Бельгийский федерализм (стр. 2 )

4) Характерной чертой бельгийского федерализма является его ярковыраженный двухполярный характер. Для двух доминирующих культурно-лингвистических общин – франкоязычной и нидерландоязычной - на федеральном уровне предусмотрены специальные механизмы защиты их интересов; двухполярность также отражается на федеральной институциональной системе. Двухполярность направлена на поддержание баланса между двумя конфликтующими общинами.

5) Из двухполярности бельгийского федерализма вытекает его относительная нестабильность, так как на федеральном уровне управление страной требует постоянного поиска компромисса между двумя основными полюсами, и его недостижение может парализовать деятельность федеральных органов.

6) В бельгийской федерации действует принцип равноправия субъектов федерации. Вместе с тем для неё характерна асимметрия, проявляющаяся в наличии в институциональной системе двух видов субъектов федерации – сообществ и регионов, различающихся по характеру и объему полномочий, институциональной структуре, а также степени представительства в федеральных органах. Асимметрия свидетельствует о стремлении учесть противоречивые требования составных частей федерации и направлена на сохранение её единства.

7) Бельгийская система разграничения компетенции основывается на следующих положениях: полномочия сообществ и регионов четко фиксированы в Конституции, остаточная компетенция принадлежит Федерации, при этом компетенция, как Федерации, так и её субъектов признается исключительной. Такое регулирование направлено на обеспечение исчерпывающего разграничения компетенции и исключение возможности для участников федерации вмешиваться в компетенцию друг-друга.

Вместе с тем, в Конституции предусмотрена, при определенных обстоятельствах, возможность введения противоположного порядка распределения компетенции, а именно, наделение Федерации исключительными фиксированными полномочиями, а субъектов федерации – исключительными остаточными полномочиями.

8) В Бельгии существует процедура урегулирования конфликтов интересов, возникающих между составными частями федерации в ходе реализации ими своих полномочий. Процедура разрешения конфликтов интересов имеет ряд недостатков, связанных с политическим характером выносимого в отношении них решения, не обеспеченного принудительной силой. Большая часть конфликтов интересов имеет юридические аспекты, и поэтому для их разрешения были бы более эффективны правовые, а не политические средства.

9) Конституционный суд играет важную роль в бельгийской федерации, осуществляя контроль над соблюдением всеми участниками федерации норм о разграничении компетенции, а также своей практикой вносит вклад в толкование и конкретизацию основополагающих принципов разграничения компетенции.

Структура диссертации предопределена целями и задачами исследования Диссертация содержит введение, три главы, включающие 8 разделов, заключение, а также библиографический список нормативных источников и литературы по теме исследования.

Во Введении обоснованы актуальность темы исследования, его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, объект и предмет исследования, методология, показана степень разработанности темы, определены цели и задачи исследования, сформулированы основные положения, выносимые на защиту. 

В Первой главе «Эволюция бельгийского государства» рассматривается конституционная история Бельгии с момента образования независимого государства после революции 1830 года и до настоящих дней. Проведен анализ унитарного государственного устройства по Конституции 1831 года, а также рассмотрены этапы государственных реформ, в результате которых унитарное государство трансформировалось в федеративное. Особое внимание уделяется анализу причин несостоятельности унитарного государственного устройства.

Унитарное государство Бельгия возникло в результате революционных действий в сентябре 1830 года, завершившихся свержением власти короля Нидерландов Вильгельма I. В декабре того же года оно было признано на международном уровне пятью великими державами.

Первая и единственная конституция Бельгии была принята в 1831 году. С учетом многочисленных поправок и глобального пересмотра её структуры в 1994 году она действует и по сей день, и является вторым в мире «долгожителем» после конституции США 1778 года.

По конституции 1831 года вновь образованное государство Бельгия являлось парламентарным правовым государством, основанным на принципе гибкого разделения властей в форме конституционной монархии.

Главой государства являлся монарх, наделенный полномочиями в сферах исполнительной, законодательной и судебной властей. Носителями законодательной власти являлись совместно Король, Палата представителей и Сенат. Исполнительная власть осуществлялась Королем и его министрами, которые имели право контрассигнации всех актов Короля и несли ответственность перед Парламентом. Судебная власть осуществлялась судами.

По структуре Бельгия была простым унитарным государством, состоявшим из девяти провинций, разделенных на административные округа и коммуны. Помимо этих административно-территориальных единиц, она не включала никаких автономных образований.

