Бельгийский федерализм (стр. 5 )

Складывается противоречивая ситуация, когда, хотя основная компетенция и исходит от федеральной власти, в силу теории подразумеваемых полномочий сообщества и регионы имеют возможность вторгаться в сферу федеральной компетенции, пусть даже при условии соблюдения определенных условий. И, наоборот, федеральная власть не может вмешаться в сферу исключительных полномочий субъектов, поскольку ни Конституция, ни специальные законы прямо не признают за ней право использования подразумеваемых полномочий. 

Автор показывает, что с учетом практики Конституционного суда в отношении подразумеваемых полномочий основополагающий принцип исключительности компетенции как субъектов, так и Федерации, реализуется с существенными оговорками.

Принцип «силы закона» тесно связан с принципом исключительности полномочий. Оба эти принципа гарантируют автономию сообществ и регионов.

Таким образом, в соответствии с рассмотренными основополагающими принципами разграничения компетенции, а также с учетом конкретизации этих принципов Конституционным судом и Государственным советом в Бельгии на практике реализуется разграничение материальной и территориальной компетенции между Федерацией и субъектами федерации.

В сложном государстве, особенно таком как бельгийская федерация, возникновение конфликтов между ее составными частями неизбежно. Далее рассматриваются институты конфликтов интересов и конфликтов компетенции.

Основным отличием между ними считается политическая природа конфликтов интересов и политическое разрешение этих ситуаций и юридическая природа конфликтов компетенции и разрешение их судебной инстанцией.

Следует констатировать, что решения, выносимые в отношении конфликтов интересов, носят политический характер и не обеспечены никакими мерами принудительного исполнения.

Конфликты компетенции, напротив, связаны исключительно с нарушением правовых норм о разграничении компетенции и для них предусмотрены исключительно правовые средства урегулирования. Контроль над уже принятыми законодательными актами осуществляет Конституционный суд. Эффективность данного механизма обеспечена возможностью для широкого круга субъектов обратиться в Суд с иском о признании нормативного акта недействительным или с преюдициальным вопросом, а также обязательной силой его постановлений. 

Отмечая недостатки процедуры разрешения конфликтов интересов, автор приходит к выводу, что поскольку большая часть конфликтов интересов имеет юридические аспекты, то для их разрешения были бы более эффективны правовые, а не политические средства.

Отдельный раздел главы посвящен роли и месту Конституционного суда в федеративной Бельгии. Анализ правовой природы и компетенции Конституционного суда позволяет определить его как специальный орган конституционного правосудия, который наделен полномочиями выносить решения в форме постановлений о конституционности в отношении широкого спектра законодательных норм, охватывающих, как вопросы разграничения компетенции между участниками федерации, так и блок конституционных прав и свобод бельгийцев. Анализ практики Суда показывает, что этот институт играет важную роль в бельгийской федерации и служит укреплению традиции конституционного правосудия в Бельгии и совершенствованию системы разграничения компетенции.

В Заключении обобщены результаты исследования и сделаны некоторые общие выводы, предложения и рекомендации.

Проведенный в работе анализ процесса трансформации унитарного государственного устройства в федерацию и анализ сегодняшней модели бельгийской федерации показал, что федерация – более демократическая форма государственного устройства для такого многонационального государства, как Бельгия. Бельгийская модель федерации со своей сложной институциональной системой позволяет гарантировать автономию субъектов федерации, обеспечивать баланс их интересов, сдерживать напряженность в отношениях между ними, иными словами, позволяет культурно-лингвистическим общинам сосуществовать в рамках единого государства с учетом их специфических интересов. Обеспечивается поддержание нормальных отношений между участниками федерации через использование разнообразных форм сотрудничества и механизмов предупреждения и урегулирования конфликтов между ними. Федеративное государственное устройство способствует укреплению традиционных ценностей, сплочению бельгийской нации и поддержанию авторитета Бельгии на международной арене.

Бельгийская федерация – это развивающаяся модель. Дальнейшие институциональные реформы, скорее всего, будут ориентированы на усовершенствование механизмов и институтов федеративной системы.

Избегая идеализации, в работе также были выявлены слабые стороны бельгийской модели, пробелы в правовом регулировании федеративных отношений и негативные тенденции. Представляется, что полное разрешение этнических конфликтов в обозримом будущем недостижимо. В отношениях между франкофонами и нидерланофонами сохраняются проблемы. Центробежный характер бельгийской федерации, её двухполярность, а также тенденция дальнейшего расширения автономии субъектов федерации могут являться благоприятной средой для развития сепаратистских настроений. Недостатки институциональной системы могут приводить к серьезным политическим кризисам и даже парализовывать деятельность центральных органов власти.

Апробация результатов исследования. Основные положения работы и выводы настоящего исследования апробированы в ходе обсуждения диссертации на заседаниях кафедры Конституционного права МГИМО (Университет) МИД России.

Основные положения диссертации нашли отражение в опубликованных автором научных работах диссертанта:

1. Бегаева разграничения компетенции между органами федерации и субъектов федерации в Бельгии: статья // Конституционное и муниципальное право, МГУ. - 2008. - №18. – 0,6 п. л. (издание, рекомендованное ВАК); 

2. Бегаева черты бельгийского федерализма: статья // Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Юриспруденция». - 2008. - №3. – 0,5 п. л. (издание, рекомендованное ВАК);

3. Бегаева особенности бельгийской модели федеративного государства: статья // Азербайждано-российский журнал международного и сравнительного права. -  2006. - №1 (3). - 1,0 п. л.

1 В результате пересмотра Конституции 1994 года, состоявшегося 7 мая 2007 года, Арбитражный суд переименован в Конституционный суд.

2 Согласно переходному положению введение в действие статьи 35 Конституции обусловлено следующими моментами: 1) внесение в главу III Конституции перечня исключительных полномочий федерации  2) наличие в специальном законе порядка осуществления сообществами и регионами остаточной компетенции  3) определение в специальном законе даты вступления в силу ст. 35.