БУЛАТОВА

АНАСТАСИЯ АЛЕКСАНДРОВНА

НАТО НА РУБЕЖЕ ХХ-ХХI вв: ЭВОЛЮЦИЯ ВНЕШНЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ

И МЕХАНИЗМЫ СОТРУДНИЧЕСТВА

СОДЕРЖАНИЕ

Вступление		стр. 3
ГЛАВА 1.	Трансформация политики НАТО в условиях постбиполярного мира
1.1.	Формирование основ политической и военной реформ	стр. 14
1.2.	Расширение НАТО: последствия и вызовы для архитектуры европейской безопасности	стр. 28
1.3.	Новая стратегическая концепция НАТО	стр. 61
1.4	Миротворчество как инструмент политики НАТО	стр.68
ГЛАВА 2..	Механизмы дипломатического взаимодействия в рамках НАТО и диалог Россия – НАТО: новый формат сотрудничества
2.1.	Политика консенсуса и процесс принятия решений в НАТО	стр.81
2.2.	Трансатлантический фактор в системе взаимодействия стран-членов НАТО	стр.97
2.3.	Диалог Россия - НАТО и новый формат сотрудничества	стр.106
Заключение		стр.115
	Список использованных источников и литературы	стр.129

Вступление.

В конце ХХ века в мире произошли радикальные политические перемены, изменившие сложившуюся расстановку сил. Демократические преобразования в Центральной и Восточной Европе, распад Советского Союза положили конец биполярной системы. В результате окончания "холодной войны" Россия осталась без прежних союзников по ОВД, а НАТО сохранила и укрепила свой потенциал. В 1990 году стартовые позиции НАТО в новой Европе казались отнюдь не более предпочтительными, чем СБСЕ. Правда, и в Лондонской декларации Совета НАТО (июль 1990 года), и в документах римской ее сессии (ноябрь 1991 года), утвердивших новую стратегическую концепцию блока, подчеркивалась необходимость сохранения Североатлантического союза как важного инструмента европейской безопасности. Однако из-за споров внутри самого союза, будущее НАТО выглядело весьма неопределенным.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Как ни парадоксально на первый взгляд, но, пожалуй, одним из оснований новой легитимности блока явилась "проатлантическая" позиция восточно-европейских государств, которые уже в 1989 году стали заявлять о своем стремлении на каком-то этапе войти полноправными участниками в союз. Между тем в самом блоке не очень-то торопились распахнуть двери для новых членов, опасаясь, как бы это не осложнило процесс принятия решений и не заставило вплотную заниматься проблемами восточно-европейских государств.

Оказавшись в ситуации, когда главный противник самоустранился, альянс приобрел новые амбициозные цели. НАТО приняла на себя новую ответственность в таких вопросах, как укрепление стабильности на европейском континенте в целом, предупреждение региональных кризисов и урегулирование возникающих конфликтов, борьба с терроризмом. Если раньше стратегия альянса носила оборонительный характер и состояла преимущественно в поддержании status quo и обеспечении неприкосновенности границ, то теперь перед НАТО открылись новые районы возможностей, на которые, начиная со второй половины 90-х гг., альянс распространил свои гарантии безопасности и которые включил в сферу своих стратегических интересов.

Это стало происходить при отсутствии сопротивления со стороны России. Внешняя политика России формировалась преимущественно как реакция на действия НАТО, а не как собственная инициатива.

Несмотря на то, что новая ситуация заставила НАТО пересмотреть свою внешнеполитическую стратегию, речь могла идти лишь об адаптации альянса к изменившимся реалиям, но не о коренной реорганизации.

Актуальность темы исследования.

После окончания "холодной войны" смысл существования альянса оказался под вопросом. Актуальное значение приобрела проблема определения новых функций альянса в изменившейся ситуации в Евроатлантическом регионе.

Большинство исследователей пришли к мнению, что НАТО должна адаптироваться к новым реалиям[1]. А само изучение эволюции стратегической концепции НАТО и процесса поиска альянсом своей роли в новых политических реалиях чрезвычайно актуально для понимания того, как складывается, трансформируется и функционирует мировая политическая система в постбиполярную эпоху.

