Обзор судебной практики применения основных положений о порядке взаимодействия органов, ведущих уголовный процесс, с компетентными учреждениями и должностными лицами иностранных государств по уголовным делам (глава 55 УПК

Обзор судебной практики применения основных положений о порядке взаимодействия органов, ведущих уголовный процесс, с компетентными учреждениями и должностными лицами иностранных государств по уголовным делам

(глава 55 УПК)

Глава 55, обобщение практики которой проведено в соответствии с планом работы, регламентирует, с одной стороны, оказание иностранным государством правовой помощи Казахстану в производстве отдельных процессуальных действий в ходе досудебного и судебного производства, с другой - оказание аналогичной правовой помощи иностранным государствам, в том числе устанавливает порядок экстрадиции (выдачи лица) для осуществления уголовного преследования.

К настоящему времени сложилась определенная практика применения норм международных договоров правоохранительными органами и судами нашей страны.

Основанием для оказания правовой помощи и взаимодействия органов, ведущих уголовный процесс, с компетентными учреждениями и должностными лицами иностранных государств по уголовным делам являются международные договора (двусторонние и многосторонние), международные соглашения, при отсутствии письменные обязательства на основе принципа взаимности.

Порядок оказания правовой помощи регулируется не только международными договорами, но и законодательными актами Республики Казахстан, Инструкцией «О порядке оказания судами и учреждениями юстиции Республики Казахстан правовой помощи и о порядке обращения за правовой помощью к таким учреждениям иностранных государств», утвержденной приказом Министра юстиции от 8 января 1998 года № 13, приказом Генерального прокурора Республики Казахстан от 01.01.01 года № 20 «О полномочиях органов прокуратуры по надзору за применением международных договоров и обеспечением прав иностранных граждан и юридических лиц».

Компетентными учреждениями и должностными лицами иностранных государств в удовлетворении ходатайств судов Казахстана было отказано по следующим причинам: в связи с отсутствием в УК РФ квалифицирующего признака «неоднократность» кражи, в связи с истечением срока давности совершенного преступления, с необходимостью предъявления нового обвинения в соответствии с законодательством РФ по причине того, что обвиняемый приобрел российское гражданство, в связи с отбыванием лицом наказания по приговору суда иностранного государства и по иным причинам.

Причинами отказа в поддержании ходатайств судов Генеральной прокуратурой и нижестоящими прокурорами зачастую явились несоблюдение требований главы 55 УПК и ненадлежащее оформление поручений.

Нарушение норм закона, регулирующих порядок сношений по вопросам оказания

правовой помощи (формы, процедуры)

В соответствии со статьей 523 УПК поручение о производстве следственного действия направляется через Генерального прокурора, а судебного действия - Министра юстиции, либо соответственно их заместителей, либо через уполномоченных должностных лиц, которые в необходимых случаях обращаются к посредничеству Министерства иностранных дел Республики Казахстан.

Изучением установлено, что некоторые суды, минуя указанные должностные лица и органы, а также в нарушение требований международных договоров, направляют поручения непосредственно в иностранное государство, в частности, к органам, ведущим уголовный процесс. Подобные нарушения сказываются, прежде всего, на сроках расследования и рассмотрения дел.

Частным постановлением отреагировал Верховный Суд на допущенные органами уголовного преследования нарушения главы 55 УПК по делу Собещиковой в нарушение этих положений должностные лица органов внутренних дел Акмолинской области неоднократно направляли свои запросы о высылке документов, поручения о производстве процессуальных действий непосредственно в местные органы внутренних дел Российской Федерации. В частности, заместитель начальника УВД Акмолинской области направил непосредственно начальнику УВД Омской области поручение о допросе Шварцмана, подозреваемого в убийстве Экажева. Следователь СО Буландинского РОВД с вопросом об экстрадиции Шварцмана из России в Казахстан обратился непосредственно к правоохранительным органам Омской области.

Также следует отметить, что судьи не всегда правильно оформляют поручения о производстве процессуальных действий, что влечет возвращение ходатайств судов, а в некоторых случаях и уголовных дел, для дооформления, и также последующую волокиту в рассмотрении дел.

Так, по делу Джурта, рассмотренному по первой инстанции Алматинским областным судом, Верховный Суд вынес письмо-замечание ввиду того, что областной суд взял на себя несвойственные ему функции по отношению с иностранными государствами, судом рассылались письма, ставился вопрос об оплате командировочных для выезда составом суда в иностранное государство для допроса свидетелей. Тогда как порядок допроса свидетелей в иностранном государстве определен в главе 55 УПК.

Например, более 9-ти лет, из-за несоблюдения требований международного договора, как органами уголовного преследования, так и судом, находилось в производстве Актюбинского городского суда уголовное дело по обвинению Кулумбетова по ч.2 ст. 88 УК КазССР.

