...Я, как тысячи других женщин, являюсь участницей Великой Отечественной войны. На фронт меня призвали в 1942 году, в июле.
Привезли нас в Калугу, потом на станцию Кудринская, где и распределили по частям. Первую ночь пришлось провести в лесу в небольших шалашиках. Ночью немцы бросали ракеты, бомбили и обстреливали аэродром, который был недалеко от нас. Слышался гул орудий. Для нас, новичков, это было страшно. Это было первое боевое крещение. Ночью же нас вызывали по одному к командованию и спрашивали, не хотим ли вернуться домой. Такого желания, конечно, никто не изъявил. После этого нам приказали ухаживать за ранеными.
Служить мне пришлось сначала связной, а потом санитаркой в полевом подвижном госпитале № 000, на 2 Белорусском фронте, в 50-й армии. Командующим фронтом был маршал Рокоссовский, а командующим армией - генерал-лейтенант Болдин.
Служба моя началась в Смоленской области и закончилась под Кенигсбергом. Госпиталь наш всегда находился подальше от населенных пунктов, в лесу, чтобы не могли заприметить немцы. Хотя в 1942 году во многих местах наши части вели наступательные бои, враг тоже не дремал. Были частые налеты, бомбежки и обстрелы из минометов. Населенные пункты переходили из рук в руки. Госпиталь часто переезжал.
При отступлении немцы все сжигали. Двигались мы вслед за медсанбатом, оказывали необходимую помощь раненым и отправляли их в тыл.
Раненые зимой и летом находились в палатках, а мы жили в землянках, которые строили сами. Кроме ухода за ранеными, мы стояли на посту, пилили лес, так как зимой нужно было много дров для топки, дежурили на кухне, выполняли любую работу. Как-то раз у меня зимой ноги примерзли к сапогам. А валенки выдавали только тем, кто был на посту.
Работать приходилось много, иногда сутками и более, без сна. Раненые требовали большого вни-мания к себе. Дежуря около них, нужно было одного накормить, другого повернуть, третьему что-то поправить, а также написать весточку домой или свернуть папиросу. И все это надо было делать с душой, чтобы облегчить раненому страдания.
Хочется рассказать о нескольких трудных днях (а их было немало), которые мы провели оторванными от своей части. В 1944 году наши части освобождали город Минск. Шли кровопролитные бои. Минская группировка немцев насчитывала 100 тыс. человек. При дисло-кации госпиталя несколько человек поехали первыми на двух машинах, так как раненые поступали в первую очередь к нам, в сортировочное отделение. А нас было около 10 человек. Привезли часть имущества, медикаментов и продуктов. Госпиталь остался в 30 километрах. Не успели приехать в назначенное место, как туда начали везти раненых. А у нас ничего не готово. Были бараки, только что покинутые немцами, которые они не успели сжечь. Мы быстро начали в них прибираться. Наносили соломы, застелили от палаток тенты и утеплители. Недалеко от нас фашисты захватили часть шоссе, и движение было приостановлено. Мы оказались в окружении. А раненых везли и везли. На вторые сутки их было уже более 200 человек. Мы только успевали накормить завтраком последних, как уже начинался обед— и так до поздней ночи. Кроме того, нужно было перевязать и оказать первую помощь. «Потерпите, миленькие», — как могли, уговаривали мы их. Продуктов хватило только на сутки. Пришлось обратиться за помощью к местным жителям. Они испекли хлеб. Но хуже всякого голода оказалось отсутствие курева. Создалась страшная паника. Раненые волновались, требовали помощи. Только на третий день мы смогли создать им нормальные условия. Тогда приехала еще часть людей.
Еще будучи связной в Смоленской области, я была очевидцем казни через повешение троих человек: бургомистра города, полицая и начальника поджигательного отряда. Страшная картина! Это были наши люди, работавшие у немцев и ставшие предателями.
Ну, а большой моей радостью было, когда в августе 1944 года наградили медалью «За боевые заслуги». Еще я имею личную благодарность тов. Сталина за участие в освобождении города Гродно.
Когда мы стояли недалеко г. Масальска Смоленской области, там шли бои за высоту. Называлась она "зайцева гора". Несколько дней, а может и недель, она переходила из рук в руки. Погибло много людей. Текли реки крови. Там воевали земляки из Казанской дивизии. После захвата высоты почти никого не осталось в живых... К нам снова везли сотни раненых, которым ока-зывали помощь и отправляли в тыл. Работали не покладая рук.
Я не была на поле боя, не убила ни одного фашиста, моя работа была помогать раненым быстрее выздороветь.
Довелось быть свидетелем захвата минской группировки немцев. Там были и французы, и поляки, и австрийцы. Много было власовцев. Их везли в Сибирь...
После войны мне не раз приходилось выступать перед молодежью. Сейчас память уже не та, но не забыть фронтовую юность. Недавно вышла из больницы, пойду фотографироваться на Доску ветеранов в ОАО "СЗМН".