Государство и периодическая печать: проблема противостояния в условиях складывания советского общества

ТАРИХ

ИСТОРИЯ

А. М. БАЛТАБАЕВА

ГОСУДАРСТВО И ПЕРИОДИЧЕСКАЯ ПЕЧАТЬ: ПРОБЛЕМА ПРОТИВОСТОЯНИЯ В

УСЛОВИЯХ СКЛАДЫВАНИЯ СОВЕТСКОГО ОБЩЕСТВА

In the given work on the basis of documentary materials process of formation of the Soviet periodicals in the conditions of total control and a regulation of activity of printing establishments is presented from power state structures.

Наряду с активным использованием радио, кино в пропагандистской деятельности правящей

партии, прочное место в данной области заняла печать. Периодическая печать, доступная для широкого круга общественности стала необходимым элементом политической жизни, без чего впоследствии становилось немыслимым продвижение в массы государственных решений, в целом, агитационная деятельность органов власти на местах.

27 октября (9 ноября) 1917 г. Советом Народных Комиссаров был принят главный регламентирующий данное направление документ – Декрет о печати, согласно которому подлежали закрытию все органы прессы, призывавшие к сопротивлению или неповиновению правительству, сеявшие смуту, толкавшие к действиям преступного характера. Декрет был опубликован 28 октября (10 ноября) в «Газете Временного рабочего и крестьянского правительства», «Известиях», «Правде».

В Декрете действия Советской власти мотивировались тем, что молодое государство не может противостоять буржуазии и её печати; подчеркивалось, что пресечение деятельности инакомыслящей печати – временная мера, «всякие административные воздействия на печать будут прекращены, для неё будет установлена полная свобода в пределах ответственности перед судом, согласно самому широкому и прогрессивному в этом отношении закону», даже в критические моменты «стеснение печати допустимо только в пределах абсолютно необходимых» [1, С.24-25]. Согласно Декрету, закрытию подлежали издания: «призывающие к открытому сопротивлению или неповиновению рабочему и крестьянскому правительству; сеющие смуту путём явно клеветнического извращения фактов; призывающие к деяниям явно преступного, т. е. уголовно-наказуемого характера».

Декрет СНК о печати встретил чрезвычайно ожесточённое сопротивление со стороны мелкобуржуазных партий эсеров и меньшевиков. Несмотря на это, ВЦИК большинством голосов принял большевистскую резолюцию, одобрявшую декрет о печати.

В ходе реализации положений Декрета, в первую очередь были ликвидированы издания, выражавшие интересы крупного капитала и его политических партий. Наряду с их закрытием, советская власть стремилась подорвать материально-финансовую базу небольшевистских газет, так как последние имели в своём распоряжении хорошо оборудованные типографии, запасы бумаги и квалифицированные кадры.

Одновременно с действиями властей в центральных областях страны, последовало повсеместное

закрытие небольшевистских газет и других изданий на территории республики, у владельцев стали изыматься типографии. Были закрыты крупные газеты «Казах» (г. Оренбург), «Сары-Арка» (г. Семипалатинск), «Свободная степь» (г. Павлодар), «Друг народа» (г. Усть-Каменогорск) и др.

Конфискация типографий и запасов бумаги, принадлежавших организациям эсеров, меньшевиков и «Алаш» производилась в городах Верном, Акмолинске, Кустанае, Петропавловске, Семипалатинске, Павлодаре [2, С.411].

Декрет о печати Совнаркома был направлен на подавление журналистики, выступавшей против Советской власти. Однако оппозиция в ответ на закрытие ряда изданий использовала старый прием революционной прессы: издание вновь воскресало под измененным названием. В ответ на такую тактику Совнарком 28 января 1918 г. принял Декрет о революционном трибунале печати.