Дело поступило в суд 25.06.1994 г. Определением суда было принято решение об этапировании подсудимого в г. Актобе, т. к. из обвинительного заключения следовало, что Кулумбетов содержался под стражей в учреждении СИ-54/1 г. Оренбурга, где отбывал наказание по приговору суда Российской Федерации. Суд, не соблюдая порядок сношений по оказанию правовой помощи по уголовным делам через свои компетентные органы, направил постановление об этапировании в Г Актобе и в учреждение СИ-54/1 г. Оренбурга. Производство по делу было приостановлено до исполнения определения суда. В распоряжение представителя Республики Казахстан в г. Петропавловске Кулумбетов был передан лишь 02.02.1995 г., но тем не менее он не был этапирован в Актобе, а переправлен в учреждение АП-162/5 г. Павлодара для дальнейшего отбытия наказания. В течение двух лет, пока он отбывал наказание, суд не принимал никаких мер по рассмотрению дела. 07.10.1997 года в суд поступило сообщение из учреждения АП-162/5 о том, что Кулумбетов освобожден по отбытии наказания 23.08.1997 г. и убыл по месту жительства в г. Актобе. Но суд, располагая сведениями о том, что он уже освобожден от отбывания наказания, в течение трех месяцев после получения сообщения продолжал свое бездействие и не принимал никаких мер по рассмотрению дела. Лишь 05.01.1998 года суд вынес определение об отложении дела и изменении меры пресечения ему на содержание под стражей. Затем, по истечении еще 4 месяцев, суд постановлением от 01.01.2001 г. принял решение о приостановлении производства по делу с объявлением розыска подсудимого Кулумбетова. В марте 2000 года по сообщению УВД Актюбинской области было установлено, что он 30.04.1999 г. осужден Военным Судом Республики Каракалпакстан к 15 годам лишения свободы и отбывает наказание в учреждении Т-1 ГУИН РУЗ г. Андижана. После этого суд направил в областную прокуратуру ходатайство о его выдаче (дата составления и направления отсутствует), которое 13.10.2000 г. было возвращено без удовлетворения из-за несоблюдения требований главы 55 УПК РК. После этого, 05.10.2001 г. суд вновь направил ходатайство о выдаче Кулумбетова в областную прокуратуру, которое также не было поддержано областной прокуратурой из-за невыполнения судом требований ст.529 УПК и ст.58 Минской Конвенции. Более того, отказывая в поддержании ходатайства, областная прокуратура сообщила, что из-за отбывания Кулумбетовым наказания по приговору суда Республики Каракалпакстан его выдача невозможна до полного отбывания им назначенного наказания или освобождения от него по иным основаниям. 31.05.2002 года суд вновь направил ходатайство в облпрокуратуру о выдаче Кулумбетова, на что 10.06.2002 г. вновь получил отказ в поддержании ходатайства, но уже по мотивам того, что в нем не отражены данные о том, что он является гражданином Республики Казахстан. Также указано, что в связи с отбыванием им наказания по приговору Республики Каракалпакстан выдача не может состояться до полного отбывания наказания или иного освобождения от наказания, а в ходатайстве вопрос о его временной выдаче не ставится. После этого суд 16.01.2003 г. направил ходатайство в областную прокуратуру о временной выдаче Кулумбетова, т. е. только по истечении 7 месяцев. 07.02.2003 года в суд поступило сообщение из областной прокуратуры о том, что ходатайство не поддержано из-за невыполнения судом требований ст.523, 529 УПК. Суд неоднократно (18.03 и 04.04.2003 г.) направлял напоминания по поручению суда, но только 12.11.2003 г. из областной прокуратуры поступило сообщение о том, что ходатайство о временной выдаче Кулумбетова ими поддержано и материалы направлены в Генеральную прокуратуру. Ходатайство о временной его выдаче было поддержано Генеральной прокуратурой 3 марта и 20 марта 2004 года, он был этапирован в учреждение КА-168/1 г. Актобе. Дело по существу рассмотрено судом 30 марта 2004 года.

Таким образом, несоблюдение Актюбинским горсудом норм закона и неправильное оформление поручений в порядке главы 55 УПК, а также небрежное и неконкретное отношение работников областной прокуратуры к поручениям судов, выразившееся в бесконечном возврате поручений с указанием каждый раз новых причин отказа в поддержании ходатайств, явилось причиной волокиты, длившейся почти 4 года (из общих 9 лет нахождения дела без окончательного разрешения).

В соответствии со ст.524 УПК и ч.2 ст.73 Минской Конвенции при направлении уголовного дела по подсудности в другое государство, каждый из находящихся в деле документов, а также каждый лист ходатайства с приложениями к нему должен быть удостоверен гербовой печатью суда, в производстве которого находится дело.

Данное требование закона и международного договора не было выполнено Жезказганским городским судом при направлении уголовного дела в отношении Пирцхалава по п. «г» ч.2 ст.76 УК КазССР по подсудности в Компетентный суд Республики Грузия. По данным основаниям прокурором города уголовное дело было возвращено для дооформления. Кроме этого, в деле отсутствовали сведения о гражданстве Пирцхалава.

Случаи неправильного оформления поручений о производстве процессуальных действий влекут не только возвращение на дооформление и волокиту, но и сужение доказательственной базы. Это поощряет преступников, усиливает деструктивные процессы в обществе и не отвечает целям и задачам борьбы с преступностью. Сужение доказательственной базы существенным образом ущемляет права потерпевших, нарушает принцип равенства граждан перед законом, препятствует правосудию.

