Песни казачьей станицы (стр. 1 )

ПЕСНИ

КАЗАЧЬЕЙ СТАНИЦЫ

Предисловие

Этот прелюбопытнейший песенный сборник нам подарили как специалисту по истории и культуре казачества на одном из казачьих мероприятий с целью дальнейшего изучения и использования народного фольклора в наших научных трудах. Сборник напечатали казаки на свои собственные средства практически без всяких выходных данных и соблюдения установленных правил публикации. В часы отдыха я перелистывал это издание, каждый раз поражаясь глубине мысли и чувства самобытных песен, которые играют донские казаки. И однажды подумалось, почему это действительно народное издание должно храниться лишь в домашней библиотеке, ведь его надо сделать доступным как можно более широкому кругу казаков. Вот решили мы поместить сборник казачьих песен на Платовской казачьей страничке в наиболее доступном текстовом формате с возможностью скачивания и распечатывания любого фрагмента. При этом мы полностью сохранили оригинальный текст издания, исправив замеченные опечатки. Надеемся, что размещаемые тексты песен придутся по душе широкому кругу казаков и любителей народного фольклора.

Содержание

Военно-исторические песни ……………………………………… 5

Старинные лирические песни....………………………………… 37

Гулебные, шуточно-плясовые песни ………………….………… 57

Современные донские песни …………………………………….. 84

Посвящается

землякам станичникам-раздорцам

Эти песни пели наши отцы и деды, а этот сборник приглашает и современное поколение – детей и внуков – «Пойте с нами!».

Сборник составлен с учетом многочисленных пожеланий участников самодеятельности, руководителей художественных коллективов и всех, кто любит казачьи песни.

Большую работу по сбору песен и составлению сборника провел Петр Дмитриевич Переверзев – руководитель фольклорного ансамбля станицы Раздорской.

Он прошел с казачьей песней по жизни более полувека. В 1930-е годы работал с казачьим хором в хуторе Обуховка.

В довоенные годы дважды (в 1936 и 1938 гг.) участвовал с ансамблями во Всесоюзных смотрах художественной самодеятельности, где занимал призовые места. В послевоенные годы, по направлению областного дома народного творчества, вёл работу с казачьими хорами в станицах Дона.

Старший руководитель и педагог, знаток казачьей песни
внёс свой вклад в сохранение донского фольклора.

Н. Волобуева

ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЕ

ПЕСНИ

ОЙ, ТЫ, ДОН, ТЫ – НАША РОДИНА

Ой, ты, Дон, ты – наша Родина,

Вековечный богатырь,

Дон, ты – вольный и раздольный,

Разлился и вдаль, и вширь.

Про тебя, Дон, вспоминали

Наши деды и отцы,

Про твои станицы вольные,

Про любимый край родной.

Отчего же Дон помутился

В берегах своих крутых?

– Оттого я помутился,

Что не вижу я сынов.

Вы, сыны мои родные,

Где пируете сейчас?

Вы, бывало, пировали

В своих родных очагах.

– Мы, бывало, пировали

В своих родных берегах.

А теперь в стране далекой

Бьём постылого врага.

Все сыны твои родные,

Наш любимый тихий Дон,

Шлют казачие приветы,

До сырой земли поклон.

НЕ СОХАМИ-ТО СЛАВНАЯ ЗЕМЛЮШКА

НАША РАСПАХАНА

Не сохами-то славная землюшка наша распахана...

Распахана наша землюшка лошадиными копытами,

И засеяна славная землюшка казацкими головами,

Украшен-то наш тихий Дон молодыми вдовами,

Цветен наш батюшка тихий Дон сиротами,

Наполнена волна в тихом Дону отцовскими,

материнскими слезами.

ПОШЛИ, ПОШЛИ КАЗАЧЕНЬКИ

Пошли, пошли казаченьки,

Чуть шапоньки на них видно.

Они ружьями блистают,

Тяжело вздыхают,

Тяжелехонько вздыхают,

Назад поглядают.

– Остаются наши дома,

Отец-мать родные,

Жены молодые,

Наши жены молодые,

Деточки малые.

