Стенограмма (стр. 3 )

При этом мы предлагаем, например, не просто так, знаете, всем по 15 процентов. Мы предлагаем делать всё-таки целенаправленно эту реформу, например, 15 процентов по налогу на прибыль брать только с первых 200 миллионов рублей прибыли, то есть для предприятий не очень большого размера, а всю последующую прибыль облагать тем налогом, который существует сегодня.

По НДС мы предлагаем вариант - 15 процентов для основной части производств, но ввести специальную ставку по предметам роскоши, при продаже предметов роскоши. Это некоторым образом, с одной стороны, даст возможность компенсировать снижение ставки с 18 до 15 процентов по НДС. С другой стороны, нет необходимости тогда вводить специальный налог на роскошь, то есть за счёт НДС, повышенного НДС - в 25 процентов - на предметы роскоши. И за счёт вводимого налога на недвижимость и на транспортные средства можно компенсировать и не вводить специальный налог на роскошь, о котором мы сегодня говорим, в Государственной Думе тоже в том числе.

Поэтому мы говорим о том, что это достаточно разумный подход к налоговой системе, это нам даст возможность вывести нашу налоговую систему. Не сделать её лучше, чем в других странах, хотя бы довести до уровня наших основных конкурентов.

Ну и компенсация налога, конечно, прежде всего, за счёт выхода из тени. Там вы видели цифры, мы сегодня в два раза больше, наша теневая экономика, даже чем в Индии, в Бразилии по оценке Всемирного банка. Поэтому только даже в два раза сократив теневую экономику, мы уже получим компенсацию, достаточную, почти достаточную для того чтобы компенсировать теоретически выпадение доходов бюджета.

И кроме этого, у нас есть ещё ряд источников, которые мы тоже просчитывали, и они также были на слайдах, вот как раз они сейчас на... Когда мы можем компенсировать наши, теоретически, ещё раз хочу сказать, выпадение доходов бюджета? За счёт НДПИ на газ, и здесь мы все согласны, в том числе Министерство финансов, что сегодня газовая отрасль у нас в льготном состоянии даже по отношению к нефтяной отрасли находится. Акцизы на табак, о которых мы много говорим, мы занимаем первое место по курению в мире, обошли Китай. Есть где-то всё-таки наше достижение. Ну и, конечно, алкоголь, ну и есть другие источники, которые тоже приводились на слайдах.

Мы хорошо считали, считали не только как "Деловая Россия", но считали это вместе с самыми лучшими экспертными институтами нашей страны, в том числе институтом Гайдара. Ну, и главный источник, который мы тоже просчитали, и он есть в документах, снижение налогов до этого уровня приведёт к росту ВВП. И за счёт роста ВВП мы, конечно же, во многом компенсируем, не то что компенсируем, а получим значительно больше доходов в бюджет, чем сегодня и у нас будет совершенно другая экономика, развитая, не так зависимая от экспорта сырья, потому что инвестиции придут, и мы действительно сможем стать... у нас будет диверсифицированная, извините, развитая современная экономика. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо.

У нас действительно очень много желающих выступить ещё есть, поэтому я прошу соблюдать регламент до 5 минут.

Сейчас хочу слово предоставить Игорю Владимировичу Васильеву - аудитору Счётной палаты. Пожалуйста.

Большое спасибо, Александр Дмитриевич.

Уважаемые коллеги! Уважаемые члены президиума!

Во-первых, хотелось бы поддержать сразу же предложение о действительно, наверное, необходимости обсуждения основных направлений не только налоговой, но и таможенно-тарифной политики гораздо раньше, до принятия их правительством и тогда, возможно, использование в этой работе, в том числе в парламенте и материалов Счётной палаты, которые мы регулярно предоставляем.

В рамках обсуждения налоговой политики следует сказать, что в Счётной палате эта тема отдельного контроля и анализа. Ежегодно предусматривается комплекс контрольных и экспертно-аналитических мероприятий, связанных с реализацией основных направлений налоговой политики.

Результаты своей работы мы регулярно представляем в палаты Федерального Собрания, президенту и правительству. Например, в 2011 году в рамках контроля эффективности мер по реализации основных направлений налоговой политики было проведено девять контрольных и два экспертно-аналитических мероприятия по основным актуальным проблемам. Например, по проверке администрирования налога на прибыль, возмещения НДС в регионах, налогообложении алкогольной продукции, добыче полезных ископаемых, эффективности законодательства о государственной регистрации юридических лиц.

