Особенности ретроспективного Эпизоотологического анализа лейкоза крупного рогатого скота на региональном уровне (стр. 1 )

На правах рукописи

Особенности ретроспективного

Эпизоотологического анализа

лейкоза крупного рогатого скота

на региональном уровне

06.02.02 – ветеринарная микробиология, вирусология,

эпизоотология, микология с микотоксикологией и иммунология

Автореферат диссертации

на соискание ученой степени

кандидата ветеринарных наук

Новосибирск – 2011

Работа выполнена в ГНУ Институт экспериментальной ветеринарии Сибири и Дальнего Востока Россельхозакадемии и ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный аграрный университет».

Научный руководитель: доктор биологических наук,

старший научный сотрудник

Официальные оппоненты: доктор ветеринарных наук, профессор

,

доктор ветеринарных наук, профессор

Ведущая организация: Всероссийский научно-исследовательский

институт экспериментальной ветеринарии

им. (ВИЭВ)

Защита состоится «____» _____________ 2011 г. в _____ ч. на заседании диссертационного совета Д.006.045.01 при ГНУ Институт экспериментальной ветеринарии Сибири и Дальнего Востока Россельхозакадемии Новосибирская обл., Новосибирский р-н, п. Краснообск, ИЭВСиДВ

С диссертацией можно ознакомиться в Сибирской научной сельскохозяйственной библиотеке Россельхозакадемии

Автореферат разослан «____» _______________ 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

1. Общая характеристика работы

Актуальность проблемы. Последние полвека Советский Союз, а ныне Российская Федерация, являются стационарно неблагополучными по лейкозу крупного рогатого скота с тенденцией дальнейшего распространения болезни (, , 1966; , 1977; , 1986; и др., 1988; , 1992; , 1995; , 1995; , 1997; и др., 1997; , 1998; , 2000; , 2001; и др., 2002; , , и др., 2003; , , 2005; , 2005; , 2007; , 2011; и др., 2011; и др., 2011).

Выбор метода проведения оздоровительной работы, точный расчёт потребности в диагностикумах при лейкозе крупного рогатого скота и другие слагаемые противоэпизоотической работы требуют достоверной оценки эпизоотической обстановки на территории края (области) или сельского района.

В эпизоотологии разработан большой набор эпизоотологических показателей, используемых, в частности, для изучения распространения лейкоза крупного рогатого скота ( и др., 1981; и др., 1982; и др., 1983; , , 1991; и др., 2001, 2007). При оценке распространения лейкоза крупного рогатого скота в отдельных неблагополучных пунктах при «собственноручно» выполненных исследованиях животных у эпизоотологов вопросов в выборе методов эпизоотологического анализа и показателей не возникает. При оценке же ситуации на уровне субъекта федерации приходится пользоваться данными ветеринарного учёта и отчётности (, 1996), в которых разный уровень охвата скота диагностическими исследованиями на лейкоз (при разнонаправленной оздоровительной работе), разные половозрастные группы животных, разная принадлежность животных к сельхозпредприятиям или хозяйствам граждан. Основным обстоятельством, снижающим достоверность анализа на региональном уровне, является то, что согласно положениям п. 5.4 Правил по профилактике и борьбе с лейкозом крупного рогатого скота (далее Правила …) в наиболее неблагополучных территориях серологические исследования взрослых животных на лейкоз можно не проводить, а заменить их поголовными гематологическими исследованиями для выявления больных животных.

Пренебрежение учётом перечисленных обстоятельств снижает достоверность и сопоставимость вычисленных эпизоотологических показателей. Требуется оценить использование общепринятых эпизоотологических показателей для оценки проявления эпизоотического процесса лейкоза скота на региональном уровне, внести уточняющие коррективы в методику эпизоотологического анализа и разработать чёткие рекомендации по их использованию для адекватного отражения эпизоотической обстановки и достоверного сопоставления данных на разных территориях.

Цель исследований – провести комплексную оценку проявления эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота в субъекте федерации и разработать алгоритм ретроспективного эпизоотологического анализа динамики эпизоотического процесса при этой болезни на региональном уровне.

