Западня для императора (стр. 1 )

ЗАПАДНЯ ДЛЯ ИМПЕРАТОРА

К 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года

Тайны великой войны

История победы русской армии над «великой армией», которую возглавлял гениальный полководец, до сих пор многим не понятна.

Существует такой расхожий штамп: 12 июня 1812 года войска Наполеона перешли Неман и началась Отечественная война. Последствия вероломного и неожиданного нападения известны: долгое и мучительное отступление русской армии, возглавляемое «немцем» Барклаем де Толли, оставленный Смоленск, приход к руководству армией русского командующего Кутузова, который, правда, почему-то не задумываясь, продолжил начатое «немцем» Барклаем отступление.

Затем Бородино, сожжённая Москва, Тарутинский маневр, стихийное народное партизанское движение, правда, почему-то возглавляемое подготовленными кадровыми офицерами, отступление французов по разоренной смоленской дороге, а затем переправа остатков преследуемой французской армии через Березину. Окончание Отечественной войны под самый Новый год и начало заграничного похода.

Пока русские отступали до Москвы, вроде бы, всё более или менее ясно, а что вдруг случилось потом? В Россию вошло свыше 600 000 человек, а вышло менее 30 000. Как такое могло произойти?! Вопросы, ответы на которые не дают покоя до сих пор. Поэтому, как правило, зачастую и преподносится победа России, как случай, некая ирония судьбы.

Эта загадка волнует и самих французов. История кампании 1812 года представляет даже больший интерес, чем для русских. Верить в возможность существования русской военной мысли им как-то не хочется, и потому ищутся всё новые и новые объяснения катастрофе 1812 года. Специалисты из Средиземноморского университета в Марселе, например, пришли к выводу, что роковую роль в судьбе наполеоновской армии сыграли вши.

Медицинское освидетельствование участников русского похода стало возможным благодаря находке, случайно сделанной несколько лет назад под Вильнюсом. Проведённый медиками анализ зубной пульпы свидетельствовал, что среди французских военных свирепствовали тиф и окопная лихорадка, разносчиками которых обычно являются вши. Нашли исследователи и самих виновников наполеоновского поражения – в 2 кг грунта, взятого из захоронения, обнаружились пять дохлых вшей. Тут же появилось предположение, что это бактериологическое оружие русских.

Видимо, скоро появятся версии, что в 1812 году русские впервые в мире применили и некое химическое, а, может быть, и атомное оружие.

Так что же на самом деле случилось на бескрайних просторах России? А точнее, как и почему такое могло произойти? Кто же и чем смог одолеть непобедимого корсиканца? Есть ли «военная тайна» у Отечественной войны? И, если есть, то почему «военная тайна» так долго оставалась за семью печатями?

Пожалуй, трудно назвать ещё одну войну, на восприятие которой так подействовала художественная литература. По сути, роман Льва Николаевича Толстого заменил, или даже, точнее, подменил подлинную историю. Историю, которая, по разного рода причинам, до недавнего времени оставалась неизвестной. В том числе, естественно, была неведома и самому автору «Войны и мира». Хотя, ведь у Толстого были несколько иные задачи и обвинять автора в чём-либо, конечно же, нельзя.

Тайны Отечественной войны. Их наличие и в самом деле удивительно, как и то, что, казалось бы, самая известная война так долго хранила свои секреты. Но есть такая удивительная профессия, чья внешне незаметная, но более, чем значимая работа, порой несправедливо долго остаётся в тени, за рамками внешних событий историй. Это разведка.

Война спецслужб – это высочайшая по накалу борьба, от результата которой зависят не только жизни тысяч и миллионов людей, но и судьбы целых государств.

Война 1812 года была первой в истории России войной, выигранной благодаря русской военной разведке, то есть, благодаря тем людям, которые, казалось бы, далеки от эпицентра событий. Чьи методы работы никогда не афишируются, чьи заслуги публично не обсуждаются. Но приходит время, порой очень много времени, и имена подлинных героев становятся известны. Как известны и понятны причины, тайные пружины многих событий, повлиявших на ход всей мировой истории.