На 2012 год предусмотрено проведение девяти контрольных и четырёх экспертно-аналитических мероприятий, таких, например, как проверка эффективности предоставления льгот по налогу на прибыль, администрирование возмещения НДС, мониторинг деятельности федеральных органов власти в сфере контроля за применением трансфертного ценообразования, использования офшорных компаний с целью уклонения от уплаты налогов.

Работы в указанном направлении позволяют Счётной палате представлять взвешенные оценки эффективности реализуемых мер основных направлений налоговой политики и участвовать в выработке, обсуждении проекта и, главное, с учётом бюджетных посланий Президента России и основных направлений налоговой политики осуществлять работу, направленную на выявление потенциальных резервов увеличения доходов бюджета.

И вот с нашей точки зрения, здесь об этом уже много говорилось, всё-таки, наверное, основные резервы и наиболее легко получаемые на постоянной основе, это резервы, лежащие в плоскости администрирования текущей ситуации.

И во многом уже сегодня говорилось, поэтому постараюсь сократить максимально своё выступление и конкретно сказать вот какую вещь. Несколько слов о проблеме введения налога на недвижимость. О введении этого налога уже неоднократно сегодня говорилось. Проверки Счётной палаты показывают, что создание автоматизированной системы введения государственного земельного кадастра и государственного учёта объектов недвижимости, которое обеспечивало бы эффективное использование земли, иной недвижимости, вовлечение их в оборот и стимулирование инвестиционной деятельности, а также создание всей системы государственного кадастра недвижимости, обеспечивающей гарантии прав собственности и иных личных прав на недвижимое имущество осуществляется, к сожалению, низкими темпами.

И сейчас у нас идёт целый ряд проверок в регионах, где мы одновременно проверяем взаимодействие и деятельность Росреестра, Росимущества и Федеральной налоговой службы как конечного потребителя данных, поставляемых в объединённые базы данных.

Вот, например, во Владимирской области на начало 2012 года данная проверка показала, что разработка системы, позволяющей взимать данный налог, исходя из рыночной стоимости облагаемого имущества, фактически осуществляется очень низкими темпами. На конец 2011 года показатель верификации баз данных органов Росреестра и налоговых органов во Владимирской области, по количеству земельных участков, являющихся объектами налогообложения, земельным налогом, составил всего лишь 18 процентов. То есть это нужно, безусловно, учитывать и понимать, в каком месте мы на сегодня находимся.

Ну, ещё раз хотел бы поддержать всё-таки предложение о том, что действительно необходимо раньше, до принятия, обсуждать эту проблему в Государственной Думе. И здесь мы готовы участвовать, предоставлять материалы и в том числе в профильные комитеты Государственной Думы. Спасибо большое.

Председательствующий. Спасибо.

Так, по вашей оценке, когда всё-таки реально говорить о возможности запуска налога на недвижимость с учётом вот таких темпов кадастрирования?

Я думаю, что есть оценки и налоговой службы, есть оценки Министерства финансов. Мы сейчас занимаемся в конкретных регионах конкретными ситуациями. Во Владимире она такая. В целом по стране, по данным налоговой службы, на конец 2011 года готовность, то есть верификация баз данных составляла около 40 процентов.

Председательствующий. Спасибо.

Вот такая реальность.

Председательствующий. То есть в течение там двух ближайших лет, по-видимому, нереально ещё.

Если будет ускорена соответствующим образом работа. Там в основном-то зависит от оценки. Здесь тоже существуют достаточно серьёзные проблемы. Мы-то констатируем текущую ситуацию, Александр Дмитриевич. Она такая, какая есть.

Председательствующий. Спасибо.

Сейчас я хочу предоставить слово, у нас есть представители регионов, в том числе заместитель губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа Владимир Владимирович Владимиров. Пожалуйста.

Добрый день, дамы и господа! Александр Дмитриевич, спасибо за предоставленное слово.

Я бы хотел свою презентацию о влиянии увеличения налога на добычу полезных ископаемых, я бы немножко развернул больше, не только на газовую отрасль, и на нефть, немножко затронуть это, показать, как отразится это в целом на социально-экономическом статусе таких регионов сырьевых, каким мы являемся на сегодняшний день. В целом могу сказать, что практически на 95-98 процентов наполнение нашего бюджета состоит из налоговых отчислений, других отчислений от нефтегазодобывающих предприятий.

