Моё село — моё Орлово (стр. 5 )

В Берлине появилась у ветерана и вторая награда, с которой он сфотографирован на карточки времён войны.

А машина? Осталось где-то за Берлином. Видно, переплавку пошла. Но совсем стало плохо ходить.

Похоронен в селе Орлово.

В Орлово, в мирные, довоенные годы проживала семья Протопоповых: муж Фома, жена Ефросинья и четверо детей. Глава семьи трудился в МТС, а хозяйка хлопотала по дому, работы хватало всем - скучать было некогда. В своё время окончил курсы шоферов и в августе 1940 года получил машину ЗИС-5, за которой следил с большой ответственностью.

Фома Фёдорович в начале Великой Отечественной был призван на фронт вместе со своим автомобилем. Они вывозили с полей боёв раненых, доставляли снаряды, продовольствие... ЗИС-5, бортовой номер Р-7-09-54, ни разу не вышел из строя, исколесил сотни тысяч фронтовых дорог и въехал с хозяином в поверженный Берлин. О боевом пути нашего земляка писали на страницах «Советского воина», в статье под названием «От МТС до Берлина на ЗИС-5»: «...Немало поколесил по фронтовым дорогам отважный шофёр. Под Валуйками немецкие самолёты с бреющего полёта обстреливали его машину, в кузове которой находился ценный груз. Тонны боеприпасов и продовольствия доставил он частям Донского фронта во время Сталинградской битвы...»

Вернулся в родные края отважный младший сержант Протопопов с верным железным товарищем.

Войны без пленных не бывает. Эта истина подтверждается многовековой историей.

Для любого солдата плен - позор, скорбь и надежда. В годы Второй мировой войны плен стал жесточайшим физическим, психологическим и нравственным испытанием для миллионов советских военнопленных, большинству он стоил жизни. Мы так мало знаем о них, тех, кого называют «запрещенными солдатами».

. (См. «Запрещенные солдаты», том 2, стр. 61.)

Он родился 10 ноября 1912 года в деревне Няшино Армизонского района Тюменской области. Когда ему исполнился год, умер его отец Кузьма Михайлович. осталась с пятью детьми. Старшему сыну было 15 лет. Трудно представить, каким было детство у Евгения. Он рано начал работать. Так как у него не было специальности, занимался тем, что подвернется. Когда появились машины, выучился на шофера.

В 1935 году встретил свою половину Марию Иосифовну, с которой прожил 50 лет, вырастил трех сыновей и двух дочерей. Когда организовалась Орловская МТС, с семьей переехал в село Орлово, где трудился до войны.

В июле 1941 года его призвали на фронт вместе с его «полуторкой» (автомобиль ГАЗ-АА), в 246-ю стрелковую дивизию. Он возил на передовую оружие и продукты, а обратно - раненых бойцов. Однажды, когда он вез груз к передовой, их автоколонну разбомбили самолеты противника. Евгений Кузьмич бросился в сторону от дороги. Прогремел взрыв, его засыпало землей. Очнувшись, увидел на месте оставленной машины воронку. Оказалось, он попал в окружение. Встретил своего земляка, тоже из Няшино. Звали его Александр Евсеевич Волынкин (См. «запрещенные солдаты», том 1, стр. 37.). Вместе решили пробираться к своим. Почти два месяца им не удавалось перейти линию фронта. Грязные, уставшие, голодные стали следить за одним домом в деревне. Заметив, что там живет одинокая женщина, решили попросить у нее помощи. Но женщина сразу закричала и побежала в комендатуру. На Евгения и Александра фашисты устроили погоню с собаками и поймали их. То, что происходило дальше, Евгений Кузьмич рассказывал со слезами. Их повезли на запад и определили в концлагерь, где те чуть не умерли с голоду. Позже группу военнопленных переправили на территорию Польши. Как потом выяснилось, на полуостров Хеле. Здесь они работали на лесоповале. После снятия оккупации с Польши были освобождены. Далее он работал на территории Польши сопровождающим грузы на поезде. Домой вернулся в сентябре 1946 года. Много лет работал в МТС, затем в сельпо шофером. За этот период имел благодарности, грамоты. Ему дали вымпел, который хранится до сих пор. На пенсию ушел в 1972 году. В 1985 его не стало.

(См. «Запрещенные солдаты», том 1, стр. 39)

  Он родился 13 декабря 1921 в д. Горюновка Армизонского района. Учился в селе Орлово на курсах при МТС. В апреле месяце 1939 года призван в кадровую армию, и служил в городе Проскуров (ныне - г. Хмельницкий) на Украине.

Попал в плен 20 августа 1942 года. После освобождения вернулся в родную деревню. Переехал в Орлово и работал комбайнером в совхозе. Односельчане характеризуют Вениамина Гавриловича как человека веселого, играл хорошо на гармошке, в общем, душа компании.

  Он мужчина был красивый, добрый, - рассказывает . - Помню, я работала на почте, это примерно лет 20 назад было, ему пришла бумага о реабилитации и признании его ветераном войны.  Вениамин Гаврилович не удержался и расплакался.

  Сейчас его уже нет в живых, но память о веселом седом старичке живет в душе у каждого, кто его знал.