Задачи исследований:

1.  Изучить многолетнюю динамику проявления эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота в Алтайском крае.

2.  Оценить общепринятые и дополнительные эпизоотологические показатели и критерии для их использования в алгоритме ретроспективного эпизоотологического анализа динамики эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота на региональном уровне.

3.  Разработать алгоритм ретроспективного эпизоотологического анализа динамики эпизоотического процесса лейкоза скота на региональном уровне.

Научная новизна работы. Охарактеризована многолетняя динамика проявления эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота по отдельным половозрастным группам животных в сельхозпредприятиях и хозяйствах граждан Алтайского края в 2002–2009 гг.

При оценке проявления эпизоотического процесса лейкоза скота на региональном уровне выявлены изменения вычисленной величины эпизоотологических показателей и направленности их динамики в зависимости от уровня охвата скота серологическими и гематологическими исследованиями на лейкоз, а не только от степени напряженности эпизоотического процесса.

Обосновано использование дополнительных эпизоотологических показателей и критериев для повышения достоверности эпизоотологической оценки обстановки по лейкозу крупного рогатого скота (охват коров серологическими и гематологическими исследованиями на лейкоз в процентах и др.).

Теоретическая и практическая значимость работы. Отработаны показания к применению и ограничения отдельных эпизоотологических показателей для оценки проявления эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота на региональном уровне. Разработан алгоритм ретроспективного эпизоотологического анализа динамики эпизоотического процесса лейкоза скота, который даёт возможность достоверно оценить обстановку по этой болезни на региональном уровне субъекта федерации по сведениям документов ветеринарного учёта и отчётности.

Апробация полученных результатов. Материалы диссертации доложены и обсуждены на II Сибирском ветеринарном конгрессе (Новосибирск, 2010) и X Сибирской ветеринарной конференции (Новосибирск, 2011).

Основные положения, выводы и практические предложения, изложенные в диссертации, обсуждены и одобрены на межлабораторном совещании сотрудников ГНУ ИЭВСиДВ Россельхозакадемии (2011) и на межкафедральном совещании факультета ветеринарной медицины НГАУ (2011).

Публикации результатов исследований. Опубликованы 3 научные работы, в том числе одна статья в ведущем научной журнале, рекомендованном ВАК Минобрнауки РФ («Вестник НГАУ»).

Объем и структура диссертации. Диссертация изложена на 120 страницах и состоит из введения, обзора литературы, собственных исследований, обсуждения полученных результатов, выводов, практических предложений, списка литературы, и включает 3 приложения.

Диссертация иллюстрирована 24 таблицами, 17 рисунками и одной картограммой. Список литературы включает 142 источника, из них 23 – зарубежных авторов.

Внедрение результатов исследований. Результаты исследований использованы для разработки методических рекомендаций «Эпизоотологический анализ при лейкозе крупного рогатого скота» (Новосибирск, 2011).

Результаты проведённого эпизоотологического анализа использованы для подготовки «Ведомственной целевой программы по профилактике на территории Алтайского края лейкоза крупного рогатого скота и борьбе с указанным заболеванием» (по исполнению решения Совета Администрации Алтайского края п. 1.4, № Прот-СА-3 от 01.01.2001 г.) и соответствующего внесения изменений в «Ведомственную целевую программу развития сельского хозяйства Алтайского края на 2008–2012 гг.» (утв. губернатором Алтайского края, постан. № 000 от 01.01.2001 г.).

Основные положения, выносимые на защиту.

1.  Проявления эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота в сельхозпредприятиях и хозяйствах граждан Алтайского края.

2.  Алгоритм ретроспективного эпизоотологического анализа лейкоза крупного рогатого скота с учётом установленных показаний к применению и ограничений общепринятых и дополнительных эпизоотологических показателей на региональном уровне.

2. Собственные исследования

2.1. Материалы и методы. Работа выполнена в 2006–2011 гг. в лаборатории лейкозов животных Института экспериментальной ветеринарии Сибири и Дальнего Востока Россельхозакадемии и на кафедре эпизоотологии и микробиологии Новосибирского государственного аграрного университета.