Хотел бы, наверное, тезисом начать своё выступление ещё в следующем, что всё-таки политика в части налоговой сферы должна быть выверена и не..., слово "шарахаться", наверное, плохое, но не кидаться из стороны в сторону. С одной стороны, мы даём налоговые льготы за 65-й параллелью, пытаемся развивать новые месторождения, пытаемся стимулировать малый ТЭК изменением налогового бремени, с другой стороны, мы говорим, давайте поднимать налоги на добычу полезных ископаемых. Ранее как бы уже начатые инициативы перечеркнём и будем вновь увеличивать налоговое бремя. Я считаю, что это, наверное, не совсем правильно. Это, конечно же, от нашего сектора, оттого, что мы боремся, а мы действительно сегодня боремся за своих инвесторов постоянно. При этом борьба идёт, как в налоговых льготах, так и в целом создания климата в округе. От нашего сектора, конечно же, будут отворачиваться многие и многие зарубежные и российские компании, о чём мы сегодня говорим, но тем не менее.

Что такое сегодня Ямало-Ненецкий автономный округ? Это большая кладовая углеводородного сырья, рудных полезных ископаемых. Данный слайд, я уверен, что многие видели, но здесь этот слайд не про то, не про триллионы кубометров, не про миллиарды тонн. Этот слайд про инвестиционную привлекательность. На сегодняшний день из 235 месторождений у нас в разработке находятся всего лишь 63. Фактически 170 месторождений ждут своих инвесторов и ждут посылов от органов исполнительной власти субъект Российской Федерации, от государственной власти в части увеличения инвестиций в эту отрасль. Четвёртая часть всего лишь освоена, три четвёртых частей находится в состоянии освоения.

В Ямало-Ненецком автономном округе сегодня база создана, база создана более 20 лет назад. Это основные газотранспортные системы, которые связывают месторождения, крупнейшие месторождения округа с газотранспортной системой России и Европы.

Сегодня, благодаря налоговой политике, в первую очередь налоговой политике Правительства Российской Федерации, Государственной Думы стало возможным освоение месторождений полуострова Ямал, сегодня развивается полуостров Гдан, строятся нефтепроводы Пурпе в Заполярье, о котором мы очень долго говорили и мечтали. Полуостров Ямал, как я уже сказал, развивается. Дальше возможны к развитию газоперерабатывающие производства, которым также необходим режим налоговых льгот. И мы такими движениями, на мой взгляд, я дальше скажу об этом, будем перечёркивать эти инициативы.

Все эти инициативы зиждились на том, что на отдельных постановлениях правительства льготирование, в целом на принятии решения о льготирования за 65 параллелью налогов. Но сегодня перечеркнуть это и те инвестиции, которые идут в округ, идут в Россию, убрать с этой стороны, перевести их в Казахстан, я не знаю, в Туркменистан, замечательных месторождений... Да сланцевый газ тот же самый, который сегодня не даёт покоя никому у нас. Этого допустить, я считаю, нельзя.

В целом по добыче углеводородного сырья, как вы видите, добыча газа у нас постоянно растёт, начиная с кризисного периода. Добыча нефти, к сожалению, снижается. И отчасти здесь, конечно же, налоговое бремя налогов на НДПИ и таможенная пошлина сказывается, я об этом сейчас скажу более подробно.

Проблем в отрасли существует очень много. Первая, конечно, проблема, о которой мы всегда говорим, - это геологоразведочные работы. Фактически, с начала 90-х разведок на новых месторождениях не проводилось. Все эти уровни разведочных работ, они проводятся на действующих месторождениях для уточнения запасов, построения технологической схемы разработки, карт и так далее. Но новых месторождений не открывается на сегодняшний день.

Эффективное использование исконапорного газа - это та боль, которая в первую очередь столкнётся с принятием решения об увеличении налогов на добычу полезных ископаемых.

