Историографический обзор
по теме: « Февральская революция 1917 г.»
Февральская революция 1917 г. всегда была в поле зрения исследователей, с течением времени менялись взгляды и открывались новые аспекты в изучении этого вопроса. Уже в 20-х годах 20 века появляется труд по истории Февральской революции 1917г., он принадлежит : «История второй русской революции». в своей работе анализирует предпосылки: «В самом деле, основная черта, проявленная нашим революционным процессом, составляющая и основную причину его печального исхода, есть слабость русской государственности и преобладание в стране безгосударственных и анархических элементов.»1, ход событий и итоги Февральской революции, показывает кризис институтов власти: «Уход от власти министров к.-д. ночью второго июля, открывший правительственный кризис и восстание 3 - 5 июля, его продолжившее, сделались началом довольно длительного кризиса власти. При каждом переходе власти от одного революционного правительства к другому, эти кризисы, вообще, становятся все более продолжительными и болезненными.»2, дает характеристику политическим лидерам революции, показывает противоречия целей первого коалиционного кабинета: «Это было хоть «буржуазное» правительство, но такое, которое, действительно, вполне заслуживало полного «доверия» и «поддержки» умеренных социалистических групп, к которым принадлежало большинство в совете рабочих и солдатских депутатов. Двойственность, которая, в конце концов, погубила первую коалицию, заключалась уже в самом определении основной задачи, для осуществления которой она образовалась. этой задачей было соединение «буржуазии» с «революционной демократией.»3
Милюков попытался воссоздать исторические события, опираясь на документы, но поскольку он являлся очевидцем событий 1917 г., многие его оценки и суждения субъективны, особенно это касается суждений о лидерах революции: , и о .
В 1920-х - начале 1930-х гг., советские историки трактовали Февральскую революцию 1917 г. с позиций большевизма, пытались доказать закономерность перерастания буржуазно - демократической революции в социалистическую. Так историк - автор «первого марксистского курса русской истории» - предпосылками революции считал «спор» Прогрессивного блока с самодержавием, а Февральские события - «рабочей» революцией:«То, что происходило зимой 16-17 изображают, как чисто придворный спор. Но уже непосредственный наблюдатель видел, что корни лежат глубже, что помимо придворных сфер в этом споре заинтересованы некоторые силы общественный, по-старому выражаясь. Анализируя положение марксистски, мы легко вскрываем, в чем заключалось основное противоречие. Это был как будто спор Прогрессивного блока с самодержавием. Если хотите персонально: Милюкова и Гучкова - с Распутиным… Борьба двух видов капитализма, интересы которых не могли примириться на русской почве»4. приходит к выводу: « Весь смысл русской революции заключается в том, что пролетариат выступил на защиту русского народного хозяйства.»5, « Таким образом, февральская революция была не только рабочей революцией, не только пролетарской по социальному составу той массы, которая низвергла самодержавие и фактически встала у власти, но и неизбежно была и социалистической, совершенно объективно».6
Советский историк в труде «Русский анархизм в Великой русской революции» рассматривает проблему анархических течений в революционный период, особенно подробно дает характеристику «махновщине». Яковлев придерживался точки зрения о стихийности февральского этапа революции7.
Среди исследований 1930-х годов особенно стоит отметить «Историю русской революции» , которая была опубликована в Берлине в 1931-1933 гг. В своем труде анализирует события Февральской и Октябрьской революции, доказывает, что императорская власть исчерпала себя, и революция была неизбежна, отмечает социальный характер Февральской революции: «Февральская революция 1917 года отличалась от прежних революций несравненно более высоким социальным характером и политическим уровнем революционного класса, враждебным недоверием восставших к либеральной буржуазии и возникновением в силу этого в самый момент победы нового органа революционной власти – Совета, опирающегося на вооруженную силу масс.»8
«Отдав свое доверие социалистам, рабочие и солдаты оказывались, неожиданно для себя, политически экспроприированными. Революционные тенденции масс уже в момент февральского переворота совершенно не совпадали с соглашательскими тенденциями мелкобуржуазных партий. Пролетарий и крестьянин голосовали за меньшевика и эсера не как за соглашателей, а как за противников царя, помещика и капиталиста. Но, голосуя за них, они создали средостение между собой и своими целями. Они не могли теперь уже продвинуться вперед, не натолкнувшись на воздвигнутое ими же средостение и не опрокинув его. Таково было поразительное qui pro quo (лат. - недоразумение), заложенное в классовых отношениях, как их вскрыла Февральская революция. К основному парадоксу немедленно же присоединился дополнительный. Либералы соглашались взять власть из рук социалистов лишь при условии, что монархия согласится принять власть из их собственных рук.»9
приходит к выводу, что Россия так поздно совершила свою буржуазную революцию, что оказалась вынуждена превратить ее в пролетарскую.