  Из документов, которые хранятся в Государственном архиве социально-политической истории Тюменской области (ГАСПИТО), следует, что Вениамин Иванов был призван в армию в апреле 1941 года. Служил рядовым в 108-м бронетанковом полку. А в плен попал в октябре 1941 года, на Украине.

Надо добавить, что на сайте ОБД «Мемориал» не удалось отыскать сведений ни об Евгении Никитине, ни о Вениамине Иванове.

А вот письмо  Лидии Андреевны Шулеповой в «Армизонский вестник»

-Фёдор Герасимович, мой дядя, родился в селе Орлово. В семье у них было пятеро детей, отец умер, когда Федя был ещё совсем ребёнком, - пишет Лидия Андреевна. - Мать его, Мария Ивановна, билась из последних сил, чтобы прокормить детей. В 1941 году восемнадцатилетним мальчишкой забрали на фронт. Уходя, он даже не предполагал через что ему предстоит пройти. Во время Великой Отечественной войны попал в плен, после освобождения был сослан на Колыму. И только в 1952, в возрасте 29 лет, вернулся домой.

Фёдор всегда пользовался интересом у девчонок, но, увы, получилось так, что на самый расцвет жизни ему выпали сложнейшие испытания. Спустя некоторое время после возвращения в родное село, фронтовик встретил свою единственную. В семье Самохваловых родилось трое детей.

Человек он был добрый, - продолжила Лидия Андреевна, - любил шутить, и на душе у него затаился тяжкий груз, и порой даже слёзы на глаза накатывались, но несмотря на это никогда и ничего не рассказывал о тех страшных событиях. У Фёдора Герасимовича было четыре племянницы - все комсомолки, и дядя сильно боялся очернить нам, молодым, репутацию. Своей же маме ни слова не говорил, потому что боялся потревожить душу, причинить сердечную боль. Ведь у неё из четверых сыновей остался в живых только Федя, младший Михаил умер в первый год войны от туберкулёза, второй Иван погиб на фронте в 1942, третий Павел дослужил до полковника, дошёл до Берлина, служил в Германии. Павел Герасимович встретил свою жену во время войны, когда она попала в плен, он приложил все усилия, чтобы освободить её. Его семья уже в мирное время жила относительно хорошо, Павел даже смог приобрести автомобиль, правда, насладиться покупкой не успел, пригнав машину в Симферополь, он умер от инфаркта.

А вот материально жил небогато и даже, можно сказать, бедненько. Фёдор работал в МТС слесарем, на стройке - бригадиром по производству кирпича. Сюда иногда брали школьников на подработку, и тогда солдат возился с ними, обучал их новым навыкам, всегда шутил. Если у кого-то что-то не получалось, подбадривал. Тем самым заслужил у молодёжи уважение и был для них авторитетом, ребята называли его дядей Федей. Односельчане знали о том, что пришлось пережить мужчине во время войны, понимали его, и никто никогда не упрекнул фронтовика ни в чём. Но много оскорблений и унижений он пережил от своего соседа, который до войны был лучшим другом, а теперь всегда с угрозой напоминал Фёдору Герасимовичу о плене. Но тот крепко держал себя в руках, считал все его слова пустяком, по сравнению с тем, что ему пришлось вынести в плену и на Колыме.

Представить трудно - парень прожил 18 лет в тихом селе, в дружной трудолюбивой семье, в общении с молодёжью. Была у него и любовь. И вмиг всё перевернулось, одиннадцать лет кошмара и боли, а после, на свободе – друг предал, боялся сказать лишнее, чтобы не напустить тень позора на своих близких. Его брат Павел сильно переживал о судьбе родного человека, однако сказать слова защиты не мог — положение не позволяло, но и обвинять никогда не смел.» (Армизонский вестник)

Фёдор Герасимович Самохвалов умер в 1969 году, похоронен в родном селе Орлово.

Послевоенное время

Сразу после капитуляции фашистской Германии страна переключилась на восстановление. В деревнях особое внимание уделялось сельскому хозяйству, развитию животноводства, растениеводства.

В 1961 году на основе нашего колхоза был образован Орловский совхоз. Позже из него выделились три совхоза: Орловский, Калмакский, Южно-Дубровинский. В состав Орловского входило 4 фермы: Орловская, Шабалинская, Бурлаковская, Даньковская.

С каждым годом расширялось и совершенствовалось хозяйство совхоза. Построен зерновой комплекс, расширен молочный комплекс. Дойное стадо достигло 2000 голов. Занимались овцеводством, свиноводством, содержали большой конный двор, занимались разведением птицы.

В период с 1957 по 1961 годы колхозы на территории Армизонского были ликвидированы.

3 марта 1960 года на базе укрепленного колхоза «Заветы Ленина» и Орловской МТС был образован Орловский зерновой совхоз. В его состав вошли фермы Калмак-1, Калмак-2, Новорямовская, Журавлёвская, Орловская, Даньковская, Шабалинская, Южно-Дубровинская, Суховская, Половская.

Приказом Тюменского областного управления сельского хозяйства его директором был назначен , с 1955 по 1958 годы работавший председателем исполкома Армизонского районного Совета депутатов трудящихся, в биографии которого был факт участия в составе делегации Тюменской области в работе XXII съезда КПСС в октябре 1961 года.

В штат совхоза было зачислено 1346 рабочих. В целом же штатно-списочный состав работников совхоза составил 1472 человека.