Басня показывает, что насколько непобедимо согласие, настолько бессилен раздор.
"Отец и сыновья"
Отец приказывал сыновьям, чтобы жили в согласии; они не слушались. Вот он велел принесть веник и говорит: "Сломайте!"
Сколько они ни бились, не могли сломать. Тогда отец развязал веник и велел ломать по пруту. Они поломали.
Отец и говорит: "Так-то и вы, если в согласии жить будете, никто вас не одолеет; а если будете ссориться, да все врозь, – вас всякий легко погубит".
Ход занятия:
Сравнивая оба текста, дети устанавливают, что, изменив название, Толстой в соответствии с требованиями художественной правды восстановил справедливость: проблема взаимоотношения отцов и детей – касается не только крестьянской семьи, она всеобщая. Название “Отец и сыновья” логичнее эзоповского.
Убрав нравоучение, сохранив слова, обращенные к сыновьям (после заданного им урока), сохранив соответствие требованию Добра, Толстой сделал текст стройнее и изящнее в соответствии с требованиями Красоты.
Стилистическую правку, которая сделает текст лаконичнее (у Эзопа 110 слов, у Толстого – 62) и опростила его, дети произведут сами.
К занятию 17.
Эзоп “Крестьянин и его дети” – “Садовник и сыновья”
Цель: выработать у школьников навыки применения критериев оценки художественного произведения. Углубление представления о критериях оценки произведения искусства.
Эзоп “Крестьянин и его дети”
Крестьянин собрался помирать и хотел оставить своих сыновей хорошими земледельцами. Созвал он их и сказал: “Детки, под одной виноградной лозой у меня закопан клад”. Только он умер, как сыновья схватили заступы и лопаты и перекопали весь свой участок. Клада они не нашли, зато перекопанный виноградник принес им урожай во много раз больший.
Басня показывает, что труд – это клад для людей.
“Садовник и сыновья”
Хотел садовник сыновей приучить к садовому делу. Когда он стал умирать, позвал их и сказал: “Вот, дети, когда я умру, вы в виноградном саду поищите, что там спрятано”.
Дети подумали, что там клад, и когда отец умер, стали рыть и всю землю перекопали. Клада не нашли, а землю в винограднике так хорошо перекопали, что стало плода родиться много больше.
Ход занятия:
В начале занятия напомним (вспоминаем), что сопоставительный анализ текстов Эзопа и Толстого нам необходим для того, чтобы увидеть те критерии, установить те нормы и правила, которыми руководствовался русский писатель, создавая произведения для детского чтения. Это, в свою очередь, даст ребенку так необходимый для него инструментарий, с помощью которого ребенок сам может совершенствовать продукты собственного творчества.
Ознакомившись с обоими текстами, в первую очередь отметим, что Толстой изменил заглавие. Дети объясняют это как позитивное действие: заглавие у Толстого логически обосновано. Слово “крестьянин” – более широкое понятие, а “садовник” – точнее, связано с содержанием текста. Слово “дети” включает в себя представителей обоих полов, а сыновья – мужчины, что опять-таки связано с содержанием текста.
Толстой поработал основательно над лексикой и синтаксисом текста Эзопа, тем самым, идя по пути упрощения того и другого, он приблизил текст к ребенку.
Он убирает обязательную для басен Эзопа мораль. Еще, замечают дети, он смягчает характеры сыновей. (У Эзопа в басне получается так, что дети, не успев схоронить отца, тут же бросаются искать клад). Наконец, Толстой в итоге так трансформировал текст басни Эзопа, что вывод читатель делает совсем не эзоповский: у Толстого он сводится к пословице “Не было бы счастья, да несчастье помогло” (имеется в виду смерть отца).
Дети делают вывод о том, что все изменения, вносимые в текст басни Эзопа, Толстой делает в соответствии с критериями Правды, Красоты и Добра; текст становится доступнее, яснее, логичнее, изящнее, “добрее”.
К занятию 18.
Эзоп “Лев, волк и лиса” – “Лев, волк и лисица”
Цель: углубление представления о единстве содержания и формы произведения искусства.
Эзоп “Лев, волк и лиса”
Лев, состарившись, заболел и залег в пещере. Навестить своего царя явились все звери, кроме одной только лисицы. Воспользовался волк этим случаем и стал наговаривать льву на лисицу: она, мол, звериного владыку ни во что не ставит, и потому не пришла навестить его. А лисица тут и появилась и расслышала последние слова волка. Рявкнул на нее лев; а она тотчас попросила дать ей оправдаться. "Кто из всех, здесь собравшихся,– воскликнула она, – поможет тебе так, как помогла я, которая бегала всюду, искала тебе лекарства у всех врачей и нашла его?"
Тотчас велел ей Лев сказать, что это за лекарство. А она: "Должен ты ободрать заживо волка и завернуться в его шкуру!" И когда волк простерся мертвый, лиса с насмешкой сказала: "Не на зло, а на добро побуждать надо властителя!"
Басня показывает: кто строит козни против другого, тот сам себе готовит западню.
“Лев, волк и лисица”
Старый больной лев лежал в пещере. Приходили все звери проведать царя, только лисица не бывала. Вот волк обрадовался случаю и стал перед львом оговаривать лисицу.
– Она, – говорит, – тебя ни во что не ставит, ни разу не зашла царя проведать.
На эти слова и прибеги лисица. Она услыхала, что волк говорит и думает: “Погоди же, волк, я тебе вымещу!”
Вот Лев зарычал на лисицу, а она говорит: “Не вели казнить, вели слово вымолвить. Я оттого не бывала, что по всему свету бегала, у лекарей для тебя лекарства спрашивала. Только теперь нашла, вот и прибежала”.
Лев говорит: “Какое лекарство?”
– А вот какое: если живого волка обдерешь, да шкуру его тепленькую наденешь...
Как растянул Лев волка, лисица засмеялась и говорит: “Так-то, брат, господ не на зло, а на добро наводить надо”.
Ход занятия:
Прочитав оба текста, дети устанавливают, что заглавие не претерпело существенных изменений, зато все, что касается языка и синтаксиса произведения , то они существенно опростились и, как это ни странно, “облагородились” (например, слово “рявкнул” Толстой заменил более спокойным синонимом “зарычал”, появилась (форма) "и прибеги", которая как бы придает деловитость лисице, которая спешно искала лекарство для льва и, запыхавшись, бежала сообщить ему радостную весть, что нашла его. Невыразительное “она тотчас попросила дать ей оправдаться” заменил энергичным народным изречением – пословицей “Не вели казнить, вели слово молвить”. Отчего и последующая речь лисицы является яркой, убедительной.
