Исследовательская работа по теме: «Успенский кафедральный собор в Ярославле: история и археология» (стр. 2 )

  Панорама Ярославля. остовцева. 1731 год

На протяжении более четырех столетий все сооружения ярославского кремля, кроме Успенского собора, оставались деревянными, и потому не раз страдали от пожаров. Зачастую именно с ними связаны упоминания о постройке Рубленого города в русских летописях. Так, в Лаврентьевская летопись под 12214 годом сообщает: «Того же лета (1221) мясца июня в 27 день загорелся град Ярославль и мало не весь погоре, и церкви изгорем 17, двор же князя силою честного креста и молитвою доброго Констянтина избы огня». Столь большое число деревянных храмов не могло разместиться на ограниченной территории ярославского кремля, некоторые из них были построены за его пределами. Выдающийся археолог, историк искусства и культуры Древней Воронин в результате археологических раскопок на Стрелке в 1940 году пришел к выводу, что «город уже в XII-XIII века выходил за черту Рубленого города»5.

В тех же летописных строках говорится, что на территории городища существовал «княжеский двор» - ярославская резиденция ростовского князя и его преемников. Здесь в 1215 году был построен первый в Ярославле каменный храм - Успенский собор. Сроки возведения Успенского храма, как и время его освящения, в источниках не указывается.

Среди других строительных начинаний князя Константина Всеволодовича в Ярославле следует назвать основание пригородного Спасо-Преображенского монастыря, где им также была заложена каменная церковь в 1216 году. В том же году Константин занял владимирский престол, удалив с него брата Юрия, и к Ярославлю «охладел». Его интересы распространились на Владимир, где им в 1218 году строится каменная церковь Воздвиженья на торгу. В Ярославле оказался недостроенным Спасский собор в одноименном монастыре, в Ростове — Успенский собор. Скорее всего, рано или поздно Константин продолжил бы начатое дело, но этому помешала болезнь: великий князь умер в феврале 1218 года, перед этим разделив Ростовское княжество на три удела: Ростов достался старшему сыну Василию, Ярославль – второму сыну Всеволоду, Углич – младшему Владимиру. А так как дети были малы, они остались при дворе дяди – князя Юрия, который занял престол после Константина. Видимо, они были отпущены на свои уделы после совершеннолетия. И уже Василий в 1220-х6 закончил строительство Успенского собора в Ростове, Всеволод в то же время – монастырского Спасского собора в Ярославле.

Ярославский князь Всеволод Константинович погиб в феврале 1238 года в битве с монголо-татарами на реке Сити, город был разорен. Пострадал ли Успенский собор во время разгрома Ярославля неизвестно. Можно утверждать, что каменное здание не было серьезно повреждено, но наиболее ценная утварь из его ризницы была расхищена.

В дальнейшем Успенская церковь упоминается в летописи лишь дважды – под 1249 и 12787 годами, но никакой существенной информации о памятнике эти свидетельства не содержат. Значимым представляется лишь сведения о погребении в церкви внука ктитора8 – ярославского князя Василия Всеволодовича. Следовательно, церковь на княжеском дворе стала усыпальницей местных князей первой династии.

Парадоксальным образом история раннего храма последовательнее и полнее отражена в летописях, чем события, связанные со строительством более поздних его зданий. Так, дата возведения собора, сменившего постройку Константина, неизвестна – она даже косвенно не прослеживается ни в одном из источников.

Для прояснения ситуации приходится обращаться к такому источнику информации, как жития святых. Дело в том, что гибель первого храма  и строительство нового тесно связаны с легендой об обретении мощей ярославских князей Василия и Константина.

Согласно повествованию, первый храм серьезно пострадал во время пожара в Ярославле в 1462 году, который, впрочем, в летописи не зафиксирован. После пожара «сташа разчищати место и рабирати камение, хотяше воздвигнути основание церкве Пресвятыя  Богородица. И тогда бысть благоволениемъ Божиимъ обретоша гроба два, яко новы, в помосте, великаго князя Василия и другии гроб великаго князя Констянтина»9. Об открытии мощей сообщили в Москву, и вскоре был построен новый собор.  Также нет даты обретения мощей, но сказано, что ярославцы «послаша весть на Москву к великому князю Иоанну Иоанновичю. Князь же великии Иоаннъ Иоанновичь слыша таковая и посла въ Ярославль вскоре мастеры, и повеле делати церковь соборную Оуспения Пречистыя Богородицы. И тако совершенъ бысть храмъ вскоре…»10. Здесь речь идет о старшем сыне Ивана III, князе Иване, выступавшем соправителем  отца с конца 1470-х. с этого времени и до смерти княжича в марте 1490 года имена Ивана Васильевича и Ивана Ивановича упоминаются во всех документах с титулами великих князей.

Дата строительства нового собора, сменившего здание начала XIII века, неизвестна, она даже косвенно не прослеживается ни в одном из источников. Известно лишь то, что он был каменным и имел придел. Это упоминание содержалось в писцовых книгах Осипа Коковинского 1614/14 года.  При Успенской церкви существовал деревянный теплый храм, предназначенный для проведения зимних служб.

