Кто круче: Билл Гейтс или Роман Абрамович? В Нижегородской области занялись поисками нового губернатора (стр. 1 )

Кто круче: Билл Гейтс или Роман Абрамович?

В Нижегородской области занялись поисками нового губернатора.

(«Город и горожане» № 15 от 01.01.2001)

В последнее время среди нижегородской политической элиты все чаще стали слышны разговоры о наступлении в регионе долгожданной политической стабильности. Дескать, мэр Нижнего Новгорода, губернатор и полпред Президента живут сегодня душа в душу, не ругаются по каждому поводу, как бывало раньше. Так ли это на самом деле? С этим вопросом мы обратились к известному нижегородскому политологу Сергею КОЧЕРОВУ. Этот человек отличается независимостью суждений и резкостью оценок. Может быть, поэтому никогда не имел репутацию придворного мудреца, дающего советы сильным мира сего. И на этот раз его мнение о политической ситуации в Нижегородской области резко отличается от тиражируемых с экранов телевизоров речей политологов, обслуживающих власть.

- Стабильность бывает разная, - говорит Сергей Николаевич. То, что происходит в нижегородской области после выборов мэра осенью 2002 года, больше напоминает стабильность на политическом кладбище. А точнее, на пожарище. На последних выборах в Нижнем Новгороде были нарушены и писаные, и неписаные законы политической демократии. Поэтому новая городская власть будет еще очень долго доказывать свою состоятельность и легитимность.

Кочеров убежден, что до конструктивных отношений между городом и областью пока еще очень и очень далеко: у Ходырева свое мнение, как нужно выводить область из кризиса, у Булавинова - свое. Но самое главное, как считает наш эксперт, - у мэра Нижнего Новгорода до сих пор не существует программы развития города на перспективу. К тому же Сергей Кочеров допускает возможное соперничество между Ходыревым и Булавиновым на следующих губернаторских выборах через два года. По мнению политолога, это обстоятельство может сыграть свою роль уже при составлении бюджета губернской столицы на 2004 год, то есть область снова начнет притеснять город в плане денег, как это не раз бывало в прошлые годы.

Схватка на следующих губернаторских выборах нынешнего председателя областного Законодательного собрания Евгения Люлина с главой ходыревского правительства Юрием Сентюриным, которую предрекают сегодня большинство политтехнологов, на взгляд Сергея Кочерова, вполне возможна, но для этого Юрию Сентюрину уже в самое ближайшее время нужно совершить ряд шагов в этом направлении.

Пока Сентюрин был замечен лишь как неплохой исполнитель чужих замыслов. Но если у заместителя губернатора проснулось политическое честолюбие, то почему бы и нет, считает Сергей Кочеров. Для начала Юрий Сентюрин должен как минимум получить благословение в администрации Президента РФ. Ничего невозможного в этом нет, поскольку в Кремле сейчас мода на выходцев из силовых структур, а Юрий Сентюрин, как известно, бывший разведчик. Если добро из Кремля будет получено, то, по мнению политолога, шансов стать губернатором у Сентюрина будет побольше, чем у ставленника Сергея . Правда, для конечного успеха кампания Сентюрина должна начаться уже в самое ближайшее время

На наш вопрос о возможной поддержке Сентюрина со стороны одного из самых влиятельных людей России Романа ответил буквально следующее: «Я не знаком лично с Романом Абрамовичем и ничего не знаю о его планах, но для области было бы лучше, чтобы Юрия Сентюрина поддерживал Билл Гейтс. Почему? Просто он богаче Абрамовича».

«КЛИМЕНТЬЕВ МОЖЕТ ПОБЕДИТЬ,

ПОТОМУ ЧТО ВЕРИТ В СВОЮ ПОБЕДУ»

(«Нижегородский вариант» от 01.01.2001)

Избирательная кампания в Нижнем Новгороде в самом разгаре. Два десятка кандидатов изъявили желание поучаствовать в мэрских выборах. Обилие претендентов только запутывает избирателей, вносит сумятицу в голову людей, озабоченных своими проблемами больше, чем предвыборными. А что думают о предвыборной ситуации наши специалисты, занимающиеся анализом политических процессов. Мы обратились к известному нижегородскому политологу Сергею Кочерову с просьбой ответить на следующие вопросы. Во-первых, чем отличается нынешняя избирательная кампания от прошлогодней губернаторской? Во-вторых, кто имеет наибольшие шансы на победу на этих выборах? В-третьих, возможна ли отмена результатов выборов, как это произошло весной 1998 года? Ответы Сергея Николаевича мы приводим с небольшими сокращениями.