Западня для императора

10 июня 1812 года император Наполеон прибыл в польский город Вильковишки. Там он, решив немедленно открыть военные действия, продиктовал приказ по армии: «Солдаты! Вторая война польская началась. Первая кончилась под Фридландом и Тильзитом. В Тильзите Россия поклялась на вечный союз с Францией и войну с Англией. Ныне нарушает она клятвы свои и не хочет дать никакого изъяснения о странном поведении своём, пока орлы французские не возвратятся за Рейн, предав во власть её союзников наших. Россия увлекается роком! Судьба её должна исполниться. Не почитает ли она нас изменившимися? Разве мы уже не воины аустерлицкие? Россия поставляет нас между бесчестием и войной. Выбор не будет сомнителен. Пойдем же вперед! Перейдем Неман, внесём войну в русские пределы. Вторая польская война, подобно первой, прославит оружие французское; но мир, который мы заключим, будет прочен и положит конец пятидесятилетнему кичливому влиянию России на дела Европы».

Кстати

Как свидетельствовал участник похода, будущий писатель Стендаль (настоящее имя и фамилия Мари-Анри Бейль) Наполеон говорил: «Если я добьюсь успеха в России, я буду владыкой мира».

А граф де Местр писал: «Ни в чём так не ошибся Наполеон, как в своей оценке характера и расположения русской нации».

Исторический портрет

Наполеон Бонапарт замахнулся на господство над всем миром, и едва не добился своей цели. Блестящий полководец и знаменитый император до сих пор будоражит умы историков, психологов и даже обычных людей.

Наполеон – одна из центральных фигур всего XIX века. Он сумел опустить на колени пол-Европы, но покорить Россию у него так и не получилось.

Наполеон Бонапарт появился на свет в 1769 году на Корсике в дворянской семье. Окончив военную школу, он стал быстро делать карьеру и в 1796 году, уже был командующим французской армией в Италии. Правда, в 1798 Наполеон оказался в бедственном положении, когда его флот был уничтожен британцами в битве на Ниле.
  Франция в то время столкнулась с новой коалицией – Австрия и Россия в союзе с Великобританией. Наполеон вернулся в Париж, где правительство переживало серьезный кризис. В результате военного переворота в ноябре 1799, первым консулом стал именно Наполеон. В 1802 году он – действующий консул, а спустя два года – император.

Он руководил централизацией власти, созданием Банка Франции и правовой реформой. И был во главе армии, которая одерживала победы, одну за одной. В 1810 году завершил свой бездетный брак с Жозефиной и женился на дочери австрийского императора в надежде иметь наследника. Через год у него родился сын.

В 1812 году он решил начать войну с Российской империей.

Ночью 12 июня 1812 года французская армия переправилась через Неман и вступила в пределы России. Армия Наполеона, которую сам он называл "великой армией", насчитывала свыше человек и 1420 орудий. Помимо французов, в неё входили национальные корпуса европейских стран, покорённых Наполеоном, а также польский корпус маршала Юзефа Понятовского.

Главные силы Наполеона были развернуты в два эшелона. Первый (человек и 940 орудий) состоял из трёх группировок: правое крыло во главе с Жеромом Бонапартом человек, 159 орудий) должно было двигаться на Гродно, отвлекая на себя как можно больше русских сил; центральная группировка под командованием Евгения Богарне человек, 208 орудий) должна была помешать соединению 1-й и 2-й русских армий; левое крыло во главе с самим Наполеоном (человек, 527 орудий) двинулось на Вильно. Левому крылу отводилась главная роль во всей кампании.

В тылу, между Вислой и Одером оставались второй эшелон – человек, 432 орудия и резерв (корпус маршала Ожеро и другие войска). Главной стратегической задачей завоеватель Европы считывал поодиночке и быстро разгромить главные силы русской армии ещё в приграничных районах.

Так началась война, которую Наполеон называл второй польской, но в историю она вошла как Отечественная.

И тут же возникают первые вопросы. Если тогда, в 1812 году началась вторая польская, то когда же была первая? Когда та, первая, началась, чем завершилась. И до какой степени начало второй польской войны было внезапно?