Об облике собора, относящегося к началу XVI века, можно узнать из челобитных 1643 года ярославского воеводы Василия Богдановича Бутурлина царю Михаилу Федоровичу11. Удивительным образом описание храма сохранилось благодаря прекращению его существования – к 1642-1646 годам относится строительство следующего, третьего собора.

При последнем князе Александре Федоровиче, в период с 1463 по 1471 год, Ярославское княжество добровольно вошло в состав Московского государства. В пожаре, случившемся после этого события, княжеский дворец погиб и более не восстанавливался, на его месте были сооружены палаты для проживания московских воевод, в начале XVI века взамен прежнего на Стрелке построили новый каменный Успенский собор.

и 12 прослежена и дальнейшая судьба оборонительных сооружений Рубленого города:

«Во время июльского пожара 1536 года город сгорел: «загореся храм святаго чюдотворца Николы, и оттого згоре град Ярославль весь, и церкви древяные внутри орода и дворы погорели». Деревянные стены и башни были восстановлены за очень короткий срок-до конца года (до 1536), как сказано в одной из летописных редакций «поставлен бысть того же лета град Ярославль древян на старом же месте на погорелом»13.

После завоевания в 1552 г. Иваном IV Казанского ханства ярославская крепость утратила свое военное значение, хотя и продолжает существовать, приходя к концу XVI в. в ветхость. Г. Штаден в прошении к императору Рудольфу II 1578-1579 гг. характеризует Ярославль как «город и кремль деревянный, без артиллерии»14. По сведениям поляков из свиты Марины Мнишек, жившие в Ярославле в 1606-1608 гг., «полуразрушенный замок обнесен забором; он расположен на кургане в междуречье Которосли и Волги». Стен Земляного города в этот момент не было, так как поляки упоминают только вал «вышиной две копны». Достоверность сведений, приводимых этими довольно предвзятыми источниками, следует поставить под сомнение, но не исключено, что деревянный острог конца 1530-х гг. был уничтожен пожаром 1606 г., о котором мимоходом упоминается в грамоте Спасского монастыря 1613 г15. Во время осады Ярославля тушинцами в мае 1609 г. горожане были вынуждены приспосабливать для обороны валы и рвы Земляного города; тогда же крепость Рубленого города в последний раз использовалась по своему прямому назначению».

Более конкретные сведения о постройке Рубленого города относятся к XVII столетию и содержатся в переписных книгах Ярославля, других документальных источниках. Планировка кремля была такова: в центре его стоял Успенский собор, от которого начиналась Мостовая улица, шедшая к Флоровскому мосту и далее-в Земляной город. Соборную площадь окружали воеводский дом, «невысокий, каменный, в два этажа»; постройки Толгского подворья. Неподалёку от собора располагался двор ростовского митрополита Варлаама. В Рубленом городе, кроме того, было сооружено во второй половине XVII столетия несколько каменных храмов – Ильинско-Тихоновскаий, Златоустовский, Николы Рубленого, Толгской Богоматери. Здесь также находились некоторые казенные учреждения – пороховая казна, дворы приказной палаты, подьячих, стрелецкого сотника, кружечный, артиллерейный. Переписные книги Городовой сотни16 сообщают также, что еще в 1678 году вблизи от архиерейской резиденции было «место тюремно», а рядом с собором – государев колодец. Остальная территория кремля представляла собой беспорядочную жилую застройку. По данным переписей здесь в это время теснилось около 150 мелких обывательских дворов. 

Второй Успенский собор был четырехстолпным и состоял из двух ярусов. В верхнем ярусе располагалась холодная Успенская церковь, в нижнем – погреб, включавший две палаты с отдельными входами, которые предназначались для хранения казенных припасов.  Примечательной особенностью этого собора было деление западного поперечного нефа сводами на два уровня; в верхнем компартименте, или на полатях, располагался придел неизвестного посвящения. Вместе с тем придел на полатях сближает ярославский памятник с Благовещенским собором Московского Кремля, построенным в 1484-1489 годы, что заставляет вспомнить про мастеров, присланных для строительства храма из столицы.

В погребе под собором в первой половине XVII века находилась пороховая казна. Хотя размещать ее здесь, под храмом, было и опасно, но, видимо, в пределах крепости не существовало другого каменного сооружения, которое можно было использовать под эти цели. Из прошения Бутурлина следует, что по царскому указу 1642 года новый Успенский собор был заложен на другом месте, а от старого приказано оставить погреб, который, «укрепив», по-прежнему использовать для казенной поклажи17.

В год закладки нового храма стены старого здания разобрали до отметки сводов придела, но затем сломка была приостановлена. Возможно, причиной являлась невозможность использовать этот кирпич повторно. Воевода Бутурлин, видимо самовольно приостановивший закладку, предложил сохранить не только погреб, но и часть стен верхнего яруса, сделав из старого храма двухэтажную казенную палатку. На втором этаже во избежание сырости планировалось перевести пороховую и свинцовую казну, что и было сделано впоследствии. Над собором начала XVI века, перестроенным в казенную палатку, была нарублена деревянная соборная колокольня.