В 1940 - середине 1950-х гг. историки практически не уделяли внимания исследованию Февральской революции, так как она трактовалась в качестве пролога к Октябрьской революции 1917г. Среди работ этого периода следует отметить «Мартовские дни 1917 года» историка Мельгунова книги была опубликована в 1950-1954 гг. в эмигрантской газете «Возрождение», а полностью она увидела свет в Париже в 1961 г. Автор практически по часам восстанавливает течение событий Февральской революции, анализирует большое количество источников. В «Мартовских днях» развенчал множество мифов, связанных с Февральской революцией, например: «Создалась легенда, широко распространившаяся 27-го в Петербурге, о том, что Дума постановила не расходиться, как учреждение, и что Дума совершила революционный акт, отказавшись подчиниться указу о роспуске… Не Дума руководила стихией, а стихия влекла за собой Временный Комитет. Слишком многие это непосредственно ощущали. Быть может, поэтому в рядах думских деятелей, не загипнотизированных теоретическими выкладками, наблюдалась робость, растерянность, нерешительность»10,- и пришел к мнению, что революция была стихийной: «Как ни расценивать роль революционных партийных организаций в стихийно нараставших событиях в связи с расширявшейся забастовкой, массовыми уличными выступлениями и обнаруживавшимся настроением запасных воинских частей , все же остается несомненным, что до первого официального дня революции никто не думал о такой близкой, возможной революции»11.
В 1960-е гг. у советских историков появился больший доступ к источникам, стали появляться новые исследования проблем Февральской революции. Историки попытались показать стихийный, спонтанный характер событий Февральской революции, разнородный и сложный участников, стремились опираться на историческую правду в освещении политики большевистской партии.
В 1967 году опубликовал книгу «Russia 1917: The Februaty Revolution». В 1984 году она была переведена с английского на русский язык под названием «Февральская революция» в серии «Исследования новейшей русской истории», основанной (Париж, YMCA-Press; переизд. - М.: Русский путь, 1997). В этой работе автор предпринимает попытку определить отношение к революции Думы и общественных организаций, рабочего движения и армии, рассуждает об исторических корнях революции: «Революция как бы ждала «Пугачева с университетским образованием. И вот, когда революция началась, возглавил ее не народный вождь, а выходец из мелкого дворянства, который, исповедуя революционную идеологию марксистского толка, умел использовать скрытые страсти народного восстания, но совершенно их при этом не разделял».12 очень подробно и тщательно рассматривает и анализирует причины, приведшие к острому социально-политическому кризису к началу 1917г, разразившемуся в виде Февральской революции. Все описание и выводы он делает на основе воспоминаний основных участников событий, документов, исследований других историков. И состояние армии, и характеристику деятельности политическим партиям, и интригам двора Катков дает исключительно в рамках событий, приведших в итоге к Февральской революции, но придает огромное значение масонству и его влиянию, но не ссылается на конкретные документы и источники, а без документов невозможно дать оценку - ни политическим целям, ни фактическому влиянию этих масонских организаций. Историк приходит к выводу, что Февральская революция случайна по тем конкретным обстоятельствам, в которых она произошла: «Революция оказалась неожиданностью, потому что нигде в огромной империи, помимо столиц, не было крупных беспорядков. Как мы увидим, положение на фронте тоже казалось довольно устойчивым и, в противоположность тревожным дням отступления 1915 года, не колебало уверенности военных. В столицах нервное напряжение росло, но главным образом среди читающей газеты публики, т. е. небольшой части населения; увеличивалось также беспокойство в промышленности, обострившееся вследствие грубой расправы полиции с рабочими представителями военно-промышленных комитетов. Но ничто, по-видимому, не указывало на то, что брожение, начавшееся в нервной и переменчивой обстановке столиц, распространится на другие части страны, и еще менее того - на армию. Однако именно это и произошло, и реакция страны на февральские события в Петрограде не могла быть более единодушной даже в том случае, если бы им предшествовала общая репетиция»13
В 1967 г. издает монографию «Вторая русская революция. Восстание в Петрограде». В его работе освещаются предпосылки революции и события февраля и марта 1917 г. в Петрограде. рассматривает и анализирует события, произошедшие до середины марта 1917 г., когда во всей стране было свергнуто самодержавие, и установилось двоевластие. Он приходит к выводу, что это был первый этап единого революционного процесса, который привел к победе в Октябре 1917 г. Автор показал Февральскую революцию как движение, в котором были задействованы не только большевики, но и другие партии и организации. Историк сделал предположение о том, что буржуазия боялась народа. «В первый день революции ни один демонстрант не обратил свои взоры к Думе, да и последняя не сделала ни одного шага, чтобы установить какую-либо связь с улицей, хотя бы для того, чтобы оказать давление на царское правительство»14.
