Партнерка на США и Канаду по недвижимости, выплаты в крипто

30% recurring commission
Выплаты в USDT
Вывод каждую неделю
Комиссия до 5 лет за каждого referral

Второй раздел диссертации «Основные сферы унификации и гармонизации правовой охраны интеллектуальной собственности в Европейском Союзе» включает в своем составе пять глав, посвященных исследованию проблем гармонизации и унификации конкретных институтов права интеллектуальной собственности (авторское право и смежные права, патентное право, право на средства индивидуализации участников гражданского оборота и производимой ими продукции (работ, услуг), нетрадиционные объекты интеллектуальной собственности), включая рассмотрение проблем коммунитаризации мер по обеспечению защиты прав на интеллектуальную собственность в Европейском Союзе.

В третьей главе исследования «Проблемы гармонизации авторского права и смежных прав в Европейском Союзе» рассматриваются вопросы, связанные со спецификой интеграционных коммунитарных процессов в сфере авторского права и смежных прав, в связи с чем анализируется проблематика правовой охраны компьютерных программ и баз данных, вопросы коммунитарной гармонизации права на прокат и на предоставление в безвозмездное пользование и некоторых смежных прав, исследуются проблемы правового регулирования спутникового вещания и кабельной ретрансляции, анализируются гармонизационные процессы, касающиеся сроков охраны авторского права и смежных прав в ЕС. Кроме того, детально рассмотрены проблемы коммунитарной гармонизации права следования, а также вопросы развития авторского права и смежных прав в информационную эру.

I. При рассмотрении проблем правовой охраны компьютерных программ и баз данных в ЕС главный акцент сделан на анализе положений принятых в этой сфере Директивы Совета ЕС о правовой охране компьютерных программ 1991 г. и Директивы Совета ЕС о правовой охране баз данных 1996 г. Подчеркивается, что необходимость принятия указанных директивных актов объясняется тем, что законодательство и судебная практика стран-членов ЕС в этой области во многом разнились, что создавало известные трудности на пути создания единого рынка в сфере программного обеспечения («software»), учитывая ту роль и значение, какую компьютерные программы и базы данных приобрели в сфере социальной и экономической коммуникации. Отмечается, что целый ряд положений Директивы о правовой охране компьютерных программ и Директивы о правовой охране баз данных являются правовыми новеллами, что вносит известный вклад в унификацию и гармонизацию правовой охраны интеллектуальной собственности в государствах-членах ЕС.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

При анализе коммунитарного правового режима компьютерных программ, базирующегося на положениях Директивы о правовой охране компьютерных программ, подчеркивается, что указанная Директива закрепляет ключевые позиции в определении единого коммунитарного правового режима указанных объектов интеллектуального творчества. Во-первых, вводится авторско-правовой режим охраны компьютерных программ (подобно литературным произведениям), что подводит коммунитарную правовую охрану компьютерных программ под общемировую тенденцию в этой сфере, включая и подпадение под действие универсальных соглашений в этой области (Бернская конвенция 1886 г. и др.). Во-вторых, закрепляется положение, согласно которому правовая охрана распространяется на компьютерные программы, выраженные в любой форме и любым способом, причем единственным критерием охраноспособности компьютерной программы признается ее оригинальность. В-третьих, определяется субъектный состав авторства на компьютерные программы, где отчетливо обозначается тенденция к наделению статусом обладателя первоначального авторского права (субъекта творчества) юридических лиц, что находит дальнейшее подтверждение в практике реализации положений указанной директивы. В-четвертых, можно вести речь о вводимом гармонизированном комплексе исключительных правомочий правообладателя, базирующемся на принципе коммунитарного исчерпания авторских правомочий имущественного характера. В-пятых, закрепляется целый ряд ограничений исключительных прав, детерминированных экономическими императивами в этой области, направленными на включение компьютерных программ в единую систему рыночной циркуляции.