Наконец, отмечают дети, в тексте Толстого много места уделено прямой речи, внутреннему монологу персонажей “Погоди же, волк, я тебе вымещу”, так что басня Эзопа, переписанная Толстым, становится небольшой пьеской. Так школьники приходят к выводу о том, что произведение искусства представляет собой единство содержания и формы. Сознательно изменяя содержание басни, Толстой выходит на новый жанр – пьесу.
К занятию 19.
Эзоп “Волк и старуха” – ” Волк и старуха”
Цель: первичное представление о юморе.
Эзоп “Волк и старуха”
Голодный волк рыскал в поисках добычи. Подошел он к одной хижине и услышал, как плачет ребенок, а старуха ему грозит: “Перестань, не то выброшу тебя волку!”
Подумал волк, что она правду сказала, и стал ждать. Вечер наступил, а старуха все не исполняла обещанного; и ушел волк прочь с такими словами: “В этом доме люди говорят одно, а делают другое”.
Эта басня относится к тем людям, у которых слова расходятся с делом.
“Волк и старуха”
Голодный волк разыскивал добычу. На краю деревни он услыхал – в избе плачет мальчик, и старуха говорит: “Не перестанешь плакать, я тебя волку отдам”.
Волк не пошел дальше и стал дожидаться, когда ему отдадут мальчика. Вот пришла ночь: он все ждет и слышит – старуха опять приговаривает: “Не плачь, дитятко, не отдам тебя волку; только приди волк – убьем его”.
Волк и подумал: видно, тут говорят одно, а делают другое – и пошел прочь от деревни.
Ход занятия:
Опыт предыдущих занятий дает возможность самим детям высказать свои замечания о том, какие замечания внес в текст басни Эзопа. Обратят они, конечно же, внимание на то, что у Толстого, в отличие от Эзопа, речь волка – внутренний монолог, его обобщение к тому же имеет более широкий смысл, нежели в басне Эзопа. Зато старуха у Толстого произносит две реплики, противоположные по смыслу.
Что же получилось у Толстого в результате трансформации текста?
По общему мнению, Толстой намеренно избавился от присущего басне морализаторства. И получилась у него обычная в деревенской жизни сценка, в которой вырисовывается невеселая картина жизни: больной мальчик, который разбит хворобой, да и скучно ему со старой бабкой, ошалевшей от нытья ребенка, и потому в сердцах сказавшей: “Не перестанешь плакать, я тебя волку отдам”.
Глупо выглядит в этой сказке волк: это олицетворение тех сил, которые от алчности теряют какие-либо здравые ориентиры. Из чужой беды такие хотят иметь собственную выгоду. Басня и у Толстого остается басней, но она пронзительно достоверная, русская. Смех (юмор) является в ней средством борьбы со злом, и потому это хлесткий, безжалостный юмор, высмеивающий, обличающий алчных и глупых.
К занятию 20.
Эзоп “Зайцы и лягушки” – “Зайцы и лягушки”
Цель: углубление представления о юморе. Механизм комического.
Эзоп “Зайцы и лягушки”
Поняли зайцы, какие они трусливые, и порешили, что лучше им всем разом утопиться. Пришли они к обрыву над прудом, а лягушки у пруда как заслышали их топотание, так и попрыгали в самую глубь.
Увидел это один заяц и сказал остальным: “Давайте не будем топиться: смотрите, и трусливее нас есть твари на свете”.
Так и для людей зрелище чужих несчастий служит ободрением в собственных невзгодах.
“Зайцы и лягушки”
Сошлись раз зайцы и стали плакаться на свою жизнь: “И от людей, и от собак, и от орлов, и от прочих зверей погибаем. Уж лучше сразу умереть, чем в страхе жить и мучиться. Давайте утопимся!”
И поскакали зайцы на озеро топиться. Лягушки услыхали зайцев и забултыхали в воду. Один заяц и говорит: “Стойте, ребята! Подождем топиться: вот лягушачье житье, видно, еще хуже нашего – они и нас боятся”.
Ход занятия:
Прочитаем оба текста. Подумаем над содержанием басни Эзопа.
Почему решили топиться зайцы? (Правильно: у них дефицит смелости.) Что же остановило зайцев в их решении? (Нашлись, обнаружились в природе те, кто даже их трусливее, лягушки.) Дети делают вывод о том, что между содержанием басни и нравоучением – полное соответствие. Но ... как-то не смешно.
А вот у Толстого серьезная коллизия описывается (это чувствуется с первых же слов) как несерьезная и вызывает у читателя улыбку: зайцы сошлись случайно и стали плакаться, жаловаться на свою судьбу. Ведут себя они крайне легкомысленно, “завелись” быстро, а потому решение приняли скоропалительное. Уже нисколечко не верится в трагический финал. И действительно, они и далее ведут себя, как несмышленые дети. В прямую речь наблюдательного зайца Толстой неслучайно вводит обращение “ребята”. Концовка рассказа вызывает у читателя смех.
Комизм описываемого заключается в необычайной быстроте смены настроения (а отсюда – и поведения) зайцев на противоположное. Это выглядит смешно, ибо речь идет ни много, ни мало о том, быть или не быть на земле заячьему племени.
К занятию 21.
Эзоп “Кошка и мыши” – ”Кот и мыши”
Цель: дать представление о некоторых приемах создания комического эффекта в произведениях искусства.
Эзоп “Кошка и мыши”
В одном доме было много мышей. Кошка, узнав об этом, явилась тогда и стала их ловить и пожирать одну за другою. Мыши, чтобы не погибнуть вконец, попрятались по норам, и кошка не могла до них там добраться. Тогда она решила выманить их хитростью. Для этого она ухватилась за гвоздь, повисла и притворилась мертвой. Но выглянула одна из мышей, увидела ее и сказала: “Нет, любезная, хоть и вовсе мешком обернись, я к тебе не подойду”.
Басня показывает, что разумные люди, испытав чье-нибудь коварство, не дают больше ввести себя в обман.
“Кот и мыши”
Завелось в одном доме много мышей. Кот забрался в этот дом и стал ловить мышей. Увидели мыши, что дело плохо, и говорят: “Давайте, мыши, не будем больше сходить с потолка, а сюда к нам коту не добраться!” Как перестали мыши сходить вниз, Кот и задумал, как бы их перехитрить. Уцепился он одной лапой за потолок, свесился и притворился мертвым.
Одна мышь взглянула на него, да и говорит: “Нет, брат! Хоть мешком сделайся, и то не подойду”.