Актуальность темы диссертационной работы определяется тем, что современный мир переживает динамичные перемены, затрагивающие интересы Российской Федерации. Ведь после окончания "холодной войны" произошла глубокая трансформация международных отношений. Новая амбициозная политика НАТО является элементом современной политической реальности. Войны в Персидском заливе, где были задействованы ресурсы стран НАТО, агрессия НАТО в Югославии, война в Афганистане показали военную мощь союзников, которые не имеют равносильного соперника. А для России это означает новые вызовы ее национальным интересам и необходимость сформулировать адекватный внешнеполитический ответ.

Структура работы.

Работа состоит из двух глав, вступления, заключения и списка использованных источников и литературы. Общий план работы определяется по схеме: эволюция внешнеполитической стратегии НАТО (где рассматриваются политика НАТО по адаптации к постбиполярному миру, факторы и условия формирования новой стратегической концепции НАТО, эволюция взглядов НАТО на миротворчество, первая глава); механизмы дипломатического взаимодействия в рамках НАТО и диалог между Россией и НАТО на современном этапе (где рассматриваются политика консенсуса и процесс принятия решений в НАТО, трансатлантический фактор в системе взаимодействия стран-членов, а также особенности нового качества отношений Россия – НАТО, вторая глава).

Методологической основой диссертационного исследования стали проблемно-хронологический метод и метод сравнительного анализа. Соответственно, первый применялся для оценки различных этапов адаптации НАТО к постбиполярному миру, а второй – для определения основных характеристик эволюции внешнеполитической стратегии альянса и трансформации натовского дипломатического механизма сотрудничества. В ходе работы был проанализирован широкий круг документов и печатных материалов Секретариата НАТО, а также теоретические разработки, содержащиеся в трудах российских и иностранных ученых.

Степень научной разработанности темы.

Работа над диссертацией наглядно показала востребованность проблематики и стабильный интерес к деятельности НАТО на рубеже веков со стороны российских и зарубежных авторов, что, как представляется, подтверждает актуальность исследования. Большинство опубликованных работ состоит из научных статей и коллективных монографий. Эволюция стратегической концепции НАТО и процесс поиска альянсом новой политической ниши, механизмы принятия решений в НАТО обсуждаются в непосредственной связи с трансформацией альянса, акцией против Югославии, событиями в Ираке, Афганистане и новой архитектурой европейской безопасности.

Проблематика деятельности НАТО после окончания "холодной войны" достаточно широко освещена в трудах российских политологов и историков.

Исследования, которые велись в начале 90-х гг., написаны в духе оптимистических прогнозов того времени. Их авторы не смогли предположить развитие событий в Югославии, неоднозначную позицию Запада в отношении интересов России в строительстве новой архитектуры безопасности в Европе.

Научные работы конца 90-х гг. носят реалистический и многоаспектный характер. Особо привлекают внимание исследования , , , , которые отличаются обстоятельностью, высокой информативной содержательностью, профессионализмом и в которых освещены политические реалии в области безопасности в Евроатлантическом регионе.[2]

Пожалуй, наиболее обстоятельным образом проблематика НАТО представлена в исследованиях , который посвятил ей немало своих работ. Штоля отличает фундаментальность, глубокое знание предмета, стремление досконально разобраться в наступательной политике альянса и проанализировать возможные сценарии трансформации НАТО.

Позицию, характеризующуюся, в основном, позитивной оценкой в отношении НАТО занимает . Мое особое внимание среди ее работ привлекли исследования, посвященные новой архитектуре безопасности в Европе, расширению НАТО на Восток, адаптации НАТО к новым политическим реалиям.[3]

Выразителями более критической оценки НАТО являются такие исследователи, как - интерес вызвали его работы по проблемам европейской безопасности,[4] , , .[5]

В публикациях, по-прежнему, уживаются две полярные точки зрения – с одной стороны, идея вступления России в НАТО, с другой стороны, полное недоверие и неприятие сближения с Североатлантическим союзом.

Так, многие политические деятели и авторы видят лишь один путь – противостояние Североатлантическому альянсу, в то время как партнерство с альянсом является объективной реальностью. Общие угрозы и вызовы заставили Россию и НАТО, ища точки соприкосновения, сотрудничать и взаимодействовать.

Официальные позиции МИД России по проблемам взаимоотношения с НАТО представлены в работах бывшего заместителя директора Департамента общеевропейского сотрудничества (ДОС) МИД Казанцева[6], курировавшего отдел НАТО, а также в работах нынешнего заместителя директора ДОС МИД Келина[7].