Так, по делу Литвинова и Конькова, осужденных Северо-Казахстанским областным судом за тяжкие преступления, неправильно оформленные поручения об оказании правовой помощи во временной выдаче Андриевского и Шкодских и непроведение соответствующих следственных действий послужили основанием для исключения обвинения о совершении убийства потерпевшего Леженко осужденными Литвиновым и Коньковым.

Указанные примеры свидетельствуют, что причинами волокиты, длительности сроков исполнения поручений иностранными государствами, являются субъективные причины: ненадлежаще оформленные поручения судами и органами уголовного преследования, незнание норм закона, регулирующих порядок международного сотрудничества.

Выдача лица для привлечения к уголовной ответственности, экстрадиция

Обобщением установлено, что по своему характеру, поручения, с которыми при рассмотрении уголовных дел судам в основном приходилось обращаться к компетентным учреждениям, относятся к следственным действиям (выдача для привлечения к уголовной ответственности, экстрадиционный арест). Поэтому, в силу, положений процессуального закона и международных договоров, и в связи с преобладанием поручений следственного характера, суды наиболее часто обращались с такими поручениями к органам прокуратуры.

При этом наибольшую сложность в практике судов вызывают международные поручения об экстрадиции, как правило, вытекающие из уголовных дел, по которым лицо, обвиняемое в совершении уголовного преступления, скрылось от суда, и было, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона Республики Казахстан, объявлено в розыск, в последующем установлено как проживающее в иностранном государстве.

В ходе предварительного следствия органы уголовного преследования изначально неправильно избрав меру пресечения, направляют дело в суд. Указанное обстоятельство приводит к тому, что к моменту направления дела в суд, преданное суду лицо принимает меры к сокрытию от суда во избежание надлежащей ответственности.

Примером необоснованного избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении лицу, обвиненному органами уголовного преследования в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного ч.4 ст.259 УК, является уголовное дело в отношении Смородина, гражданина РК, который приговором Усть-Каменогорского горсуда от 01.01.2001 года за незаконное приобретение, хранение с целью сбыта марихуаны весом 1 кг 217 гр. был осужден по п. «б» ч. 4 ст.259 УК к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Мера пресечения была изменена на арест. Но подсудимый, находясь под подпиской о невыезде, на оглашение приговора не явился. В августе 2003 года он был объявлен в розыск. 14.12.2003 года был задержан в Новосибирске и помещен в ИВС. 25.12.2003 года было вынесено постановление об экстрадиции из Новосибирска в Усть-Каменогорск для исполнения приговора. Одновременно в прокуратуру области направлено ходатайство об осуществлении уголовного преследования и решения вопроса об экстрадиции осужденного Смородина в соответствии со ст.534 УПК. Выдача осужденного, являвшегося гражданином Республики Казахстан, фактически осуществлялась с 25.12.2003 года по 20.08.2004 года.

Подобного рода длительные сроки исполнения международных поручений об экстрадиции преступников, преданных суду или уже ими осужденных, ведут к тому, что создаются условия для уклонения этих лиц от уголовной ответственности ввиду изменения уголовного закона либо издания акта об амнистии, а также истечения срока давности привлечения данных лиц к ответственности.

Суды, которые не являются органом уголовного преследования в соответствии с принципами уголовного процесса, тем не менее, имея в производстве дела в отношении лиц, скрывшихся от суда, а также, будучи лишенными права рассмотрения дел в отсутствие подсудимых, за исключением двух случаев, предусмотренных законом, прибегают к различного рода уловкам для их рассмотрения.

Например, такого рода уловку применил Усть-Каменогорский городской суд по уголовному делу, поступившему в 26.03.2001 года в отношении Люблина, обвиненного в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.259 УК, находившегося в ходе предварительного следствия под подпиской о невыезде и надлежащем поведении. Ввиду его неоднократной неявки в суд и сокрытия от суда, судом 19.04.2001 года был объявлен розыск в отношении Люблина и ему изменена мера пресечения на арест. По сообщению органов полиции от 01.01.2001 года было установлено, что Люблин проживает в Новосибирске, и приобрел второе гражданство - РФ (временное удостоверение). В связи с чем, судом выполнен ряд поручений по установлению гражданства Люблина в РК, после чего вынесено постановление об экстрадиции. Поручение об оказании правовой помощи, согласно Минской Конвенции, вместе с постановлением об экстрадиции было направлено прокурору области 10.02.2003 года. 18.02.2003 года ходатайство о выдаче подсудимого Люблина было направлено Генеральному прокурору. В этот же период, в связи с изданием Закона «Об амнистии» от 01.01.2001 года, было принято решение в соответствии со ст. ст. 7, 60 Минской Конвенции о поручении органам уголовного преследования г. Новосибирска выполнения отдельных следственных действий, в том числе, взятие заявления от обвиняемого Люблина на согласие применения к нему Закона «Об амнистии». Получив протоколы допросов и заявление - согласие на применение акта амнистии, суд постановлением от 01.01.2001 года прекратил производство по делу в отношении Люблина, указав, что он уклоняется от явки в суд, заявив о своем согласии на применение к нему акта об амнистии.