Ход занятия:
Уяснив идейно-художественное содержание басни Эзопа, установим, что баснописец акцентирует внимание (взрослого) читателя на ее морали.
Толстой же увидел и передает ребенку не только паремию, но создает инсценировку, маленькую пьеску, в которой налицо все элементы взрослого спектакля, заканчивающегося к тому же трагедийно-комической сценкой: притворившийся мертвым кот, висящий на потолке и ожидающий, что кто-то из мышей “купится” на его коварный трюк. У маленького читателя (зрителя) это первоначально вызывает неподдельный ужас (а вдруг мыши поверят, что кот мертв?!) В то же время создается комический эффект, (кот притворяется мертвым, не видит себя со стороны, он напоминает висящий на потолке мешок, такое состояние нелепо, смешно само по себе).
Дети приходят в восторг от финала пьески, когда одна мышка разгадывает коварный план кота. Такой финал-реплика подсказан самой жизнью: известно, что в Яснополянской школе дети по просьбе учителя (), излагали тексты, взятые из разных книг, на своем языке. Вот откуда появилась такая живая реплика мышки: “Нет, брат! Хоть мешком сделайся, и то не подойду”.
Кот – более ленивый, чем кошка, он меньше ловит мышей.
У Эзопа текст из 92 слов, у Толстого – 79 слов.
К занятию 22.
Эзоп “Волк и коза” – “Волк и коза”
Цель: ознакомить с некоторыми приемами создания комического эффекта.
Эзоп “Волк и коза”
Волк увидел козу, которая паслась над обрывом; добраться до нее он не мог и стал ее упрашивать спуститься вниз: там, вверху, можно и упасть ненароком, а тут у него и луг, и травы для нее самые прекрасные. Но ответила ему коза: “ Нет, не в том дело, что пастись у тебя хорошо, а в том, что есть тебе нечего”.
Так, когда дурные люди задумывают дурное против разумных, то все их хитросплетения оказываются ни к чему. (77 слов).
“Волк и лоза“
Волк видит – коза пасется на каменной горе, и нельзя ему к ней подступиться; он ей и говорит:
– Пошла бы ты вниз: тут и место поровнее, и трава для корма много слаще.
Коза и говорит:
– Не затем ты, волк, меня вниз зовешь: ты не о моем, а о своем корме хлопочешь. (55 слов).
Ход занятия:
Уясним идейно-художественное содержание басни Эзопа. Установим, что она рассчитана на взрослого читателя. Найдем фразу, в которой передается поучение.
Толстого, который создавал круг чтения для крестьянских детей, текст Эзопа не мог устраивать. Дети теперь уже сами называют (объясняют), почему. Задаем им вопрос: какие изменения внес в текст басни Эзопа? Говорят примерно следующее:
* сложные синтаксические конструкции, свойственные книжному (литературному) языку, заменил простыми, легко воспринимаемыми, синонимичными;
* ввел живую, разговорную лексику;
* наделил индивидуальной речью персонажей, ввел диалог;
* создал фактически новый текст, это уже не басня, а, скорее, юмореска, пьеса.
Речь волка вызывает смех. Почему? Дети отвечают: комизм поведения волка обнаруживается через его речь, объясняется тем, что свою корысть (стремление убить козу) он неуклюже камуфлирует ложной заботой о козе. Действительно, в разыгрываемой пьеске через речь, жесты, позы, телодвижения волка легко передаются истинные мотивы такого поведения хищника.
Блок II.
–
К занятию 23.
“Лев и лягушка” – “Лягушка и лев”
Цель: дать представление о художественном вкусе читателя.
. “Лев и лягушка”.
(Ушинский, сочинения. – Т. 4. – М. : Педагогика, 1984. – С. 262).
Слышит лев кваканье лягушки и думает: “Большой, должно быть, зверь кричит”. Выскочила лягушка из болота, и лев нечаянно раздавил ее лапой.
. “Лягушка и лев”
Лев услыхал – лягушка громко квакает, и испугался. Он подумал, что большой зверь так громко кричит. Он подождал немного, видит – вышла из болота лягушка. Лев раздавил ее лапой и сказал: “ Вперед, не рассмотревши, не буду пугаться “.
Ход занятия:
На этом занятии целесообразно рассказать детям о том, что Ушинский и Толстой – современники. И каждый из них стремился создать круг чтения для детей из народа, как это каждый понимал. У Толстого это “Азбуки”. У Ушинского – “Родное слово”. Причем, создавая тексты для детского чтения, они обращались часто к одним и тем же источникам. Но один из них () перерабатывал чужие тексты и проявлялся в большей степени как ученый, а другой () – как художник. Перед нами уникальный, редчайший случай, когда, сопоставляя их тексты, есть возможность развивать художественный вкус.
Сравнивая тексты Ушинского и Толстого с басней Эзопа, дети высказывают следующее:
* и тот, и другой убрали мораль (поучение);
* мотивация поведения льва у них разная: у Ушинского Лев лишь констатирует тот факт, что если зверь так кричит, то он велик; у Толстого Лев испугался звуков, который издает незнакомый ему доселе зверь;
* у Лев нечаянно раздавил лягушку; у Толстого гибель лягушки – расплата за тот страх, который из-за нее испытал Лев.
В каком тексте автор более логичен, последователен, к тому же создан образ в соответствии с требованиями художественной правды, – на этот вопрос просим детей ответить письменно. Далее пройдет коллективное обсуждение содержания письменных работ.
К занятию 24.
Эзоп – –
Цель: развитие способности суждения о произведении искусства.
“Два петушка”
(Ушинский, сочинения : в 6-ти т. – Т.4. – М. : Педагогика, 1989. – С.123).
Два молодых петушка подрались, и один победил. Побежденный забился под сарай, а победитель взлетел на крышу и заорал во все горло: ку-ка-реку!
Откудова не возьмись, ястреб: схватил крикуна и унес к себе на ужин.
(Толстой, собрание сочинений. – Т. 21. – С. 52).
Дрались два петуха у навозной кучи. У одного петуха было сил больше, он забил другого и прогнал от навозной кучи. Все куры сошлись вокруг петуха и стали хвалить его. Петух хотел, чтобы и на другом дворе узнали про его силу и славу. Он взлетел на сарай, забил крыльями и запел громко: смотрите все на меня, я петуха побил! Нет ни у одного петуха на свете такой силы.
Не успел пропеть, летит орел. Сбил петуха, схватил в когти и унес в свое гнездо.
