Роль «кухни» в романе «Евгений Онегин»
До сегодняшнего дня роман Пушкина «Евгений Онегин» не утратил своей современности, он по-прежнему остается актуальным и захватывающим. Всё новые и новые тайны открывают нам страницы этого произведения.
Современного читателя в романе удивляет всё: как много автор знал, сколь о многом сумел сказать и сказать интересно. По словам Белинского, «Евгений Онегин» - «энциклопедия русской жизни», в нем очень точно представлен быт дворян и крестьян 10–20-х годов 19 века.
Но есть в романе страницы, не исследованные внимательно до сегодняшнего дня. Касаются они гастрономических и вкусовых пристрастий и автора, и главных героев. Для чего же автору понадобилось так много внимания уделить застолью, различным блюдам, напиткам? Попробуем взглянуть на роман с «гастрономической» точки зрения.
Цель нашей работы: изучение гастрономических пристрастий главных героев романа.
Задачи данной темы:
Подробно изучить вкусовые интересы главных героев романа Евгения Онегина и семейства Лариных; Выяснить, как «кухня» Лариных и Онегина связаны с главной идеей романа;Мы пользовались разными методами исследования:
- Контекстное прочтение романа; Сопоставление фрагментов текста; Сбор и анализ информации;
Данная тема представляется нам актуальной, так как обычно при анализе произведения вкусовым пристрастиям героев уделяется мало внимания. Мы решили, что современному человеку будет любопытно узнать, что считалось «вкусненьким» в первой половине 19 века. Подтверждение своей точки зрения мы находим в том, что в последнее время достаточно большой интерес представляют кулинарные телепередачи, журналы и газеты с различными рецептами.
Мы читали роман очень внимательно и считали, сколько раз встречаются наименования тех или иных блюд. В романе более 30 наименований разных блюд и напитков. Достаточно большое количество. Причем, ни одно из них практически не повторяется. Дважды употребляет слово чай и страсбургский пирог. Причем, один раз словосочетание звучит, как «страсбургский пирог», а во второй раз мы читаем «Страсбурга пирог нетленный». Для чего автор так часто смотрит на обеденный стол своих героев? Значит, еда должна выполнять какую-то функцию в романе – ведь в произведении не бывает случайных слов.
Ларины | Онегин |
| «Водились русские блины» (глава 2) | «Вина кометы брызнул ток» (глава 1) /ресторан/ |
| «Им квас как воздух был потребен» (глава 2) | «Beef-steaks и страсбургский пирог» (глава 1) /ресторан/ |
| «Кувшин с брусничною водой» (глава 3) /угощали Онегина/ | «Шампанской обливать бутылкой» (глава 1) /ресторан/ |
| «Несут на блюдечках варенья» (глава 3) /слуги несут/ | «Пред ним roast-beef окровавленный» (глава 1) /ресторан/ |
| «Чай несут» (глава 5) /бывало в доме Лариных/ | «И трюфли, роскошь юных лет» (глава 1) /ресторан/ |
| «Вино шипит» (глава 5) /именины Татьяны/ | «И Страсбурга пирог нетленный» (глава 1) /ресторан/ |
| «Но целью взоров и суждений В то время жирный был пирог (К несчастию, пересоленный (глава 5) /именины Татьяны/ | «Залить горячий жир котлет» (глава 1) /ресторан/ |
| «Между жарким и блан - манже» (глава 5) /именины Татьяны/ | «Меж сыром лимбургским живым» (глава 1) /ресторан/ |
| «Цимлянское несут уже» (глава 5) /именины Татьяны/ | «И ананасом золотым» (глава 1) /ресторан/ |
| «И восклицанья, и хлеб-соль» (глава 7) /в гостях в Москве мама и Татьяна/ | «Потом свой кофе допивал» (глава 4) /в деревне/ |
| «Варенье в банках» (глава 7) /собираются мать и Татьяна в Москву/ | «Бутылка светлого вина» (глава 4) /Ленский в гостях у Онегина/ |
| «Солила на зиму грибы» (глава 2) /мать Татьяны/ | «И я Бордо благоразумный» (глава 4) /любит автор/ |
| «…на столе, блистая, Шипел вечерний самовар, Китайский чайник нагревая; Под ним клубился легкий пар. Разлитый Ольгиной рукою, По чашкам темною струею Уже душистый чай бежал, И сливки мальчик подавал» (глава 5) /воспоминания как жили Ларины/ | «К Аи я больше не способен» (глава 4) /любит автор/ |
| «А я так пряником кормила!» (глава 7) /воспоминания тетки Татьяны в Москве / | «В другом наливок целый строй» (глава 2) /в доме дяди/ |
| «Вдовы Клико или Моэта Благословенное вино В бутылке мерзлой для поэта На стол тотчас принесено» (глава 5) /угощение Ленского/ |