О дне и часе начала второй Польской войны российское военное командование было прекрасно информировано. И подготовлено к ней. Оно знало о неминуемости войны. Ни о какой внезапности и речи не могло быть. Мало того, тогда 12 июня 1812 года, великий корсиканец, форсировав Неман, и сделал первый шаг в ловушку. В западню, которую для него тщательно и педантично готовили те, кого он называл «хитрым византийцем» и «хитрым шотландцем». В этом Наполеон убедился довольно скоро, но окончательно понял только в Москве.

Мало, кто знает

Франция начала вторую польскую войну, а Россия – четвёртую войну в дополнение к тем трём, которые ей уже приходилось вести в 1812 году.

Это были войны: с Британской империей, с Оттоманской империей, то есть, Турцией, с Персией и с Австрийской империей. В каждой из этих войн были свои решающие сражения, свои герои и свои тайны.

Улыбка «Северного сфинкса»

Как известно, войны развязывают не военные, а политики. Как, впрочем, известно, ничего не возникает на пустом месте. У всего есть своя предыстория.

Не зря даже роман «Война и мир», посвящённый войне 1812 года, Толстой начинает событиями 1805 года. Правда, они разворачиваются в великосветском салоне Петербурга, где читатель знакомится с основными героями романа.

А вот история подлинных событий, предшествовавших войне 1812 года, началась совсем в другом месте, и основные участники будущих событий уже примерили на своих плечах погоны, которые вскоре сменят введённые в русской армии эполеты.

Возможно встреча двух высокопоставленных русских господ весной 1807 года на берегу Балтийского моря в городе Мемеле (современная Клайпеда) не вызвала бы никакого интереса, если бы не четыре обстоятельства.

Первое: одним из господ был российский император Александр I Павлович. Вторым был русский генерал Михаил Богданович Барклай де Толли.

Второе: это то, что именно император приехал навестить раненного генерала.

Третье: это предмет разговора.

И четвертое, главное: последствия этой встречи. Не только для судеб этих двух людей, но и всей империи, судьбы Европы, да и всего мира.

Исторический портрет

Александр I Павлович, старший сын императора Павла I Петровича и его второй жены императрицы Марии Фёдоровны родился 12 декабря 1777 года в Петербурге. Считается, что от своей бабушки будущий император унаследовал гибкость ума, умение обольщать собеседника, страсть к актерской игре, граничащую с двуличием. В этом Александр, едва ли, не превзошёл Екатерину II. «Будь человек с каменным сердцем, и тот не устоит против обращения государя, это сущий прельститель», — писал сподвижник  М. Сперанский. Не зря, за глаза Александра называли «северным сфинксом», а Наполеон именовал его «хитрым византийцем».

Он вступил на престол после убийства своего отца в результате заговора.

В сфере внешней политики Александр проявил себя как только пришёл к власти: он начал создавать в Европе систему коллективной безопасности, связав все ведущие державы между собой рядом договоров. Однако, уже в 1803 году мир с Францией оказался для России невыгодным, в мае 1804 года российская сторона отозвала своего посла из Франции и стала готовиться к новой войне. Но Александр переоценил свои возможности, что и привело к катастрофе под Аустерлицем в ноябре 1805 года.

Подписанный в июне 1806 года мирный трактат с Францией Александр отказался ратифицировать, и лишь поражение под Фридляндом в мае 1807 года вынудило российского императора пойти на соглашение.

После свидания Александра с Наполеоном в Тильзите в июне 1807 между Россией и Францией был заключён союз и соглашение о разделе зон влияния. Наполеон признал право России на захваченную в ходе русско-шведской войны Финляндию, а Россия – право Франции на Испанию.

Однако, отношения между союзниками стали постепенно накаляться.

В сражении при Прейсиш-Эйлау, мужественно сдерживая напор французов, генерал Михаил Богданович Барклай де Толли получил тяжёлое ранение в правую руку. В бессознательном состоянии он был вынесен из боя под огнём противника унтер-офицером Изюмского гусарского полка Сергеем Дудниковым. Врачи извлекли из раны более сорока обломков костей. Лечение длилось пятнадцать месяцев. Император Александр прибыл в Мемель для встречи с раненым Михаилом Богдановичем и привёз своего врача.

