О голландской правовой культуре /Пер. с англ. , (стр. 3 )

В 70-е годы эти корпоративные юридические фирмы последовали за своими деловыми клиентами и открыли офисы в Брюсселе (административный центр Европы), в Нью-Йорке (Нидерланды - место пребывания многих инвесторов из Соединенных Штатов, они стали третьими в ряду после Соединенного Королевства и Японии). Налицо успех в конкуренции с несколькими международными центрами за размещение капиталов лидера всемирного финансирования. Опыт в торговле и знание языков являются главными преимуществами: однако отсутствие прочных традиций в финансовом юридическом консультировании - недостаток. Традиционно юридические и нотариальные услуги, налоговое и деловое консультирование были зарегистрированы за самостоятельными профессиями. Нотариусы имеют исключительное право осуществлять регистрацию сделок с недвижимым имуществом, основывать прибыльные и неприбыльнис организации, обладающие правами юридических лиц, удостоверять брачные контракты и завещания. Вследствие публичной заинтересованности в правильной регистрации число нотариальных контор ограничивается указом (720). Количество членов Королевского Общества Нотариусов приближается к 2000 (включая юридически квалифицированный персонал). Те, кто первыми разрушили указанные барьеры профессиональной конкуренции, имеют хороший шанс получить значительную долю на зарождающемся европейском рынке юристов. Интересно наблюдать, как профессиональная идеология Королевского Общества Нотариусов, основанная на предположении о незаинтересованной и беспристрастной службе в публичных интересах, оказалась под влиянием 7% нотариусов, которые инкорпорировали свои офисы в коммерческие юридические фирмы.

Социальная адвокатура

Хотя в конце 80-х годов наиболее эффектный рост юридической профессии сосредоточился вокруг "мега-юридических фирм", 70-е годы характеризовались появлением "социальной адвокатуры", В результате международной "волны" движения за доступ к судебному механизму некоторые студенты и выпускники университета начали с того, что организовали так называемые юридические магазины в Тилбэрге и Амстердаме. В течение нескольких лет свои двери открыли 90 юридических магазинов, которые имели свободный доступ, отличались неформальным подходом и консультировали бесплатно. Они работали на добровольной основе, что привело многих к краху. Некоторые существовали только на бумаге или зависели от нескольких лиц, но идея юридических магазинов оказалась привлекательной. Улучшение юридических услуг для бедных было поставлено в политическую повестку дня. Крупнейшие юридические магазины (в университетских городах) критиковали частную профессию за невнимание к юридическим проблемам лиц с низкими доходами и лоббировали в пользу общенациональной сети публичных юридических служб.

В ответ на эти лоббистские давления Министерство юстиции установило в каждом юридическом округе Бюро юридической помощи, финансируемое из государственного бюджета. Бюро имеет двойную задачу: предоставление сертификатов на юридическую помощь и консультирование граждан по юридическим проблемам. Они укомплектованы персоналом из 300 получающих жалование юристов, которые не являются членами Ассоциации Адвокатов.

Следующий шаг в деле оказания юридических услуг для бедных был сделан социальной адвокатурой: после окончания университета часть владельцев юридических магазинов основала свои собственные юридические фирмы, специализирующиеся в области трудового, жилищного права и других проблем для нуждающихся лиц. Они получают вознаграждение в форме сертификатов на юридическую помощь. Однако гонорары за юридическую помощь, которые установлены государственным декретом, значительно отстают от инфляции и доходов других адвокатов. В результате заработки социальных адвокатов едва достигают размеров заработка их клиентуры, лишь некоторые из них равны минимальному размеру заработной платы. Но Департамент юстиции не готов пересмотреть схему гонораров за юридическую помощь, он заинтересован в открытом бюджете на юридическую помощь и предлагает контролировать бюджет посредством заключения контрактов с социальными адвокатами на ежегодно фиксированное количество сертификатов юридической помощи.

Конкуренция среди юридических служб

Адвокаты пользуются монополией представительства только в окружных и вышестоящих судах. Никто не обязан регистрироваться в качестве адвоката и может не иметь юридического образования для того, чтобы оказывать юридическую помощь. Тем не менее большинство юридических служб использует юристов, некоторые из которых являются высококвалифицированными специалистами в определенных отраслях права. Профсоюзы нанимают трудовых юристов, а юридические страховые компании - специалистов по транспортным деликтам. Многие люди предпочитают консультироваться с несудебными службами: пожилые люди - с социальными работниками, представители малого бизнеса - со своими бухгалтерами, служащие со своими юридическими проблемами идут в профсоюз.

3. Неформальные процедуры в гражданских судах

Небольшие детали в формальном праве могут порождать значительные различия в юридической практике. В качестве примера может служить предоставление председателям окружных судов Нидерландов права на осуществление безотлагательных процедур, как это предусмотрено ст. 289 ГПК. Однако то же самое положение может быть обнаружено в ГПК Франции, но без получения аналогичных результатов на практике.

