Общая характеристика литературного процесса 20-х годов (стр. 9 )

Одной из тенденций в литературе 20-х годов было изображение революции и гражданской войны как общероссийского апокалипсиса, пути в историческую гибель, торжества «грядущих хамов». Такой виделся октябрьский переворот писателям русского зарубежья.

Действие повести В.Набокова «Машенька» (1926) происходит в Берлине начала 20-х годов, в среде русских эмигрантов. Перед читателем проходит ряд несчастных жертв революционной бури. Их судьбы изломаны Октябрем, они не прощают большевикам своего вынужденного расставания с родиной. Но писатель не скрывает и другого: сами эмигранты, представленные в повести, – люди духовно несостоятельные, прозябающие в скепсисе и взаимном недоверии. Молодой человек Ганин – белогвардейский офицер в годы гражданской войны узнает, что к одному из эмигрантов – Алферову – приезжает жена Машенька. Весть потрясает Ганина: когда-то он любил эту женщину. Молодой человек мечтает о новой встрече и о новом счастье с Машенькой (тем более что Алферов – человек пустой и никчемный). Но, дождавшись поезда, на котором приехала любимая, Ганин не нашел в себе сил на встречу с ней и навсегда уехал из Берлина.

Горечь по поводу революционных событий звучит и в книге И.Шмелева «Солнце мертвых» (1923). В этом произведении описана голодная жизнь в Крыму начала 20-х годов. Рассказчик – русский интеллигент (прототипом этого образа был сам И.Шмелев) повествует о своей жизни следующее: «Я надеваю тряпье… старьевщик посмеется над ним, в мешок запхает. Что понимают старьевщики! Они и живую душу крюком зацепят, чтобы выменять на гроши. Из человеческих костей наварят клею – для будущего, из крови настряпают «кубиков» для бульона… Раздолье теперь старьевщикам, обновителям жизни! Возят они по ней железными крюками».

«Обновители жизни» – большевики представлены в приводимом отрывке как некие фантасмагорические чудища, адские силы, не ощущающие своей причастности к миру живых душ. Книга «Солнце мертвых» переполнена картинами ужасной жизни при «старьевщиках»: расстрелы, аресты, конфискация – вот символы и реалии диктатуры пролетариата. Вчерашний угнетенный народ сегодня яростно рушит дачи интеллигенции, оскорбляет иконы и произведения искусства. Доктор, которому кто-то из народа нагадил в собранную им цистерну чистой воды, высказывается: «Обезьяна нагадила, что с обезьяны спрашивать? Дорожка показана «вождями» стада, которые всю жизнь отравили».