Разговор генерала с императором касается одной темы – войны с Наполеоном. И император Александр, и Михаил Богданович Барклай де Толли уже пережили горечь поражения при Аустерлице, кровопролития других сражений с французами. И им было понятно, что Россия в противостоянии со столь сильным противником должна предпринять какие-то особые меры, придумать особую стратегию и тактику.

И Михаил Богданович придумал.

Экспедиция секретных дел

Император Александр I утвердил служебную записку Михаила Богдановича Барклай-де-Толли под красноречивым заголовком «О защите западных пределов России». В ней были подробно изложены основные направления подготовки страны и армии к возможной будущей войне.

20 января 1810 года князь Михаил Богданович Барклай-де-Толли занял пост военного министра.

К этому времени русская армия состояла из 437 батальонов и 399 эскадронов. На следующий год – уже из 498 батальонов и 409 эскадронов (кроме 97 гарнизонных батальонов).

Исторический портрет.

Барклай де Толли родился в 1761 году. Он происходил из древнего шотландского рода Barclay of Tolly, многие из представителей которого приобрели себе известность в истории как учёные и поэты.

В 1767 году Михаил Богданович, по обычаю своего времени, был записан в военную службу, гефрейт-капралом в новотроицкий кирасирский полк.

Воспитывался он в Петербурге доме дяди своего по матери, бригадира Вермелена, вплоть до 1776 года, когда Михаил Богданович был переведён в псковский карабинерный полк на действительную службу.

Барклай де Толли принял участие в осаде и штурме крепости Очакова, затем героически сражался в Финляндии, за что получил чин премьер-майора. В 1798 году Михаил Богданович был назначен шефом 4 егерского полка и вскоре произведён в генералы. Осенью 1805 года выступил в поход против Наполеона, но ещё в походе пришла весть об Аустерлицком сражении, и полк, не побывав в огне, вернулся в Россию.

А в кампании 1806-07 годов Михаил Богданович принял живейшее участие. При Прейсиш-Эйлау, Барклай де Толли был ранен в правую руку с переломом кости.

В 1809 году Михаил Богданович Барклай-де-Толли совершил со своим корпусом отчаянный переход по льду Ботнического залива, обеспечивший победный исход войны против Швеции. «За оказанные отличия» он был произведён в генералы от инфантерии. «Прыжок» меньше чем за два года из генерал-майоров в полные генералы доставил ему множество завистников и недоброжелателей, преследовавших его до конца жизни.

Девиз на родовом гербе Барклай де Толли – «верность и терпение».

И эти два качества станут основополагающими и очень даже пригодятся в работе русских разведчиков и контрразведчиков.

Имея за плечами громадный боевой и полководческий опыт, Барклай де Толли понимал, что получение информации о планах противника должно быть поставлено на регулярную основу. Он знал, что без агентурной сети, которая будет регулярно снабжать русское командование данными о приготовлениях и военно-экономическом потенциале могучего противника, никакое планирование невозможно. И служебная записка «О защите западных пределов России» может остаться лишь размышлениями на бумаге, если не предпринять необходимые шаги. Поэтому одним из первых дел нового военного министра, сразу после назначения, стало создание военной разведки, предтече современного ГРУ ГШ (главного разведывательного управления).

История разведывательной деятельности в России насчитывала к этому времени несколько столетий. Первые органы, отвечавшие за разведку, появляются в России во времена Ивана Грозного в XVI веке.

В 1654 году был основан Приказ тайных дел – прообраз разведывательного управления того времени. В 1716 году царь Пётр I впервые подводит законодательную и правовую базу под деятельность разведки.

Но событие 1810 года занимают в этой истории особое место.

Первым органом военной разведки стала Экспедиция секретных дел при военном министерстве. Экспедиция была учреждена 27 января 1810 года.

По мнению Барклай-де-Толли, Экспедиция секретных дел должна была решать следующие задачи: ведение стратегической разведки (сбор стратегически важных секретных сведений за рубежом), оперативно-тактической разведки (сбор данных о войсках противника на границах России) и контрразведки (выявление и нейтрализация агентуры противника).