1. Выборы мэра Нижнего Новгорода проходят в еще более сложных условиях, чем выборы губернатора Нижегородской области. Тогда был один кандидат от власти – Скляров, а другие претенденты делились на «системных» (Булавинов, Ходырев) и «несистемных» (Климентьев, Савельев). Сейчас кроме действующего главы города Лебедева в бой идут Булавинов и Сентюрин, оспаривающие благословение президента, и дважды депутат Дикин, представляющий правящее большинство Законодательного собрания. Это создает явный перебор кандидатов от «партии власти», тогда как за право быть «кандидатом от народа» бьется всерьез только один Климентьев. В результате избиратели, лояльные к власти, будут до выборов метаться между четырьмя претендентами, а избиратели, недовольные властью, кажется, уже нашли своего лидера.

Нынешние выборы, к сожалению, показали, что политика продолжает оставаться у нас делом грязным. Снова основные силы и средства кандидатов тратятся не на то, чтобы выделить их достоинства и способности, а на то, чтобы унизить и ошельмовать конкурентов. Поэтому мы видим преобладание подметных газет и заказных новостей как способов ведения предвыборной агитации. Особенно удручают оскорбительные «граффити», уродующие стены наших домов. Но в связи с ними я хотел бы заметить следующее. Впервые мы познакомились с этими творениями год назад, когда они были направлены главным образом против Климентьева. Тогда люди из окружения Сергея Кириенко, пригласившие московских политтехнологов, которые специализируются на подобных «наскальных рисунках», встретили их появление с олимпийским спокойствием. Сегодня эти же люди возмущаются тем, что нынешние «художники» марают имя близкого им Дикина. Я такого двойного стандарта в политике не понимаю.

2. Не боясь показаться банальным, я бы отнес к фаворитам данной избирательной кампании тех пятерых кандидатов, фамилии которых чаще всего бывают на слуху. Это все те же Климентьев, Булавинов, Сентюрин, Лебедев и Дикин. Каждый из них имеет свои козыри, с помощью которых надеется выиграть партию. Видно, что Климентьев делает ставку на личные встречи с избирателями, Булавинов надеется на поддержку из Москвы, Сентюрин полагается на запас доверия нижегородцев к губернатору, а Лебедев уповает на административный ресурс. Очень агрессивной поначалу была кампания Дикина, однако после того, как он оказался в эпицентре реальных или надуманных скандалов, заместитель председателя Законодательного собрания несколько сник. Весьма впечатляюще выглядит рывок Сентюрина с 1,5 до 13 процентов за два месяца, но, скорее всего, он получил их из «наследства» Ходырева, и для нового роста ему потребуется предъявить более весомые аргументы. Ни в коем случае нельзя сбрасывать со счетов действующего мэра, который один может сочетать доверительное общение с избирателями с административным воздействием на бизнесменов и чиновников.

Наиболее продуманной и действенной на сегодня мне представляется кампания Климентьева. Сразу видно, что он извлек уроки из губернаторских выборов, стал прагматичнее и осмотрительнее в своих высказываниях и действиях. Не удивительно, что среди всех фаворитов только к нему у горизбиркома нет претензий по части незаконной предвыборной агитации. Можно хвалить или ругать «Десять заповедей» Климентьева, но пока они остаются единственным программным документом, который был предъявлен на этих выборах. Это не оставляет сомнений в серьезности его намерений. Вообще мне непонятны слухи о том, будто Климентьев пошел на выборы, чтобы помочь кому-то стать главой города. До сих пор скорее представители власти своей взаимной борьбой мостят Климентьеву путь наверх, чем он прокладывает им дорогу к мэрскому креслу. Думаю, что и на этот раз он может победить, потому что верит в свою победу.

3. Признаюсь, меня забавляют гадания о том, признает или не признает Москва результаты выборов, если их паче чаяния снова выиграет Климентьев. Наше отношение к Москве похоже на отношение древних греков к горе Олимп. Нынешняя федеральная власть уделяет не так уж много внимания мэрским выборам, если, конечно, речь не идет о выборах главы Москвы или Петербурга. Полагаю, не ошибусь, если предположу, что дума о нижегородских выборах не входит в первую сотню забот, обременяющих президента Путина. На самом деле исход выборов главы Нижнего Новгорода гораздо больше волнует губернатора Ходырева и полпреда Кириенко, предложивших нам совершенно разные интерпретации воли хозяина Кремля. Конечно, администрация президента делит наших кандидатов на более и менее желательных для московских кураторов нашей области. Однако жизнь показывает, что чаще всего делается ставка на победителя, с которым Москве будет нетрудно найти общий язык.