Из научных трудов общего плана следует отметить монографии , , [8] Все эти научные публикации раскрывают общие проблемы и новые тенденции в международных взаимоотношениях современного мира. Кроме того, в них рассматриваются актуальные проблемы современных международных отношений и проблемы международной безопасности, их содержание и основные теоретические подходы.

В западных исследованиях анализ участия Североатлантического альянса в разрешении двух югославских конфликтов, проблема распространения зоны ответственности и расширения НАТО на Восток, сводится к тому, что НАТО смогла преодолеть кризис идентичности и занять свою нишу в новой политической реальности именно благодаря этому[9].

Расширение же НАТО на Восток в публикациях западных специалистов, как правило, рассматривается как победа демократической идеи и либеральных ценностей[10].

Среди зарубежных исследований особого внимания заслуживают труды таких экспертов, как Р. Асмус, Ф. Гордон, П. Корниш, Д. Йост, Дж. Симон, Г. Соломон, Т. Тревер, Дж. Голджиер, Г. Грейсон, Р. Хантер, которые посвящены расширению НАТО на Восток, проблемам адаптации НАТО к новым политическим условиям постбиполярного мира, а также проблемам разработки новой стратегической концепции НАТО.[11]

В целом, обобщение выдвинутых в российских и иностранных источниках аналитических выводов и заключений свидетельствует о том, что рассматриваемые в диссертации вопросы весьма актуальны.

Объектом исследования является эволюция внешнеполитической стратегии НАТО в условиях окончания "холодной войны", анализ которой позволяет понять, что из себя представляет НАТО в настоящее время и какую роль она играет в современной политической системе.

Предметом исследования являются процесс поиска альянсом своей роли в новых политических реалиях и функционирование механизма дипломатического взаимодействия, как в рамках НАТО, так и с Россией.

Хронологические рамки включают в себя последнее десятилетие
XX века и начало XXI столетия.

90-е годы в истории НАТО можно разделить на два этапа. С 90 г. по 94 г. – это подготовительный этап (от Лондонской декларации до встречи Совета НАТО в 94 г.)[12]. С 94 г. по 2004 г. – этап конкретизации и завершения формирования новой стратегической концепции НАТО.

Цель диссертационной работы заключается в том, чтобы проследить эволюцию взглядов руководства НАТО на место и задачи альянса в современном мире, а также проследить трансформацию натовского дипломатического механизма сотрудничества и координации.

Исходя из указанной цели, в исследовании ставятся следующие задачи:

- во-первых, проследить процесс адаптации стратегической концепции НАТО к резко изменившейся после окончания эпохи "холодной войны" политической ситуации в Европе;

- во-вторых, проследить трансформацию дипломатического механизма сотрудничества и координации, как в рамках НАТО, так и с Россией;

- в-третьих, проследить эволюцию взглядов НАТО на свое место и задачи в современном мире.

Научная новизна.

В настоящей диссертационной работе впервые предпринята попытка, одновременно исследуя эволюцию внешнеполитической стратегии НАТО, проанализировать существующий в НАТО дипломатический механизм сотрудничества и возможности, открывающиеся для взаимодействия России и НАТО в результате формирования нового качества отношений России-НАТО.

Научно-практическая значимость.

Научно-практическая значимость исследования состоит в том, что материалы работы могут быть использованы при подготовке лекционных курсов в учебных заведениях соответствующего профиля, в практической деятельности МИД и других организаций. Материалы исследования могут лечь в основу специальных разделов при написании фундаментальных работ, учебных пособий по проблемам новейшей истории, безопасности и организаций, обеспечивающих международную безопасность.

ГЛАВА 1. ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОЛИТИКИ НАТО

В УСЛОВИЯХ ПОСТБИПОЛЯРНОГО МИРА

1.1.Формирование основ политической и военной реформ.