Все мы понимаем уровень рентабельности газового месторождения. Если пластовое давление падает ниже определённого предела, его нерентабельно добывать при существующей налоговой политике. Мы сегодня оцениваем объём недобытого газа на территории более трёх триллионов. Но для сравнения скажу, что в целом в России чуть-чуть больше 600 миллиардов добывается газа. Представляете, пять лет недобытого газа. Если мы увеличиваем налоговую ставку, я даже боюсь говорить о тех цифрах, которые... конечно же, уровень рентабельности этих месторождений будет не 3 триллиона, а 5 триллионов, а, возможно, и больше. Но, когда мы увидим цифры, мы чётко сможем это оценить. То есть, месторождения будут выходить в тираж, и не востребованы гораздо ранее, чем даже при сегодняшнем налоговом обложении.

Проблема попутного нефтяного газа. Но здесь она оскомину набила, я думаю, всем. Но тем не менее существует система налогообложения по нефтяной отрасли, не позволяет вовлечь в разработку более двух миллиардов, ежегодно двух миллиардов кубометров газа: это горит, это экология. Мы очень много об этом говорим, проводим много встреч у себя на территории, в Москве проводим встречи, но тем не менее она не решается на сегодняшний день. Вот, что, я считаю, очень явно отражающая картина в части налогового бремени на добычу полезных ископаемых и вообще на нефтяную промышленность.

Представляете, Ямало-Ненецкий автономный округ, ну чуть меньше 30 тысяч скважин. Да. Более половины этих скважин сегодня либо в консервации, либо в бездействии находятся. Основной причиной бездействия и консервации - это обводнённый фонд. То есть, сегодня нефтяные, я думаю, люди понимают меня, о чём я сейчас скажу, если скважина даёт менее 2 тонн, она не рентабельна. Она выводится в тираж, стоит и ждёт, когда придут либо малые ТЭК, о котором мы сейчас много говорим, либо 65-я параллель, которая сегодня помогает вводить малые месторождения.

Мы в целом оцениваем объём недобытой нефти ежегодно более 2 миллион тонн нефти. Не нужно НДПИ, но даже по таможенным сборам эта бы нефть принесла сотни миллиардов рублей нашему бюджету.

Этой же ситуации мы хотим добиться и в газовой отрасли через налог на добычу полезных ископаемых. 5 тысяч 200 скважин, из них сегодня 84 процентов в эксплуатации. Мы оцениваем увеличение налога на добычу полезных ископаемых на газ, - это 30-процентное сокращение газодобывающего фонда. Это нерачительная позиция. Это опять-таки низконапорный газ, неэффективные скважины, простаивающий фонд. Я не буду дальше заходить на рабочие места, на налоговые поступления. Я думаю, каждое производное от этого действия можно вычислить дальше.

Сегодня благодаря, еще раз скажу, благодаря налоговой политике, у нас на территории развиваются пять крупнейших проектов. Это газохимия, нефтехимия, производство сжиженного газа на полуострове Ямал, строительство трубопроводной системы... "Самотлор", федеральная программа комплексного освоения месторождений Ямало-Ненецкого автономного округа и севера Красноярского края, освоение месторождений акваторий Карского моря, начато два месторождения, сегодня они компанией "Газпром" осваиваются. Конечно же, все это не может быть освоено при изменении налоговой политики, просто инвесторы отвернутся от нас.

Благодаря всему этому мы планируем, что к 2020 году на территории округа будет добываться более 700 миллиардов кубометров газа, на территории округа и вместе с Красноярским краем будет добываться более 115 миллионов тонн нефти. Сегодня вместе с Красноярским краем мы добываем чуть больше 36 миллионов, пятикратное увеличение.

Я специально привел этот слайд, это объем инвестиций в округ. Сегодня нам всем говорят, нам необходимо бороться за инвестиции. Мы видим, что в посткризисный период инвестиции растут. Я специально разбил инвестиции на инвестиции непосредственно для поддержки производства и инвестиции в развитие. Всегда первыми от налоговых... от любых покачиваний рынка, макроэкономики рынка, от налоговых каких-то фискальных действий будут страдать инвестиции развития, которые составляют в среднем, ну, порядка 30 процентов от общего объема инвестиций. Конечно же, это в свою очередь скажется на уменьшении этих инвестиций развития, не вводе месторождений, а, чтобы месторождение начало давать нефть или газ нужно, как минимум, от 7 до 10 лет.

Ну, и последний слайд я хотел показать о том, что даже не включая то, что будет уменьшена налогооблагаемая база на прибыль, мы за счет снижения физических объемов добычи газа будем терять на 18 процентов объем налогов на прибыль, это без выпадающих налогов.