Объектом исследования являлся эпизоотический процесс лейкоза крупного рогатого скота.

Эпизоотическая обстановка по лейкозу крупного рогатого скота изучена на основе данных ветеринарной отчетности за 8 лет (2002–2009 гг.) управления ветеринарии Алтайского края. Первичными источниками информации для учета и регистрации заболевания лейкозом крупного рогатого скота служат документы федеральной статистической отчетности формы №1-вет «Отчет о заразных болезнях животных» и №1-вет А «Отчет о противоэпизоотических мероприятиях», а также ведомственной отчётности управления ветеринарии Алтайского края по распространению лейкоза скота, сведения из журналов ветеринарного учёта и экспертиз ветеринарных лабораторий о результатах серологических и гематологических исследований.

При анализе собранных данных использовали общепринятые ( и др., 1982; , , 1991; и др., 2001) и дополнительные эпизоотологические показатели и критерии:

–  инфицированность коров в процентах по отношению к исследованному серологическим методом количеству коров;

–  превалентность лейкоза у коров в промилле (‰) как отношение инфицированных коров к общему поголовью коров (на 1000 голов);

–  инфицированность телок перед случкой, телок 6–12-месячного возраста, быков-производителей в процентах по отношению к исследованному серологическим методом количеству животных соответствующей половозрастной группы;

–  процент больных лейкозом коров к исследованному гематологическим методом количеству коров;

–  заболеваемость коров в промилле (‰) как отношение больных лейкозом коров к общему поголовью коров (на 1000 голов);

–  охват коров серологическим и гематологическим исследованиями на лейкоз в процентах, с учётом 2-кратного проведения исследований за год.

Характеристику эпизоотологических показателей и анализ распространения лейкоза крупного рогатого скота в Алтайском крае проводили с использованием суммарных показателей за 8-летний период (2002–2009 гг.) и годовых показателей в динамике по группам районов. Группировка районов Алтайского края в зависимости от степени усиления эпизоотической напряжённости по лейкозу скота представлена в разделе 2.2.

Для оценки интенсивности и направленности динамики эпизоотического процесса лейкоза скота рассчитывали темп прироста эпизоотологических показателей по группам районов за 8-летний период наблюдения (2002–2009 гг.) по общепринятым методам (, , 1990).

Взаимосвязи показателей характеризовали с использованием коэффициента корреляции вычисленного по двум направлениям:

1.  между годовыми значениями показателей в отдельной группе районов в динамике их колебаний с 2002 по 2009 гг.;

2.  между суммарными 8-летними значениями показателей отдельных районов внутри группы районов.

Анализировали корреляцию по 20-ти сочетаниям разных эпизоотологических показателей в сельхозпредприятиях, по 6-ти сочетаниям разных показателей в хозяйствах граждан и по 4-м основным идентичным показателям между сельхозпредприятиями и хозяйствами граждан (инфицированность коров, превалентность лейкоза у коров, заболеваемость коров, процент больных лейкозом коров от исследованных).

Статистическую обработку полученных данных с вычислением средней арифметической, ошибки средней арифметической, стандартного отклонения, оценку достоверности различий средних арифметических, корреляционный анализ проводили по общепринятым методикам (, 1980).

2.2. Проявление эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота в сельхозпредприятиях и хозяйствах граждан Алтайского края. Для оценки проявления эпизоотического процесса лейкоза крупного рогатого скота районы Алтайского края ранжированы на 4 группы по степени усиления эпизоотической напряжённости:

1.  благополучные районы, с начальным уровнем инфицированности скота за период наблюдения менее 2% (n = 5: Егорьевский, Ключевской, Кытмановский, Михайловский, г. Белокуриха);

2.  неблагополучные, оздоравливаемые районы с начальным уровнем инфицированности скота за период наблюдения 2–20% (n = 18: Бурлинский, Волчихинский, Косихинский, Краснощековский, Кулундинский, Локтевский, Немецкий, Новичихинский, Петропавловский, Поспелихинский, Родинский, Романовский, Славгородский, Солонешенский, Табунский, Чарышский, Шипуновский, г. Барнаул);