Окончание "холодной войны" и все те преобразования, которые произошли в Европе, не могли не оказать влияния на внешнеполитическую стратегию НАТО, организация должна была отвечать новым политическим реалиям. Североатлантический альянс столкнулся с серьезнейшей задачей адаптации к новой политической ситуации, развития новых отношений со странами Центральной и Восточной Европы, а также переосмысления своей роли в новых условиях. Начало процесса адаптации НАТО к новым политическим реалиям было положено Лондонской сессией Совета НАТО на высшем уровне летом 1990 года. Там была принята Декларация, в которой главы государств и правительств объявили о серьезных мерах по преобразованию Североатлантического Союза с учетом новой обстановки в сфере безопасности и прекращения конфронтации между Востоком и Западом. В ней констатировалось начало новой, многообещающей эры для Европы, в которой НАТО должна стать институтом, "в котором европейцы, канадцы и американцы прилагали бы общие усилия не только в целях обеспечения общей обороны, но и для создания нового партнерства со всеми государствами Европы"[13].

Участники Лондонской встречи обратились к правительствам стран Центральной и Восточной Европы с предложением установить постоянные дипломатические связи с НАТО и перейти от конфронтации к сотрудничеству. В Лондоне было заявлено об отсутствии у Альянса агрессивных намерений, подтверждена приверженность мирному урегулированию конфликтов и отказ от применения первыми военной силы. Страны-члены взяли курс на принятие новой военной стратегии альянса, предусматривающей переход от "обороны на передовых рубежах" к сокращению присутствия сил на передовых рубежах, а также внесение изменений в доктрину "гибкого реагирования", которые отражали бы уменьшение опоры на ядерное оружие.

В Лондоне сложился консенсус по следующим областям ограничения военной деятельности:

- развертывание на границах менее многочисленных и реорганизованных регулярных сил;

- постепенное снижение боеготовности своих частей, сокращение требований по боевой подготовке и числа учений;

- установление по возможности наиболее низкого и стабильного уровня ядерных сил, необходимого для гарантированного предотвращения войны;

- в большей мере, чем раньше, была сделана ставка на способность в случае необходимости к наращиванию вооруженных сил, а не на постоянное поддержание их численности на высоком уровне.

Положения Лондонской декларации получили дальнейшее развитие на Копенгагенской встрече министров иностранных дел (летом 1991 г.), на встрече на высшем уровне в Риме в 1991 году, где была принята новая стратегическая концепция альянса. Тогда необходимость ее принятия обосновывалась возникновением "многообещающей эры в Европе", преодолением политического раскола, который был источником военной конфронтации в период "холодной войны"[14]. Несмотря на заявление альянса, что "новая политическая и стратегическая обстановка позволяют ему изменить целый ряд важных черт своей военной стратегии и выработать ее новые основные принципы...", в концепции было оставлено положение о том, что альянс "намерен сохранять в обозримом будущем оправданное сочетание ядерных и обычных сил в Европе..." и что "ядерные вооружения имеют" большое значение для сохранения мира[15].

В стратегии говорится о том, что подготовка к отражению крупномасштабного нападения более не является центральной задачей Альянса. Более вероятной угрозой безопасности стран НАТО являются межэтнические конфликты и территориальные споры. В соответствии с этим НАТО отказалась от концепции "выдвинутой обороны" и "гибкого реагирования". Сердцевина новой стратегии - антикризисное урегулирование.

Сразу же после одобрения новой стратегии в ноябре 1991 г. в рамках НАТО развернулась широкая дискуссия по вопросу о том, как интерпретировать антикризисное урегулирование - в узком смысле, т. е. в чисто оборонительном измерении, или же в более широком, включая операции по поддержанию мира вне зоны действия Североатлантического договора. Вскоре были сделаны заявления, что Североатлантический союз готов выступить за проведение операций по поддержанию мира в зоне ответственности ОБСЕ и под эгидой СБ ООН. В этом контексте была начата разработка концепции так называемых совместных объединенных оперативно-тактических групп.

В 1994 г. была одобрена концепция "многонациональных оперативных сил", которая нацелена на реализацию операций по поддержанию и восстановлению мира. Эта концепция была одобрена как важная часть адаптации структур союза к изменениям в условиях европейской безопасности. Концепция была направлена на создание в НАТО оперативных средств реагирования на новые задачи в области безопасности, а также на объединение сил при участии стран, не входящих в НАТО, в операциях под руководством НАТО. По сути, с начала 90-х годов НАТО приобщилась к проведению антикризисного урегулирования в Боснии.