Последний слайд, я уже о нем много говорил. Пока что изменение налогооблагаемой базы на добычу полезных ископаемых не может не привести к снижению инвестиционной привлекательности этой отрасли, которая в свою очередь служит драйвером для развития всех отраслей, ни одной месторождение, ни один рубль не тратится без металла Урала, без цемента всей России, где добывается и без людских ресурсов России. Спасибо за внимание. Я закончил.

Председательствующий. Спасибо.

- заместитель руководителя Федеральной налоговой службы, пожалуйста.

В. Спасибо большое за предоставленную возможность выступить. Так как мы все понимаем, что налоговая политика неразрывно связана с налоговой практикой, то естественно тема моего выступления, как, в принципе, представителя как раз того субъекта, то есть Федеральной налоговой службы, которая занимается налоговой практикой, это именно налоговая практика.

Перед нами очень серьезно встал вопрос по поводу концепции нашей работы, куда мы должны двигаться. И, занимаясь последние годы анализом лучших мировых практик налогового администрирования, мы для себя, скажем так, абсолютно определили изменение вектора нашей работы, то есть мы ушли от концепции взыскания и перешли к концепции стимулирования самостоятельной уплаты налогов налогоплательщиками. Для этого, естественно, нам было необходимо выработать определенные блоки работы, по которым мы шли.

Первое. Это сокращение взаимодействия налогоплательщика и налоговых служб, прежде всего, территориальных налоговых служб. Для этого нам необходимо было внедрить серьезные блоки электронного документооборота. Мы об этом, конечно, много говорим, я очень коротко.

Первое. Это электронные сервисы.

Второе. Это электронный обмен информацией между налоговыми органами и налогоплательщиками.

У нас уже сегодня в части регионов возможна электронная регистрация, как юридических лиц, так индивидуальных предпринимателей, это работа последнего года.

Кроме того, мы еще одну очень серьезную проблему выявили, это то, что это, кстати, как раз через досудебный аудит, через механизмы досудебного аудита, что когда к нам стала поступать информация, это то, что было реализовано в рамках 137 закона, и, кстати говоря, хочу обратить внимание по поводу пилотного проекта по, скажем так, обязательному обжалованию. Как раз блок обязательного обжалования, а у нас все решения налоговых органов по налоговой проверке как раз и проходят эту процедуру обязательного обжалования и показал те результаты, которые мы сегодня видим - это серьёзное снижение нагрузки на судебную систему. Кроме того, у нас уже пошёл обратный эффект, у нас уже и количество жалоб очень серьёзно уменьшилось, которые поступают в вышестоящие налоговые органы.

Так вот этот блок работы показал, что у нас есть серьёзный, скажем так, задел для методологической работы. Прежде всего, это связано с тем, что некачественно на сегодняшний день, по нашему мнению, у нас выстроена система именно внутри налоговой службы к методологическим подходам, мы видим, что разные территориальные налоговые органы принимают разные решения по идентичным нормам налогового права, применяя разную их трактовку. И именно для этого мы разработали механизмы, позволяющие отслеживать как налоговым органам, так и налогоплательщикам методологическую позицию ФНС, согласованную с Минфином.

Второй блок, безусловно, работы, это соотношение, скажем так, тех позиций, которые не находят поддержку, прежде всего, в Высшем Арбитражном Суде.

Далее. Для нас очень серьёзным блоком работы стала обратная связь. То есть сейчас мы, по сути, разгребаем те баррикады, которые у нас созданы между налогоплательщиками и налоговыми органами.

Если говорить о работе с общественными организациями. Первое - с РСПП. У нас очень серьёзный блок работы касался как раз реализации административных процедур, которые были заложены 321 законом, то есть законом "О консолидированной рабочей группе". Получилось, что на сегодняшний день нам было подано 11 заявок от 11 групп, все 11 заявок были рассмотрены и приняты. То есть у нас сколько было заявлено, те сроки, которые установлены законом, то есть в месячный срок мы эту информацию обработали.

И тут стоит отметить, что нам на самом деле очень серьёзно помогло предпринимательское сообщество, так как, допустим, декларация по налогу на прибыль в рамках консолидированной группы мы разрабатывали вместе, пытаясь сохранить все те блоки условий, которые предусмотрены налоговым законодательством в рамках 321-го закона и, кроме того, есть система администрирования.

