Форум «Саморегулируемых организаций» (стр. 4 )

Во-первых, необходимо разработать – и мы этим уже занимаемся – дорожную карту для того, чтобы спланировать дальнейшее развитие Института саморегулирования на перспективу по видам деятельности. Второе, об этом уже говорилось – необходима кодификация законодательства в области СРО. Третье, нам необходимо выработать единые механизмы образования и работы компенсационных фондов СРО – независимо от вида деятельности! Четвертое, необходимо стимулирование и образование добровольных саморегулируемых организаций.

И сегодня в каждом выступлении появляется мысль, что добровольные СРО зачастую работают лучше и эффективнее. Об этом и Галина Петровна, так сказать, в последнем выступлении говорила. Чем там, где появляются обязательные саморегулирования. Далее, необходимо создать единые принципы образования национальных объединений. Национальное объединение должно создаваться абсолютно демократическим путем и оно должно выполнять строго определенные функции. В основном, это моя позиция.

Я сейчас не буду за весь комитет говорить. Я считаю, что это должны быть представительские функции и разработка соответственно внутренних нормативов. Не должно быть номенклатурной некой верхушки. Решения должны приниматься внутри саморегулируемой организации. Разработка стандартов – да. Деловая этика – да. Споры – да. Но не, так сказать, единый некий орган, который начинает диктовать всем, как сегодня это происходит во многих отраслях.

Далее, необходимо разработать, на наш взгляд, единые принципы страхования ответственности. И наконец, единые требования к формированию и ведения реестра СРО. Вот это сегодня основные направления деятельности комитета. Я знаю, что просто времени мало. У меня был огромный доклад. Подразумеваю что, наверное, сейчас мне не стоит уходить в нюансы. Из того, что по отраслям сегодня в комитете, на наш взгляд, является значимым – мы продолжаем работу по саморегулированию в туристической деятельности, операторов обеспеченья пожарной безопасности, промышленной безопасности, медики.

Речь идет о саморегулируемых организациях врачебной деятельности. Патентные поверенные, простите, кадастровые инженеры, риелторы, операторы техосмотра транспортных средств, присяжные переводчики. Ну, и целый ряд еще других профессиональных сообществ, законодательное регулирование которых в комитете сегодня обсуждается. И соответствующие законодательные инициативы сегодня нами будут рассматриваться. Уважаемые коллеги, я просто пробегаю сейчас взглядом свой доклад, и понимаю что, в какой вопрос я сейчас ни уйди – я могу в нем увязнуть. Поэтому с вашего позволения, мы продолжим дискуссию на панелях. Спасибо за внимание!

(Аплодисменты)

Спасибо! Краткость, говорят, сестра таланта. Пожалуйста, Анатолий. Спасибо, всего доброго Наташа.

Уважаемые коллеги, я надеюсь, что я, по крайней мере, один из последних выступающих перед обедом. Поэтому сразу хотел бы пожелать приятного аппетита! Алексей Леонидович начал свое выступление с того, что ключевое слово, которое выпукло обозначил кризис – это регулирование. На мой взгляд, ключевое слово, которое выпукло обозначил сегодня кризис – это доверие. Проблема доверия между участниками рынка. Проблема доверия регулятора поднадзорным и т. д. Она очень остро обозначилась в ходе этого кризиса. И нам надо все сделать для того, чтобы это доверие вернуть. В том числе, через повышение ответственности.

Скажем, доверие к саморегулируемым организациям. Сегодня говорили об оценщиках – Центральный банк уже в свой штат хочет ввести оценщиков, которые будут определять, насколько достоверны те залоги, которые кредитные организации принимают, предоставляя кредит. Поэтому, на мой взгляд, надо в законодательстве очень жестко прописать ответственность руководителей, топ-менеджеров саморегулируемых организаций.

Если они уже сели…, в том числе, как говорили здесь, иногда на кормушку, так пусть несут ответственность за деятельность ее членов. Чтобы те случаи, когда на олимпийских стройках или на стройках АТЭС, какая-то организация, являющаяся членом этой ассоциации, повела себя непрофессионально, нарушала требования и в результате произошли обрушения – значит, должна быть ответственность, в том числе руководителей саморегулируемых организаций. Сели на кормушку, так сказать, собирают деньги и борются за это место, так сказать, всяческими способами.

Вы слышали, наверное, о том, что сейчас создается мега-регулятор на базе Центрального банка. Теперь Центральный банк будет контролировать не только деятельность кредитных организаций, но также фондовый рынок, рынок страховой, рынок микрофинансовых организаций, пенсионных фондов и т. д. Если говорить о банках, то здесь нет саморегулируемых организаций.

