Ядерная Россия сегодня. 03 июня 2001 (стр. 3 )

В дополнение к этому среди администрации Буша существует широко распространенная убежденность, что сейчас (спустя десять лет после окончания холодной войны) ситуация в мире остается довольно неустойчивой. Более того, у нас есть намного лучшее понимание фундаментальных тенденций, которые будут формировать международный климат далеко на будущее (многие из этих тенденций проходят под рубрикой глобализация). Это редкий момент в истории страны, когда возможно оказывать глубокое воздействие на формирование международной системы на последующие десятилетия. В сложившихся обстоятельствах задача, которую администрация Джорджа Буша поставила перед собой, состоит в том, чтобы пересмотреть нынешние глобальные структуры, многие из которых были унаследованы от мира, который больше не существует, и творчески подумать о том, как их реформировать или заменить новыми структурами, с тем чтобы была заложена основа для прочного мира и чтобы процветание распространилось по всему миру.

В Соединенных Штатах появились две основные точки зрения по поводу того, как наша страна должна вести себя, достигнув вершины мощи: их выражают контролеры и формирующие. Эти термины взяты из недавней статьи, опубликованной в американском политическом журнале. Следует отметить, что никто здесь не является изоляционистом, никто не верит в строительство крепости Америка и в снятие со страны груза глобальных проблем. Оба направления, обе школы осознают, что изоляционизм - это опасная фантазия в глобализующемся мире. Для обеих школ вопросом является то, каким образом Соединенные Штаты должны вовлечь в этот процесс остальной мир. Но, грубо говоря, контролеры полагают, что Соединенные Штаты должны использовать свою мощь для того, чтобы сдерживать другие державы настолько долго, насколько это возможно, и навязывать порядок остальному миру. Выходит, Соединенные Штаты должны стремиться к гегемонии. Формирующие полагают, что проведение политики гегемонии бесполезно и опасно. Более того, они полагают, что Соединенным Штатам следует сотрудничать с другими государствами для формирования международного климата таким образом, чтобы продвигать наши собственные национальные интересы, равно как и интересы других стран.

Обе эти школы имеют своих сторонников как в республиканской, так и в демократической партиях. Именно конкуренция между этими двумя партиями установит параметры для политики США по меньшей мере на последующие несколько лет. Другим странам, особенно России, не следует терять из виду эти дебаты в то время, как они формируют свою собственную политику по отношению к США, так как у них есть потенциал для того, чтобы направлять американские дебаты в пользу той или иной школы.

Неоспорима асимметрия между Соединенными Штатами и Россией по поводу того, что касается мощи, отношения к тем или иным проблемам, богатства. Также неоспорим и тот факт, что подобная асимметрия осложняет поддержание конструктивных отношений, но, что очевидно, не исключает их. Подобные асимметрии существуют между Соединенными Штатами и всеми другими странами мира. Что не помешало многим из них, находящимся как в Европе, так и в Азии, стать настоящими союзниками Соединенных Штатов, сотрудничая вместе для продвижения общих интересов. В этих союзнических отношениях влияние оказывалось обеими сторонами, и Соединенные Штаты шли на компромиссы в проведении своих более широких интересов. Таким же образом Соединенные Штаты при президенте Буше будут готовы идти на компромисс с Россией в проведении в жизнь общих целей.

То, что нужно сейчас, - это новое видение того, чем бы могли стать отношения между США и Россией на длительную перспективу, для того чтобы заменить иллюзорное, обманчивое, неискреннее партнерство девяностых годов и очень реальное соперничество времен холодной войны. Затем мы могли бы исходить из этого видения и идти к принятию в настоящее время обеими нашими странами мер для того, чтобы это видение стало реальностью. Все это потребует усердного и честного мышления по поводу того, как меняется мир. От каждой страны потребуется как можно четче выразить свои собственные интересы и приоритеты. Разногласия неизбежны, так как они существуют между любыми двумя странами, но для глубокого конструктивного партнерства необходимо достаточное количество общих целей и проблем. Как минимум существует значительное количество вопросов, которые нам бы следовало обсудить в настоящее время, включая такие проблемы, как обеспечение стратегической стабильности и нераспространение оружия массового уничтожения, положение в Восточной Центральной и Южной Азии, на Каспии, проблемы европейской интеграции, космоса, глобального здравоохранения и проблемы окружающей среды. В этом диалоге мы должны искать области, где мы можем сотрудничать вместе с другими заинтересованными сторонами.

Позвольте мне изложить некоторые предварительные мысли по некоторым проблемам.