В нем предусматривались наказания за «нарушение узаконений о печати, изданных Советской властью», и более суровые меры за преступное использование периодики. В функции Трибунала входило «рассмотрение преступлений органов печати и отдельных лиц, совершённых против народа путем использования печати», то есть «сообщения ложных или извращенных сведений о явлениях общественной жизни». В результате его деятельности в 1918 г. почти все буржуазные газеты были закрыты. Тогда же были созданы комиссариаты агитации, пропаганды и печати – первые органы централизованного руководства печатью. Революционный трибунал печати состоял из трех лиц, избиравшихся Советом не более чем на 3 месяца. Характерной чертой трибунала была широкая гласность его работы. Дело слушалось публично после работы следственной комиссии, при участии обвинения и защиты. Весь ход трибунала освещался в журналистике.

Декрет определял целую систему наказаний, включая штрафы, лишение свободы, политических прав, конфискацию в общенародную собственность типографий, полиграфического имущества лиц, привлеченных к суду.

Соответствующим образом, провозглашаемая свобода слова на деле оборачивалась регламентацией работ служителей пера, в особенности направленных пусть не напрямую, но даже косвенно против Советской власти. Вновь организованные газеты и журналы издавались, главным образом, от имени Советов, комитетов большевистской партии и комсомольских организаций. С 1921 г. в Казахстане стали выходить «Степная правда», «Еңбекшіл қазақ», «Қызыл Қазақстан», «Известия» обкома партии. Идейно-политическая направленность публикаций находилась под контролем высших партийных инстанций. Устанавливаемый в угоду провозглашаемым идеям контроль над прессой потребовал организации конкретных государственных структур, способных подчинить наиболее важный фронт работы, связанный к тому же с возможным противостоянием в ущерб выдвинутым программам. Именно поэтому постепенное ужесточение требований, предъявляемых от имени контролирующих учреждений к организациям прессы, обернулось не односложным организационным управлением, а прямой государственной цензурой по отношению к издательствам периодической и непериодической печати.

21 мая 1919 г. было обнародовано Положение ВЦИК о Государственном издательстве. Вместе с обычными издательскими функциями Госиздату предоставлялись совершенно беспрецедентные права контроля и цензуры над всем издательским процессом. Госиздат стал правительственным органом. Совнарком назначал его редколлегию, ВЦИК ее утверждал. Ее председатель по должности был членом Наркомпроса и имел право доклада как в Совнаркоме, так и в Президиуме ВЦИК. Ни о каких общественных редколлегиях не упоминалось, наоборот, в документе делался акцент на руководящую роль Госиздата. Госиздат должен был регулировать и контролировать издательскую

деятельность «всех ученых и литературных обществ, а равно всех прочих издательств». Он имел право на выработку руководящих инструкций, обязательных для них, фактически став официальным учреждением цензуры.

Но в июне 1922 г. все цензурные функции были переданы новому специальному учреждению –Главному управлению по делам литературы и издательств.

В ходе революции и гражданской войны шло осознание того, что, несмотря на социалистические идеалы о свободе слова и печати, цензура нужна – и не только временно. В этот период шел поиск приемлемых форм цензуры, а на практике господствовал цензурный субъективизм. Существование цензуры в военных условиях оправдывалось как «красными», так и «белыми». Экономическая разруха, всесторонний и глубокий кризис заставили большевиков перейти к новой экономической политике, вызвавшей оживление в политической, социальной и культурной жизни, появилось множество новых частных издательств, газет и журналов, вошел в обиход термин «неп» – независимая печать. В журналистике, университетах активизировалось инакомыслие.

В сложившихся условиях деятельность Главлита, созданного при ближайшем участии , регламентировалась и определялась декретом Совнаркома от 6 июня 1922 г. «Положение о Главном управлении по делам литературы и издательств». Его содержание показало, что социалистические идеалы свободы слова рассыпались в прах под ударами действительности. В первом же параграфе документа открыто шла речь о цензуре: «В целях объединения всех видов цензуры печатных произведений учреждается Главное управление по делам литературы и издательств при Наркомате просвещения и местные органы – при губернских отделах народного образования».