Барклай понимал всю сложность задачи и знал, что нужно было создать сильную спецслужбу, ведь ей противостояли сильнейшие разведки Европы.

Кстати

Наиболее совершенная по тем временам секретная служба в Европе была в Англии. Создал её еще в годы правления королевы Елизаветы государственный секретарь сэр Френсис Уолсингем. Он окружил себя специалистами в самых разных областях: одни умели незаметно вскрывать чужие письма, другие – подделывать печати, третьи – имитировать почерки и подписи. Тайная служба королевы – «Интеллидженс департмент» имела разветвлённую шпионскую сеть как внутри страны, так и за её пределами, чтобы противостоять французским, испанским, всем прочим агентам в тайной войне, о жарких схватках которой было не принято распространяться.

Наполеон не раз говорил об огромном значении разведки: «Верьте мне: анализируя исходы военных баталий, я невольно пришёл к выводу, что не столько храбрость пехоты или отвага кавалерии и артиллерии решали судьбы многих сражений, сколько… невидимое оружие, называемое шпионами». И это было не  преувеличением, поскольку император Франции отлично понимал, что без ловкости и смелости своего секретного агента Карла Шульмейстера, советника генерального штаба Австрии и шефа австрийской службы информации, он не одержал бы блестящих побед под Ульмом и Аустерлицем. А также без помощи министра полиции Фуше, который, помимо организации агентурной разведки, обеспечивал армиям Наполеона надежный тыл, вылавливая вражеских шпионов.

Известно, что у Наполеона было несколько секретных полиций, разведок и контрразведок. Наполеоновская разведка обладала немалым опытом добывания военно-политической информации. На её счету было большое количество успешных операций в Италии, Германии и Австрии. Все дела разведки находились под личным контролем Наполеона, к нему стекалась вся информация.

Непосредственными помощниками Наполеона по руководству разведкой против России стали министр иностранных дел Юг Барнар Маре, герцог де Бассано и командующий Эльбским корпусом в Северной Германии маршал Луи Никола Даву.

В штаб-квартиру Даву в Гамбург поступила информация о русской армии, полученная из войск, а в Париж к Маре стекались сведения от французских дипломатов и агентов. Самым стабильным органом в системе тайных служб Наполеона была разведка министерства иностранных дел Франции.

Кстати

Французская разведка действовала по многим направлениям. Но главное внимание уделяла агентурной работе. Агентура проникала в Россию под видом артистов, монахов, путешественников, торговцев, отставных русских офицеров, активно использовались жившие в России французы и иные иностранцы – гувернёры, врачи, парикмахеры, преподаватели и прислуга русской аристократии.

Под руководством Парижа действовали и разведки государств, находившихся тогда в орбите французского влияния, из них наибольшую активность проявляла разведка герцогства Варшавского.

Центром по ведению тайной войны в России и одним из основных поставщиков информации о стране и её армии являлось французское посольство в Петербурге. В это время только в столице российской империи проживало около четырёх тысяч человек. Французы слыли лучшими поварами, модистками, парикмахерами, а также учителями танцев, музыки, фехтования. Известные среди европейцев как отменные кулинары, они открыли в начале XIX века первые в Петербурге рестораны.

Уже летом 1810 года Наполеон требовал, чтобы посольство ежемесячно присылало "обозрение" русских вооруженных сил. К этому времени вопрос о войне с Россией был для него решён, ведь его планы на брак с русской великой княжной Анной Павловной не оправдались.

На "обозрение" русских вооруженных сил, включая подкуп иностранцев, МИД Франции ежегодно получал астрономические суммы — от трёх до пяти миллионов франков. Посол Наполеона в России генерал Рене Савари стал впоследствии министром полиции, сменив на этом посту знаменитого Жозефа Фуше. Двое последующих, Арман Огюстен Луи де Коленкур и Александр были не только дипломатами, но и боевыми генералами, и каждый из них считал своим святым долгом стать резидентом № 1 французской разведки в русской столице.

