Забайкальский государственный университет
Нарратив «Восток-Запад» как культурема в блуждающей сюжетике российских СМИ
Лингвокультурологический анализ медиатекста позволил выявить сценарный маркёр русской культуры «Восток-Запад», представленный в многочисленных сюжетах СМИ. Данный нарратив раскрывает специфику типических коллективных переживаний, в рамках которых своеобразие жизни осознается через антитезу Западу.
Ключевые слова: нарратив «Восток-Запад», культурема, национальная модель мира, СМИ.
I. V. Erofeeva
Zabaikal State University
“East-West” narrative as a cultureme in roaming plot structure of the Russian mass media
Linguocultural analysis of a media text allowed the author to reveal the scenario markers of Russian “East-West” culture presented in numerous mass media plots. This narrative discloses the specific features of typical collective experiences in terms of which peculiarity of our life is realized through the West antithesis.
Key words: “East-West” narrative, cultureme, national model of the world, mass media.
Результатом многолетнего лингвокультурологического анализа стал выявленный в разных типах медиатекста сценарный маркёр – нарратив, указывающий на ключевые признаки и семы российской культуры. Нарратив излагает взаимосвязанные события в виде последовательности слов или образов, основывается на когнитивных конструктах (концепты и архетипы) и задействует смыслы национальной модели мира. Сюжетика подобных медиатекстов предполагает нарратол огическую цепочку: автор – контекст – традиция – произведение.
Нарратив-маркёр фиксирует процессуальность самоосуществления как способ бытия повествовательного текста. Он сообщает «типические коллективные переживания» () и отражает «типичные ситуации» (), которые повторяются на протяжении долгого времени существования нации. Иерархически организованные сценарные модели являются своеобразными носителями национальной памяти народа – культуремами, фиксирующими некий набор знаний и верований, передающихся от поколению к поколению. Культурема – определённый знак культуры со своим языковым значением и выражением как в вербальной, так и в невербальной субстанциях.
Следы сценарного маркирования отчётливо проявляют себя в смысловом медиатексте, имеющем либо проблемно-тематическую композицию, либо идейно-концептуальную. Текст должен отражать «сюжет мысли» автора и героев, необходима определённая интерпретация фактуры.
В современном информационном пространстве актуальным и востребованным стал нарратив «Восток – Запад». Тема – отнюдь не географическая, она сквозная для философии России, в рамках которой постулируется кризис рациональной западной цивилизации и душевность чувственного и интуитивного Востока: П. Чаадаев, А. Хомяков, Н. Данилевский, В. Соловьев, Н. Бердяев, И. Ильин, К. Леонтьев, Н. Трубецкой и др.
Когнитивная схема «Восток-Запад» является основополагающей для осознания российской идентичности, парадигма помогает очертить специфический облик дихотомичности русской культуры, которую склоняет то в одну, то в другую сторону, которая обладает душой Востока и телом Запада. Тем самым Россия уравновешивает два мира, представляя собой особую цивилизационную общность – Евразию. Полярность миропредставления отразилась в не теряющем актуальность споре об историческом пути России славянофилов и западников.
Блуждающий медиасюжет «Восток-Запад» традиционно позволяет осознать своеобразие нашей жизни в первую очередь через антитезу Западу. Пробуждаются известные идеи русской литературы (Лермонтов, Тургенев, Гончаров, Достоевский, Пастернак и др.) о том, что пропагандируемое западное пространство освоено, но останется всегда чуждым русскому человеку.
Жизнеутверждающее освоение собственной самобытности с одновременным жёстким противопоставлением чужому и западному – популярная идея многочисленных медиаматериалов разных каналов коммуникации. Современный медиатекст отличает высокая номинативная плотность лексики с отрицательными коннотациями в отношении к Западу: чёрный список Запада, страны Запада негласно поддерживают терроризм, Запад нарушает свободы СМИ, ловкие дельцы Запада, европейские задворки, аморальный/ циничный/ агрессивный/ тлетворный Запад и т. д.
Содержательная эффективность нарратива обусловлена синтезом его драматической составляющей, фоновыми знаниями потребителя, встроенными в метафорический ряд, и актуальностью события. Формальная эффективность поддерживается за счёт повтора господствующей темы СМИ, обилия сюжетов и контрсюжетов, способных усилить или ослабить определённый вектор воздействия.
Блуждающие сюжеты пробуждают национальную память и фокусируют внимание на ключевых культуремах текста, передающих информацию от автора к потребителю. Иерархически организованные культурные модели мотивируют не только убеждения и поступки, но и в целом коммуникативное поведение как автора медиатекста, так и героев материала. В свою очередь целевая аудитория СМИ охотно принимает предлагаемые модели коммуникативного поведения.