Эзоп “Два петуха и орел”
Два петуха дрались из-за кур, один другого побил. Побитый поплелся прочь и спрятался в темном месте, а победитель взлетел в воздух, сел на высокую стену и закричал громким криком.
Как вдруг орел налетел и схватил его, а тот, который прятался в темноте, спокойно с этих пор стал владеть всеми курами.
Басня показывает, что господь гневается на горделивых и милосерден к смиренным.
Ход занятия:
Прочитав басню Эзопа и произведения и , дети отметили у Ушинского следующее:
* изменение заглавия (у Эзопа – “Два петуха и орел”, у Ушинского – “Два петушка”); продиктовано последним, как объяснение их драчливости; заодно дети почувствовали скрытое осуждение автором их поведения;
* мотив драки петушков у Ушинского видят они в молодости петушков; в этом автор, по их мнению, отошел от содержания басни Эзопа – у того петухи дрались “из-за кур”;
* у Ушинского, в отличие от Эзопа, отсутствует назидательность; язык, за малым исключением (употреблено из сниженной лексики слово “заорал”) – литературный.
У Толстого, отмечают они, произведение без заглавия; в сравнении с басней Эзопа, стала более сложной мотивировка драки петухов: навозная куча не только место ристалища, но и то пространство, где добывается этими птицами корм. Владение навозной кучей предполагает и власть над курами.
Толстой, в отличие от Ушинского, что особенно импонирует школьникам, драматизирует повествование: была схватка, были побежденный и победитель, на сцене побывали и “заинтересованные” зрители (куры) с хвалебными словами в адрес победителя, дана возможность последнему насладиться плодами победы. Он в упоении славой поет песню, увы, последнюю в своей жизни. Но текст толстовского произведения заметно шаржирован, это своеобразная инсценировка-фарс: есть сражение, но на навозной куче; есть победитель, но это петух; есть восторженные обожатели, но это куры; есть миг торжества – взлет, но на сарай; есть песня, но она петушья и, наконец, есть плачевный финал – расплата за самодовольство и хвастовство...
Нет сомнения в том, что вдумчивое аналитическое прочтение текстов великого ученого и художника, каковыми являются и , способствуют развитию художественного вкуса.
К занятию 25.
“Лиса и козел” – "Лисица и козел”
Цель: развитие способности высказывания о произведении искусства.
“Лисица и козел”
Бежала лиса, на ворон зазевалась – и попала в колодец. Воды в колодце было немного: утонуть нельзя, да и выскочить тоже. Сидит лиса, горюет. Идет козел, умная голова, идет, бородищей трясет, рожищами мотает, заглянул от нечего делать в колодец, увидел там лису и спрашивает: “Что ты там, лисанька, поделываешь?” “Отдыхаю, голубчик, – отвечает лиса, – там наверху жарко, так я сюда забралась. Уж как здесь прохладно да хорошо! Водицы холодненькой – сколько хочешь".
А козлу давно пить хочется. “Хороша ли вода-то?“ – спрашивает козел. “Отличная! – отвечает лиса. – Чистая, холодная! Прыгай сюда, коли хочешь, здесь обоим нам место будет".
Прыгнул сдуру козел, чуть лису не задавил, а она ему: ”Эх, бородатый дурень! И прыгнуть-то не умел – всю обрызгал!”
Вскочила лиса козлу на спину, со спины на рога, да и вон из колодца.
Чуть было не пропал козел с голоду в колодце; насилу-то его отыскали и за рога вытащили.
“Лисица и козел”
Попала лисица в колодец и не знала, как выбраться.
Пришел козел и спросил у лисицы: “Хороша ли вода?” “Такая сладкая, сказала лисица, – что я опилась и выходить не хочу".
Козел тотчас прыгнул в колодезь, а лисица вскочила ему на спину, на рога и с рогов выпрыгнула вон из колодца, а козел увяз.
Эзоп “Лисица и козел”
Лисица упала в колодец и сидела там поневоле, потому что не могла выбраться. Козел, которому захотелось пить, подошел к тому колодцу, заметил в нем лисицу и спросил ее, хороша ли вода? Лисица, обрадовавшись счастливому случаю, начала расхваливать воду – уж так-то она хороша! – и звать козла вниз. Спрыгнул козел, ничего не чуя, кроме жажды; напился воды и стал с лисицей раздумывать, как им выбраться. Тогда лисица сказала, что есть у нее хорошая мысль, как спастись им обоим: "Ты обопрись передними ногами о стену да наклони рога, а я взбегу по твоей спине и тебя вытащу...” И это ее предложение принял козел с готовностью; а лисица вскочила ему на крестец, взбежала по спине, оперлась о рога и так очутилась возле самого устья колодца: вылезла и пошла прочь. Стал козел ее бранить за то, что нарушила она их уговор; а лиса обернулась и молвила: "Эх, ты! Будь у тебя столько ума в голове, сколько волос в бороде, ты бы, прежде чем войти, подумал, как выйти".
Так и умный человек не должен браться за дело, не подумав сперва, к чему оно приведет.
Ход занятия:
Прочитаем басню Эзопа, переработки этого произведения и . Напомним, что и Ушинский, и Толстой создавали круг детского чтения. Предлагаем школьникам отметить, что общего и что отличает их в достижении единой цели. Общее, – отмечают они, – в том, что и тот, и другой убрали морализаторскую, стандартно находящуюся в конце басен Эзопа часть (“Так и умный человек не должен браться за дело, не подумав сперва, к чему оно приведет”).
Рассуждая далее о толстовском тексте, они отмечают, что тот идет по линии упрощения лексики, синтаксиса. Перерабатывая текст басни Эзопа, Толстой предельно сжато передает фабулу. Дети восхищаются лаконизмом и в то же время выразительностью языка писателя.
– ученый. Язык переработанного им текста басни Эзопа – литературный язык: автор пользуется известными каждому культурному читателю выразительными средствами и приемами, но того “чуть-чуть”, о котором говорил в свое время , определяя, в чем отличие настоящего произведения искусства от литературной поделки, как раз не хватает тексту .
доверяет своему читателю полностью, убежден, что его читатель, крестьянский ребенок, еще до знакомства с этим текстом знает, какими постоянными свойствами в устном народном творчестве наделены такие персонажи, как Лиса, Козел. Вот, на наш взгляд, почему Толстой “прессует” фабулу Эзоповой басни. Он рассчитывает на ребенка как на носителя определенной (многовековой крестьянской) культуры и подвигает его к дальнейшему развитию.
своими литературными приемами, на наш взгляд, пытается подстроиться к своему воображаемому читателю, развлечь его, и поэтому его текст в сравнении с толстовским явно проигрывает.