ПО-ЗА ЛЕСОМ, ЛЕСОМ ТЕМНЕНЬКИМ

По-за лесом, лесом темненьким,

За садом зелененьким

Пролегала шлях-дороженька,

Шлях дорога приубитая,

Слезыньками приулитая.

Туда шел-пошел набор большой,

За набором – отец, матушка.

Отец, матушка убиваются,

А сестра с братом прощается:

«Прощай сестра, прощай родная,

Занесу свою головушку

В чужедальнюю сторонушку,

Чужедальнюю, незнакомую.

Овса коню не докупишься,

Хлеба-соли не допросишься».

ОЙ, ДА РАЗРОДИМАЯ ТЫ, МОЯ СТОРОНКА

Ой, да разродимая ты, моя сторонка,

Ой, да не увижу больше я тебя,

Ой, да не увижу, голос не услышу,

Звук на зорьке в саду соловья.

Ой, да разродимая моя мамаша,

Ой, да не печалься больше обо мне –

Не все люди умирают на войне.

Ой, как летела пуля свинцовая

И пронзила грудь белую мою.

Ой, да грудь геройская

С коня на землю свалилась.

Как на этот шум и мятеж

Разные птицы собрались,

Растерзали мое тело белое

По чистым, по полям.

БАТЮШКА, СЛАВНЫЙ ТИХИЙ ДОН

Как ты, батюшка, славный тихий Дон,

Ты кормилец наш, Дон Иванович!

Про тебя лежит слава добрая,

Слава добрая, речь хорошая.

Как бывало всё ты быстёр бежишь,

Ты быстёр бежишь, всё чистёхонек;

А теперь ты, кормилец, всё мутен течешь,

Помутился ты, Дон, с верху до низу.

Речь возговорит славный тихий Дон:

«Уж как-то мне всё смутну не быть,

Распустил я своих ясных соколов,

Ясных соколов, донских казаков;

Размываются без них мои круты бережки,

Высыпаются без них косы жёлтым песком.

ПОЕХАЛ КАЗАК НА ЧУЖБИНУ ДАЛЕКУ

ребенки  лябьева

Поехал далеко казак на чужбину

На добром коне вороном.

Свой Дон он навеки покинул –

Ему не вернуться в отеческий дом!

Напрасно казачка его молодая

И утро, и вечер на север глядит,

Всё ждёт, да пождёт – и с полночного края

К ней милый, когда прилетит.

Далеко, откуда к нам веют метели,

Где страшно морозы трещат,

Где сдвинулись дружно и сосны, и ели,

Казацкие кости лежат.

Казак и просил, и молил, умирая,

Насыпать курган в головах:

«Пускай на кургане калина родная

Красуется в ярких плодах,

Пусть вольные птицы, садясь на калине,

Порой прощебечут и мне,

Бедному, весть на холодной чужбине

О милой, родной стороне!»

ОЙ, ТЫ, КОРМИЛЕЦ, ДОН ИВАНОВИЧ

Ой, ты, кормилец, Дон Иванович,

Ой, ты, кормилец, скажем, Тихай Дон,

Доночек наш, Дон Иванович!

Ой, протякал-то, славный Тихай Дон,

Он с верху до низу,

Ну, от озера, скажем, Иванова,

К городу Черкасскому.

Про тебя ли, Тихай Дон,

Ляжить слава добрая,

Ну, еще-то, скажем, ляжить,

Ляжить речь хорошая.

Как бывало, славнай Тихай Дон,

Бывало быстер бяжишь,

Как теперь, славнай Тихай Дон,

Теперь возмущен ты стал.

Ой, возмутила вот, скажем тебе,

Тебе вода полая,

Ой, обрезала вот, скажем, тебе,

Твои круты бережки.

Высыпала только, скажем, в тебе

Она косы мелкие,

Вот на этих, скажем, косушках

Росли леса темные.

Как по этим, скажем, по лесам

Жили люди вольнаи.

Ой, как и кликнул вот наш Платов атаман,

Кликнул клич всему Дону.