Соболев сознание рабочих и солдат Петрограда в 1917 г. (Период двоевластия).- Л., 1973. В своей монографии исследует проблему массового сознания, политической и идеологической борьбы в Петрограде в эпоху революции. Он обращается к проблеме идеологического воздействия на рабочих и солдат и к вопросу формирования представлений о власти в марте 1917 г., анализирует роль апрельского, июньского и июльского кризиса в формировании революционного сознания рабочих и солдат. Делает вывод, что происходило нарастание радикальных настроений в среде рабочих Петрограда на фоне общенационального кризиса. Автор показывает, то большинство рабочих были беспартийными и плохо понимали разницу между партиями, которая была принципиальной.
В 1978 г вышла в свет монография «Революция и власть. Петроградский Совет и Временное правительство в марте - апреле 1917.», в которой автор подробно изучает вопрос двоевластия, установившегося в России после Февральской революции 1917г. доказывает, что фактически власть была в руках Петроградского Совета рабочих депутатов, хотя формально власть принадлежала Временному правительству. На основании архивных источников и большого фактического материала историк анализирует взаимоотношение этих двух органов власти в марте - апреле 1917 г. По мнению Старцева, Временное правительство Керенского имело шансы довести страну до Учредительного собрания, если бы не было свергнуто Октябрьским вооруженным восстанием в Петрограде. В работе говорит об организованности и гибкости русской буржуазии, в качестве примера приводит факты деятельности масонской организации, которая, , попыталась влиять на революционное движение: «Конечно, не следует преувеличивать влияние масонской организации (называвшей себя «Верховным советом народов России») на политическую жизнь страны даже накануне Февральской революции, а тем более на массовое революционное движение. Однако существование этой организации дает нам дополнительные свидетельства степени организованности русской буржуазии перед революцией, ее гибкости перед лицом военно-полицейской машины самодержавия»15
В конце 70- х и в 80-е гг. историки стали изучать роль и позиции партии кадетов и монархистов в Февральской революции. Среди работ этого периода стоит отметить монографию «Кадетская партия в период первой мировой войны и Февральской революции». На основе широкого круга источников автор прослеживает процесс сотрудничества и сплочения кадетов с крупной буржуазией, борьбу кадетов против пролетарской революции. показывает, что кадеты слабо верили в возможность созыва Учредительного собрания: «Учредительное Собрание неизбежно должно было утопить небольшое русское культурное меньшинство в массе темных людей. Когда же в Предпарламенте вместо выборов прибегали к представительству бытовых группировок по назначению, то все признавали тогда, что лучших по составу собраний выборы дать не могли бы»16. В другом своем труде: « Кадетская контрреволюция и ее разгром (октябрь 1917 - 1920)» отмечала, что после Февраля 1917 г. кадетская партия превратилась в центр притяжения всех контрреволюционных сил: «В ее ряды влились многие представители других, более реакционных буржуазно-помещичьих партий, прекративших свою деятельность с падением царизма»17.
Изменившаяся в конце 80-х - начале 90-х гг. 20 века политическая и идеологическая ситуация предоставила возможность исследователям привлечь новые источники и по-новому взглянуть на проблемы Февральской революции 1917 г. Многие историки стали критически оценивать предпосылки Февральской революции 1917 г. Они отказались от упрощенного политизированного подхода к изучению событий 1917 г.