Приказы председательствующего

Если необходима срочность, сторона может обратиться к председателю окружного суда с просьбой о проведении ускоренной процедуры, независимо от юрисдикции любого другого компетентного в данной категории дел суда. Рациональное обоснование этой ускоренной процедуры заключается в том, что время, необходимое для обычного слушания в компетентном суде, может нарушить права истца. Вот почему председатели принимают далеко идущие решения в различных сферах права, такие, как забастовки трудящихся, выселение из домов, диффамация и порнография, договоры (соглашения) о посещениях детей после развода. Судье в процедурах вынесения распоряжения воспрещается юридическое аргументирование. Его решение называется предварительным, т. е. оно может быть аннулировано не только апелляционным судом, но также решением суда первой инстанции - в том числе судом, в котором этот судья председательствует. Популярность процедуры издания распоряжения обусловлена тем обстоятельством, что она используется как альтернатива обычному производству. Наконец, эта процедура позволяет председателю окружного суда решать вопрос не только о правомерности основного правового требования, но взвешивать интересы обеих сторон.

Модели гражданского правосудия

Распоряжения председательствующего окружного суда и обычные производства могут рассматриваться как две контрастирующие модели гражданской юстиции. Обычное производство в континентальных судах тщательно готовится; большая часть аргументов излагается в письменной форме. В зале судебного заседания, где рассматривается гражданский иск, стороны обычно отсутствуют, их юристы обмениваются речами перед одним, а иногда перед тремя судьями. Судебное присутствие хорошо информировано на основе подшивки документов, которая постепенно разбухает вместе с обменом аргументами. Суду первой инстанции требуется почти год для того, чтобы вынести решение. Чем дольше длится процедура, тем выше издержки не только на выплату судебных расходов, но и по счетам адвокатов. Учитывая это обстоятельство, можно понять популярность распоряжений председателя, поскольку процедура занимает примерно шесть недель и стоит истцу в среднем 3000 гульденов. Истец может быть представлен адвокатом, ответчик имеет право решить этот вопрос по своему усмотрению. Почти во всех срочных процедурах имеется только одно устное слушание по делу. Поскольку решение направлено на поддержание юридического порядка, судья не связан строгими правилами доказательности; во избежание затяжек решение может основываться на правдоподобии доказательств. Все юридические издания - среди них специализированный журнал, посвященный процедуре распоряжений председателя окружного суда, - рассматривают эту процедуру как специфическую форму казусного права, а средства массовой информации любят сообщать об эффектных делах, которые использовал председатель для сформирования общественного мнения по вопросам правоведения.

4. Уголовная политика

Амстердам: предтеча новелл в сфере тюрем

Прогуливаясь по Амстердаму, турист может увидеть историю тюремных идей на протяжении веков. "Rasphuis" в центре старого города являлась первым исправительным домом. После ее основания в 1595 г. слава об этом заведении распространилась по всей Европе и привлекла множество делегаций из соседних стран, желавших воспринять моральную инновацию. В наши дни "Rasphuis" послужила в качестве плавательного бассейна, а сейчас стала музеем средневековых орудий пыток. Несмотря на то что идеи телесного наказания и трудовой дисциплины как способов коррекции поведения могут представляться плодами двух различных веков, они существовали в Голландии рука об руку в течение двух столетий. Не ранее французской оккупации при Луи Наполеоне пытка была запрещена как средство получения признаний, а публичное приведение в исполнение телесных наказаний и смертной казни стало непопулярным.

Когда цель наказания превратилась из внешнего во внутренний способ воспитания, родилась идея тюрем. В 1850 г. в Амстердаме открылась первая на континенте карцерная (ячеистая) тюрьма. Одиночное заключение рассматривалось как способ привести "грешников" к раскаянию и научить их жить достойно. Оно считалось ступенью в направлении "гуманизации", В 1854 г. в Амстердаме состоялась последняя казнь преступника (сегодня здание тюрьмы преобразовано в казино для азартных игр, помещение тюремной часовни занимают экспериментальный театр и кафе).

Современные тюремные идеи могут вызвать восхищение. В 1970 г. тюрьма "Bijimerbajes" была гордостью пенитенциарных социо-технократов: шесть башен в условиях высокой степени безопасности, окруженных водными бассейнами, камерами и электронными техническими новинками. Заключенные живут группами по 12 человек, каждый из которых имеет свою камеру, но может оставлять дверь открытой. Общая комната с кухней для чая и кофе позволяет заключенным общаться. Однако подле "глазка безопасности" находится страж, в каждый лифт вмонтирована внутренняя селекторная связь, а у каждой двери размещены мониторы. Политика "один человек в одной камере" отчасти является принципиальным вопросом, но озабоченность материальными затратами выступает серьезным мотивом ее ограничения.