Североатлантический союз попытался также найти ответ на ситуацию, сложившуюся в результате распада ОВД - был создан Совет североатлантического сотрудничества (ССАС), на смену которому потом пришел Совет евроатлантического партнерства (СЕАП). Идея создания ССАС была выдвинута на встрече в верхах НАТО в Риме в ноябре 1991 г., инаугурационное заседание ССАС прошло уже в декабре 1991 года.

ССАС сыграл существенную роль в отходе от конфронтации периода "холодной войны" и содействовал развитию новой архитектуры безопасности Европы, строящейся на основе сотрудничества. Его первоначальной целью, как указывалось в коммюнике саммита НАТО в Риме, было "развивать институционализированные отношения сотрудничества и консультаций по вопросам политики и безопасности"[16].

Создание ССАС послужило основой механизма регулярных консультаций между НАТО и нарождающимися новыми демократиями в

Центральной и Восточной Европе и Евроазиатском регионе.

Появление ССАС стало одним из первых шагов адаптации НАТО к изменениям в условиях европейской безопасности. На учредительном заседании 20 декабря 1991г. министры государств - участников ССАС (представистран НАТО, шести стран Центральной и Восточной Европы, а также трех стран Балтии) договорились, что Совет будет "концентрировать свое внимание на вопросах безопасности и связанных с ней проблемах, включая военное планирование, концептуальные подходы к контролю над вооружениями, отношения между военными и гражданскими, управление воздушным движением, конверсию военной промышленности и вопросы "третьего измерения" программ НАТО в области науки и охраны окружающей среды"[17]. Программы ССАС разрабатывались специально для того, чтобы оказать государствам-партнерам помощь в процессе проведения институциональных, политических, экономических и военных реформ. Широкое поле сотрудничества между странами - участницами соответствовало широкому подходу к концепции безопасности, представленной в коммюнике саммита НАТО в Риме. Одиннадцать государств, возникших на территории бывшего Советского Союза и образовавших СНГ, в декабре 1991 г. стали участниками ССАС. В 1992г. к ССАС присоединились Грузия и Албания, а к 1997 году, когда на смену ССАС пришел СЕАП, в его составе было уже 22 партнера по сотрудничеству.

ССАС содействовал достижению большей открытости и доверия в вопросах безопасности между государствами-участниками. Используя успешный опыт сотрудничества и достижения консенсуса между демократическими государствами в рамках НАТО, ССАС внес значительный вклад в укрепление добрососедских отношений в регионе ССАС. В рамках ССАС зародились мероприятия по взаимодействию в таких областях, как оборонное и военное планирование, взаимодействие

между гражданскими и военными в области управления воздушным движением, гражданское планирование при чрезвычайных ситуациях, развитие прочных отношений между военными и гражданскими и демократического контроля над вооруженными силами.

В рамках специальной группы ССАС по миротворчеству в 1993 году был разработан Афинский доклад, в котором государства-участники определили ряд принципов и критериев сотрудничества с целью поддержки миротворческих операций под эгидой ООН или ОБСЕ. Создание и последующая деятельность этой группы явились серьезным успехом в продвижении сотрудничества государств в рамках миротворчества. На встрече на высшем уровне Североатлантического Совета в январе 1994г. в Брюсселе НАТО пригласила страны ССАС присоединиться к новой программе сотрудничества с НАТО, известной под названием "Партнерство ради мира "(ПРМ). Приглашение к участию в ПРМ было также направлено и другим странам - участницам СБСЕ. Приглашение было принято 27-ю странами. В настоящее время в Рабочей программе партнерства перечислены следующие области сотрудничества[18]:

- вопросы, связанные с противовоздушной обороной;

- управление воздушным движением/контроль;

- гражданское чрезвычайное планирование (включая готовность к стихийным бедствиям);

- концептуальные, плановые и оперативные аспекты миротворчества;

- консультации, командование и управление (включая системы связи и информации, оперативное материально-техническое обеспечение);

- урегулирование кризисных ситуаций;

- военное планирование и формирование бюджета;

- военная политика и стратегия;

- демократический контроль над вооруженными силами и оборонными структурами;

- радиоэлектронная борьба;

- обучение иностранным языкам;

- медицинские службы;

- метеорологическое обеспечение сил НАТО/партнеров;

- военная география;

- военные учения и связанная с ними деятельность по общей подготовке;

- военное образование, обучение и доктрина;

- перевозки и транспортировка;

- системы навигации и опознания, аспекты оперативной совместимости, процедуры и терминология;

- учения невоенного характера и связанная с ними деятельность по общей подготовке;

- оперативные, материальные и управленческие аспекты стандартизации;

- планирование, организация и управление национальных оборонных исследований и технологии;

- планирование, организация и управление национальными программами военных закупок;

- международное сотрудничество в области вооружений.