Все данные, получаемые из посольств и отдельных дипломатов, поступали во французский МИД. Там был создан информационный отдел для систематизации и анализа сведений об иностранных армиях. Возглавил отдел дипломат-разведчик Л. Ф.Э. Лелорнь д'Идевилль. Он долго ранее работал в Пруссии и России и хорошо знал немецкий и русский языки.

Военную разведку против России непосредственно курировал маршал Луи Николя Даву. Его военно-разведывательному бюро и должна была противостоять созданная Барклаем Экспедиции секретных дел при военном министерстве.

Первоначально структурные подразделения Военного министерства располагались в бывшем дворце графа на набережной реки Мойки, который в 1795 был куплен казной для Военной коллегии (позднее перестроен в Мариинский дворец).

Первым руководителем руководитель военной разведки России был полковник Алексей Васильевич Воейков.

Исторический портрет

Алексей Васильевич Воейков родился в 1778 году в Орловской губернии. В 1796 году окончил с отличием Московский университетский пансион (его имя было записано на мраморной доске этого учебного заведения). Действительную военную службу начал проходить с 1797 года в чине прапорщика в армейской пехоте на адъютантских должностях. Участвовал в Швейцарской кампании 1799 года, был ординарцем у А. В. Суворова, в русско-турецкой войне 1806 –1812 годов, в кампаниях с наполеоновской Францией 1806—1807 годов. Отличился в русско-шведскую войну 1808—1809 годах в войсках М. Б. Барклая де Толли (переход через залив Кваркен зимой 1809 г.), исполняя должность плац-майора. После назначение Барклая де Толли военным министром в январе 1810 года стал руководителем военной разведки. Из-за близости к М. М. Сперанскому и после ссылки последнего по указанию императора Александра I был переведен из министерства и получил назначение командиром бригады 27-й пехотной дивизии (49-й и 50-й егерские полки). В 1812 году сражался под Красным, Смоленском, Шевардином. В заграничном походе 1813 году получил ранение в правую руку. В отставке с июня 1815  года.

Михаил Богданович Барклай де Толли создавал не только сильную, но и очень хорошо законспирированную службу. Экспедиция секретных дел при военном министерстве подчинялась непосредственно министру, результаты её деятельности не включались в ежегодный министерский отчёт, а круг обязанностей сотрудников определялся особыми правилами. Но, как известно, у всего есть обратная сторона.

Эта высочайшая секретность, которая помогла в период подготовки войны и боевых действий, сыграла своего рода злую шутку с оценкой в исторической литературе самой Отечественной войны и её подлинных героев. Строгая секретность явилась причиной, по которой ни в мемуарах об Отечественной войне 1812 года, ни в более поздних исследованиях об Особенной канцелярии, как потом стала называться Экспедиция секретных дел, не найти ни слова. А между тем, благодаря её деятельности русское командование смогло положить в основу плана неминуемой войны с Наполеоном продуманную стратегию.

Кстати

Такую же злую шутку, как и с русской военной разведкой, военная тайна сыграла семь десятилетий спустя с первым в мире самолётом. Его изобрел замечательный русский военный инженер адмирал Александр Фёдорович Можайский за двадцать лет до братьев Райт. Самолёт Можайского был первым летательным аппаратом тяжелее воздуха, построенным в натуральную величину и имевший все составные части современного самолета. Но первопроходцами стали считаться братья Райт, так как все разработки в России были засекречены.

Предупреждён, – значит вооружён

Как французы, так и русские стали готовиться к войне с 1810 года.

Экспедиции секретных дел работала по трём направлениям: стратегическая разведка (добывание за границей стратегической информации), тактическая разведка (сбор данных о войсках противника, дислоцированных в сопредельных государствах) и контрразведка (выявление и нейтрализация наполеоновской агентуры).

Но Михаилу Богдановичу было необходимо не только получить точную и достоверную информацию о планах противника и состоянии его вооруженных сил. Главное, пожалуй, самое главное было необходимо заставить великого корсиканца играть по русским правилам. А для этого нужно было создать легенду и внедрить её врагу.

Какой должна была быть эта легенда, на какой концепции основана, какими способами передана? Поиск ответов на эти вопросы стали определяющими в деятельности военного ведомства и её главного «мозгового» подразделения — военной разведки.