Данное постановление суда трудно назвать законным, поскольку 10.02.2003 года, когда суд выносил постановление об его экстрадиции, он сам в мотивировочной его части сослался на факт добровольной явки с повинной объявленного в розыск Люблина в третье отделение милиции РУВД г. Новосибирска, где сообщил о преступлении, совершенном им на территории Казахстана. Однако, экстрадиция в его отношении исполнена не была, поскольку он подпадал под амнистию от 01.01.2001 года, суд направил в РФ новое поручение о выяснении его мнения и согласии на применение к нему амнистии. В последующем такое согласие суд получил и прекратил в его отношении уголовное преследование по данному основанию. Однако, выводы суда о возможности рассмотрения дела, даже при применении к Люблину акта амнистии, со ссылкой на его уклонение от явки в суд, незаконны (невыяснения у последнего причины его неявки в судебное заседание и нежелания предстать перед судом Казахстана). Рассмотрение дела в отсутствие подсудимого ввиду ходатайства о рассмотрении дела возможно только по преступлениям небольшой тяжести. В рассматриваемом же случае Люблин совершил преступление средней тяжести. Хотя, в подобной ситуации, представляется нецелесообразным его экстрадирование, поскольку он подпадал под амнистию.

Также имеют место факты, когда суды, исходя из заволокиченности процедуры экстрадиции, прекращают дела в отношении подсудимых, объявленных в розыск и уклоняющихся от явки в суд, и по другим не реабилитирующим причинам, например, на основании ст.67 УК, то есть за примирением сторон. Принятое решение обосновывается исключительно заявлением потерпевшего, которому сложившаяся ситуация, когда подсудимого нет, а его бесконечно беспокоят, на каком-то этапе надоедает, и он подает подобное заявление. Однако, о каком примирении может идти речь, как правильно замечено судьей Восточно-Казахстанского областного суда, если оно предполагает двусторонность данного факта и заглаживание вины перед потерпевшим со стороны виновного, которого нет не только на месте совершения преступления, но и на территории Республики Казахстан.

Выдача разыскиваемого лица на время

В соответствии с частью 3 статьи 531 УПК, в случае, когда гражданин иностранного государства, в отношении которого поступила просьба о выдаче, отбывает наказание за другое преступление на территории Республики Казахстан, выдача может быть отсрочена до отбытия наказания или освобождения от наказания по любому законному основанию. В случае, когда гражданин иностранного государства привлечен к уголовной ответственности, его выдача может быть отсрочена до постановления приговора, отбытия наказания или освобождения от уголовной ответственности или наказания по любому основанию. Если отсрочка выдачи может повлечь за собой истечение срока давности уголовного преследования или причинить ущерб расследованию преступления, лицо, выдача которого требуется по ходатайству, может быть выдано на время, определяемое соглашением сторон.

В соответствии с этими положениями процессуального закона, суды в случае получения отказа иностранного государства в выдаче лица для привлечения к уголовной ответственности при рассмотрении уголовных дел на основании международных договоров (Минской (ст.63, 64) и Кишиневской (ст.77, 78) Конвенций) вправе обратиться к иностранному государству вновь, но уже с ходатайством о временной выдаче лица.

Временная выдача дает возможность лицу присутствовать в запрашивающем государстве для обвинения, а затем быть возвращенным в запрашиваемое государство для завершения отбывания его первоначального наказания, что может устранить проблему задержки судебного разбирательства со всеми вытекающими из этого последствиями.

Практика рассмотрения дел, производство которых связано с оказанием взаимной правовой помощи, свидетельствует о том, что превратно толкуются нормы закона, смешиваются понятия выдачи и временной выдачи как судом, так и органами уголовного преследования.

Так, по делу Елеуова, скрывшегося на территории России после предания суду по ч.2 ст. 175 УК, в Хромтауский районный суд поступило сообщение о том, что решить вопрос о выдаче Елеуова не представилось возможным в связи с привлечением последнего к уголовной ответственности по ч.2 ст. 158 УК РФ, предлагалось поставить вопрос о временной выдаче, что судом своевременно не было выполнено. Однако, после оформления запроса судом, областная прокуратура не поддержала ходатайство суда о временной выдаче и рекомендовала направить поручение об истребовании согласия подсудимого на применение акта об амнистии. Суд, руководствуясь ошибочной рекомендацией и в нарушение требований ч.2 ст.315 УПК, принял решение рассмотреть дело в заочном порядке в отсутствии подсудимого, хотя каких-либо данных об уклонении его от явки в суд по делу не было, а имелись достоверные данные об отбывании Елеуовым наказания в виде лишения свободы по приговору Российской Федерации, с которым Казахстан имеет договор на экстрадиционный арест.

Соблюдение прав граждан при осуществлении экстрадиции,

оценка доказательств судом, допустимость доказательств

Вопросы экстрадиции, выдачи преступников, это не только административный вопрос. Экстрадиция является, прежде всего, элементом уголовно-процессуального права, так как осуществляется передача человека, совершившего преступление, другой стране с соблюдением определенных процессуальных гарантий. Выдача регулируется растущим числом норм международного права. Активное развитие прав регламентирования в данной области объясняется ростом значения института выдачи в борьбе с преступностью и усложнением его задач. Институт выдачи представляет собой сочетание суверенных прав государства с правами человека. Решение вопроса о выдачи - суверенное право государства. Но осуществляется оно в соответствии с нормами международного и внутреннего права, включая те, что относятся к правам человека.