Думаю, что в случае нежданной победы Климентьева администрация президента сделает вид, что ничего особенного не произошло, а глава государства может снова повторить, что будет работать с теми людьми, которых выбрал народ. Скорее всего, новому мэру Нижнего Новгорода устроят нечто вроде испытательного срока в 100 дней, чтобы посмотреть, как он справится с возложенными на него обязанностями и с добровольно принятыми на себя обязательствами. Если в его работе будет полный завал, власть уберет его руками самих нижегородцев, которым предложат провести референдум о доверии главе города. Если же он возьмет ситуацию в городе под свой контроль, и не будет посягать на прерогативы верховной власти, тогда отношение центра к нему станет если не лояльным, то хотя бы терпимым. Полагаю, что Москве гораздо выгоднее постепенно приручить Климентьева, чем снова делать из него символ сопротивления неправедной власти. Впрочем, для этого ему еще необходимо выиграть выборы. Пока же Климентьеву надо думать не о том, как завоевать доверие Москвы, а о том, чтобы на выборы пришли все его сторонники из числа нижегородцев.

КТО ВЫ, ДОКТОР ПУТИН?

(«Нижегородский рабочий» от 01.01.2001)

На всемирном экономическом форуме в Давосе с российской делегацией произошел конфуз. Во время выступления перед западными бизнесменами и политиками гости из России так и не смогли ответить на простой вопрос: «Who is mister Putin». После их красноречивого молчания можно было подумать, что наследником Ельцина стал «человек-невидимка».

СВОЙ СРЕДИ ЧУЖИХ

Определяющую роль в жизни Владимира Путина сыграл отечественный фильм «Щит и меч». После его просмотра девятиклассник из Ленинграда, мечтавший о полетах в гражданской авиации, захотел стать разведчиком. Фильмы о бойцах «невидимого фронта» были для многих советских мальчишек посильнее, чем «Фауст» Гете, однако мало кто из них под влиянием историй о героях в тылу врага обращался в «компетентные органы» с просьбой принять их на работу. Владимир Путин был из числа немногих, кто принял такое решение и воплотил его в жизнь.

После окончания юридического факультета ЛГУ, где он запомнился своему преподавателю Анатолию Собчаку прилежным студентом и аспирантом, который, однако, не любил быть на виду, Путин получил распределение в КГБ. В 80-е годы он работал в ГДР под прикрытием должности директора Дома советско-германской дружбы в Лейпциге. Позднее Путин будет гордиться тем, что служил в госбезопасности, но не в «охранке», а во внешней разведке. Однако, хотя он называет свою офицерскую карьеру успешной, похоже, победных лавров он не снискал. Владелец пивной в Лейпциге в беседе с британскими журналистами вспоминает его как «Влади-шпиона», у которого «на лбу было написано, что он из «штази». В 89 году Путин отзывается домой и приступает к новой работе в качестве заместителя проректора ЛГУ по внешним связям. Это была не самая почетная отставка.

Будущий премьер России вернулся к активной деятельности в 91 году, когда на волне августовской революции был приглашен Собчаком на работу в исполком Ленинграда. Питерские демократы тогда шутили, что если нельзя избежать внедрения к ним «человека из органов», то пусть им лучше будет образованный и надежный Путин. Став первым замом мэра Петербурга, Владимир Путин курировал «силовиков» и вместе с Чубайсом занимался привлечением зарубежных инвестиций в город на Неве. В 96 году он возглавлял предвыборный штаб Собчака, а после поражения своего патрона на губернаторских выборах перебрался на работу в Москву.

С этого момента карьера Путина стремительно поднималась вверх. Заместитель главы управления делами президента, директор ФСБ и, наконец, премьер-министр, названный Ельциным своим наследником, - таковы этапы его большого пути. В связи с одним из таких назначений Путин сказал: «Кровопускание так же, как и приток новой крови, - это всегда полезный процесс. А когда эта кровь еще и здоровая, то это процесс полезный вдвойне».

ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Владимир Путин не имел бы никаких шансов на этих выборах, если бы после боев в Дагестане и взрывов домов в Москве не началась новая чеченская война. Именно данный факт, по-видимому, побуждает некоторых людей обвинять российские спецслужбы в организации всех этих диверсий. Взяв курс на то, чтобы «задушить гадину на корню» и «мочить бандитов в сортире», Путин ясно дал понять, что готов быть в ответе за исход военной операции. Это понравилось обществу, уставшему от коллективной безответственности «партии власти». В отличие от Примакова и Лужкова, обещавших установление стабильности, Путин объявил своим приоритетом обеспечение безопасности, подкрепив слова делами по наведению порядка в Чечне. Впервые после Ельцина образца 89-91 гг. в России появился политик, имеющий в глазах миллионов российских избирателей имидж «защитника народа».