Я возглавляю ассоциацию региональных банков – более 400 кредитных организаций. В составе ассоциации никого не заставляли. Все добровольно участвуют. Каждую неделю приходят заявления с просьбой принять в ассоциацию. По тому, что банки понимают для себя, что ассоциация поможет им решать, в том числе их проблемы. Где-то лоббирующими усилиями, где-то советом, где-то поможет организовать встречу с руководством Центрального банка.

И я задаю себе вопрос: нужно ли мне в ассоциации полномочия саморегулируемой организации? Вроде все нормально, никаких проблем нет. Но в тоже время я вижу, что надо двигаться вперед. Например, сейчас мы поняли, что надо разрабатывать стандарты кредитования. Стандарты синдицированного кредитования. Стандарты проектного финансирования. Стандарты кредитования малого и среднего бизнеса. Стандарты потребительского кредитования. Ну, и эти стандарты важно, чтобы были акцептированным регулятором, чтобы они были утверждены этим регулятором. Для того чтобы банки ориентировались уже на эти стандарты и выдавали кредиты, понятные Центральному банку.

И от этого выиграет не только Центральный банк, который будет видеть, что банки работают по цивилизованным стандартам. Но выиграют и банки, поскольку есть, так называемое, 312-ое положение в инструкции ЦБР, по которому Центральный банк может рефинансировать кредитные организации, принимая в залог активы кредитных организаций. Если эти активы сформированы по качественным стандартам, то соответственно, под них можно выделять деньги Центрального банка.

В связи с этим, конечно, я считаю, что вот сейчас при создании мега-регулятора, конечно, нельзя забегать вперед и быстро вводить в банковской системе саморегулирование, но думать об этом уже надо! Что касается фондового рынка, страхового рынка, где есть…, ну, на фондовом рынке там есть саморегулирование. На страховом рынке – элементы саморегулирования. Я считаю, что на данном моменте, я не знаю, Виктор Семенович, может быть, будет со мной спорить, но я считаю, что надо сохранить статус-кво.

Не надо бежать вперед. Тем более, в ускоренном порядке принимается законодательство в создании мега-регулятора. Надо те правила, которые существуют по саморегулированию финансовых рынков сохранить для того, чтобы потом уже осуществлять тонкую настройку. Где-то ЦБ, может быть, будет делегировать фондовому рынку, саморегулированию на этом рынке свои полномочия. А где-то, может быть, даже отбирать себе, поскольку увидят, что эти организации работают не очень эффективно. Причем, в обязательном порядке с обязательным членством.

Саморегулирование, на мой взгляд, надо вводить на коллекторском рынке по тому, что там очень много безобразия, очень много жалоб. И надо коллекторов поставить в жесткие рамки, в том числе, саморегулирование с обязательным членством. С изгнанием, если нарушаются цивилизованные правила работы с должниками. Обязательное членство вполне возможно для рейтинговых агентств.

К сожалению, там тоже бывали безобразия, когда перед самым банкротством Межкомбанка присваивался довольно высокий рейтинг этому банку. И он получил беззалоговый кредит в Центральном банке, в том числе, благодаря этому рейтингу. А потом, как известно, не рассчитался. Ну, и рейтинговое агентство, опять же, не понесло никакую ответственность. Ответственность – это в том числе, ключевое слово. Права, обязанности и ответственность. И это надо во всех законах прописывать. В том числе, в законе о саморегулировании. Спасибо за внимание! Приятного аппетита!

(Аплодисменты)

Спасибо, Анатолий Геннадиевич! Но ты не все секреты высказал, которые мы потом обсудим на последнем круглом столе, надеюсь. То, что нам стоит сделать с Центральным банком. Дорогие, Сергей Борисович – заместитель председателя Комитета Государственной думы по охране здоровья и еще президент Национальной медицинской палаты.

Как на счет приятного аппетита?

Так, я же говорю, уже пожелали приятного аппетита.

Я прошу прощения. Сергей, одну секундочку. Коллеги, конечно, очень трудно чиновникам и депутатам не дать слово, но в данном случае, мы приступили к тому что, как говориться, профессиональных организаций. И здесь сочетание просто: медицинская палата и заместитель председателя комитета. Я прошу приготовиться Аллу Георгиевну, и Еркова Владимира Владимировича – если возможно. Спасибо!

Поскольку предыдущий выступающий пожелал уже приятного аппетита – я думаю, что меня не съедят!

Обратите внимание, что в зале кое-кто остался.

Да.

Кстати, коллеги, 6 600 человек нас смотрит в интернете. Пожалуйста, учитывайте тоже и это.

Я думаю, что не испорчу вас аппетит, не смотря на то, что проблема, которую сегодня хотелось бы обсудить, в том числе, касается, наверное, каждого сидящего здесь. Это одна из самых широких отраслей в нашей стране, которая касается, безусловно, каждого гражданина – система здравоохранения. Но прежде всего, я бы хотел передать вам приветствия и пожелания здоровья, а не приятного аппетита для начала от Леонида Михайловича Рошаля, который отсутствует сегодня в городе и просил меня поприветствовать всех вас, передать вам всего самого хорошего.