Необходимы механизмы, исключающие задержание и арест граждан, находящихся в розыске в иностранных государствах, без предварительного заявления требования о выдаче этого лица. Отступление от правил относится к нарушениям прав. Арест, как мера пресечения и задержания, допустим лишь в связи с выдачей при соблюдении условий, содержащихся в договоре. На практике эта возможность толкуется расширительно и произвольно.

Так, в качестве примера можно привести дело Грушко. Уголовное дело по его обвинению, преданного суду по п. п. «а, д, з, н», ч.2 ст.96, ч.2 ст.251, п. п. «б, в, г, д» ч.2 ст. 179 УК постановлением Павлодарского областного суда от 3 декабря 2004 года направлено прокурору для выполнения требований ст.527 УПК и ст. ст. 66, 92 Кишиневской Конвенции по следующим основаниям.

Имеющиеся в деле данные свидетельствовали о том, что Грушко - гражданин Украины, за преступления, совершенные на территории Казахстана, 27 мая 2004 года был задержан на территории России.

После возбуждения уголовного дела по факту убийства органы уголовного преследования Павлодарской области обратились устно, без соблюдения установленного законом порядка, с просьбой об оказании правовой помощи. Дальнейшие действия правоохранительных органов Алтайского края и Павлодарской области - несанкционированное задержание гражданина Украины Грушко на территории Алтайского края, незаконный вывоз его на территорию Казахстана для привлечения к уголовной ответственности, прямо противоречили требованиям ст. ст. 527, 533 УПК и Кишиневской Конвенции. По показаниям Грушко, нашедшим подтверждение, его задержали в России и вывезли на частном такси в Казахстан; где по прибытии составили протокол о задержании в качестве подозреваемого. В международном паспорте на имя Грушко имелась отметка о въезде в Россию, однако отметок о выезде из России в Казахстан не было, добровольно на территорию Казахстана он не въезжал, оформленного требования о выдаче, о применении меры пресечения в виде экстрадиционного ареста не оформлялось.

Несоблюдение правоохранительными органами Казахстана ст. 527 УПК и норм Кишиневской Конвенции явилось существенным нарушением уголовно-процессуального закона, что на основании ст. 116 УПК, влечет признание недопустимыми в качестве доказательств фактических данных, полученных после незаконной экстрадиции Грушко из России в Казахстан, поскольку они были получены путем стеснения гарантированных законом его прав и с нарушением правил уголовного процесса.

Существенное нарушение норм международного и национального уголовно-процессуального права повлекли вынесение Западно-Казахстанским областным судом оправдательного приговора в отношении Ярлова. Так, судом было достоверно установлено, что он, являющийся гражданином России, без соответствующего процессуального документа незаконно перемещен через границу и доставлен из Российской Федерации на территорию Республики Казахстан и в отношении него были допущены грубые нарушения процессуального закона и фальсификация доказательств. В результате представленные доказательства его вины в совершении разбойного нападения, сопряженного с убийством, признаны не имеющими юридической силы, исключены из доказательств, ввиду признания их недопустимыми и недостоверными. Независимо от территории получения фактов, их признание доказательствами, собирание, определение допустимости и оценка производятся в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Республики Казахстан.

Действительность процессуальных документов, составленных

на территории иностранного государства (ст.522 УПК)

За анализируемый период суды при обращении с ходатайствами об оказании правовой помощи в соответствии с международными договорами руководствовались нормами закона о действительности процессуальных документов (ст.522 УПК), составленных на территории иностранного государства.

Так, Павлодарским областным судом рассматривалось уголовное дело по обвинению Пономаренко, Новолодского и Сорокина по п. «ж, з», ч 2 ст. 96, п. «а, б, г, д» ч 2 ст. 175 УК. В суде адвокат подсудимого Пономаренко и сам подсудимый заявили о том, что он не мог совершить инкриминируемые ему преступления, так как во время совершения указанных преступлений он находился за пределами Республики Казахстан, а именно в г. Москве и в обоснование этого представили в суд соответствующие документы, подтверждающие его алиби. Отвергая свою причастность к указанным преступлениям, Пономаренко показал, что до 13 октября 2002 года он жил у матери в г. Москве, затем 33 октября 2002 года выехал на поезде в г. Омск и 16 октября 2002 года приехал в г. Павлодар. В день убийства Шагиева, т. е. 11 октября 2002 года он находился у родственницы Шафран в г. Дедовск Московской области. Вечером того дня у него поднялась температура и к нему приезжала бригада скорой помощи, и соответственно он никак не мог совершить инкриминируемые ему преступления. В подтверждение доводов и алиби суду были представлены выписка из карты вызова № 000 МЛПУ Истринская станция скорой медицинской помощи, Дедовское отделение, копия железнодорожного проездного документа серий ЖФ 2010на Пономаренко, его фотография с сестрой на Красной площади в г. Москва, сделанная в октябре 2002 года, копия справки из -Компани», где якобы Пономаренко работал в период совершения преступления.

