Жертва красивой женщины

Однажды я оказался на сельском празднике. Мой давний знакомый вдруг завел разговор о женщинах и свой рассказ быстро свел к конкретной особе, сидящей за соседним столиком. Это была привлекательная дама бальзаковского возраста. Она вела себя скромно, была полностью занята своим спутником, импозантным мужчиной средних лет, явно не бедным. "Очередная жертва красавицы, - сказал мой друг о нем, - только откуда он здесь появился?.." И я выслушал его занимательный рассказ, в конце которого удостоверился в истинности восточной мудрости: «Красота ослепляет, а слепого легко обокрасть».

...Марина в селе появилась, словно вспышка. Буквально все жители обратили на нее внимание. Некоторые даже специально приходили посмотреть на нее. Высокая, стройная брюнетка с тонкими чертами лица завораживала "зрителей". Она и вела себя надменно: я, мол, знаю себе цену. Но людей интересовало другое - что она нашла в Конанбае, сельском парне, не хватающем звезд с неба, обыкновенном специалисте местного хозяйства, даже не претендующем на роль лидера. Любовь? Возможно. Она порой выкидывает такие штучки, что диву даешься, откуда берутся чувства, дотоле неизвестные, неведомые и на что способен после этого человек.

Естественно, молодые люди села завидовали Конанбаю: отхватил красавицу! Да и взрослые удивлялись: поселилась с бедным парнем в мазанке. Видимо, правду говорят: с милым и в шалаше рай. Конанбай ради нее снял старенький домик, привел его в порядок, даже забор вокруг двора отремонтировал, воду провел и подал заявление в дирекцию совхоза на получение квартиры в строящихся домах. (В то время, в конце 80-х - начале 90-х, в селах еще строили дома за счет государ­ства и местных хозяйств, а о платном жилье еще не вели речи).

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Однако земля полнится слухом. Вскоре сельчане узнали подробности жизни Марины. Она была родом издалека, но сюда приехала из райцентра, была не раз замужем, имеет двух детей от первого мужа, носит фамилию второго и детей перевела на эту фамилию, хотя второй не оформил отцовства. Надо сказать, тот в районе был известным человеком в деловых кругах. Естественно, не бедным. Этот момент обсуждался на сельских завалинках особенно активно, ведь Конанбай в противовес тому жил скромно. Правда, у его матери, которая жила со старшим братом, была живность. Но в то время мясо не имело высокой цены на базаре. И люди продолжали гадать: что связывает их?

Между тем молодые души не чаяли друг в друге. Он даже изменился внешне: похорошел, перестал общаться с местными парнями, с которыми прежде не против был посидеть за бутылкой. И на работе стал требовательным к подчиненным, четко выполнял обязанности, что способствовало улучшению деятельности службы. Это не раз отмечали руководители. А Марина временно не работала, обустраивала их быт.

Вскоре Конанбай зарегистрировал брак с Мариной. Стал отцом - он усыновил одного из детей жены, младшего. Для того, чтобы новое отчество Артема было благозвучнее, Конанбай через суд взял себе другое имя - Николай.

Между тем строительство жилья в селе подходило к концу: заказчик объявил, что отделочные работы хозяева сами будут выполнять. А желающих заиметь новое жилье было гораздо больше, чем квартир. Комиссия заседала не раз, решая спорные вопросы. И вот окончательный вердикт: среди получаюших отдельный дом - семья Николая. Вскоре четверо жильцов стали осваивать новый дом: клеить обои, красить двери и оконные рамы, стелить линолеум на пол. Потребовались деньги. Конанбай-Николай взял у матери пару бычков, но не хватило вырученной от реализации мяса суммы, влез в долги. Справили новоселье в узком кругу.

Радоваться бы жизни, но в душе у парня поселилось сомнение, ибо все чаще жена предъявляла к нему новые претензий. Более того, она стала открыто сравнивать его с прежними мужьями, особенно со вторым, пилила, что денег не хватает (и вправду, в совхозе стали задерживать зарплату, инфляция все росла). Трудные настали времена для семьи. Впрочем, в то время нужду испытывало подавляющее большинство сельчан. Но Марина не хотела ни понять, ни поддержать мужа и все чаще стала поговаривать: так нельзя больше жить.

    А как надо жить? - спросил однажды Конанбай-Николай. Отдельно, - был ответ. - Давай разойдемся...

Она, занявшись разводом, вручила в руки мужа пару хозяйственных сумок, в которых лежали его личные вещи, и потребовала ключи от дома. Он ушел к матери. Поостыв, через день-два пришел к ней поговорить. Марина его даже на порог не пустила: "Не пытайся, - заявила она, - я тебя уже вы­писываю отсюда, отныне дом мой". Перед его носом окончательно захлопнулась дверь. Затем последовал еще один удар - вскоре он узнал, что будет платить алименты на содержание Артема до исполнения совершеннолетия.

С тех пор прошло более десяти лет. Конанбай по-прежнему живет у матери, не женился. Обходит стороной тот уголок села, где живет Марина с детьми. Постепенно односельчане забыли о ее существовании, перестали обсуждать ее поведение. Разве только тогда, когда у Марины появляется очередной сожитель.

(22 файл)