На вопрос, какие основные недостатки текста, созданного , школьники отвечают:
– наличие прямых оценок автором персонажей; эффект от этого противоположный ожидаемому: читателю не нравится, когда за него додумался кто-то, когда нет простора для воображения;
– использование уменьшительно-ласкательных суффиксов (воспринимается как заигрывание, сюсюканье с читателем, что его, естественно, оскорбляет);
– оскорбительно-уничижительные оценки одного персонажа другим (лиса, к примеру, называет козла “бородатым дурнем”).
Низкое качество текстов в художественном плане, помещенных в “Родном слове”, отмечал в статье “Об общественной деятельности на поприще народного образования” (Толстой, собрание сочинений. – Т. 8. – С.247-300).
К занятию 26.
“Дедушка и внучек” – "Старый дед и внучек”
Цель: развитие способностей высказывания и суждения о произведении искусства.
Братья Гримм “Дедушка”
Сильно одряхлел дедушка. Плохо он видел, плохо слышал; руки и ноги дрожали от старости: несет ложку ко рту, – и суп проливает.
Не понравилось это сыну и невестке: перестали они отца с собой за стол сажать, запрятали его за печь и стали кормить из глиняной чашки. Задрожали руки у старика, чашка упала и разбилась. Пуще прежнего разозлились сын и невестка: стали они кормить старика из старой деревянной миски.
У старикова сына был свой маленький сынок. Сидит раз мальчик на полу и складывает что-то из щепочек. “Что ты делаешь, сыночек?” – спросила у него мать. “Коробочку”, – отвечает дитя.– “Вот как вы с тятенькой состаритесь, я и буду вас из деревянной коробочки кормить".
Переглянулись отец с матерью и покраснели. Полно с тех пор старика за печь прятать, из деревянной чашки кормить.
Подсади на печь дедушку, тебя внуки подсадят.
Уважай старика: сам будешь стар.
“Дедушка и внучек”
Жил-был на свете дряхлый старичок. Глаза его помутились от старости, колена тряслись, и слышал он, бедный, плохо. Когда он сидел за столом, то едва мог держать в руке ложку, проносил ее мимо рта и проливал суп на скатерть. Сын его и невестка смотрели на него с отвращением и, наконец, поместили его в уголке за печкой, куда приносили ему скудную пищу в старой глиняной миске.
У старика часто навертывались) слезы на глаза, и он грустно посматривал в ту сторону, где накрыт был стол. Однажды миска, которую слабо держали его руки, упала и разбилась вдребезги. Молодая невестка разразилась упреками несчастному старику. Он не смел ответить и только, вздохнувши, поник головой. Ему купили деревянную миску, из которой он с той поры и ел постоянно.
Несколько дней спустя сын его и невестка увидели, что ребенок их, которому было четыре года, сидя на земле, складывает дощечки. “Что ты делаешь?” – спросил его отец. “Коробочки, – ответил сын, – чтобы кормить из них папашу с мамашей, когда они состарятся”.
Муж и жена молча переглянулись, потом заплакали, и с тех пор стали опять сажать старика за свой стол и никогда не обращались с ним грубо.
“Старый дед и внучек”
(Басня)
(Толстой, собрание сочинение. – Т. 21. – С. 113-114).
Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было. И когда он ел, у него текло назад изо рта. Сын и невестка перестали его за стол сажать, а давали ему обедать за печкой. Снесли ему раз обедать в чашке. Он хотел ее подвинуть, уронил и разбил. Невестка стала бранить старика за то, что он им все в доме портит и чашки бьет и сказала, что теперь она будет давать ему обедать в лоханке. Старик только вздохнул и ничего не сказал.
Сидят раз муж с женой дома и смотрят – сынишка их на полу дощечками играет – что-то слаживает. Отец и спросил: “Что ты делаешь, Миша?” А Миша и говорит: “Это я, батюшка, лоханку делаю. Когда вы с матушкой стары будете, чтобы вас из этой лоханки кормить".
Муж с женой поглядели друг на друга и заплакали. Им стало стыдно за то, что они обижали старика; и стали с тех пор сажать его за стол и ухаживать за ним.
Ход занятия:
Текст “Дедушка и внучек” (Ушинского), подтверждается это следующим:
* текст “расцвечивается” эпитетами (дряхлый, бедный, несчастный старичок; скудная пища). В этом случае обнаруживается желание “разжалобить” эпитетами, в то же время через эпитеты выражена авторская позиция.
* Используются уменьшительно-ласкательные суффиксы (старичок, в уголке, коробочку), что придает тексту слащавость, вызывает эффект, противоположный желаемому, дети не любят сюсюканья.
* Сочувствие к старику Ушинский пытается вызвать, показывая его совершенно беззащитным и безропотным с помощью глаголов: глаза его помутились, колени “тряслись”, “он едва мог держать в руках ложку, проносил ее мимо рта”.
* Через отношение сына и невестки: те “смотрели на него с отвращением”
приносили ему скудную пищу в старой миске, молодая невестка “разразилась упреками” несчастному старику.
Эффективность использования этих приемов, как показывает работа с детьми, противоположна желаемому: детям кажется, что автор не доверяет им как читателям.
Текст “Старый дед и внучек” (), отмечают дети, отличается от первого (. “Дедушка и внучек”) строгой последовательностью в создании живой, яркой, убедительной картины. Он лишен внешней аффектации, краски скупы, язык лаконичен, прост и...предельно выразителен. Школьники отмечают психологизм повествования (“старик только вздохнул и ничего не сказал” в ответ на брань не в меру разошедшейся невестки - есть над чем поразмышлять читателю!) Это значит, что Толстой доверяет своему читателю. А как удачно у Толстого найдено и обыграно с “лоханкой”! Угрозы невестки, что она теперь будет старику давать хлебать в лоханке (круглой или продолговатой посуде для стирки белья, мытья посуды, сливания жидкости. (Ожегов, И. Толковый словарь. – М., 1995. – 326 с.) оборачивается неожиданно нерадостной перспективой для молодых отца и матери – именно им мастерит маленький сын такую посуду. Толстой нашел именно то слово, с использованием которого текст Сопоставление текстов басен Эзопа и Толстого убедительно покажет, на каких теоретических основах строилось толстовское "чуть-чуть".
становится убедительным. Отец и мать Миши получили жестокий и заслуженный урок, и преподнес его им сын. Именно ему ставить точку в истории взаимоотношений между стариком и молодыми.
К занятию 27.
“Волк и собака” (Перевод из Лафонтена) – “Волк и собака”
Цель: развитие способности давать нравственно-эстетическую оценку произведениям искусства.