Судом, с целью проверки доводов защитника и самого Пономаренко и его алиби, в соответствии с Минской Конвенцией были подготовлены поручения о проведении ряда уголовно-процессуальных действий (к каждому поручению был дан подробный вопросник) на территории г. Москвы и Истринского района Московской области Российской Федерации, а именно:

1 .Прокурору Истринского района Московской области:

1) допросить в качестве свидетелей Шафран и других лиц, проживавших 11 октября 2002 года в г. Дедовск, фельдшера Нечаеву и врача Сурикова (возможно Суринова, Сурипова);

2) снять ксерокопию карты вызова скорой медицинской помощи № 000 в МЛПУ Истринская станция скорой медицинской помощи, Дедовское отделение от 01.01.01 года на имя Пономаренко;

3) если карты вызова нет, проверить по журналу вызовов оказывалась ли медицинская помощь больному Пономаренко с 11 сентября по 13 октября 2002 года. Если да, то снять с журнала копию;

4) проверить по графику дежурств на 11 октября 2002 года, работали ли в эту смену врач Суриков (возможно Суринов, Сурипов) и фельдшер Нечаева;

2. Прокурору Московско-Ярославской транспортной прокуратуры:

1) допросить свидетелей: старшего менеджера по продаже билетов вокзала Москва Ярославская Филатову, кассира вокзала Москва Ярославская Ши-пину (предварительно ознакомив их с копиями проездных железнодорожных документов серий ЖФ 2010на Пономаренко, заверенных ими), начальника вокзала Москва Ярославская (на предмет может ли компьютерная сеть дать сбой, а кассир не заметить и выдать пассажиру ошибочно проездной документ, отправлялся ли указанный поезд в день, указанный в копиях проездных документов).

К протоколу допроса было предложено приложить справку данных из компьютерной сети вокзала Москва Ярославская о том, кому, когда, на какую дату и на какое направление был выписан проездной документ серии ЖФ 2010

3. Прокурору Никулинской межрайонной прокуратуры:

1) допросить в качестве свидетелей Шамовых;

2) установить местонахождение фирмы -Компани» и допросить ее директора Оздемир;

3) снять копию трудового соглашения фирмы с Пономаренко, копию приказа о его приеме на работу и увольнении, копию ведомости по начислению и выдаче ему заработной платы (расчета).

К поручению были приложены копия фотографии с изображением Пономаренко на Красной площади г. Москвы и копия справки из -Компани» с просьбой выяснить ряд вопросов в связи с этими приложениями.

Указанные поручения были заверены составом суда и на основании ст.523 УПК и Минской Конвенции направлены в Генеральную прокуратуру для поддержания и последующего направления их в компетентное учреждение Российской Федерации.

С 30.01. по 01.03.2004 года в Павлодарский областной суд поступили материалы исполненных поручений, и 11.03.2004 года дело было рассмотрено по существу с учетом полученных материалов.

Таким образом, надлежащее и качественное оформление поручений в соответствии с Минской Конвенцией позволило суду на основании полученных документов и, руководствуясь принципом действительности доказательств, полученных на территории иностранного государства (ст.522 УПК), рассмотреть дело и вынести приговор. Пономаренко был осужден приговором Павлодарского областного суда от 01.01.2001 года по ч.1 ст.96, п. «а, б», ч.2 ст.175, 58 УК РК к 21 году лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с конфискацией имущества.

Пределы уголовной ответственности выданного лица (ст.530 УПК)

На состояние законности судопроизводства при осуществлении уголовного преследования в отношении лиц, выданных Республике Казахстан из-за рубежа, сказывается сложившаяся практика, когда материалы по выдаче лиц другим государством, решения компетентного органа или должностного лица иностранного государства и другие материалы по оказанию правовой помощи по уголовным делам не приобщаются в уголовные дела.

В соответствии с нормами международных договоров и нормами уголовно-процессуального закона выданное лицо нельзя привлечь к уголовной ответственности или подвергнуть наказанию за совершенное до его выдачи преступление, за которое оно не было выдано.

Между тем, судами допускаются нарушения вышеуказанной нормы международного договора.

При признании Глухова виновным в совершении убийства с квалифицирующим признаком «совершенное лицом, ранее совершившим убийство», и разбое при отягчающих обстоятельствах, Актюбинский областной суд вышел за пределы уголовной ответственности лица, выданного иностранным государством.

В установленном порядке Генеральной прокуратурой Российской Федерации было удовлетворено требование Генеральной прокуратуры Республики Казахстан о временной выдаче Глухова для привлечения к уголовной ответственности за убийство при отягчающих обстоятельствах.

В отношении выдачи иностранным государством для привлечения Глухова к уголовной ответственности за разбой при отягчающих обстоятельствах в материалах дела сведений нет, и за это преступление он не выдавался ввиду отсутствия запроса. Квалифицирующий признак убийства «совершенное лицом, ранее совершившим убийство» в действующей редакции Уголовного кодекса Российской Федерации отсутствует, и в связи с этим не было согласия на удовлетворение требования о его выдаче в части привлечения за убийство по этому квалифицирующему признаку.

Таким образом, в нарушение ст. ст. 529-530, 8-10 УПК орган уголовного преследования и суд вышли за пределы уголовной ответственности выданного лица, чем нарушили предусмотренный законом порядок производства по уголовному делу.

Такие же нарушения норм международного договора были допущены судьями и других областей.