По каждому из этих направлений проводятся многочисленные мероприятия, организуемые гражданскими или военными органами НАТО, а также государствами-партнерами. Эти виды деятельности, число которых в 1998 г. достигло 2000, выступают в качестве "меню" возможных вариантов, из которых партнеры могут выбирать мероприятия для включения их в свои Индивидуальные программы партнерства. Практически все органы НАТО прямо или косвенно участвуют в работе по программе ПРМ и проводят совместную деятельность с государствами - партнерами Североатлантического союза.

В мае 1997г. в Синтре преемником ССАС стал Совет евроатлантического партнерства (СЕАП). СЕАП был создан как единый механизм взаимодействия, сменивший ССАС и вобравший в себя ПРМ. Главные аргументы в пользу такой реформы сводились к следующему[19]:

- упрощение и рационализация деятельности двух близких по выполняемым задачам институтов;

- усиление политического компонента ПРМ.

В основном документе, определяющем параметры деятельности СЕАП, страны-участницы подтвердили то, что ключевая роль в обеспечении безопасности и стабильности Европы принадлежит ОБСЕ. В рамках СЕАП возможности политических консультаций и практического сотрудничества открыты для всех союзников и партнеров в равной степени. В нем также сохранился индивидуальный подход для того, чтобы партнеры могли сами определить уровень и области сотрудничества с НАТО.

С окончанием "холодной войны" Европа уже не стояла перед угрозой войны между блоками – НАТО и ОВД. Поэтому в 1990-92 гг. началась реорганизация военных структур Североатлантического союза с тем, чтобы приспособить их к новым задачам, связанным с реализацией антикризисной стратегии. Лица, ответственные за принятие решений в НАТО, считали, что общая численность объединенных вооруженных сил союза может быть снижена, а ядерные вооружения сокращены. Одновременно предусматривалось повысить мобильность вооруженных сил, усовершенствовать системы командования, контроля, связи и разведки, инфраструктуру и материально-техническое оснащение с учетом новых задач антикризисного урегулирования. В течение первых шести лет 90-х годов военные расходы союзников по НАТО сократились на 22%; численность военного персонала сократилась на 24%; обычных вооружений - на 36,6%; что касается ядерных вооружений, то с 1991 г. по 1993 г. НАТО их сократила на 80%[20].

Были произведены значительные сокращения численности войск, находящихся в состоянии высокой боевой готовности. Вооруженные силы также были отведены от старых линий противостояния и передислоцированы: например, вооруженные силы США в Европе подверглись сокращению на 2/3, а большая часть союзных войск, ранее размещенных в Германии, теперь покинула эту страну. Было принято решение об усовершенствовании командной структуры - количество командований сокращается с 60 до 25. В январе 1994г. была одобрена концепция многонациональных оперативных сил (МОС), предусматривающая возможность формирования коалиционных сил для проведения операций с участием стран НАТО, ЗЕС, а также государств, не являющихся членами данных союзов. Продвижения в развитии концепции МОС как средства повышения способности Североатлантического союза к скорейшему развертыванию сил удалось достичь на Мадридской встрече 1997г., а сама концепция МОС применялась на практике в контексте операций миротворческих сил ИФОР и СФОР, действовавших под руководством НАТО в Боснии и Герцеговине.

На встрече в Берлине в июне 1996 г. министры иностранных дел стран НАТО приняли решение о создании в рамках Североатлантического союза Европейской составляющей безопасности и обороны (ЕСБО), основными элементами которой являются[21]:

- политические обязательства по повышению эффективности вклада Европы в деятельность Союза и обеспечению тесного сотрудничества между НАТО и ЗЕС;

- развитие ЕСБО в рамках НАТО;

- проведение регулярных совместных заседаний ССАС и Совета ЗЕС;

- возможность предоставления в конкретных случаях сил и средств НАТО для поддержки операций под руководством ЗЕС;

- механизмы передачи и возвращения сил и средств НАТО и контроль за их использованием;

- тесные консультации между НАТО и ЗЕС по вопросам планирования и проведения операций под руководством ЗЕС, в которых задействованы силы и средства НАТО;

- учет требований, предъявляемых к проведению операций под руководством ЗЕС, в системе оборонного планирования НАТО;

- способность командной структуры НАТО предоставлять штабные элементы и командный состав для выполнения командно-управленческих функций в ходе операций под руководством ЗЕС;

- осуществление планирования и проведение учений силами НАТО с целью подготовки типовых операций ЗЕС по просьбе ЗЕС и во взаимодействии с ним.