“Волк и собака”
Толстый и сытый дворовый пес, разорвав веревку, побежал за город прогуляться. В соседнем перелеске он встретился с волком, да таким худым, поджарым – кожа да кости. Сытый пес взглянул на него более с сожалением, чем со злостью. Ободренный таким приемом, волк пустился в разговоры с собакою и стал ей жаловаться на свое худое житье. Сжалилась собака над волком и говорит ему: “Ступай жить к нам, у нас хозяин добрый и за ничтожную службу даст тебе теплую конуру и хороший корм". Обрадовался бедный волк такому приглашению и побежал с собакой в город; но дорогой заметил, что у его спутницы на шее вытерта шерсть.
– А что это у тебя? – спросил волк, – отчего недостает шерсти на шее?
– Это так, пустяки, – отвечала собака с неудовольствием.
– Однако же, – пристает волк.
– Вздор! – ворчит собака.– Это от веревки, которою меня привязывают на ночь, чтобы я не убежала.
– Так тебя привязывают на веревку?
– Иногда... вот... видишь ли, нельзя же...
– Э, нет, мой милый, – сказал тут волк, останавливаясь у городских ворот,- на веревке мне не нужна ни твоя теплая конура, ни твоя сытая жизнь, ни твой доброй хозяин: прощай! – и помчался назад в лес.
"Волк и собака”
Худой волк ходил подле деревни и встретил жирную собаку. Волк спросил у собаки: “Скажи, собака, откуда вы корм берете?” Собака сказала: люди нам дают.
– Верно вы трудную людям службу служите.
– Собака сказала: нет, наша служба не трудна. Дело наше – по ночам двор стеречь.
– Так только за это вас так кормят, – сказал волк. Это я бы сейчас в вашу службу пошел, а то нам, волкам, трудно корм достать.
– Что ж, иди, – сказала собака. Хозяин и тебя так же кормить станет.
Волк был рад и пошел с собакой людям служить. Стал уже волк в ворота входить, видит он, что у собаки на шее шерсть стерта. Он сказал:
– А это у тебя, собака, от чего?
– Да так, – сказала собака.
– Да что так?
– Да так, от цепи.
Днем ведь я на цепи, так вот цепью и стерла немного шерсть.
– Ну, так прощай, собака, – сказал волк. – Не пойду к людям жить, – пускай не так жирен буду, да на воле.
Ход занятия:
Сопоставляя оба текста и отметив, что они об одном и том же, дети отмечают чрезмерное увлечение (как и прежде) педагога определениями, характеризующими главных персонажей: пес – толстый, сытый, и волк – худой, поджарый.
И эта увлеченность и на сей раз подводит автора: волк почему-то называется “бедным”, что идет, безусловно, в разрез тому, что известно в народном понимании о волчьей сути.
Ушинский не видит различия в употреблении слов пес – собака – спутница. Это досадная небрежность, отмечают дети. В то же время они отмечают не только сложность, громоздкость синтаксических конструкций, но и вычурность языка, например, “Сытый пес взглянул на него более с сожалением, чем со злостью” или “Ободренный таким приемом, волк...”
Читая начало предложения “В соседнем перелеске он встретился с волком, да таким худым...”, так и настраиваешься, говорят дети, что после указательного слова “таким” должно последовать придаточное предложение, а его нет. Это отмечают они, неудача...
В диалоге волка с собакой, когда тот буквально “заставляет” ее сказать правду, “бред собачий”, ее недомолвки и многократные умолчания, отмечают они, делают текст неоправданно растянутым.
Недоработанность, небрежность автора учащиеся видят и в следующей фразе”: ...на веревке мне не нужна ни твоя теплая конура, ни твоя сытая пища, ни твой добрый хозяин...”
Текст Толстого “Худой волк ходил подле деревни...” рассматривается детьми как “идеальный образец” единства содержания и формы, совершенства языка, стройности композиции.
К занятию 28
“Старая хлеб − соль забывается” – “Волк и мужик”
Цель: развитие способности давать нравственно-эстетическую оценку художественному тексту.
“Старая хлеб-соль забывается” (из народной сказки).
Попался было бирюк в капкан, да кое-как выбрался и пробирался в глухую сторону. Завидели его охотники и стали следить. Пришлось бирюку бежать через дорогу, а на эту пору шел мужик с мешком и цепом. Бирюк к нему: "Сделай милость, мужичок, схорони меня в мешок: за мной охотники гонятся". Мужик согласился, запрятал волка в мешок, завязал и взвалил на плечи. Идет мужик дальше, а навстречу ему охотники: "Не видал ли, мужичок, бирюка?” − “Нет, не видал". Охотники и проскакали мимо. “Что, ушли мои злодеи?” – спрашивает бирюк. “Ушли”. – “Ну, теперь выпусти меня на волю". Мужик развязал мешок и выпустил волка на вольный свет. А бирюк говорит мужику: "Что же, мужичок, я тебя съем”. – “Ах, бирюк, я тебя из какой неволи выручил, а ты меня съесть хочешь”. – “Старая хлеб-соль забывается”, – отвечал бирюк. Мужик видит, что дело-то плохо и говорит: "Ну, коли так, пойдем дальше, и если первый кто встретится, скажет по-твоему, что старая хлеб-соль забывается, тогда делать нечего, ешь меня”.
Вот идут мужик и волк, а навстречу им старая лошадь. Мужик к ней: "Сделай милость, рассуди нас вот: я бирюка из большой неволи выручил, а он хочет меня съесть”. И рассказал ей все, как было. Лошадь подумала, подумала и говорит: "Я жила у моего хозяина двадцать лет, изо всех сил на него работала, а как стала стара и пришло мне невмоготу работать, он взял, да и стащил меня на яр. Насилу оттуда вылезла и вот плетусь, куда глаза глядят. Да, старая хлеб-соль забывается”. – “Видишь, моя правда”, – сказал бирюк. Опечалился мужик и стал просить бирюка, чтобы обождал до другой встречи. Бирюк согласился на это.