Анализ правового режима баз данных в Европейском Союзе базируется на выделении характеристических черт вводимого единообразного коммунитарного правового регулирования в этой сфере. Во-первых, как на особенность правового регулирования в сфере охраны баз данных указывается на два вводимых правовых режима – система авторско-правовой охраны и система правовой охраны особого рода (sui generis), когда правовая охрана предоставляется объектам, не являющимся по своей природе результатом творческой деятельности, а представляющим собой только лишь итог суммированного вложения инвестиций в сферу информационного сектора. Во-вторых, вводится унифицированное определение самого понятия «база данных», под которой понимается собрание независимо существующих произведений, данных и иных материалов, расположенных систематическим либо методическим образом и индивидуально доступных электронным либо иным путем. В-третьих, говоря о режиме авторско-правовой охраны баз данных, отмечается, что он распространяется на те базы данных, которые по результатам отбора и расположения включенных в них исходных материалов представляют собой итог творческого труда их создателя, в качестве которого выступают как физические, так и юридические лица, что вновь подтверждает общекоммунитарную тенденцию к наделению юридических лиц статусом обладателя первоначального авторского права. В-четвертых, вводимая система правовой охраны баз данных особого рода – sui generis – отличается от авторско-правового режима тем, что она закрепляет специальное право создателя базы данных (действует в течение 15 лет, начиная с момента завершения создания базы данных), которая является результатом его качественных и/или количественных существенных капиталовложений, осуществленных в целях получения, подтверждения или представления ее содержания, разрешать либо запрещать осуществление выдержек (извлечений) и/или повторного использования (реутилизации) содержания базы данных или существенной его части, имеющей значимость по признаку качества и/или количества.

Отмечается, что главная особенность вводимого права sui generis состоит в том, что оно распространяется на базы данных независимо от того, подпадают ли они вообще под какую-либо охрану (авторско-правовую или иную) или нет, обладают ли они качеством оригинальности или нет, являются они результатом творческого труда автора или не являются таковыми. Критически анализируются в этой связи зарубежные концепции понимания права sui generis, представленные в юридической литературе (Г. Коэн Йорам, Ф. Готцен, И. Говере, Ф. Дессемонте, Г. Шрикер, Б. Эдельман, А. Дитц и др.), рассматриваются вопросы субъектного состава правового режима особого рода, исследуется проблема территориальной распространенности указанного права, вызванная тем, что оно по своей природе является своеобразной юридической уникалией, присущей лишь коммунитарному правопорядку. Кроме того, как на особенность режима sui generis указывается на то, что это право обладает обратным действием, которое, по общему правилу, может быть ретроактивно в период, определяемый 15 годами, предшествующими дате вступления в силу Директивы Совета ЕС о правовой охране баз данных.

II. Особое внимание уделяется новеллам в системе авторских правомочий и правовой охраны смежных прав. Рассмотрению подвергаются проблемы коммунитарного правового регулирования в сфере смежных прав, права на прокат и предоставление в безвозмездное пользование, спутникового вещания и кабельной ретрансляции.

При анализе коммунитарного режима права на прокат и предоставление в безвозмездное пользование отмечается, что он носит в ряде случаев компромиссный характер, вызванный тем, что само по себе право на прокат и на предоставление в безвозмездное пользование произведений творческой деятельности являлось во многом новым для правовых систем стран-членов ЕС, что, в свою очередь, вызвало целый ряд затруднений при выработке гармонизированного коммунитарного статуса указанного права.

Как на особенность коммунитарного правового регулирования в данной сфере указывается на то, что оно носит «новаторский» характер, реализуя свою целевую установку на инициацию правовой новеллы. В этой связи впервые на директивном уровне (Директива Совета ЕС 92/100/ЕС от 01.01.01 г. о праве на прокат и на предоставление в безвозмездное пользование и некоторых правах, смежных с авторскими, в сфере интеллектуальной собственности) закрепляется необходимость для государств-членов ЕС закрепить в своем национальном авторско-правовом законодательстве право на прокат и предоставление в безвозмездное пользование произведений творчества, охраняемых по нормам авторского права и смежных прав.