Понятно, что лобовое столкновение французской и русской армий, вряд ли, принесло победу русским. Уж, слишком велика была разница в численности войск и обеспеченности. Нужно было придумать и осуществить стратегический манёвр, который бы сделал победу России неминуемой. Каким должен был быть этот манёвр, этот стратегический план?

И Михаил Богданович вместе со своими аналитиками придумал. И в связи с этим сегодня можно совсем по-другому оценить известный ответ Михаила Илларионовича Голенищева-Кутузова, после назначения его главнокомандующим, на вопрос, каким же образом русские собираются победить сильнейшего в мире полководца. «Победить! Что вы! — ответил он. — Обхитрить, — да!». Дело в том, что Михаил Илларионович был посвящен в план военного министра и поэтому, когда после его назначения главнокомандующим, он прибыл в расположение армии, то его первым приказом, вопреки многочисленным ожиданиям, была команда «Отступать».

Так впервые в истории русские спецслужбы начали игру с противником не только по сбору информации, но и по внедрению дезинформации. Значимость этой игры трудно переоценить.

Штат Экспедиции секретных дел состоял из подобранных самим Барклаем молодых людей, хорошо знавших иностранные языки.

Кстати

Барклай де Толли первым в мире создал службу военных атташе.

Семь русских "военных агентов" (прообраз военных атташе), блестящих офицеров Михаил Богданович послал в столицы европейских государств под видом обычных чиновников русских посольств.

В Вену поехал полковник квартирмейстерской службы – выходец из Голландии барон Фёдор Васильевич Тейль фон Сераскеркен.

В Берлин поехал полковник квартирмейстерской службы сын шотландского переселенца Роберт Егорович Ренни.

В столицу Саксонии Дрезден – майор Виктор Антонович Прендель.

В столицу Баварии Мюнхен – окончивший Шляхетский корпус поручик Павел Христофорович Граббе.

В Мадрид – представитель старинного русского рода, сын генерала поручик Павел Иванович Брозин.

В Париже работал Александр Иванович Чернышёв.

Они получили подробные письменные инструкции, вменявшие им в обязанность негласно собирать сведения «о числе войск, об устройстве, вооружении и их духе, о состоянии крепостей и запасов, способностях и достоинствах лучших генералов, а также о благосостоянии, характере и духе народа, о внутренних источниках держав и средствах к продолжению войны». Так Россия стал первой в мире страной, учредившей институт военных атташе.

Каждый из семерых внёс неоценимый вклад в создание общей информационной картины военных приготовлений Наполеона и его союзников.

де Толли обязал военных агентов при посольствах добывать карты и планы военных операций, данные о численности, дислокации и перемещениях войск. «Употребляйте всевозможные старания к приисканию и доставлению ко мне сих редкостей какою бы то ни было ценою» – призывал военный министр своих агентов.

Результаты  деятельности по сбору сведений о вероятных противниках были впечатляющими: были добыты общие росписи австрийской, прусской, саксонской, польской и баварской армий (через военные резидентуры в соответствующих странах).

Мало, кто знает

Ещё перед войной был завербован и задействован в качестве русского агента (под «именами» Кузен Анри и Анна Ивановна) бывший министр иностранных дел Франции князь Шарль Морис Талейран. Секретную связь с ним поддерживалась через посла России в Париже Карла Васильевича Нессельроде.

Со временем имя «Талейран» стало едва ли не нарицательным для обозначения хитрости, ловкости и беспринципности.

Кстати, Талейрану принадлежат многие афоризмы, в том числе, и такой: бойтесь первого движения души, потому что оно, обыкновенно, самое благородное.

Стараниями блестящего гвардейского офицера, князя Александра Ивановича Чернышёва, (Александр I называл Чернышёва «самым смелым, какие только известны военной истории»), были добыты мобилизационные планы Наполеона и, наиболее ценное, “Tableau General” – общая роспись французских войск и её союзников по всей Европе с обозначением численности каждого полка!

Жизнь и судьба Александра Ивановича удивительны. Первые донесения от Чернышёва поступили в Петербург уже в начале августа 1810 года.