Следует отметить книгу американского историка Р. Пайпса: «Русская революция» 1990 г. Автор рассмотрел русскую революцию в исторической перспективе. Р. Пайпс в своей работе отразил особый взгляд на причины Февральской революции: он отрицает какие-либо закономерности революции. «В феврале 1917 года Россия пережила настоящую революцию в том смысле, что восстание, положившее конец царизму, возникло стихийно, хотя и не без толчка со стороны, а образованное в результате него Временное правительство получило единодушную всенародную поддержку»18.
В 1996 г. вышла в свет статья : «Февраль 1917 года: революция, власть, буржуазия». считал, что характер революции был анархическим: ни буржуазия и либеральный лагерь, ни социалистические партии как политические силы не являлись тем рычагом, который в феврале 1917 г. произвел революцию в России. «Можно так или иначе оценивать роль этих сил в ее подготовке, но собственно революция произошла не по их вине. Февральская революция не была ни буржуазно-демократической, ни социалистической по своей сути. В ней доминировали демократические и социалистические по форме, но в сущности анархические и охлократические силы»19.
, . Октябрьская революция: новые подходы к изучению//Вопросы истории, 1996.- № 5-6.- С. 28-38. Авторы предпринимают попытку сделать психосоциальную интерпретацию революций 1917 г., и приходят к выводу, что критической точкой революции были события февраля 1917г.: «Переломным моментом впадения в социальную нетерпимость, а затем и буйство, вероятно, следует считать Февральскую революцию.»20, а переломным моментом кризиса является не октябрь, как долгое время было принято считать, а период с октября до лета 1918 г.: «В отличие от политических интерпретаций, психосоциальный анализ событий 1917 г. открывает совершенно новые возможности и перспективы. Вопреки представлениям «событийной» историографии, критической точкой 1917 г. станет не «большевистский» Октябрь, а «демократический» Февраль. Для поведения масс, не изживших патерналистских представлений о власти, наибольшее значение имел самый факт ее падения, а вовсе не присвоения ее функций кем бы то ни было»21. Историки показывают, что рабочие, при всех своих радикальных настроениях, не отказывались от компромисса с предпринимателями и властью. Они поддержали скорее Советы, чем большевистскую власть, потому что рассчитывали на выборную смену депутатов. В работе также отражен критический взгляд на вопрос двоевластия: «Представляется, что мнение о «двоевластии», как основном факторе гражданского раскола нуждается в серьезном уточнении. Двоевластие, во-первых, существовало кратковременно – в первые послефевральские дни. Во-вторых, его скорее можно трактовать в рамках неантагонистической схемы правительство - оппозиция, соответствующей в известной степени и традиционной парадигме российского имперства: народу - мнение, царю власть. В-третьих, в провинции после Февраля даже и намека не было на двоевластие, в дальнейшем там скорее шло «размывание» официальной власти»22.
в статье «Русская идея» и идеология Февральской революции» рассматривает попытки соединения религии и революции, религии и социализма, считает, что Февральская революция была, безусловно, в некотором отношении и демократической, и буржуазной. Но, в то же время, она была и антиимперской, и антивоенной, и, в известной степени, антимилитаристской. «Элементы «русской идеи» были присущи в 1917 г. различным политическим течениям. Они встречаются в источниках самого различного характера. Данные компоненты присутствовали и в программных, и в пропагандистских материалах, и в массовом сознании»23.
В 1998 г. в статье: «Февральская революция и судьба Государственной Думы» анализирует реальное состояние Государственной Думы во время Февральской революции: «Государственная дума и в самом деле к вечеру 27 февраля стала центром революции, но не как орган власти (в это время она реально не существовала), а как место, «помещение», то есть как Таврический дворец, в который стекались восставшие солдаты и рабочие, где тогда же начал заседать самозванный Совет рабочих и солдатских депутатов. Именно он теперь реально ассоциировался с революцией.»24. Автор рассматривает отношение к Думе властей и различных политических сил и на основании этого делает выводы о характере и уровне их политической зрелости политических сил и о характере самой революции: «Орган, формулирующий национальные идеи в революции (например, революционной войны с Германией), реализующий национальный суверенитет, не был нужен революции, более напоминавшей по своему правовому нигилизму Русскую Смуту»25.
Среди современных работ 2000-гг. можно отметить труд «Государственная дума в Февральской революции: очерки истории». рассматривает Государственную Думу как центр Февральской революции, в отличие от он считает Думу именно центром власти. Дает характеристику Временному комитету Государственной Думы как первому Временному правительству и анализирует деятельность различных думско-советских комиссий.