Мне кажется, что именно, я даже не беру налоговую политику, если говорить о налоговом администрировании, у нас на сегодня, позволю себе тезис, очень серьёзно недоразвита налоговая доктрина, налоговая наука. Когда мы обращаемся к тем или иным блокам администрирования, как нам их улучшить, и когда мы смотрим, обращаем внимание на какие-то научные труды, если говорить о российских научных трудах, каждый раз мы натыкаемся в материалы до 1917 года прошлого века.

Это на самом деле очень серьёзный блок вопросов. Вы посмотрите, даже сейчас мы обсуждаем, мы, чиновники и бизнес. А наука. Вот где наука, которая даёт нам как раз тот цементный, по сути, ту подушку цементную, которая позволит на постулатах, на основных принципах налогового права сформулировать те подходы, в том числе и методологические, которые позволят нам не догонять за иностранными налоговыми юрисдикциями и не адаптировать их лучшей практике, а вырабатывать свои лучшие практики. На самом деле, я считаю, что у нас вполне для этого предпосылки существуют.

Второе по обратной связи - "ОПОРА России". К нам на самом деле довольно много было претензий по поводу администрирования малого бизнеса, я бы позволил сузить себе этот блок вопросов администрирования специальных налоговых режимов. Нам указывали представители "ОПОРЫ России" на нашу некачественную контрольную работу конкретно по субъектам, из-за чего у нас очень серьёзно была пересмотрена аналитическая часть подходов к контрольной работе.

На сегодняшний день хочу отметить (это статистика) из тысячи субъектов малого предпринимательства, которые пользуются специальными налоговыми режимами - это, прежде всего, упрощённая система налогообложения и ЕНВД, проверяется два субъекта, два из тысячи действующих организаций. Я считаю, что это довольно адекватно.

Третье. Также у нас была создана рабочая группа с "Деловой Россией". И, в частности, одной из предпосылок такой работы были как раз те самые показатели дуинг-бизнеса. Если быть точнее, то, наверное, стоит говорить всё-таки о показателях пэинг..., которые делятся на три составляющие количества: налоговая нагрузка и затраты бизнеса на введение и на сдачу отчётности, на введение учёта и сдачи отчётности. Когда мы стали раскладывать по полочкам, из чего состоят, потому что администрирование - это явно последний блок для нас, там, где мы можем улучшаться.

Мы вывели серьёзные блоки, которые требуют доработки, потому что сама отчётность - это поверхность айсберга. Это и система налогового учёта, и первичная документация. Тут уже было сказано про систему налогового учёта, да, что мы нашли точки соприкосновения, что на самом деле у нас есть запараллеленность норм, иногда не требующих такой параллельности между учётом налоговым и бухгалтерским, что вполне позволительно было бы сблизить.

И второе, это, безусловно, первичная документация. За счёт этой работы у нас на сегодняшний день мы инициативно создаём рекомендуемые формы по первичному учёту, а это первичные учётные документы, у нас с 23 числа действует электронный счёт-фактура. Кажется, да, вроде, ну, электронный оборот. На самом деле у Европы в "Стратегии-2020" это стоит одной, одна из первых стратегических задач. Их целевой показатель - снижение бумажного документооборота в рамках хозяйственных отношений "бизнес ту бизнес", бизнес, в нашем случае это налоговая, да, составляет более 200 миллиардов евро. Поэтому здесь очень серьёзный блок работы у нас есть, чем мы сегодня и занимаемся. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Дмитрий Вячеславович. Я думаю, что очень справедливо поставлен вопрос насчёт более активного привлечения научных кругов к исследованию налогового законодательства, влияния на экономику. Я должен сказать, что и когда Налоговый кодекс в конце прошлого века и в начале этого вот в таком современном виде писался, мы пытались использовать силы наших научных кругов, но всё-таки он родился в основном стараниями практиков. Но я думаю, что вы правильно вопрос ставите, о том, что нужно значительно больше использовать возможности науки. Хорошо.

Но тем не менее сейчас я хочу предоставить слово практикам, у нас тут много есть записавшихся от крупнейших наших компаний. Но я прошу, уважаемые коллеги, очень строго в регламент вписываться. Пожалуйста, Карен Иосифович Оганян, начальник департамента налоговой политики Газпрома.

Большое спасибо.