Высокий рейтинг Путина, судя по всему, предопределяет его победу на предстоящих выборах. Но одно дело - выиграть военную или предвыборную кампанию, другое дело - вывести страну из кризиса. Что будет делать Владимир Путин в должности не исполняющего обязанности, а всенародно избранного главы государства? Сегодня этого в точности не знает никто, включая, возможно, и его самого. Всю сознательную жизнь Владимир Владимирович строго следовал указаниям того или иного «Центра». 18 декабря 99 г. на встрече с ветеранами из органов госбезопасности он даже счел возможным пошутить: «Группа сотрудников ФСБ, направленная вами в командировку для работы под прикрытием правительства, на первом этапе со своей задачей справляется». После вступления в должность президента Путин сам станет «Центром» и должен будет принимать самостоятельные решения. Что бы стал делать Штирлиц, если бы Гитлер назначил его своим наследником?

В «Открытом письме к российским избирателям» Путин называет себя человеком с «государственной позицией». Патриотизм, державность, государственность - вот три путеводных звезды Владимира Путина. Конечно, при случае он говорит о социальной справедливости и уважении к свободе личности, однако, похоже, в его ментальности не государство существует для человека, а человек для государства. Как говорит демократ «первой волны» Марина Салье, знающая его по работе в мэрии Петербурга, «он надежно будет преследовать врагов и не предавать узкий круг людей, с которыми связан какими-то общими интересами и делами». Владимир Путин - это политик, который ради великой цели вполне способен раздавить не один «невинный цветок», случайно попавший ему под ноги. Такой целью для него является наведение порядка в России. «Земля наша богата, порядка только нет», - говорили в России - пишет он в своем «Открытом письме» и заявляет. - Больше так о нас говорить не будут». Если это не просто красивая фраза, а символ веры, то Владимир Путин ставит перед собой задачу, которую в течение одиннадцати веков до конца не смог решить ни один из российских государей.

В начале века в России был Распутин, в конце века - Путин. Будущее покажет, чем станет для страны время Владимира Путина: началом благоденствия или предвестием новых потрясений.

Сергей Кочеров,

политический обозреватель «НР»

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ВСЕГДА ГОВОРИТ «НЕТ»

(«Нижегородский рабочий» от 01.01.2001)

В последней статье («НР» от 22.02.00) я изложил свой взгляд на Геннадия Зюганова как лидера КПРФ и кандидата на должность главы государства. На этот раз я хочу предложить вниманию читателей политическую зарисовку, сделанную с лидера «Яблока» Григория Явлинского. Она станет второй из цикла статей, посвященных основным участникам президентской кампании 2000 г.

«БЕЗ МУЖЕСТВА НЕТ ЧЕСТИ»

Имя Григория Явлинского стало известно стране летом 1990 г., когда группа молодых экономистов предложила новую программу перехода советской экономики к рынку. Эта программа, получившая из-за указанного в ней срока название «500 дней», сделала Явлинского одним из самых популярных экономистов Союза и заместителем председателя Совета министров РСФСР, председателем Госкомиссии по экономической реформе. Казалось бы, 38-летний кандидат экономических наук, вознесенный к вершинам власти, должен был благодарить судьбу за роскошный подарок и ни в чем не перечить высокому начальству. Однако Явлинский быстро показал свой характер и в ноябре 1990 г. ушел в отставку из правительства Силаева, будучи не согласен с рядом принятых им решений.

Столь же бескомпромиссно повел он себя год спустя, когда Борис Ельцин предложил ему фактически должность главы российского правительства, которую впоследствии получил Гайдар. Сам Явлинский говорит о причине своего отказа, который многие его оппоненты считают самой большой его ошибкой, следующее. «Ельцин ставил жесткое условие: «Реформа должна быть быстрой и красивой, сразу же отпустим цены, к следующему лету я обещал первые положительные результаты...». Я ответил: «Не буду! Нам нужен экономический договор с республиками и рынки сбыта, на Западе наши товары никому не нужны...». «Не хочешь - найдем другого», - ответил Ельцин». В 1996 г. Явлинский снова ответил отказом на предложение Ельцина стать первым вице-премьером в правительстве Черномырдина в обмен на поддержку его кандидатуры на президентских выборах. К тому времени Григорий Алексеевич уже приобрел репутацию политика, «с которым никто не может договориться».