Подобные нарушения стали возможны в результате отсутствия в материалах дела сведений о том, за какие совершенные на территории республики преступления Генеральный прокурор направлял требование о выдаче указанных лиц, находящихся на территории Российской Федерации. Также в деле отсутствовали данные о том, за совершение каких преступлений эти лица были выданы Генеральной прокуратурой Российской Федерации. По этой причине суды ориентировались на процессуальные документы, определяющие пределы судебного разбирательства, имеющиеся в материалах дела, и осуждали за преступления, за которые не было согласия на выдачу, что влекло назначение наказания по совокупности преступлений, то есть более сурового наказания.

Сроки исполнения поручений

Интересы установления истины, соблюдения прав участвующих в деле лиц требуют, чтобы правовая помощь оказывалась в возможно более краткие сроки. Тем не менее, следует отметить, что процедура прохождения документов отличается сложностью и длительностью, что приводит к неоправданным затратам времени, волоките и снижению эффективности.

Анализ показал, что нередко между направлением судами поручений соответствующему органу и конечным исполнением проходит длительный срок, исчисляющийся иногда несколькими годами.

Проблемные вопросы при применении положений главы 55 УПК, несовершенство

закона, предложения судов по их разрешению

Одним из вопросов, вызывающим затруднения и порождающим разнобой в судебной практике, являются ситуации, связанные с особенностями национального законодательства, прежде всего отказа в выдаче гражданина своей республики, совершившего преступление на территории другого государства по мотивам, что совершенное деяние не является преступлением, влекущим выдачу.

Так, в Западно-Казахстанской области по уголовному делу Маслабиева в совершении преступления, предусмотренного ст.259 ч. 1 УК, было принято решение о прекращении дела. Данное дело поступило в Уральский городской суд 22 июля, а 25 августа 2003 года судом вынесено постановление о розыске подсудимого. 15 марта 2004 года получено сообщение о задержании Маслабиева. После того как было вынесено постановление об этапировании, 30 июня 2004 года поступило сообщение Генеральной прокуратуры Республики Казахстан о том, что ходатайство о выдаче Маслабиева рассмотрено и оставлено без удовлетворения Генеральной прокуратурой по тем основаниям, что размер наркотического средства, в незаконном приобретении, хранении которого обвиняется Маслабиев, не относится, согласно законодательству РФ, к крупным размерам. 9 июля 2004 года судом вынесено постановление о прекращении уголовного дела. Принятие судом подобного решения осталось без обоснований нормами права.

В других случаях в аналогичной ситуации суды принимают меры к рассмотрению дела по правилам ст.315 УПК без присутствия подсудимого.

Примером такого рассмотрения уголовного дела в порядке заочного производства является дело в отношении Иванникова (ВКО). Основанием заочного рассмотрения дела послужил отказ запрашиваемой стороны в выдаче гражданина РФ, поскольку он обвинен в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.257 УК. По уголовному законодательству РФ аналогичное преступление квалифицируется как умышленное причинение легкого вреда здоровью из хулиганских побуждений и возбуждается в частном порядке, а преследование в порядке частного обвинения исключается как основание для выдачи. В результате данное дело было рассмотрено судом в отсутствие подсудимого и приговором суда от 01.01.2001 года Иванников признан виновным по ст.257 ч.1 УК и ему назначено наказание с применением ст.63 УК в виде 1 года лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год. На исполнение приговор направлен в РФ. Что представляется не бесспорным, с учетом того, что исполнение условного наказания не предусмотрено рамками правовой помощи.

В соответствии с ч. 1 ст. 315 УПК главное судебное разбирательство происходит при обязательном участии подсудимого, за исключением случаев, предусмотренных частью второй настоящей статьи. Разбирательство дела в отсутствии подсудимого может быть допущено лишь в случаях, когда подсудимый (обвиняемый) в совершении преступления небольшой тяжести ходатайствует о рассмотрении дела в его отсутствие или в случае, когда подсудимый находится вне пределов Республики Казахстан и уклоняется от явки в суд (часть 2 данной статьи).

Между тем на практике эти требования закона не исполняются. К примеру, неправильное применение судами норм ч. 2 ст. 315 УПК при рассмотрении уголовного дела допущено Зыряновским районным судом № 2 Восточно-Казахстанской области по уголовному делу Копылова, обвиняемого по п. «в» ч.2 ст. 175 УК. Дело слушанием назначено на 13.02.2004 года. Подсудимый Копылов должным образом не был извещен о дне слушания дела. В деле нет сведений об его уклонении от явки в суд. То есть у суда не было оснований для рассмотрения дела в отсутствии подсудимого. Тем не менее, суд заочно рассмотрел дело и вынес постановление о прекращении производства по делу на основании ч.1 ст.67 УК за примирением Копылова с потерпевшей Климовой, хотя, фактически, никакого примирения не состоялось. Копылов проживает в Амурской области РФ, в суд не прибыл, заявлений о рассмотрении дела в его отсутствии не подавал. Данных о реальном возмещении причиненного его действиями ущерба потерпевшей Климовой в деле не имеется, ущерб составил 66200 тенге. Судом прекращение данного дела было постановлено только по инициативе потерпевшей, без участия подсудимого, не выяснено его волеизъявление по данному делу, т. е. не получено согласие на прекращение дела. Суд также не выяснил, как и кем возмещен материальный ущерб потерпевшей и каким способом подсудимый мог помириться с ней, то есть, при вынесении постановления основания для применения ст.67 УК не проверялись. Исходя из установленных обстоятельств по делу, таковых у суда и не имелось.