Китаю исторически суждено воздействовать на геополитику и геоэкономику региона. Трудно определить, какой из двух сценариев, которые формирует будущее страны, представляет собой больший вызов: продолжающееся присутствие Китая на международной арене как крупной мировой державы или его дестабилизация, так как динамическое развитие экономики Китая вступает во все более усиливающийся конфликт с наличествующими там политическими ограничениями. Но ясно одно: создание прочного равновесия станет более сложным, если присутствие России в Азии и в дальнейшем будет ослабевать. В этом отношении Соединенные Штаты, как и почти все азиатские державы, имеют долгосрочный стратегический интерес в развитии и поддержании здорового присутствия России в Восточной Азии.

В этом связи стоит осветить мало обсуждаемую, но очень тревожную возможность развития событий. Слишком ориентированная на рынок реформа в России, за которую выступает Запад, может ускорить выход России из регионов Дальнего Востока. Значительная часть промышленности в этом регионе была там размещена по стратегическим и административным причинам, а не потому, что это имело смысл с точки зрения рыночной экономики. Следовательно, настоящая рыночная реформа будет иметь тенденцию поощрения выезда населения из региона и переориентирование местной экономики на Китай, Японию и Южную Корею. Такое развитие событий только ослабит контроль Москвы над российским Дальним Востоком. Если это и в самом деле правда, то, принимая во внимание интересы США в регионе, не будет ли иметь смысл для наших двух стран вместе с другими заинтересованными сторонами провести исследование того, как мы можем перестроить экономику на российском Дальнем Востоке таким образом, чтобы укрепить российский суверенитет в этом регионе?

У России есть жизненно важные интересы в Центральной Азии. Регион выступает как буфер против угроз, исходящих из Южной Азии, таких, как движение Талибан в Афганистане. Более того, фортифицированные границы бывшего Советского Союза являются первой линией обороны для России, особенно в свете того, что у нее нет достаточных ресурсов для эффективного контроля за своей протяженной границей с Казахстаном. Наконец, Москва должна быть очень обеспокоена по поводу статуса этнических русских в регионе, особенно в Казахстане. Нарушение их прав или нестабильность могут вызвать потоки беженцев, а это ударит по российской системе социального обеспечения, уже страдающей от чрезмерных стрессов.

Интересы Соединенных Штатов в этом регионе не менее важные. Первоочередной интерес - в получении доступа к энергетическим ресурсам региона и предотвращение широко распространенной нестабильности в регионе, который граничит с четырьмя ядерными державами. Ощутимое российское присутствие в регионе нельзя назвать несовместимым с этими интересами, так же как и тесные политические и экономические отношения между Россией и государствами региона, до тех пор, пока доступ Соединенных Штатов остается гарантированным. В самом деле, Соединенные Штаты заинтересованы в способности России, равно как и других держав, выступать в роли стабилизирующей силы в регионе. Более того, учитывая баланс сил в регионе, Россия должна будет играть ведущую роль в любом соглашении по региональной безопасности, которое будет претворяться в жизнь в течение следующего десятилетия. В то же самое время Соединенные Штаты верят, что появление сильных, процветающих государств в Центральной Азии будет способствовать собственным долгосрочным преимуществам России.

Странно, но Вашингтон и Москва еще не вели расширенный и серьезный диалог по Центральной Азии. Учитывая баланс интересов, должен быть путь, по которому могут идти Соединенные Штаты и Россия, - путь сотрудничества для укрепления региональной безопасности, независимости государств Центральной Азии и для облегчения их доступа к иностранным рынкам. Две наши страны могли бы также приложить больше усилий и расширить сотрудничество по борьбе с террористическими группами, базирующимися в Афганистане, для того чтобы способствовать стабилизации ситуации как в Центральной Азии и в других регионах, так и на Кавказе и на Ближнем Востоке.

Президент Джордж Буш изложил первоначальные соображения своей администрации по данному вопросу о противоракетной обороне в своем выступлении 1 мая 2001. Он подчеркнул, что это будет одним из лейтмотивов его администрации. Мир коренным образом изменился со времени окончания холодной войны. Соединенные Штаты и Россия больше не являются стратегическими противниками, и по этой причине мы больше не обеспокоены по поводу ядерной атаки со стороны России (хотя у нас остается озабоченность по поводу возможных случайных запусков). У нас вызывает беспокойство распространение оружия массового уничтожения и средств его доставки. Таким образом, первоочередным вопросом для любого обсуждения противоракетной обороны может быть тот факт, что когда-нибудь в течение следующего десятилетия может возникнуть реальная угроза атаки баллистическими ракетами с ядерными боеголовками. Мы можем проводить дебаты по поводу точного подлетного времени, возможных стран и организаций, но, учитывая распространение ядерных технологий и технологий баллистических ракет, угроза неоспорима. Существует различные способы противостояния этой угрозе, включая дипломатию, усиления мер контроля за экспортом и другие программы, направленные на противодействие распространению оружия массового уничтожения. Но эти способы также включают в себя активную оборону. Более того, учитывая то, что для разработки систем новых вооружений требуется длительное время, я полагаю, что давно настало время начать думать об этом.