Декрет 1922 г. предоставлял Главлиту широкие возможности. В нем были сформулированы общие принципы, которыми должен был руководствоваться Главлит при запрещении издания или распространении произведений:

1) агитация против Советской власти,

2) разглашение военной тайны республики,

3) возбуждение общественного мнения путем сообщения ложных сведений,

4) возбуждение националистического и религиозного фанатизма,

5) носящих порнографический характер.

Период НЭПа – начало становления массовой журналистики в стране. В итоге проведенной дифференциации по классовому признаку были выработаны типы центральных и местных массовых рабочих и крестьянских газет, положено начало созданию такого же типа национальных изданий.

В ходе проведенной работы по налаживанию широкой сети печатных изданий, к 1935 г. в Казахстане стали издаваться 135 газет на казахском языке, введено в строй 3 казахских издательства, выпускавших

ежегодно млн. книг [3].

Таблица 1. [4].

Сеть газет на территории КазССР с 1937 по 1940 гг.

Тип газет

Республиканские

Областные

Районные городские

Низовые

Итого

Число названий

в 1937 г.

10

21

162

152

345

Число названий в

1938 г.

7

24

172

83

286

Число названий в

1939 г.

8

31

171

112

322

Число названий в

1940 г.

7

31

183

38

259

В результате организованной цензорской проверки центральными органами в 1939 г. Среди издательств КазССР было установлено, что одним из основных недостатков неудовлетворительной работы органов цензуры было то, что «республиканская, областная, районная печать, а также книжно-журнальная продукция нередко появлялась в свет со многими опечатками, ошибками, контрреволюционными извращениями и с материалами, разглашающими государственные тайны» [5].

Отныне, положение, когда в 1938 г. «в силу неукомплектованности аппаратов Казглавлита и обллитов большое количество печатной продукции и радиопередач выходили в свет без контроля органов цензуры (6 областных газет, до 30 районных и многотиражных газет), на страницах которых имело место разглашение государственных тайн, искажения и т. д.» было усилиями соответствующих органов ликвидировано и, в 1939, 1940 гг. вся печатная продукция и радиовещание уже были охвачены контролем органов цензуры республики.

Цензорами велась непримиримая борьба не только на стадии выхода изданий в печать, но и с уже изданной литературой, так называемой «идеологически вредной» в библиотеках, книготорговых организациях. Так, в 1939 г. Главлитом КазССР было издано 6 приказов, где размещался перечень 144 названий литературы и 11 авторов, книги которых было решено изъять. Серьезной проверке подверглась корейская литература. Изданные в 1940 г. 2 приказа касались изъятия и списания из книготорговой сети 194 названий книг на корейском языке, 3 последующих приказа касались 39 наименований литературы местного издания.

В целом, по Казахстану изъятие идеологически вредной литературы проводилось согласно 50

приказам, в ходе распространения которых в 1939 г. было изъято 537.767 экземпляров «вредной» литературы.

Таким образом, оформившаяся в начале ХХ века периодическая печать Казахстана оказалась обреченной на издательство узконаправленных политических изданий без учета не только национальных языковых различий, но и тематического разнообразия. Вынужденная идти на компромисс с государственной властью, печать вынуждена была отказаться от всякого проявления свободомыслия и подчиниться строго сформулированным директивным положениям содержательной направленности своих изданий.

ЛИТЕРАТУРА

Декреты Советской власти. Т. I. - М.: Гос. изд-во полит. литературы, 1957. – 357 с.

История Казахстана (с древнейших времен до наших дней) в пяти томах. Т.4. – Алматы: Атамұра, 2010.

Центральный государственный архив Республики Казахстан (ЦГА РК), Ф.81, Оп.3, Д.1114, Л.65-67.

ЦГА РК, Ф.1692, Оп.1, Д.378, Л.6.

Архив Президента Республики Казахстан (АП РК), Ф.708, Оп.5/1, Д.643, Л.33-34.

АП РК, Ф.708, Оп.5/1, Д.643, Л.39.

Поступила в редакцию 17.06.2011.