Как побрались казаки-донцы,

Вольнаи они, да свободнаи,

Поднялися, братцы, с верху до низу,

От старова они, да до малова.

Посадились они, братцы казачушки,

Сели на добрых коней,

Да и в дальний путь вдарились,

Кы своему атаманушке!

ОЙ, ЗА СЛАВНОЮ РЕКОЙ, ЗА СИНИМ ДОНОМ

Ой, за славною рекой, за синим Доном,

За зеленым густолиственным кордоном

Распахана была пашенка яровая.

Не плугом, не сохою распахана,

А вострыми казачьими пиками.

Не мотыгою, бороною взборонована,

А копытами резвыми конскими.

Не пшеницей, не овсом была посеяна,

А посеяна казачьими головушками.

Не водою пашенка поливается,

Не осенним сильным дождичком,

Поливалася черная пашенка

Горючими слезами казачьими

Да казачьей кровушкой невинною.

УЖ ТЫ, ПОЛЕ МОЕ

  алакирева

Уж ты, поле мое, поле чистое,

Свет раздолье мое, ты широкое!

Чем же полюшко приукрашено?

Приукрашено все цветочками,

Все цветочками, василечками.

Посреди-то поля част ракитов куст,

Под кустом-то лежит тело белое,

Тело белое, молодой казак.

Молодой казак не убит лежит,

Не убит лежит, шибко раненый.

В головах у него бел-горюч камень,

В руках у него сабля вострая,

Во груди у него пуля быстрая,

Во ногах у него стоит добрый конь.

– Уж, ты, конь ли мой, конь, ты, товарищ мой,

Ты ступай-ко, беги во русску землю,

Ты скажи-ка, скажи родному батюшке,

Поклонись-ка родной матушке,

Ты скажи-ка, скажи молодой жене,

Как женил-то меня бел-горюч камень,

Обвенчала меня сабля вострая,

Молодая жена – пуля быстрая!

НА ЗАРЕ БЫЛО

На заре было, братцы, да на зореньке,

Ой, да, на восходе было солнца, солнца красного

На восходе было солнца, солнца красного.

Ой, да, сокол со орлом они солеталися.

Сокол со орлом они солеталися,

Ой, да сокол со орлом они здоровлялися.

Сокол со орлом они здоровлялися:

– Ой, да, здоров, орел, здоров, сизокрылый мой.

Здоров, орел, здоров сизокрылый мой.

Ой, да, скажи, орел, скажи, сизокрылый мой,

Скажи, орел, скажи, сизокрылый мой,

Ой, да, чем широкое поле украшоное.

Чем широкое поле украшоное?

– Ой, да, что буграми оно, что долинами,

Что буграми оно, что долинами,

Ой, да, что казачьими, поле, все могилами...

ПЫЛЬНА, ПЫЛЬНА ДОРОЖЕЧКА

Ой, да пыльна, пыльна эта дорожечка.

Ой, да пылью она закурена,

Пылью закурена.

Ой, да жалко, жалко эту бабеночку,

Да что дюже она зажурена,

Дюже зажурена.

Ой, да журит, бранит донской казачок,

Ой, да свою жану молодую,

Жану молодую.

Ой, да за что журил, ну-ка, за что бранил?

За конечка своего вороного,

Коня вороного.

«Ой, да, почему же конечек не весел,

Да головушку он да повесил,

Головку повесил?

Ой, да овес, сено они все целы,

Вода стоит она непитая,

Вода непитая.

Ой, да почему же она непитая,

Да холодная она, ключевая?..»

НА ЗАРЕ-ТО БЫЛО, БРАТЦЫ, НА ЗОРЮШКЕ

На заре-то было, братцы, на зорюшке, да.

На восходе было да красно солнышко.

Атаман гулял да все по бережку, да.

Он гулял, гулял да все раздумывал.

Добрых молодцев да все разбуживал, да.

Вы вставайте-ка, братцы-казаченьки.

От сна крепкого да пробуждайтеся, да.

Во поход со мной да собирайтеся.

ЗА КУРГАНОМ ПИКИ БЛЕЩУТ

За курганом пики блещут,