3.  неблагополучные районы на начальном этапе оздоровления с начальным уровнем инфицированности скота за период наблюдения 20–30% (n = 16: Алейский, Алтайский, Бийский, Змеиногорский, Зональный, Красногорский, Курьинский, Мамонтовский, Павловский, Рубцовский, Смоленский, Советский, Троицкий, Угловский, Целинный, Хабарский);

4.  неблагополучные районы на начальном этапе оздоровления с начальным уровнем инфицированности скота за период наблюдения 30–50% и выше (n = 23: Баевский, Благовещенский, Быстроистокский, Ельцовский, Завьяловский, Залесовский, Заринский, Калманский, Каменский, Крутихинский, Панкрушихинский, Первомайский, Ребрихинский, Солтонский, Суетский, Тальменский, Тогульский, Топчихинский, Третьяковский, Тюменцевский, Усть-Калманский, Усть-Пристанский, Шелаболихинский).

За период наблюдения во 2–4-й группах районов среднегодовое поголовье коров в сельхозпредприятиях было примерно одинаково, в 1-й группе – в 5 раз меньшее. Во всех группах районов, как и в целом по краю, поголовье коров было примерно поровну распределено между сельхозпредприятиями и хозяйствами граждан (табл. 1–2). Снижение поголовья коров в группах районов по сельхозпредприятиям в 2002–2009 гг. составило 12,2–31,4% (по краю 23,4%), в хозяйствах граждан 19,6–31,3% (по краю 26,7%).

Наиболее неблагополучные по лейкозу скота районы 4-й группы расположены на севере края на границе с Новосибирской областью и на востоке – с Кемеровской областью. Также в 4-ю группу входят животноводческие
районы центральной части края. Менее напряжённая эпизоотическая ситуация отмечена в районах в юго-западной части края, в том числе граничащих с Казахстаном (картограмма в диссертации). Представленное ранжирование районов по эпизоотической напряжённости показывает прогрессию в распространении болезни в значительной их части, если отталкиваться от результатов исследований, выполненных по Алтайскому краю до 2002 г. под руководством проф. (, , 1993; , 2000; , 2001; , 2004).

2.2.1. Анализ динамики эпизоотологических показателей, отражающих количество инфицированных вирусом лейкоза животных. Инфицированным ВЛКРС считают животное, у которого обнаружены антитела к вирусу лейкоза в сыворотке крови в РИД или ИФА. Использованы общепринятый показатель (инфицированность), дополнительный показатель (превалентность лейкоза у коров) и дополнительный критерий – охват коров серологическими исследованиями на лейкоз от их общего поголовья.

Эпизоотическая обстановка по инфицированности скота ВЛКРС в сельхозпредприятиях края крайне неоднородна. Средние значения эпизоотологических показателей в представленных группах районов значительно отличались от показателей по краю: в 1–2-й группе районов, как правило, в сторону меньшей величины с отрицательным темпом прироста, в 3–4-й группе – в сторону большей величины с положительным темпом прироста (табл. 1).

Средняя величина охвата коров серологическими исследованиями достоверно снижалась с 1-й по 4-ю, самую неблагополучную, группу районов –до 26,4 ± 0,17%, P < 0,05; а также характеризовалась сильным разбросом в 3-й и 4-й группах неблагополучных районов от 0,01 до 100% и более (табл. 1).

Следовало бы ожидать, что все абсолютные и средние относительные показатели с 1-й по 4-ю группу районов будут возрастать. Однако заметны «противоречия» – в самой неблагополучной 4-й группе меньшее абсолютное количество инфицированных коров и превалентности лейкоза у коров по сравнению с 3-й группой. Можно утверждать, что значительное количество инфицированных коров в 4-й группе районов не учтёно при низком охвате коров исследованиями. Это подтверждает невысокая величина среднего показателя инфицированности коров в 4-й группе – 23,3 ± 0,2%, в то время, как значительное число сельхозпредприятий по результатам выборочных исследований имеют инфицированность коров выше 70%. К тому же инфицированность коров при напряжённой эпизоотической обстановке не может быть примерно равной инфицированности телок перед случкой (17,7 ± 0,3%, табл. 1).