Он лишь подтвердил ее в сентябре 1998 г., когда не пожелал быть вице-премьером по социальным вопросам в правительстве Примакова, которого сам же первым предложил назначить на этот пост. Все эти отказы, несмотря на приводимые Явлинским оправдательные мотивы, послужили основанием для расхожего обвинения его в том, что он боится брать на себя ответственность. Явлинский категорически возражал против этого, заявляя, что он готов войти в правительство вместе со своей командой, однако не желает быть ширмой для коммунистов, бюрократов или проворовавшихся демократов и «символом реформ» для Запада. Однако и западные лидеры все менее понимают поведение этого лично симпатичного им, но не желающего делать карьеру политика. Не случайно премьер-министр Нидерландов подарил Явлинскому ручные часы с многозначительной надписью «Без мужества нет чести».

ПОЗИЦИЯ ИЛИ ПОЗА?

Вдумываясь в заявления и поступки Григория Явлинского, начинаешь понимать, что его «вечная оппозиционность» продиктована не столько нежеланием заниматься конкретной работой, сколько опасением оказаться под контролем самодурствующего начальника. Подобная боязнь вполне объяснима для человека, неоднократно имевшего несчастье видеть, как рожденная им с потом и кровью программа сначала принималась только для вида, а затем подвергалась начальственной цензуре и жестоко резалась «по живому». Явлинский быстро понял, что «пост президента - это единственный пост в России, за который стоит бороться» и еще в начале 1993 г. заявил о намерении выдвинуть свою кандидатуру на пост президента Российской Федерации. Поэтому, несмотря на всевозможные рейтинги, лидер «Яблока» будет участвовать в президентских выборах до тех пор, пока сможет собрать необходимое количество подписей или... пока не победит на них.

Признаюсь, что когда я обдумывал название этой статьи, первоначально мне хотелось назвать ее «Нарцисс от демократии». Я отказался от этого заглавия не из нежелания обидеть сторонников Явлинского, а вследствие понимания того, что Григорий Алексеевич не столь тщеславен, сколь честолюбив. Как юный Цезарь, он вполне мог бы сказать, что «лучше быть первым на деревне, чем вторым в Риме». Подобно всем политическим честолюбцам, он верит в свою историческую миссию. «Я очень амбициозный человек, - сказал Явлинский. - Но мои амбиции выше, чем кресло президента... Я соревнуюсь не с людьми, а со всем укладом российской жизни за тысячу лет». Желание встать в один ряд если не с Петром I и Лениным, то с Витте и Столыпиным, говорит о многом. Вместе с тем Явлинский, конечно, не чужд тщеславного желания покрасоваться в толпе российских политиков, демонстрируя перлы красноречия и остроумия на фоне природного косноязычия многих своих оппонентов. От острого языка Григория Алексеевича немало пострадали Черномырдин и Чубайс, Зюганов и Примаков. Понятно, что обиженные лидером «Яблока» тоже в долгу не остаются и при случае вешают на этого «чистоплюя» всех кошек и собак.

Григорий Явлинский, пожалуй, является самым «западным» из всех российских полити-ков. Я имею в виду не «прозападные» симпатии лидера «Яблока», весьма преувеличенные его оппонентами, а стиль поведения, представления о правилах, свободное владение рядом европейских языков, наконец. В другой жизни он вполне мог бы стать президентом одной из европейских стран. Но Григория Алексеевича трудно представить в качестве символа России, воплощение которого избиратели подсознательно ждут от главы государства. В отличие от Геннадия Зюганова, за которым стоит наше советское прошлое, Григорий Явлинский представляет собой некое возможное будущее. Однако мы не знаем, насколько осуществимо это будущее и станет ли оно нашим будущим.

Сергей КОЧЕРОВ,

политический обозреватель «НР»

КРАСНОЕ СОЛНЦЕ ПУСТЫНИ

(«Нижегородский рабочий» от 01.01.2001)

Эта статья представляет собой политическую зарисовку, сделанную с кандидата на должность президента России Геннадия Зюганова. Я не претендую на объективный анализ личности и позиции лидера КПРФ, хотя полагаюсь в своих суждениях о нем на известные мне факты и оценки его действий. Я предлагаю свое видение Зюганова как политика, которое, наверное, не устроит его сторонников, но может представлять интерес для людей, которые собираются на этот раз выбирать умом, а не сердцем.