Идут мужик с волком, а навстречу им старая собака. Вот мужик и у нее о том же спрашивает. Собака подумала, подумала и сказала: " Служила я хозяину двадцать лет, оберегала его дом и скотину, а как состарилась и не стала лаять, он прогнал меня со двора, и вот плетусь я, куда глаза глядят. Да, старая хлеб − соль забывается”. Опечалился мужик еще пуще и насилу упросил волка подождать до третьей встречи, а там делай как знаешь, коли хлеба-соли моего не помнишь. Согласился бирюк обождать до новой встречи. Повстречалась им лиса. Мужик рассказал ей все дело, как было. Лиса стала спорить: “Да как это можно, чтобы бирюк, этакая большая туша, мог поместиться в этаком малом мешке. И мужик и бирюк побожились, что правда. Но лиса говорит: "Не поверю, пока своими глазами не увижу. А ну-ка, мужичок, покажи, как ты сажал волка в мешок”. Мужик расставил мешок, и бирюк всунул туда голову. “Да разве ты одну голову прятал!” – закричала лиса. Бирюк влез совсем. “Ну-ка, мужичок, – продолжала лиса, – покажи, как ты на гумне хлеб молотишь”. Мужик начал молотить волка цепом и убил.
“Волк и мужик”
Гнались за волком охотники. И набежал волк на мужика. Мужик шел с гумна и нес цеп и мешок.
Волк и говорит:
– Мужик, спрячь меня, – меня охотники гонят.
Мужик пожалел волка, спрятал его в мешок и взвалил на плечи. Наезжают охотники и спрашивают мужика, не видал ли волка?
– Нет, не видал.
– Охотники уехали. Волк выскочил из мешка и бросился на мужика, хочет его съесть.
Мужик и говорит:
– Ах, волк, нет в тебе совести: я тебя спас, а ты ж меня съесть хочешь.
А волк и говорит: старая хлеб-соль не помнится.
– Нет, старая хлеб-соль помнится, хоть у кого хочешь спроси, – всякий скажет, что помнится.
Волк и говорит:
– Давай пойдем вместе по дороге. Кого первого встретим, спросим: забывается ли старая хлеб-соль или помнится? Если скажут: помнится, я пущу тебя, а скажут: забывается, – съем.
Пошли они по дороге, и повстречалась им старая, слепая кобыла. Мужик и спрашивает:
– Скажи, кобыла, что, помнится старая хлеб-соль или забывается?
Кобыла говорит:
– Да вот как: жила я у хозяина 12 лет, принесла ему 12 жеребят, и все то время пахала да возила; и вот намедни стало мне не в силу кружиться, я и упала на колесо. Меня били, стащили за хвост под круч и бросили. Очнулась я, насилу выбралась и куда иду – сама не знаю.
Волк говорит:
– Мужик, видишь, старая хлеб-соль не помнится.
Мужик говорит:
– Погоди, всех спросим.
Пошли дальше, повстречалась им старая собака. Ползет, зад волочит.
Мужик говорит:
– Ну, скажи, собака, забывается ли старая хлеб-соль, или помнится?
– А вот как: жила я у хозяина 15 лет, его дом стерегла, лаяла и бросалась кусаться, а вот состарилась, зубов не стало – меня со двора прогнали, да еще зад оглоблею отбили. Вот и волочусь, сама не знаю куда, подальше от старых хозяев.
Волк говорит:
– Слышишь, что говорит?
А мужик говорит:
– Погоди еще, до третьей встречи.
И встречается им лисица. Мужик говорит:
– Скажи, лиса, что, помнится старая хлеб-соль или забывается?
А лиса говорит:
– Тебе зачем знать?
А мужик говорит:
– Да вот бежал волк от охотников, стал меня просить, я и спрятал его в мешок, а теперь он съесть меня хочет.
Лисица и говорит:
– Да разве можно большому волку в такой мешок уместиться? Кабы я видела, я бы все рассудила.
Мужик говорит:
– Весь поместился, хоть у него самого спроси.
И волк сказал:
– Правда.
Тогда лисица говорит:
– Не поверю, пока не увижу. Покажи, как ты лазил.
Тогда волк всунул голову в мешок и говорит:
– Вот как.
Лисица говорит:
– Ты весь влезь, а то я так не вижу.
Волк и влез в мешок. Лисица говорит мужику:
– Теперь завяжи.
Мужик завязал мешок. Лисица и говорит:
– Ну, теперь покажи, мужик, как ты на току хлеб молотишь.
Мужик обрадовался и стал бить цепом по волку. А потом говорит:
– А посмотри, лисица, как на току хлеб отворачивают,– и ударил лисицу по голове и убил, а сам говорит:
– Старая хлеб-соль не помнится!
Ход занятия:
Как отмечают школьники, у Ушинского мужик выглядит недалеким человеком от начала и до конца сказки, и лишь с подсказки лисы он расправился с волком, который, само собой разумеется, живет по принципу: старая хлеб-соль забывается.
У Толстого в своей основе сюжет тот же. Но зато мужик по ходу разворачивающихся событий, встречаясь с волком, охотниками, лошадью, собакой и лисой, заметно поумнел: он не только по совету лисы расправился с волком, но и с самой советчицей.
История жизни старой лошади, собаки у Толстого драматичнее, в них достаточно таких художественных деталей, которые “работают” на воображение и чувства юного читателя. У Ушинского эти истории несколько схематичны.
Язык сказки Ушинского литературный, встречаются шероховатости и неточности. Так, в начале повествования он называет волка “бирюком”. Не всякий ребенок, особенно городской, знает значение этого слова. Режет ухо такое выражение: “Ну-ка, мужичок, – продолжала лиса, – покажи, как ты волка завязал”. Замечается, как это было в других его произведениях, некоторая слащавость и манерность. Так, мужик именуется “мужичком”, и вот его реплика-упрек в адрес неблагодарного волка: “Ах, бирюк, я тебя из какой неволи выручил”.
Язык – народный, сочный, яркий, живой.
К занятию 29.
“Лошадь и осел” – “Лошадь и осел”
Цель: развитие способностей художественного вкуса.
“Лошадь и осел”
Прекрасная сильная лошадь без всякой поклажи и тяжело навьюченный осел шли по дороге за своим хозяином. “Любезная лошадь,– сказал осел,– возьми на себя хоть маленькую часть моей ноши: я задыхаюсь под тяжестью!” Лошадь гордо отказалась. Вздохнул бедный осел и, опустив уши, побрел далее, но, протащившись еще кое-как с версту, пошатнулся, упал и издох. Теперь только увидел хозяин, как он был несправедлив к бедному животному и что напрасно баловал он сильную молодую лошадь. Погоревал хозяин, попенял на себя, но делать нечего, надо было ехать далее. И вот он навьючил всю ослиную ношу на гордую лошадь, да еще прибавил к ноше ослиную кожу, которой не захотел оставлять воронам.
– Поделом мне, – подумала лошадь: – если бы я сжалилась над моим бедным ослом, то и он был бы жив, да и мне не пришлось бы так тяжко.