По разбросам показателей по отдельным районам в группах видно, что минимальные величины инфицированности, превалентности лейкоза у коров и их охвата серологическими исследованиями на лейкоз ниже в самой неблагополучной 4-й группе районов по сравнению с другими группами, а также значительно ниже инфицированности телок всех разных возрастов и быков-производителей в этой же 4-й группе (см. lim r табл. 1). Этого не отмечено в 1-й и 2-й группах районов, в которых полный охват коров серологическими исследованиями на лейкоз, а также в 3-й группе.

Наиболее достоверно характеризовали инфицирование скота ВЛКРС в сельхозпредприятиях абсолютные и относительные показатели у телок разного возраста и быков-производителей. Как средние значения показателей, так и лимиты по отдельным районам в группах поступательно увеличивались с 1-й по 4-ю группу районов (табл. 1). Согласно Правилам … животных этих групп исследуют поголовно серологическим методом (РИД) на лейкоз независимо от эпизоотической ситуации.

Показатели инфицирования коров в оздоравливаемых районах 1-й и 2-й группы снижались на фоне практически 100%-ного охвата коров серологическими исследованиями – инфицированность с 0,8 до 0,1% и с 3,1 до 1,1% соответственно, превалентность лейкоза с 14,4 до 1,1‰ и с 55,0 до 22,1‰ соответственно (темпы прироста в табл. 1). Отмечен параллелизм динамики инфицированности и превалентности лейкоза у коров в 1-й и 2-й группах районов (r = 0,99–1,00, P < 0,05). Выявлена обратная зависимость динамики этих показателей от охвата коров серологическими исследованиями – чем выше охват, то есть интенсивность оздоровительных мероприятий, тем ниже инфицированность и превалентность лейкоза (r = – 0,66–0,81, P < 0,05).

В районах 3-й группы (на начальном этапе оздоровления) увеличился охват коров серологическими исследованиями с 58,1 до 68,4%, но это достоверно ниже, чем по 1-й и 2-й группам. Инфицированность коров колеблется на уровне 11%, а годовой показатель превалентности лейкоза вырос с 126,9 до 150,2‰ за счёт увеличения охвата серологическими исследованиями. Инфицированность и превалентность лейкоза у коров имеют прямую связь, но более слабую (r = 0,79–0,94, P < 0,05), чем в 1-й и 2-й группах.

По иному выглядит динамика годовых показателей инфицирования коров в сельхозпредприятиях 4-й группы районов. И без того низкий охват коров серологическими исследованиями снизился к 2009 г. до 22,2% (темп прироста –24,4%). Но показатель инфицированности коров вырос к 2009 г. до 27,9%, отражая крайнюю степень неблагополучия по лейкозу скота этих районов, в итоге, корреляция между инфицированностью коров и их охватом серологическими исследованиями отрицательная (r = –0,50–0,54, P > 0,05). При этом за счёт снижения охвата исследованиями количество выявленных (следовательно, учтённых) инфицированных коров с 2005 по 2009 гг. снизилось в 1,5 раза с 10 333 до 7 069 и, следовательно, превалентность лейкоза у коров упала со 160,5 до 123,9‰. Связь между превалентностью лейкоза у коров и их охватом исследованиями положительная (r = 0,54–0,74, P < 0,05).

Направленность динамики годовых показателей инфицированности телок и быков-производителей чётко соответствовала степени напряженности эпизоотического процесса. Годовые значения инфицированности телок перед случкой в 1–3-й группах районов снижались (темпы прироста отрицательные, табл. 1): в 1-й группе – с 0,5 до 0,1%, во 2-й – с 3,8 до 1,3%, в 3-й – с 11,2 до 10,2%. В 4-й группе районов инфицированность телок перед случкой выросла при изначально высоких значениях с 16,3 до 19,8%.