ЯВЛЕНИЕ ВОЖДЯ

Геннадий Зюганов не был рожден для того, чтобы нести на себе бремя лидерства политика национального масштаба. Окончив физмат Орловского пединститута, он после недолгой работы учителем избрал для себя карьеру секретаря ВЛКСМ и КПСС. Перестройку встретил и пережил в отделе агитации и пропаганды ЦК КПСС, оказавшем заметное влияние на его образ мыслей и построение речи. Будучи представителем среднего звена партийной номенклатуры, Зюганов впервые привлек общественное внимание весной 1991 г. после появления коллективного «Слова к народу», под которым стоит его подпись. «...Мы начинаем всенародное движение, - сказано в «Слове», - призывая в наши ряды тех, кто распознал страшную опасность, случившуюся со страной». Позднее Зюганов с удовлетворением отмечал, что соавторов «Слова» записали во «вдохновители и идеологи» ГКЧП. При этом он не любит вспоминать о том, что когда он курировал фракцию «Коммунисты России» в Верховном Совете РСФСР, члены этой фракции дружно голосовали как за Декларацию о суверенитете России, так и за ратификацию Беловежских соглашений. «Мы были тогда одурачены», - неохотно признал он в 1996 г. в редакции «Аргументов и фактов».

Этот факт многое объясняет в судьбе Зюганова. В частности то, почему он, выступая на словах против «антинародного режима», умудрялся всегда выходить сухим из воды. Так было после августа 1991 г., когда главным лишением, выпавшим на его долю, стала необходимость зарабатывать себе на жизнь в Российско-Американском университете. Так было и после октября 1993 г., когда «защитник советского народовластия» отправился не в Лефортово вместе с Руцким и Макашовым, а в Центризбирком для регистрации КПРФ в качестве избирательного объединения на выборах в Госдуму. Все дело в том, что Геннадий Зюганов всегда предпочитал мирные формы политической борьбы и, когда дело могло дойти или доходило до «картечи», он либо уходил в тень, либо обращался к своим товарищам со словами увещевания. Так 3 октября 1993 г. он выступил по телевидению, призвав трудящихся «сохранять спокойствие и сдержанность, не поддаваться на провокации, в митингах и забастовках не участвовать». Именно «горячность» в словах и «холодность» в делах принесли Зюганову славу разумного и осторожного политика, что, несомненно, помогло ему при избрании первым секретарем ЦК КПРФ.

ВЛАСТЬ НАД ПАМЯТЬЮ

Признавая Зюганова лидером партии, отдавая ему первенство как партийному агитатору и выдвигая его кандидатуру на должность президента, видные деятели КПРФ в доверительных беседах нередко подчеркивают условный характер его лидерства. Геннадий Андреевич, действительно, не выделяется ничем особенным среди других «руководящих товарищей». Он не обладает ни импозантностью Селезнева, ни познаниями Маслюкова, ни красноречием Тулеева, ни организаторскими способностями Купцова. Что интересно, Зюганов, заявляющий о том, что его партия располагает самым высоким интеллектуальным потенциалом в стране, сам не является признанным специалистом ни в одном деле, никогда ни за что по большому счету не отвечал, предусмотрительно оставаясь на вторых ролях. Тем не менее, он пользуется доверием у значительной части российских избирателей, которые всегда готовы принять его как дорогого гостя и слушать как мудрого учителя.

Возможно, разгадка этой народной любви кроется в том, что Зюганов остается самым «советским» из всех политических деятелей современной России. Поэтому даже его крестьянская внешность и речь лектора из отдела агитации и пропаганды, приехавшего для беседы с трудящимися о текущем моменте, воспринимаются его избирателями как живое напоминание об эпохе Брежнева, времени «утраченного рая». Кроме того, Зюганов первым из лидеров КПРФ понял, что коммунистическая идеология в ее ортодоксальном виде не имеет будущего в России. внедрял в сознание масс тезис о сходстве коммунистического учения с православной религией и национальной идеей. Национал-коммунизм Зюганова оказался понятен и привлекателен для тех, кто не нашел себя в новой действительности, испытывал тоску по советскому образу жизни и переживал комплекс национального унижения после распада сверхдержавы. Именно эти люди, а совсем не идейные коммунисты составляют основу электората Зюганова.

