Лиль и его «Эринии» / . Книги отражений. - М.,1979. - С.404-433 Анненский миф в современной французской поэзии. -[Электронный ресурс]. – Электрон. дан. – Режим доступа: http://annensky. lib. ru/publ/ant_mith. pdf свободный Федоров Анненский / . - Л.,1984. - С.15 Ник. Т-о. Тихие песни. С приложением сборника стихотворных переводов «Парнасцы и проклятые / Ник. Т-о. – СПб.,1904. – С. 96Научный руководитель – доктор филол. наук, профессор