“Осел и лошадь”
У одного человека были осел и лошадь. Шли они по дороге. Осел сказал лошади: “Мне тяжело, не дотащу я всего, возьми с меня хоть немного. Лошадь не послушалась. Осел упал от натуги и умер. Хозяин как наложил все с осла на лошадь, да еще и шкуру ослиную, лошадь и взвыла: “Ох, горе мне, бедной, горюшко мне несчастной, не хотела я немножко ему подсобить, теперь вот все тащу. Да еще и шкуру”.
Ход занятия:
Как и на предыдущих занятиях, у Ушинского дети отмечают:
* Увлечение оценочными эпитетами, в какой-то степени раскрывающими позиции автора, его отношение к описываемому (лошадь – прекрасная, сильная, молодая, осел – бедный; диссонансом в этом случае, если выражать отношение к ослу, звучит слово “издох”, у Толстого об осле говорится, что он “умер”).
* Некоторая витиеватость, литературность языка, например: “Любезная лошадь”, – сказал осел...”, использование непонятных для детей слов и оборотов (“хозяин попенял на себя”).
* Громоздкость синтаксических конструкций, затрудняющих понимание смысла, содержания текста. Повествованию Ушинского свойственны некоторые вычурность, манерность, театральная аффектация.
* Толстовские тексты, и это не является исключением, лаконичны, логичны. Он живописует скупыми точными мазками, создавая живую картину. Язык его прост, понятен; не раздражает читателя. По сравнению с текстом Ушинского, его текст обладает удивительной стройностью; у него в тексте отсутствуют сетования хозяина на то, что он был несправедлив к ослу и баловал лошадь.
Из дидактических соображений автор заставляет лошадь говорить языком глупой деревенской бабы, которая с явным опозданием осознает, что она натворила; через ее речь обнаруживается строптивый, вздорный, своенравный характер персонажа. У Толстого причитания лошади не взывают сочувствия. “Помогает” в этом сам автор, говоря о лошади, что она “взвыла”.
Литература
Педагогические сочинения
1. Толстой, сочинения / сост. (Кудрявая). – М. : Педагогика, 1989.
2. Толстой, собрание сочинений : в 90 т. – Т 8, 21, 22, 30, 46. – М., 1928–1958.
3. Педагогические сочинения / под ред. , , ; сост. и авт. вступ. ст. . – М., 1953.
Литература о
Кудрявая, Толстой о смысле жизни. Образ духовного и нравственного человека в педагогике . – М., 1993.
Семенов, педагогика : история и современность. – Екатеринбург, 1993.
Шадская, “Азбуки” Льва Толстого : кн. для учителя / , , . – Тула, 1995.
Публикации в периодических изданиях
1. Арзамасцева, И. Литература детей: CONTRA : (Детское творчество) / И. Арзамасцева // Детская литература. – 2003. – N 3. – С. 9-12, 16-17 : ил. – Библиогр. : с.назв.).
2. Аринушкина, творческих способностей учащихся на уроках русского языка и литературы / // Русский язык. Приложение к газете «Первое сентября». – 2002. – авг. – (N 29). – С. 6-7.
3. Бабинцева, как фактор стимулирования творческой активности младших школьников на уроках литературного чтения: программа "Литературное чтение" I-IV классы / // Начальная школа. – 2000. – N 8. – С. 20-35.
4. Бак, Д. Внеклассное чтение: [о современных литературных студиях] / Д. Бак // Октябрь. – 2003. – N 3. – С. 181-182.
5. Бонфельд, М. Качание маятника или поиск истины?: [психология литературного творчества и методика литературной критики] / М. Бонфельд // Вопросы литературы. – 2003. – N 1. – С. 108-122.
6. Ефросинина, чтение в четырехлетней начальной школе: [образовательная программа] / // Начальная школа. – 2000. – N 8. – С. 36-41.
7. Колесникова, основы работы над стихотворным произведением на уроках литературного чтения / // Начальная школа. – 2000. – N 11. – С. 6-13.
8. Левин, творчества: [детское литературное творчество] / ; рис. Д. Майстренко // Дошкольное образование. Приложение к газете «Первое сентября». – 2003. – июнь. – (N 12). – Прил.: с. 5-20.
9. Минькова, до сердца ребенка: [уроки литературного чтения] / // Начальная школа. – 2000. – N 11. – С. 26-30.
10. Новиков, Н. Ключ к потаенной двери, или студия при журнале «Юность» / Н. Новиков // Литературная учеба. – 2003. – N 3. – С. 151-154.
11. Наговицына, задания на уроке: [советы молодому учителю] / // Русский язык. Приложение к газете «Первое сентября». – 2002. – нояб. – (N 42). – С. 14.
12. Петрановская, можно научить: [литературное творчество] / // Русский язык. Приложение к газете «Первое сентября». – 2001. – март. – (N 12). – С. 2-3.
13 Савенков одаренность и цели домашнего образования / // Одаренный ребенок. – 2002. – N 1. – С. 62-76.
14. Свирская, Л. Большая книга увлечений / Л. Свирская // Обруч. – 2003. – N 3. – С. 29-31.
15. Чуракова, Н. А. О курсе «Литературное чтение» для I класса четырехлетней начальной школы / // Начальная школа. – 2000. – N9. – С.11.
НАШИ АВТОРЫ
1. , член Союза писателей России (Екатеринбургское отделение), автор 8 поэтических сборников, руководитель литературной студии «Рассвет», г. Полевской.
2. , руководитель литературного кружка «Лукоморье», заведующая библиотекой МОУ СОШ № 000, г. Екатеринбург.
3. , кандидат педагогических наук, руководитель литературного клуба «Слово», учитель русского языка и литературы Высшей квалификационной категории МОУ СОШ № 000, г. Екатеринбург.
4. , руководитель литературной студии «Проба пера», учитель русского языка и литературы Высшей квалификационной категории МОУ СОШ № 000, г. Екатеринбург.
5. , член Союза писателей России (Екатеринбургское отделение), автор 7 поэтических сборников, доцент кафедры графических видов искусства Уральской государственной архитектурно-художественной академии, руководитель литературной мастерской имени Бориса Марьева, Председатель жюри областного открытого конкурса литературного творчества детей и юношества «Волшебная строка».
*Паремия – церк. нравоучительное слово. (Даль, В. Толковый словарь живого великорусского языка. – М., 1994. – Т. 3. – С. 18.)
*"юхванство"– стремление в юношеские годы в походке, в манере поведения, во внешнем виде, в приемах физического труда, в том числе и в речи – походить на яснополянского работника Юхвана.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 |