Когда-то Троцкий назвал Сталина «самой гениальной посредственностью в нашей партии». С известной условностью эти слова можно перенести и на Геннадия Зюганова. Не нужно обманываться тем, что Зюганов сникает в периоды революционных потрясений. Сталин также ничем не проявил себя в дни Октябрьского переворота в Петрограде. Если должность главы государства паче чаяния достанется Зюганову, он найдет, как распорядиться верховной властью, чтобы другие не могли на нее посягнуть. Но для захвата власти лидеру КПРФ необходимо дать «преступному режиму» последний и решительный бой, к которому явно не готовы ни Зюганов, ни его партия. Российским либералам, совершившим множество грубых ошибок и повинным во многих грехах, нужно благодарить Бога за то, что их главным оппонентом во все годы реформ был не профессиональный революционер, а партийный чиновник Геннадий Зюганов.

Сергей КОЧЕРОВ,

политический обозреватель «НР»

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИТОГИ ГОДА ЖЕЛТОГО КРОЛИКА

(«Нижегородский рабочий» от 01.01.2001)

1999 год оказался для нижегородцев столь же плодовитым, как и зверек из восточного гороскопа, давший ему свое название. «Бюджетная война» между городом и областью, дефолт в отношении западных кредитов, бензиновый кризис, форум «Россия на рубеже веков», участие наших военных и милиционеров в боевых действиях в Чечне и, наконец, выборы в Госдуму - так выглядит новейшая история нашего края. Каждое из этих событий оказало свое влияние на жизнь многих нижегородцев, но я выделю среди них те, что представляются мне «знаковыми», связующими наше недавнее прошлое и близкое будущее.

«ОБИДНО, ГУБЕРНАТОР! -

ДА ПРОСТО СТЫДНО, МЭР!»

В течение всего уходящего года мы были свидетелями острого конфликта между мэром Нижнего Новгорода и губернатором Нижегородской области, возникшего по поводу нормативов бюджетного финансирования областного центра. Этот конфликт, принимавший форму то публичных обвинений под прицелом телекамер, то интимных разговоров на «встречах без галстуков», воспринимается многими нижегородцами как проявление личных отношений Лебедева и Склярова. Я же не склонен объяснять несходство их позиций поговоркой «Два медведя в одной берлоге не уживаются» или ссылкой на то, как поссорились два известных персонажа из повести Гоголя. Противоречие в подходах к определению доли Нижнего в бюджете области слишком заметно, чтобы сводить его к личным амбициям наших первых чиновников.

Первым, кто заговорил о том, что область «обирает» город, был Дмитрий Бедняков, дерзнувший бросить вызов губернатору Немцову на выборах мэра весной 1994 г. Судя по тому, что он больше не выступал с этим тезисом, Бедняков использовал его тогда как агитационный призыв, порожденный реалиями предвыборной борьбы. Во времена, когда Немцов был губернатором, а Скляров - мэром, проблема нормативов бюджетного финансирования решалась путем личного согласования между ними. Этой доброй традиции способствовало как принятое между ними деление на «первый-второй», так и отсутствие законодательной основы для иного подхода к снятию спорных моментов. Ситуация не изменилась, когда Склярова избрали губернатором, и в должность мэра вступил Горин, а затем Мелешкин.

Однако с приходом в качестве главы города Юрия Лебедева, когда прежняя субординация между губернатором и мэром оказалась нарушенной, вопрос о доле города в бюджете области сразу стал камнем преткновения для областных и городских властей. Произошло это вовсе не потому, что кто-то сказал кому-то грубые слова, а вследствие дефицита областного бюджета, опустошенного в условиях финансового кризиса после августа 1998 г. Власть состоит в обладании ресурсами влияния, важнейшим из которых является контроль над финансовыми потоками. Ограничение такого контроля равнозначно утрате денег, которых всегда не хватает на выплату зарплат и пособий, поддержание жилищно-коммунального хозяйства и транспорта, обеспечение школ и больниц. Верные своим предвыборным обещаниям и определенным видам на будущее, Скляров и Лебедев этого себе позволить не могли.

Следует иметь в виду, что проблема с нормативами бюджетного финансирования в нынешнем ее виде не имеет однозначного решения. Никто не может доказать, как «дважды два будет четыре», что Нижний Новгород должен иметь, скажем, 30 процентов из областного бюджета, а не 25 или 35 процентов. Финансисты, экономисты и юристы из областной и городской администраций могут сколь угодно долго приводить равные обоснования под противоположные точки зрения на этот счет. Поэтому в борьбе за бюджет все чаще используются политические средства, а ее исход определяется соотношением сил, которые собирают под свои знамена губернатор и мэр. Важную роль в этой борьбе играют депутаты законодательного собрания и городской думы, отвечающие за принятие и утверждение бюджета. Пока преимущество по числу «своих» депутатов имеет Иван Скляров, что и обеспечило ему победу в «бюджетной войне» 99 года. Однако избрание нужных депутатов - дело наживное, что наглядно показали состоявшиеся выборы в Госдуму.