У телок 6–12-месячного возраста в 1-й и 2-й группах– снижение годовых показателей (до нуля и 1,2% соответственно), в 3-й – некоторый рост показателя с 7,3 до 8,6%, в 4-й также увеличение показателя с 10,7 до 11,8%.

У быков-производителей в 1-й и 2-й группах спад показателей до нуля и 0,9% соответственно, в 3-й – рост с 9,6 до 16,9%. В 4-й группе отмечена самая высокая инфицированность быков-производителей (в 2003 г. 28,9%), но с тенденцией снижения за счёт систематической выбраковки инфицированных быков до 19,1% (2009 г.).

Таблица 1 – Эпизоотологические показатели, отражающие количество инфицированных ВЛКРС животных разных половозрастных групп в сельхозпредприятиях по группам районов и в целом по краю

Показатели		1 группа	2 группа	3 группа	4 группа	По краю
1		2	3	4	5	6
Коровы
Среднегодовое поголовье коров в сельхозпредприятиях, гол.		12 507	68 107	61 409	66 412
Суммарное количество		528	21 327	67 863	65 413
инфицированных коров за 8 лет, гол.
Инфицированность коров, %	M	0,3*	2,0*	11,3*	23,3	7,0
	± m	± 0,03	± 0,04	± 0,1	± 0,2	± 0,1
	lim r	0,1–0,8	0,5–9,6	0,4–53,6	1,8–80,3	0,1–80,3
	Т	– 93,1	– 63,2	0,5	55,3	– 7,1
Превалентность лейкоза	M	5,3*	39,1*	138,1*	123,1	91,3
у коров, ‰	± m	± 0,7	± 0,7	± 1,4	± 1,3	± 0,6
	lim r	1,8–15,4	10,7–161,6	7,3–787,1	0,1–659,7	0,1–787,1
	Т	– 92,2	– 59,9	18,3	17,4	1,6
Охват коров серологическими	M	105,5*	96,7*	61,0*	26,4	65,7
исследованиями, %	± m	± 0,2	± 0,1	± 0,2	± 0,2	± 0,1
	lim r	97,2–112,3	73,7–124,9	7,3–93,0	0,01–89,8	0,01–124,9
	Т	13,7	8,9	17,7	– 24,4	9,3
Телки перед случкой
Суммарное количество		136	5 142	20 062	31 376	56 716
инфицированных за 8 лет, гол.
Инфицированность, %	M	0,2*	2,4*	11,7*	17,7	8,4
	± m	± 0,06	± 0,1	± 0,2	± 0,3	± 0,1
	lim r	0,02–0,3	0,03–10,1	1,1–23,4	5,3–31,6	0,02–31,6
	Т	– 88,4	– 66,1	– 9,1	3,9	– 11,9
Телки 6–12-месячного возраста
Суммарное количество		235	5 957	16 539	18 466	41 197
инфицированных за 8 лет, гол.
Инфицированность, %	M	0,4*	2,5*	8,0*	11,5	6,3
	± m	± 0,1	± 0,1	± 0,2	± 0,2	± 0,1
	lim r	0,05–0,8	0,04–5,8	0,3–16,7	6,0–18,0	0,04–18,0
	Т	– 97,9	– 67,5	17,3	10,1	– 4,5
Окончание таблицы 1
1		2	3	4	5	6
Быки-производители
Суммарное количество		8	458	721	1 909	3 096
инфицированных за 8 лет, гол.
Инфицированность, %	M	0,3*	1,7*	11,1*	25,5	3,9
	± m	± 0,26	± 0,2	± 1,1	± 1,4	± 0,3
	lim r	0–2,3	0–7,9	0–26,4	1,8–41,6	0–41,6
	Т	– 100,0	– 77,8	75,6	– 19,8	– 62,7

Примечание. М – среднее арифметическое за 8-летний период 2002–2009 гг.; ± m – ошибка среднего арифметического; lim r – границы средних значений по районам в группе или в крае; Т – темп прироста показателя в 2002–2009 гг. в процентах.