В этой связи под термином «сдавать в прокат» понимается предоставление экземпляра произведения или фонограммы во временное пользование в целях извлечения прямой или косвенной коммерческой выгоды, а под термином «предоставление в безвозмездное пользование» понимается предоставление экземпляра произведения или фонограммы во временное пользование без цели извлечения прямой или косвенной коммерческой выгоды, когда это осуществляется через организации, доводящие их до всеобщего сведения. Указанное выше право не прекращается в случаях продажи либо иного акта распространения экземпляров произведения или фонограммы, то есть происходит «выведение» права на прокат и предоставление в безвозмездное пользование из-под действия принципа коммунитарного исчерпания авторских правомочий.

Отмечается, что коммунитарный режим права на прокат и предоставление в безвозмездное пользование характеризуется детализацией субъектного состава, закрепляя, в частности, правоположения относительно авторства на аудиовизуальные произведения и др.

К числу закрепляемых новелл в системе коммунитарного регулирования в сфере авторского права и смежных прав следует отнести вводимое неотчуждаемое право автора или исполнителя на получение справедливого вознаграждения, гармонизированный комплекс смежных прав, включающий право на запись, право на воспроизведение, право на передачу в эфир и сообщение до всеобщего сведения, право на распространение и др. Проводится детальный анализ указанных правовых новелл, делается общий вывод о повышении уровня охраны смежных прав в рамках ЕС. Критически оцениваются как практика применения указанных правоположений, так и коммунитарные доктринальные источники по этой проблематике.

Важное место в системе гармонизационных процессов в сфере авторского права и смежных прав в ЕС занимает спутниковое вещание и кабельная ретрансляция. В этой сфере правовое регулирование базируется на положениях Директивы Совета ЕС 93/83/ЕС от 01.01.01 г. о координации некоторых норм авторского права и смежных прав применительно к спутниковому вещанию и кабельной ретрансляции, главная цель которой – необходимость обеспечения свободного обмена программами, передаваемыми посредством спутникового вещания и по кабелю. В этой связи закрепляется гармонизированный коммунитарный правовой статус авторов произведений творчества, вещательных организаций и организаций кабельного распространения, вводятся единые понятия - «спутник», «сообщение до всеобщего сведения по спутнику», «ретрансляция по кабелю», «коллективное общество» и др., что рассматривается как несомненно значимая составная часть всего процесса гармонизации смежных прав в ЕС.

Выявляется тенденция на закрепление приоритетного положения организаций эфирного и кабельного вещания и организаций, управляющих имущественными правами авторов на коллективной основе за счет прямых ограничений интересов субъектов творческой деятельности, подтверждением чему является, в частности, включение в механизм директивного регулирования целого ряда норм, согласно которым разрешение на передачу по спутнику произведений творчества может быть получено исключительно на основании договора, заключаемого между организациями, управляющими авторскими и смежными правами на коллективной основе, и вещательными организациями. Таким образом, автор фактически исключается из правовой связи, возникающей при заключении указанного соглашения о передаче прав на вещание по спутнику. Как на особенность коммунитарного механизма правового регулирования в данной сфере указывается на вводимый институт так называемого посредничества, целью которого является возможное оказание помощи в организации и проведении переговоров при возникновении спорных ситуаций, инициированных осуществлением спутникового вещания и кабельной ретрансляции. Определяются дальнейшие направления эволюции коммунитарной гармонизации авторского права и смежных прав в данной сфере, анализируются зарубежные концепции правопонимания гармонизационных процессов в сфере правового регулирования спутникового вещания и кабельной ретрансляции в ЕС (Дж. Стерлинг, Т. Винье, Г. Шрикер, Г. Коэн Йорам, Ф. Готцен, И. Жандро и др.).