В ГОСТЯХ ХОРОШО, А В ДУМЕ ЛУЧШЕ

Итоги минувших выборов достаточно известны. Среди избирательных блоков и объединений Нижегородская область отдала явное предпочтение КПРФ, «Единству» и СПС. Насколько судьбоносным окажется для нас этот выбор, сказать пока сложно. Дело в том, что если вести речь об этих трех объединениях, то реально у нас существует лишь КПРФ, «правые» представлены главным образом Кириенко и Немцовым, а о нижегородских «заединщиках» имеется самое смутное представление. Хотя нельзя исключить, что скоро у представителя президента Александра Косарикова отбоя не будет от людей, которые горят желанием видеть Путина главой государства. В этой связи надо сказать, что на выборах президента может произойти многое, однако они вряд ли изменят расклад политических сил в нашей области, сложившийся после парламентских выборов. Данный расклад на сегодня представлен фамилиями победителей по одномандатным округам.

Нижегородские журналисты, говорящие и пишущие о прошедших выборах, нередко рассматривают их результаты сквозь призму личного соперничества губернатора и мэра. При этом в зависимости от позиции журналиста в освещении данного конфликта, либо признается победа мэра со счетом 3:2, либо объявляется «боевая ничья». Юрий Лебедев действительно поддерживал трех кандидатов, ставших депутатами Госдумы: Немцова, Булавинова и Савельева. Иван Скляров о своих симпатиях публично не говорил, но явно желал победы Костерину и, по некоторым сведениям, Ходыреву, которые также победили на выборах в своих округах. Если взглянуть на данные результаты с точки зрения политической географии, то получается, что мэр имеет определенное влияние в Нижнем Новгороде, где относительно сильны либеральные настроения, а губернатор имеет неплохие позиции на селе, которое голосует в основном за коммунистов. При этом Скляров терпел неудачу там, где он оказывал поддержку не кандидату-коммунисту, как это произошло, например, в Арзамасском округе, где победил член КПРФ Никитчук, а не подчиненный губернатора Мохов.

Впрочем, деление депутатов-одномандатников на членов «команды мэра» и «команды губернатора» правомерно лишь в том случае, если сами победители признают себя таковыми. Кто же всерьез поверит в то, что Немцов считает себя «человеком Лебедева», а Ходырев - «человеком Склярова»? Не знаю, как Костерин, но Булавинов и Савельев также не похожи на людей, которые склонны с кем-либо делиться своей победой. Может быть, они сохранят благодарность мэру за поддержку, однако и в Москве, и в Нижнем будут следовать скорее своим интересам, чем его наставлениям. Поэтому надо еще посмотреть, кто здесь выиграет, а кто проиграет.

Я бы сказал, что победу на этих выборах одержала не партия мэра или губернатора, а партия «московских нижегородцев». Судите сами, четыре из шести депутатов от округов, за вычетом Булавинова и Костерина, фактически являются жителями Москвы. Конечно, объединение в эту партию Немцова и Ходырева, Савельева и Никитчука весьма условно. Однако ставшие депутатами Думы Кириенко, Немцов, Савельев, Булавинов и примыкающий к ним неудачник последних выборов Сергей Воронов вполне могут состоять в одной партии. Между тем партия есть организация людей, объединенных общими политическими интересами. В Москве эти интересы будут иметь одно направление, в Нижнем Новгороде - другое. Губернатор и мэр проявили единство в желании сменить группу нижегородских депутатов в Госдуме. Что мешает «московским нижегородцам» объединиться в желании сменить губернатора и мэра в Нижнем?

ТАНЦУЮЩИЕ С ВОЛКАМИ

Мне могут возразить, что не следует преувеличивать влияния наших депутатов в Госдуме на политическую ситуацию в Нижегородской области. Действительно центр власти у нас находится, слава богу, не в Москве, а в Нижнем. Однако «московские нижегородцы» обладают серьезными ресурсами влияния, особенно в сфере финансов и информации. У них найдется немало сторонников и союзников в наших «коридорах власти». Выборы показали, что они могут рассчитывать на поддержку значительной части нижегородцев. Поэтому они вполне могут выставить своего кандидата на предстоящих губернаторских выборах. Дело за лидером, который бросит вызов нынешним хозяевам Кремля нижегородского.