Цель ЕСБО состояла в обеспечение европейским союзникам возможности поддерживать ту или иную операцию, проводимую под руководством ЗЕС, опираясь на командные структуры, потенциал планирования и военные силы и средства НАТО.

Итак, пытаясь найти ответ на ситуацию, сложившуюся в результате окончания "холодной войны", НАТО в 1991 г. приняла новую стратегию. Ответом на ситуацию, сложившуюся в результате распада ОВД, было создание ССАС, на смену которому пришел СЕАП, выдвижение идеи ПРМ. В гг. НАТО приступила к реорганизации военных структур. Таким образом, НАТО демонстрировала, что обладает адаптационными способностями к новой политической ситуации.

1.2.Расширение НАТО: последствия и вызовы для архитектуры европейской безопасности.

Вопреки имеющей принципиальное значение констатации копенгагенской (июнь 1991 г.) сессией Совета НАТО того, что Североатлантический блок "не будет добиваться никаких односторонних преимуществ в результате изменения ситуации в Европе"[22], после некоторого периода выжидания Запад приступил к перегруппировке сил в евро-атлантическом регионе с целью закрепления и развития благоприятных для него геополитических перемен. С осени 1993 г. в странах ЦВЕ и на Западе активизировалась дискуссия о расширении НАТО на Восток. Январские решения 1994 г., по существу, открыли двери НАТО для вступления новых членов из числа стран ЦВЕ. Тогда в наиболее "концентрированной форме" позиция натовских стран по отношению к расширению НАТО была выражена в докладе известного американского политического деятеля З. Бжезинского. Бжезинского сводилась к следующему[23]:

- расширение НАТО предопределено самой логикой исторического развития Европы и сопротивляться ему бессмысленно и бесполезно;

- нельзя упускать представившуюся историческую возможность присоединить страны Восточной и Центральной Европы к западной цивилизации.

Для оценки и выяснения содержания проблемы расширения НАТО на Восток следовало бы ее рассмотреть, прежде всего, с точки зрения эволюции позиции самих стран НАТО по поводу расширения.

Начало 90-х годов вошло в историю как период глубоких позитивных перемен, окончания конфронтации и раскола Европы. Одним из основополагающих документов, призванных заложить основы нового мирного прядка на континенте, стал Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии от 01.01.01 г. Важнейшим его положением была статья 5, согласно которой иностранные войска, ядерное оружие и его носители не будут размещаться в восточной части Германии и развертываться там.

Руководители государств Запада и Востока Европы в ряде дипломатических документов и официальных заявлений в 1990-92 гг. отмечали, что следует не расширять НАТО, а, наоборот, приступить к "радикальному преобразованию" союза.

В 1990 г., будучи министром иностранных дел и вице-канцлером ФРГ, Ганс-Дитрих Геншер говорил о несовместимости расширения НАТО на Восток и объединения Германии. Он считал, что гарантией безопасности должна стать линия раздела между вооруженными силами НАТО и СССР, проходящая через территорию бывшей ГДР.[24] Сессия Совета НАТО в верхах приняла Лондонскую декларацию о преобразовании Североатлантического союза от 5 июля 1990 г., в которой говорилось о продолжении переговоров о сокращении вооруженных сил в Европе в том же составе и с тем же мандатом. Позднее сессия Совета НАТО в Копенгагене (6-7 апреля 1991 г.) заявила, что "преобразованный Североатлантический союз представляет собой важный элемент новой архитектуры неразделенной Европы".[25] В "Пражских тезисах" министров иностранных дел ФРГ и Чехословакии от 01.01.01 года подчеркивалось, что "граница, которая разделяла Европу, не должна быть перемещена на западную границу СССР"[26].

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5