III. Рассмотрению подвергаются вопросы гармонизации сроков охраны авторского права и смежных прав в Европейском Союзе. Отмечается, что причиной начала гармонизационного процесса в этой сфере явилось практически полное различие национальных норм авторского права государств-членов ЕС в данном вопросе, вызвавшее известные затруднения в дальнейшей коммунитарной кооперации. Международными универсальными соглашениями об авторском праве и смежных правах устанавливался лишь минимальный срок правовой охраны произведений творчества, тогда как участвующим в этих соглашениях государствам предоставлялась определенная свобода во введении в своем национальном авторско-правовом законодательстве более продолжительных сроков охраны. Известно, что Бернская конвенция, установив минимальный срок правовой охраны авторского права в течение всей жизни автора и 50 лет после его смерти, предполагала предоставление данной охраны автору и двум поколениям его наследников. Принимая во внимание тот факт, что конвенция была принята еще в конце XIX в, а ныне продолжительность жизни человека значительно увеличилась (тем более в странах ЕС), то совершенно понятно, что срок в 50 лет уже не покрывал продолжительность жизни автора и двух поколений его потомков.

Показано различие, существовавшее в законодательстве стран-членов ЕС по вопросам о сроках охраны авторского права и смежных прав на момент принятия Директивы Совета ЕС о гармонизации сроков охраны авторского права и некоторых смежных прав 1993 г. (Бельгия, Франция, Нидерланды и др.). Анализируется практика Суда ЕС по вопросам, связанным с различием, существовавшем в национальных законодательствах стран-членов ЕС по этим проблемам (дело Phil Collins, решение по делу Клифа Ричарда и др.).

Выделяются ключевые элементы гармонизированного правого режима относительно сроков охраны авторского права и смежных прав. Во-первых, устанавливается срок охраны авторского права в течение всей жизни автора и 70 лет после его смерти. Во-вторых, вводится 50 летний срок охраны смежных прав. В-третьих, вводится единство правил исчисления сроков правовой охраны произведений творчества. В-четвертых, вводится правовая охрана прежде неопубликованных произведений и др.

IV. Особое внимание в контексте анализа гармонизационных процессов в сфере авторского права в Европейском Союзе уделяется праву следования. Отмечается, что право следования, под которым понимается право автора произведения изобразительного искусства на получение вознаграждения в каждом случае публичной перепродажи его произведения (в литературе часто употребляется французский термин – «droit de suite»), предствляет собой одну из таких специфических конструкций авторского права, которые не известны целому ряду правопорядков. Эта категория, по сути, не была известна странам общего права (Великобритания и Ирландия), не была закреплена она на момент принятия Директивы 2001/84/ЕС от 01.01.01 г. о праве следования в пользу авторов оригинальных произведений искусства (далее – Директива о праве следования) и в законодательстве таких стран, как Австрия, Нидерланды.

При анализе вводимого гармонизированного коммунитарного режима права следования отмечаются его характерные черты и особенности.

Во-первых, определяется понятие и сфера действия права следования. Отмечается, что обладателем данного права может быть лишь автор оригинального произведения изобразительного искусства. При этом, само право следования выступает как неотчуждаемое право, от которого автор не может отказаться, даже заранее, на получение определенного процента с цены, полученной за любую перепродажу произведения после первой его уступки, осуществленной автором. Кроме того, раскрывается содержание такого ключевого понятия, как «оригинальное произведение изобразительного искусства».

Во-вторых, фиксируются типы продажи оригинальных произведений, охватываемые правом следования. Право следования применяется в случае любой перепродажи, в которой участвуют в качестве продавца, покупателя или посредника профессиональные участники рынка искусства, такие как аукционы, художественные галереи и, в общем виде, любой предприниматель в сфере произведений искусства (дилер). Подчеркивается, что определение права следования, фиксируемое в Директиве 2001 г., значительно уже того, которое закреплено в Бернской конвенции 1886 г., которое применяется к «любой продаже», следующей за первой продажей. Показано, что особую проблему представляет собой сложность мониторинга за неаукционными (непубличными) продажами. Отмечается, что для того, чтобы можно было включить в состав права следования все виды коммерческих продаж, необходимо введение определенных форм нотификационных (уведомительных) процедур. Это могло бы существовать, например, в форме так называемого «централизованного реестра» (национального или общесоюзного (ЕС) характера). При этом продавец должен был бы регистрировать такую продажу по цене равной или большей установленного порога для права следования. Санкции за нерегистрацию, подобные тем, что существуют за неуплату налогов, могли бы помочь реализации этого правила.