Вот «холостой обед» Онегина, который проходит в дорогом французском ресторане. Пушкин разворачивает целый гастрономический натюрморт, большинство блюд в котором даже в написании – нерусские: знакомые русскому читателю по ресторанным меню, они и в написании воспринимаются прежде всего в латинской транскрипции: roast-beef (ростбиф), beef-steaks (бифштекс), а в черновике еще были vol-au-vent (волювент), vinaigrette (винегрет) (VI, 228)… Эти блюда не только «нерусские», но и очень дорогие – что называется, «модные», какими были «страсбургский пирог» (первые консервы: паштет из гусиной печенки, который в «нетленном» виде доставляются в Россию) или трюфели (трюфели, грибы с подземными клубневидными мясистыми плодами). Онегин пьет не просто шампанское, - но «вино кометы», шампанское урожая 1811 года (необыкновенно высокое качество и урожай винограда в этом году объяснялись влиянием редкой по величине кометы) и ест не просто «трюфли», но особенно ценившиеся и обладавшие изысканным ароматом французские черные трюфли. А «лимбургский сыр» - острый сыр с пищевыми червями – Пушкин именует «живым», указывая на то, что рядом с онегинской пресыщенностью находится и некая извращенность, избалованность вкуса.
Совсем другая картина наблюдается нами в доме Лариных. Здесь все близко русскому человеку, всё понятно и узнаваемо: квас, блины, жаркое. Хочется воскликнуть: «Здесь русский дух! Здесь Русью пахнет». Мы участвуем в долгом вечернем радушном чаепитии, мы представляем задушевные беседы за сытным, даже тяжелым обедом.
Масленица – один из самых любимых праздников русского народа. Праздновалась она шумно и весело. В течение Масленой недели разрешалось «есть до пересыта, упиваться до недвижности». Хозяева старались угостить приглашенных на славу. И главным угощением на Масленице были блины. Они хранили в жизни мирной
Привычки милой старины:
У них на масленице жирной
Водились русские блины
Им квас, как воздух, был потребен. (2, XXXV)
Пушкин очень серьезно относится к кулинарному антуражу, используя его не только в качестве иллюстрации к бытовым эпизодам, но и как аргумент в развитии действия.
Конечно, не один Евгений
Смятенье Тани видеть мог;
Но целью взглядов и суждений
В то время жирный был пирог... (5,XXXII) /кулебяка/
Так, жирный ларинский пирог спас влюбленную Татьяну от нескромных взглядов соседей по столу. Не случайно, что отвлек внимание гостей не суп или жареный цыпленок, а именно пирог. Само название этого кулинарного изделия происходит от слова «пир». Всякое праздничное застолье не обходилось без пирога, а именины в патриархальных русских семьях просто были немыслимы без капустного или мясного пирога.
С помощью «кулинарного» фона поэт подчеркивает всю несовместимость Онегина с провинциальной средой, бытом Лариных, готовит читателя к событиям с горькими последствиями. Именно благодаря описанию обедов Онегина и Лариных мы понимаем, какая пропасть разделяет этих героев.
Ларины – представители русской кухни, её знатоки и любители. Онегин предпочитает кухню европейскую. Разные вкусовые пристрастия показывают нам, как далеки эти герои друг от друга. Мы считаем, что именно кухня помогает автору выразить идею романа: его герои никогда бы не смогли понять друг друга и быть вместе. Как несовместимы их вкусовые привычки и пристрастия, так не совместимы и они сами.
Получается интересная картина: на чисто бытовом уровне Онегин и Татьяна живут в кругу абсолютно различных, даже несовместимых яств, вкусов и привычек. Онегин употребляет английские roast-beef (ростбиф) или beef-steaks (бифштекс) – Ларины привыкли к русскому «жаркому»; Онегин уважает французские трюфли – у Лариных приняты соленные грибы («Солила на зиму грибы…»); «Страсбурга пирог нетленный» заменяется обыкновенным «жирным пирогом» с мясом или рыбой; «ананас золотой» обыкновенной «малиной»; шампанское – цимлянским или даже наливками; кофе – квасом или чаем… Воплощенная Русь («O rus!») никак не совмещается с англизированным dandy (дэнди).
Еда и питье становятся знаковыми сигналами: они демонстрируют изначальную невозможность соединения героев, предназначенных один другому в «вышнем свете».
Вот так через «кухню» мы подошли к определению идеи романа «Евгений Онегин».