Аналогичные ошибки допускаются судьями и других областей.

Вместе с тем, следует отметить, что если экстрадиция и исполнена, через довольно продолжительный срок с момента предания суду лица и объявления его в розыск ввиду сокрытия от суда, и дело закончено в последующем после экстрадиции уже с участием подсудимого с прекращением производства по делу, либо ввиду применения акта об амнистии, либо ввиду истечения срока давности, то подобное положение дел представляется нецелесообразным. В исполнение поручения об экстрадиции вовлекаются органы уголовного преследования не одного государства, и принцип неотвратимости наказания за совершенное преступление уже не может быть соблюден, что само по себе не оправдывает все принимаемые договаривающимися сторонами меры по его экстрадиции (задержание, содержание под стражей, этапирование и прочие).

Например, дважды объявлялся в розыск Семипалатинским горсудом Ирбатыров, привлеченный к уголовной ответственности по ст.217 ч.1 УК, за преступление, совершенное по неосторожности. Розыск его объявлялся в 1994 и 1998 годах. Принятыми мерами он был задержан 31.03.1998 года и содержался в ИВС г. Ачинска РФ. 1.06.1998 года он был освобожден из ИВС г. Ачинска. Требование о выдаче Ирбатырова было направлено 28.04.1998 года. Удовлетворено это требование только 19.08.1998 года. На этот момент он был освобожден уже из-под ареста из ИВС г. Ачинск после чего вновь был возобновлен его розыск, задержан он 09.09.2002 года и содержался уже в ИВС г. Тырныауз Кабардино-Балкарской Республики РФ. 08.05.2003 года этапирован в учреждение ОВ-156/19 г. Семипалатинска. В итоге данное уголовное дело было прекращено производством в связи с применением акта амнистии.

Указанные примеры из судебной практики применения экстрадиции или ее неприменения дают основания полагать, что действующее уголовно-процессуальное законодательство требует внесения изменений в данной части. Судья Восточно-Казахстанского областного суда, отметив вышеуказанные проблемы, предлагает правильным внесение третьего основания возможности рассмотрения уголовных дел в главном судебном разбирательстве в отсутствие подсудимого, то есть в ч.2 ст.315 УПК, а именно, следующего основания: когда подсудимый, преданный суду за совершение преступлений, в отношении которых он подлежит освобождению от уголовной ответственности и наказания на основании акта амнистии или изменений в закон, декриминализирующих данное преступное деяние, скрылся от суда и установлен проживающим вне пределов РК. Подобное изменение уголовно-процессуального закона, по мнению судьи, избавит как суды, так и государство от необходимости производства довольно затратных мероприятий по экстрадиции и избавит уже фактически реабилитированное законом лицо от нарушения его прав, ввиду необходимости в подобных случаях заключения его под стражу.

Наряду с общим порядком оказания правовой помощи необходимо предусмотреть упрощенную процедуру сотрудничества в зависимости от форм оказываемой помощи и видов преступлений. Взаимодействие государств осуществляется через центральные органы, что значительно замедляет процесс исполнения международных следственных и судебных поручений, увеличиваются сроки получения информации. Субъектами правовой помощи должны выступать не только центральные, но и другие органы, это даст возможность уменьшить сроки оказания правовой помощи, поскольку не будет необходимости каждый раз обращаться в центральные органы.

В ходе проведения обобщения выявлены и другие вопросы, с которыми столкнулись суды при применении главы 55 УПК и их разрешение не регламентируется ни национальным законодательством, ни международными договорами.

Так, статья 526 главы 55 УПК регламентирует вопрос о вызове и допросе свидетеля, потерпевшего, гражданского истца и ответчика, их представителей, эксперта, если они являются гражданами иностранного государства, но в ней не отражено выполнение поручения суда о допросе свидетеля и других, перечисленных в статье лиц, без вызова в запрашивающее государство. Не отражен такой порядок допроса и в международных договорах, что явилось основанием для федерального суда г. Северо-Двинска Архангельской области в принятии решения об отказе в допросе свидетеля по поручению суда № 2 г. Костаная по уголовному делу по обвинению Бопп. В других случаях суды РФ выполняют поручения наших судов по допросу свидетелей, и, как выше указывалось, полученные доказательства принимаются и признаются достоверными на основании принципа действительности.

Изучение судебной практики дел показало, что суды в целом правильно применяют положения главы 55 УПК и требования международных договоров при рассмотрении уголовных дел. Сложности в применении указанных норм, прежде всего, связаны с несовершенством законодательства, с особенностями национального законодательства договаривающихся сторон, а основным недостатком в работе некоторых судов явилось недостаточное изучение норм закона, регулирующих оказание международной помощи, небрежность при оформлении поручений к иностранным государствам, повлекшее необоснованную волокиту, нарушение пределов уголовной ответственности, что по существу является невыполнением международных обязательств, подрывает авторитет государства.

Коллегия по уголовным делам

Верховного Суда Республики Казахстан