Анализ организации центральной и местной государственной власти и характера их взаимоотношений позволяет охарактеризовать Бельгию как относительно децентрализованное унитарное государство. Центральные органы власти имели полномочия вмешиваться в процесс проведения местной политики. В провинциях и коммунах наряду с выборными органами (советами) имелись должностные лица, назначавшиеся Королем или подчинявшиеся непосредственно центральной власти. Такая структура унитарного государства в основных чертах оставалась неизменной до 70-х годов XX века.

Унитаризм, предполагающий наличие сильной центральной власти, являлся наиболее приемлемой формой государственного устройства для молодого бельгийского государства, освободившегося от голландского господства в 1830 году, поскольку отвечал целям сохранить и упрочить свою независимость и объединить бельгийскую нацию. На данном историческом этапе следует говорить именно о  бельгийской нации, поскольку самобытность фламандцев и валлонов стала провялятся позже – в ходе активного отстаивания ими своих культурно-лингвистических прав.

Хотя в стране превалировало население, говорящее на голландском языке и его диалектах (57%), политическую элиту государства составляли представители франкоязычного населения (42%), которые удерживали власть с помощью избирательной системы, основанной на имущественных цензах. Единственным официальным языком в стране являлся французский, население фламандских провинций было сильно ущемлено таким положением.

  Уже в первой половине XIX века фламандцы начали борьбу за отстаивание своего культурно-лингвистического своеобразия. В ходе политической борьбы во второй половине XIX века они добились права употребления на фламандских территориях своего языка в отдельных сферах (школьного образования, уголовного судопроизводства, административной сфере). Благодаря введению всеобщего избирательного права в 1893 году повысился политический вес фламандцев, и во вновь избранном Парламенте они добились принятия Закона, признавшего голландский язык в качестве официального наравне с французским (так называемый Закон о равенстве языков 1898 года).

На повестке дня, кроме лингвистических задач, появились новые – «фламандизация» среднего, технического и университетского образования. В период Первой мировой войны отмечается зарождение фламандского национализма, который знаменует собой переломную веху в развитии культурно-лингвистических конфликтов между двумя общинами. Это проявилось в создании националистских и профашистских партий, сотрудничестве с немецкими оккупантами и продвижении идей создания суверенной Фландрии.

Активность валлонов была направлена на сдерживание «фламандского натиска» и отстаивание своей культурной, экономической и политической гегемонии. На заре XX века в их рядах также появляются идеи административного разделения Валлонии и Фландрии.

Последовали несколько этапов лингвистических реформ, в ходе которых был закреплен принцип одноязычия во Фландрии и Валлонии и принцип двуязычия в Брюсселе и его пригороде. А в 1963 году принцип одноязычия в областях французского и фламандского языка был усилен, и впервые были установлены условные границы четырех лингвистических областей (три одноязычные области: французская, голландская и немецкая, и одна двуязычная область: Брюссель с пригородом). Установление лингвистических границ стало вехой на пути к федерализму. Понятие лингвистической области играет важнейшую роль в бельгийском публичном праве, поскольку служит основой для определения сфер компетенции нынешних субъектов бельгийской федерации – сообществ и регионов.

  Таким образом, в процессе урегулирования лингвистических конфликтов между двумя общинами наметилась тенденция к прорабатыванию вопросов государственного устройства.

50-60-е годы XX века характеризуются усилением напряженности в отношениях между франкофонами и нидерландофонами. Ситуация также обострилась из-за экономического кризиса в Валлонии (до этого она была богатым промышленным регионом) и перемещения центра деловой активности во Фландрию.

Автор диссертации считает, что причинами несостоятельности унитарного государственного устройства стали острые и продолжительные конфликты в культурно-лингвистической, социальной, экономической и политической областях между фламандской и валлонской общинами. Урегулирование межэтнических проблем оказалось невозможным в условиях унитаризма, и глобальное преобразование структуры государства становилось неизбежным. Путь к разрешению конфликтов между общинами заключался в необходимости признания их культурной автономии.

Автор отмечает, что переход от унитарного государственного устройства к федеративному происходил в Бельгии эволюционным путем. Далее рассматриваются четыре этапа государственных реформ, проходивших в период с 70-х по 90-е годы XX века.

Следует отметить, что поворотным событием на первом этапе государственных реформ 70-х годов стало учреждение новых образований – сообществ и регионов, и поэтапное наделение их компетенцией. Сообщества оформились в субъекты федерации, воплощающие культурную автономию, а регионы – в субъекты федерации – носители территориально-экономической автономии.