В-третьих, определяется круг лиц, ответственных за осуществление платежей, вытекающих из права следования. К их числу, прежде всего, относится продавец произведения изобразительного искусства. Кроме того, это могут быть также покупатели или посредники, являющиеся профессиональными участниками рынка искусств (аукционы, художественные галереи и др.). При этом, предусматривается и возможность раздела суммы платежа между указанными лицами и продавцом. Также обозначается круг лиц, обладающих правом на получение вознаграждение при осуществлении права следования. К их числу отнесены авторы произведений изобразительного искусства и, после их смерти, наследники авторов. Таким образом, как и в Бернской конвенции 1886 г., оставлено на усмотрение национальных законодательств стран-членов ЕС решение о вопроса о том, как переходит право следования после смерти автора.

В-четвертых, закрепляется понижающаяся шкала взимаемых ставок при реализации права следования, которая базируется на пяти ценовых диапазонах. При этом закрепляется так называемая минимальная пороговая цена продажи в 3000 евро, а также правило, согласно которому в любом случае предельная величина платежа, уплачиваемая в рамках права следования, не может превышатьевро. Отмечается, что вплоть до момента принятия Директивы о праве следования, не утихали споры и дискуссии по вопросу о необходимости и целесообразности самой шкалы ставок по праву следования. Предлагалась идея о введении единой процентной ставки по праву следования, тем более, что и национальный опыт во многом свидетельствовал об этом (Франция, Германия). Однако эта идея была отвергнута, а закрепленная схема ставок подвергалась и продолжает подвергаться до ныне серьезной критике в силу своего несовершенства (Ф. Готцен, С. Хьюз и др.).

В-пятых, закрепляются положения, связанные с управлением правом следования. Обращено внимание на то обстоятельство, что государства-члены ЕС могут предусмотреть в своем национальном законодательстве обязательное или факультативное управление правом следования. Отмечается, что указанное положение в целом следует положениям Бернской конвенции 1886 г. и отражает пожелание Европейской комиссии ввести гибкую схему управления правом следования. Намерением Европейской комиссии была идея, согласно которой право следования могло бы управляться публичным (государственным) органом, национальным коллективным обществом (обществами) или же самим правообладателем.

В-шестых, вводится право на получение информации. Авторы и иные правообладатели (являющиеся наследниками автора) наделяются правом на получение любой необходимой информации от профессиональных участников рынка искусств (аукционы, художественные галереи, дилеры и др.), связанной с обеспечением сумм платежей по продажам, вытекающим из права следования. Указанное право на получение информации действует в течение трех лет с момента перепродажи произведения (ст. 9 Директивы о праве следования). Тем не менее, как нам представляется, можно поставить под сомнение саму идею временнòго ограничения права на получение информации.

Спецификой гармонизированного режима права следования в ЕС является то, что закрепляется принцип взаимности как правовая основа для предоставления гражданам третьих стран возможности обладать правом следования. В литературе высказывалась точка зрения (П. Катценбергер, С. Хьюз и др.), что Европейский Союз мог бы выиграть в большей степени от того, если бы применял право следования к авторам из третьих стран безотносительно от того, существует ли взаимность. Если право следования лишь ограничено авторами из стран ЕС, это может послужить аргументом для того, чтобы аукционисты и дилеры в сфере искусства предпочли продавать произведения авторов из третьих стран в ущерб произведениям авторов из ЕС. Таким образом, предоставление droit de suite авторам как можно большего числа стран смогло бы принести большую пользу авторам из ЕС, не говоря уж об очевидном преимуществе и для авторов из третьих стран. Тем не менее, с учетом национального опыта государств-членов ЕС Директива о праве следования закрепляет несколько смягченное положение, согласно которому любое государство-член ЕС в целях защиты права следования может предоставить национальный режим авторам, которые не являются гражданами государств-членов ЕС, но которые имеют постоянное место жительства в этом государстве-члене ЕС.