Современные историки часто обращаются к проблемам психологии Февральской революции 1917 г. Среди таких исследований особенно выделяется монография «Российская политическая элита в Феврале 1917: психология надежды и отчаяния». Автор анализирует предпосылки революции с точки зрения психологии, считает, что в дни Февральской революции правящая элита предпочитала уповать на привычные политико-психологические модели поведения и пропагандистские стереотипы, потому и была застигнута врасплох Февральской революцией. «27 февраля 1917 года столичная политическая элита испытала глубочайший шок, оказавшись застигнута врасплох стихийными, неподвластными ей событиями. Императорская Россия буквально в считанные часы погибла на глазах растерянных, дезориентированных политиков. Оправдывая свержение самодержавия как вынужденный «акт национальной самозащиты», политики превозносили силу «патриотического духа» народа, уверяли, что теперь принципиально изменяется смысл войны и демократическая Россия в союзе с ведущими демократическими государствами ведет «войну за Свободу».26
1 Милюков второй русской революции. [Электронный ресурс] // URL: http://www. illuminats. ru/component/content/article/1742
2Милюков второй русской революции. [Электронный ресурс] // URL: http://www. illuminats. ru/component/content/article/2180
3 Милюков второй русской революции. [Электронный ресурс] //
URL: http://www. illuminats. ru/component/content/article/1826
4 Покровский по истории революционного движения в России ХIХ–ХХ вв.- М., 1927.- С.86
5 Покровский по истории революционного движения в России ХIХ–ХХ вв.- М., 1927.- С.95
6 6 Покровский по истории революционного движения в России ХIХ–ХХ вв.- М., 1927.- С.95
7 усский анархизм в Великой русской революции.- М., 1921
8 Троцкий русской революции. Том 1 [Электронный ресурс] // URL: http://lib. rus. ec/b/169683/read#t11
9 Троцкий русской революции. Том 1 [Электронный ресурс] // URL: http://lib. rus. ec/b/169683/read#t11
10 Мельгунов дни 1917 года [Электронный ресурс] // URL: http://lib. rus. ec/b/101342/read
11 Мельгунов дни 1917 года [Электронный ресурс] // URL: http://lib. rus. ec/b/101342/read
12 евральская революция [Электронный ресурс] // Библиотека Хроноса. URL: http://www. hrono. ru/libris/lib_k/fevr_3.php
13 евральская революция [Электронный ресурс] // Библиотека Хроноса. URL: http://www. hrono. ru/libris/lib_k/fevr_3.php
14 Бурджалов русская революция. Восстание в Петрограде.- М., 1967.- С.131
15 Старцев и власть.- М., 1978.- С. 204- 207
16 Думова партия в период первой мировой войны и Февральской революции.- М., 1988.- С. 66
17 Думова контрреволюция и ее разгром (октябрь 1917 - 1920). [Электронный ресурс] // URL: http://lib. rus. ec/b/297910/read#t1
18 Р. Пайпс Русская революция. [Электронный ресурс] // URL: http://lib. rus. ec/b/186048/read#t2
19 Гайда 1917 года: революция, власть, буржуазия [Электронный ресурс] // Статьи по истории. URL: http://historical-articles. /2011/10/1917.html
20 , . Октябрьская революция: новые подходы к изучению. [Электронный ресурс] // URL: http://cornholio. narod. ru/history5/new_podhody. htm
21 , . Октябрьская революция: новые подходы к изучению. [Электронный ресурс] // URL: http://cornholio. narod. ru/history5/new_podhody. htm
22 , . Октябрьская революция: новые подходы к изучению. [Электронный ресурс] // URL: http://cornholio. narod. ru/history5/new_podhody. htm
23 «Русская идея» и идеология Февральской революции. [Электронный ресурс] // URL: http://www. utoronto. ca/tsq/18/kolonitsky18.shtml
24 Гайда революция и судьба Государственной Думы//Вопросы истории.-1998.-№2.- С.30-44
25 Гайда революция и судьба Государственной Думы//Вопросы истории.-1998.-№2.- С.30-44
26 Архипов политическая элита в Феврале 1917: психология надежды и отчаяния. [Электронный ресурс] // URL: http://magazines. russ. ru/zvezda/2009/9/ar11.html