! Постараюсь уложиться в рамках регламента, но компания большая и проблем тоже много накопилось, поэтому...

Прежде всего я бы хотел поблагодарить организаторов сегодняшних слушаний за возможность выступить с этой трибуны и обсудить ряд ключевых вопросов, которые мы считаем критичными для сбалансированного и эффективного развития предприятий газовой отрасли. Очевидно, что на данный момент организации газовой промышленности работают в условиях существенно увеличивающейся налоговой нагрузки.

Основными направлениями налоговой политики предусматривается отмена льготы по налогу на имущество в отношении основных средств, входящих в единую систему газоснабжения. Кроме того, предусматривается изъятие до 80 процентов допдоходов, получаемых в связи с индексацией оптовых цен на газ на внутреннем рынке через очередное повышение ставки НДПИ.

Хотелось бы напомнить, что ставка НДПИ на природный газ уже повышалась с 1 января 2012 года, причём, как известно, это решение касалось только ОАО "Газпром" и предприятий группы "Газпром". Первоначально ставка НДПИ в 2012 году была на уровне 251 рубля за тысячу кубических метров газа, однако в итоге составила 509 рублей за тысячу кубометров. Соответственно в 2013 году повышенная ставка НДПИ зафиксирована на уровне 622 рублей за тысячу кубометров против 265 рублей первоначальной установленной ставки.

Таким образом, основными направлениями предусматривается повторное, фактически второй раз за год повышение ставки НДПИ для газовой отрасли более чем в 2 раза, по сравнению с действующей ставкой. Хотелось бы, для справки, отметить, что дополнительные налоговые изъятия в 2012 году за счёт повышения ставки НДПИ составят свыше 116 миллиардов рублей.

Такое резкое повышение ставки НДПИ на природный газ окажет отрицательное влияние на показатели нашей рентабельности. Газпром работает, как вы знаете, в условиях госрегулирования цен на газ, реализуемый на внутреннем рынке, и до 2009 года рентабельность по чистой прибыли продаж газа на внутреннем рынке становится положительной, до этого она была отрицательной, и растёт вплоть до 2012 года, когда как раз была резко повышена ставка НДПИ. Соответственно, по нашим прогнозам, рентабельность снизится по итогам года более чем в 2 раза, до 11 процентов. К 2015 году показатель этот может составить чуть больше 7 процентов, что, учитывая высокую капиталоёмкость отрасли, критически мало.

Несколько слов по вопросу отмены льготы по налогу на имущество в отношении объектов, входящих в ЕСГ.

Кстати, я уже упоминал, в соответствии с предложением Минфина планируется отмена данной льготы и поэтапное повышение ставки налога на имущество для объектов ЕСГ с доведением её до уровня 2,5 процента к 2017 году.

По нашим расчётам, совокупный размер потерь Газпрома от отмены данной льготы за пять лет, начиная с 2013 года, составит около 279 миллиардов рублей. В свою очередь, по нашим расчётам, это может привести к увеличению тарифа на транспортировку газа для независимых производителей.

Таким образом, отмена льгот по налогу на имущество и повышение ставок НДПИ может привести к ограничению финансирования инвестиционной программы. Дефицит средств по объектам капитального строительства, по нашим расчётам, может составить свыше 113 миллиардов рублей, и это только без учёта финансирования программы реконструкции и технического перевооружения объектов добычи и транспорта газа. При этом надо учитывать, что износ магистральных трубопроводов составляет 71 процент, компрессоров - 90 процентов, скважин - 77 процентов.

Мы проводили расчеты, к каким последствиям может привести уменьшение капитальных вложений в газовую отрасль. Так вот, по нашим данным, снижение величины капитальных вложений на 100 миллиардов рублей может дать уменьшение налоговых поступлений от других отраслей экономики в связи с прекращением мультипликативного эффекта на 24,2 миллиарда рублей.

Кроме того, количество рабочих мест может сократиться на 70 тысяч единиц и, соответственно, уменьшатся выплаты в социальные фонды на 4,4 миллиарда рублей.

Возникает риторический извечный вопрос - про курицу и золотые яйца. И здесь я бы хотел поддержать коллегу Владимирова.

Теперь позвольте представить вашему вниманию наши предложения, очень коротко, которые позволят снизить негативное влияние предлагаемых инициатив на финансово-экономическое положение корпораций.