Как уже отмечалось, введение единого гармонизированного режима права следования в странах-членах ЕС призвано сыграть большую роль в развитии рынка в сфере произведений искусства и в защите прав авторов творческих произведений и их наследников. Более того, единое гармонизированное пространство существования права следования призвано также внести свой посильный вклад в развитие и дальнейшее отражение этого уникального правового института в правопорядках и других стран мира, где право следования еще не известно. Кроме того, как предполагается, вполне возможно ожидать последующих изменений и дополнений Бернской конвенции 1886 г. в части положений, касающихся права следования (статья 14 ter).

V. В работе рассматриваются проблемы гармонизации авторского права и смежных прав в контексте формирования и функционирования информационного общества в ЕС. В этой связи детальному анализу подвергается коммунитарный режим авторского права и смежных прав, базирующийся на положениях Директивы 2001/29/ЕС от 01.01.01 г. о гармонизации некоторых аспектов авторского права и смежных прав в информационном обществе (далее – Директива о гармонизации).

Подчеркивается, что суть нового инструмента гармонизационного процесса ЕС заключается, прежде всего, в адекватном отражении реалий новых технологических вызовов в их преломлении к правовой охране объектов интеллектуальной собственности. В этой связи главная задача предложенной Директивы – гармонизация ряда актуальных аспектов авторского права и смежных прав для единого внутреннего рынка ЕС в специфическом контексте так называемого «информационного общества» (“information society”). В настоящий момент уже общепризнанно, что вызовы различных форм новых технологий с необходимостью требуют адекватных системно-правовых рамок и правил для нового информационно-цифрового окружения, новой виртуальной реальности (А. Дитц, Т. Херен, У. Декер и др.).

Анализ вводимого гармонизированного коммунитарного авторско-правового режима в контексте формирования информационного общества в ЕС сопровождается выделением ключевых позиций и парадигм.

При определении сферы правового регулирования Директивы о гармонизации отмечается, что ее положения направлены на правовую охрану авторского права и смежных прав в рамках внутреннего рынка с учетом особой значимости, уделяемой информационному обществу. При этом особое внимание уделено таким вопросам, как право на воспроизведение, право на доведение произведения до всеобщего сведения, ограничения вышеуказанных прав, право на распространение и его исчерпание, технические меры защиты, информация об управлении правами и др. В основе правового режима, вводимого Директивой гармонизации, находится acquis communautaire (стандарты и достижения Сообщества) и международно-правовые обязательства, вытекающие из новых договоров ВОИС 1996 г.

При анализе права на воспроизведение в контексте его коммунитарной гармонизации отмечается, что данное право, закрепляемое в Директиве о гармонизации, вбирает в себя уже закрепленное ранее в директивных актах ЕС об авторском праве и смежных правах acquis communautaire. Ряд элементов закрепляемого права на воспроизведение встречаются в более ранних директивах ЕС в этой сфере («прямое или косвенное воспроизведение», «временное или постоянное воспроизведение любыми средствами и в любых формах, в целом или в части» и др.). Ст. 2 Директивы о гармонизации 2001 г., расширяя и комбинируя вышеуказанные элементы из acquis communautaire, трансформирует их в унифицированное определение права на воспроизведение для всех категорий правообладателей (авторов всех категорий творческих произведений, правообладателей в сфере смежных прав, охватываемых Директивой о праве на прокат 1992 г.). Кроме того, ст. 2 Директивы о гармонизации содержит решение данной проблемы определения права на воспроизведение, практически полностью соответствующее стБернской конвенции и стДоговора ВОИС об авторском праве 1996 г. Таким образом, Европейская комиссия, по сути, сознательно последовала широкому подходу вышеуказанных международных соглашений, в соответствии с которым акты вопроизведения любыми средствами и в любой форме, включая акты воспроизведения короткие по времени, охватываются правом на воспроизведение.

Хотя исключительное право на вопроизведение не является само по себе новеллой для государств-членов ЕС, оно представляет собой интерес с позиции его коммунитарной гармонизации, о чем справедливо указывается в литературе (М. Дохерти, А. Гриффитс и др.). До настоящего времени законодательство об авторском праве в отношении определения объема права на вопроизведение значительно разнилось в государствах-членах ЕС. Большинство же национальных законодательств, однако, исходят из широкого определения права на воспроизведение, уже включающего так называемую цифровизацию.

Анализ права на доведение произведений до всеобщего сведения, включая право на размещение в режиме он-лайн, позволяет сделать вывод о том, что стДирективы о гармонизации 2001 г., закрепляющая данное право, представляет собой результат имплементации положений ст. 8 Договора ВОИС об авторском праве 1996 г., предоставляющего широкое право на доведение до всеобщего сведения как традиционным способом, так и при помощи новых цифровых технологий в режиме он-лайн. Право на доведение до всеобщего сведения охватывает использование произведений творчества в нематериальной форме (за исключением вещания и форм прямого представления, таких как публичное исполнение и публичное чтение), как, например, публичное исполнение музыки с записанной фонограммы или публичное исполнение или демонстрация вещания. При этом следует отметить, что определение самого понятия «всеобщее сведение» оставлено на усмотрение государств-членов ЕС.

Исключительное право на размещение в режиме он-лайн предусмотрено в стДирективы о гармонизации для исполнителей и производителей фонограмм в соответствии со ст. 10 и 14 Договора ВОИС об исполнениях и фонограммах. Кроме того, уже сверх закрепленных в Договоре ВОИС положений, Директива о гармонизации предусматривает вышеуказанное право и для продюсеров фильмов и вещательных организаций. Показано, что осуществление акта доведения до всеобщего сведения не ведет к коммунитарному исчерпанию указанного права.

Право на распространение, закрепляемое в Директиве о гармонизации (ст. 4), представляет собой, по сути, единственное положение Директивы, которое напрямую не относится к сфере новых технологий. В то же самое время закрепление в Директиве о гармонизации права на распространение являет собой форму имплементации положений ст. 6 Договора ВОИС об авторском праве 1996 г. и своеобразным завершением коммунитарной гармонизации, уже существующей в отношении компьютерных программ, баз данных и в отношении смежных прав. Кроме того, положения о праве на распространение, закрепляемые в ст. 4 Директивы о гармонизации, следуют практике Суда ЕС по вопросу об исчерпании права на распространение в рамках Европейского сообщества.

Исключительное право на распространение предоставляется авторам произведений творчества и включает в себя возможность разрешать или запрещать любую форму распространения, путем продажи или другим способом, оригиналов или копий произведений. Право на распространение в рамках ЕС в отношении оригиналов и копий произведений подлежит исчерпанию в случае первой продажи или любого другого первого перехода права собственности на этот объект, осуществляемым правообладателем или с его согласия.

Закрепляется широкий перечень ограничений и исключений из права на воспроизведение и права на доведение до всеобщего сведения. Ряд из этих исключений и ограничений носят обязательный характер, а другие – факультативный (необязательный) характер. Подчеркивается, что вопрос о перечне ограничений и исключений из правовых режимов, предусмотренных Директивой о гармонизации 2001 г., являлся наиболее дискуссионным и проблемным на всем этапе разработки проекта данного акта. Тем не менее, к моменту принятия Директивы основные разногласия были устранены путем согласования наиболее приемлемых для всех заинтересованных сторон исключений и ограничений и включения согласованного перечня в текст Директивы о гармонизации 2001 г.