Мы неоднократно говорили о том, что растущий мировой спрос на газ, и прошедшая зима тому подтверждение, требуют разработки и введения в эксплуатацию новых месторождений. Но, как показывает практика, месторождения со стандартными условиями разработки и добычи, их остаётся всё меньше и меньше, соответственно, приходится осваивать месторождения со сложными условиями добычи, сложной геологией, сложной географией, то, о чём говорил опять же коллега Владимиров, действительно увеличивается процент обводнённых скважин, скважин с низким пластовым давлением и это очень значительно уменьшает рентабельность данных проектов и требует дополнительных капитальных вложений.

В свою очередь, чтобы такие проекты стали хоть немного рентабельными, требуется государственная поддержка.

Кроме того, государственная поддержка необходима по проектам, связанным с освоением месторождений, расположенных на континентальном шельфе, но об этом я расскажу чуть позже.

Итак, по материковым месторождениям. Экономические и технические показатели разработки и добычи углеводородного сырья по месторождениям могут существенно различаться в зависимости от целого ряда факторов, которые я уже упоминал. Соответственно, нормы доходности этих проектов могут существенно различаться. Если будет общий режим налогообложения, разработка таких месторождений будет нерентабельна, поэтому наши предложения заключаются в том, что в отношении таких месторождений должен предусматриваться особый режим налогообложения, возможно, через механизм дифференциации ставок НДПИ, который бы позволил вывести норму внутренней доходности по таким проектам на приемлемый уровень. Это в свою очередь позволит не только создать дополнительные рабочие места, обеспечить прирост запасов, но и привлечь в страну иностранные инвестиции и технологии.

Я бы хотел особо отметить, что в отношении нефтяной отрасли соответствующие решения уже приняты и дискриминации, по нашему мнению, в этом вопросе быть не должно.

Наши месторождения находятся преимущественно на Севере, на территории Ямало-Ненецкого автономного округа, полуострова Ямал, а также на территории Восточной Сибири и Дальнего Востока. Территории эти характеризуются сложными климатическими условиями, тяжёлыми условиями осуществления поисково-разведочных работ, а также добычи газа.

Месторождения газа с относительно небольшой глубиной залегания - Синаманские залежи, так называемые, в основном уже выработаны. И поэтому для поддержания заданного уровня добычи приходится разрабатывать более сложные затратные месторождения, с более глубоким залеганием продуктивных пластов.

На диаграмме видно, что удельный вес месторождений с относительно традиционными условиями добычи к 2030 году снизится до 49 процентов и, напротив, доля сложных месторождений с глубиной залегания продуктивных пластов свыше 3 тысяч метров, так называемые, Ачиновские отложения к 2030 году...

Заканчиваю, ещё 5 минут мне нужно.

. Сколько?

5, максимум.

. Это уже будет третья норма.

В силу интеллигентности как председатель комитета по бюджету. Это дискриминация малого бизнеса, я допустить не могу.

Хорошо. Заканчиваю.

Председательствующий. Коллеги, у нас ещё есть выступающие.

Хорошо, три минуты, буквально.

Пару слов по континентальному шельфу я бы хотел сказать. На самом деле, уже принято соответствующее решение, распоряжение правительства подписано. Однако этим распоряжением предусматривается соответствующий льготный режим только для тех месторождений, которые планируются к вводу, начиная с 2016 года.

У нас есть два очень интересных месторождения, это... и Килинское месторождение. И, соответственно, очень бы хотелось, чтобы по ним также было принято соответствующее решение.

Последнее, что я бы хотел сказать, это вопросы трансфертного ценообразования. На самом деле, мы поддерживаем те решения, которые приняты. Однако всё же нам очень бы хотелось, чтобы инструмент контроля за трансфертным ценообразованием не использовался как фискальный, а всё-таки в большей степени основывался на экономических механизмах обоснований справедливого уровня цены, которая применяется в сделках.

Последнее, что я бы хотел сказать, это выводы. Их всего три.

Первое. Для нормального функционирования газовой отрасли необходим стабильный налоговый режим, постоянные нововведения не способствуют стабильному развитию отрасли и могут привести к системным сбоям.

Второе, как я уже говорил. Необходимо установить справедливую ставку НДПИ, которая бы стимулировала дальнейшее развитие отрасли. И это в большей степени механизмы дифференциации.