Отмечается, что исключения и ограничения должны соответствовать так называемому трехступенчатому тесту п. 5 ст. 5 Директивы о гармонизации, которая, в свою очередь, базируется на ст. 10 Договора ВОИС об авторском праве 1996 г. и ст. 16 Договора ВОИС об исполнениях и фонограммах 1996 г. В соответствии с этим принципом исключения и ограничения, предусмотренные в ст. 5 Директивы о гармонизации (п, могут применяться лишь в некоторых специальных случаях, которые не препятствуют нормальному использованию произведения или иного охраняемого объекта и не наносят неоправданного ущерба законным интересам правообладателя.

Важной новеллой гармонизированного режима авторского права и смежных прав в ЕС в связи с формированием и функционированием информационного общества является возлагаемая на государства-члены ЕС обязанность закрепить в своем национальном законодательстве надлежащую правовую охрану против обхода эффективных технических средств защиты. При этом лицо, осуществляющее такой обход, должно знать или иметь серьезные основания думать, что эти средства преследуют указанную цель.

Что же касается обязательств, относящихся к информации об управлении правами (о правовом режиме), то в данном случае государства-участники ЕС должны предусмотреть в своем национальном законодательстве надлежащую правовую защиту против любого лица, которое намеренно осуществляет без разрешения правообладателя одно из следующих действий: 1) устранение или изменение любой электронной информации, относящейся к управлению правами; 2) распространение, ввоз (импорт) с целью распространения, передача в эфир, доведение до всеобщего сведения или обнародование произведений или иных охраняемых объектов в силу Директивы о гармонизации или главы III Директивы о правовой охране баз данных, электронная информация об управлении правами которых была устранена или изменена без разрешения, зная или имея серьезные основания думать, что, осуществляя это, лицо вызывает, разрешает, облегчает или скрывает посягательство на авторское право или смежные права, а также право sui generis, предусмотренное в сфере правовой охраны баз данных.

Важным достижением вводимого гармонизированного режима авторского права и смежных прав в ЕС является общее обязательство государств-членов ЕС обеспечить необходимые санкции и средства правовой защиты в отношении нарушения прав и обязательств согласно Директивы о гармонизации. Данные санкции должны быть эффективными, пропорциональными и обладающими превентивными качествами. Санкции и средства правовой защиты включают в себя, прежде всего, возмещение причиненного вреда, возможность применения обеспечительных мер, а, в ряде случаев, и конфискацию материалов, используемых для нарушения авторских и смежных прав.

При оценке достигнутого уровня гармонизации авторского права и смежных прав в ЕС в контексте функционирования информационного общества отмечается, что до сего дня продолжают сохраняться проблемы, требующие принятия эффективных мер. С принятием Директивы о гармонизации 2001 г., как казалось, должна была быть создана эффективная система защиты для авторов и иных правообладателей, адекватно отвечающая новым вызовам. На самом же деле, предоставляя права создателям творческих произведений, таким как авторы (по крайней мере в части), предоставляются права и коммерческим структурам, которые будут преследовать монопольные интересы в этой области (например, музыкальная индустрия, является, по сути, главным выгодоприобретателем в контексте новых правовых норм). В этой ситуации существует вполне реальная опасность того, что другая часть общества, заинтересованная в доступе к творческим результатам, во многом от них будет просто отрезана. Более того, новые правила, предусматриваемые Директивой о гармонизации, являются значительно более рестриктивными по отношению к пользователям, чем уже существующие в ряде государств-членов ЕС (например, в Великобритании).

В этой связи необходима более гибкая и широкая система ограничений и исключений из правовых режимов, предусмотренных Директивой о гармонизации 2001 г., тем более, что этому мог бы способствовать и так называемый принцип трехступенчатого теста, закрепляемый в Директиве о гармонизации вслед за аналогичными положениями Договоров ВОИС 1996 г. Однако здесь нас поджидает другая проблема – предоставляя государствам-членам возможность предусмотреть в своем национальном законодательстве дополнительные ограничения и исключения из правовых режимов, предусмотренных в Директиве о гармонизации 2001 г., ставится под угрозу сама идея достижения гармонизации и унификации в сфере авторского права и смежных прав в ЕС. А это, по сути, главная задача всех выше обозначенных европейских инициатив.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6