Тем более что мы с Виктором Семеновичем долгое время уже работаем над этим проектом, который сегодня я буду рассказывать. И мы очень ему благодарны за все дискуссии очень острые, которые у нас по этому поводу всегда происходили. Именно поэтому, наверное, у нас выкристаллизовывается определенная позиция, о которой я вам, собственно говоря, сегодня и расскажу, какие же у нас перспективы в саморегулировании в нашей стране в системе здравоохранения. Должен сказать, что Виктор Семенович, выступая начал с того, что первые элементы саморегулирования были заложены еще в клятве Гиппократа. Это значит, с врачей все началось.

Но, не смотря на то, что с них началось – мы до сих пор в нашей стране, по крайней мере, не имеем даже элементов этого саморегулирования. Хотя еще раз хочу его процитировать вот тут 3-хэтапность подходов к саморегулированию. Сначала самоорганизация, потом самоуправление, а потом только саморегулирование. Для нашей отрасли, как никогда она, наверное, очень правильная. Не надо торопиться никогда в этом процессе, тем более в такой очень ответственной и значимой отрасли, как у нас.

Так вот, еще 20 лет назад был принят один из основных законов «Основы охраны здоровья граждан» в той редакции, в 93-ем году, в котором, если честно сказать, было очень много заложено элементов самоорганизации. Я бы даже сказал, определенных вопросов саморегулирования. Хотя, не смотря на принятый еще 20 лет назад этот закон, и провозглашенные определенные принципы в нем – для профессиональных медицинских объединений, которые там были заложены, ну, недомолвки в этом законе не позволили не то, что организовать саморегулирование профессиональной деятельности, но даже самоорганизоваться.

И мы буквально, можно сказать, к этому году не имеем единой самоорганизованной профессиональной общественности в стране. Нет национального органа, на территориях на многих не было до настоящего времени вообще этих профессиональных объединений организованных – в полном смысле этого слова. И совершенно было понятно, что те благие пожелания, которые были в этой 62-й статье основ 93-го года – они были, ну, не совсем, прямо скажем так рабочие.

Хотя, я должен сказать что, несмотря на это, то, что закон был, и даже была политическая определенная поддержка первых лиц и руководителей нашего государства. И Владимир Владимирович Путин еще в 2001 году говорил о необходимости двигаться в этом направлении. И 3 года назад, когда он был в Сибири – я ему задавал лично вопрос о том, как он относится к этому вопросу организации и самоорганизации, и саморегулирования. Он, в общем-то, активно поддержал. И даже удивился, что у нас до сих пор это на самом деле то и не так!

Поэтому Национальная медицинская палата, которая была создана всего лишь 2 года назад, чуть больше. Вот в этом году мы будем праздновать 3-хлетие ее. Первую свою задачу поставила, во-первых, организовать все наше медицинское сообщество. Вот, пройти первый этап. Хотя, сразу же в уставе мы поставили для себя цель развития саморегулирования. По тому, что по сути дела, мы ничего нового не открываем.

Практически весь мир, все наши коллеги работают именно на принципах саморегулирования с отдельными вариантами, так сказать, трактовки этого саморегулирования. Но в большинстве случаев саморегулирование профессиональной деятельности связанно с обязательным членством врачей в этой организации. Подчеркиваю: именно с обязательным членством, а не добровольным! И попробуй объяснить, почему на наш взгляд это правильно.

Вот Национальная наша медицинская палата, которая пытается сейчас консолидировать все медицинское сообщество и работает, собственно говоря, в этом направлении в течение, ну, неполных 3-х лет. Мы поставили для себя эту основную цель, сформировали определенные основные направления нашей деятельности. И считаем, что постепенно – именно постепенно – нужно передавать нашему сообществу медицинскому организованному (когда оно будет организовано полностью) ряд определенных государственных полномочий.

По тому, что мы тоже убежденны, что мы сами лучше, наверное, знаем где, кому, чем и как лечить наших пациентов, а не только чиновники. Подразумевается вот такое построение структурное самоорганизации нашей профессиональной. В связи с принятием 323 закона, буквально он у нас принят был 2 года назад (меньше даже, чем 2 года назад) – появилась статья 76-ая в этом законе, которая посвящена этим организациям.

Но самое главное – в этом законе мы настояли, что государство…, в принципе, что управление в системе охраны здоровья может осуществляться не только на государственной основе, но и на принципах саморегулирования в соответствии с Федеральным законом. Вот эта статья, о которой я говорил, в которой прописываются все основные полномочия профессиональных организаций – не буду на ней останавливаться.

Хотя, должен сказать о том, что это тоже в некотором смысле новация не сама по себе, но новация в том виде, что она поставила определенные квалифицирующие признаки для профессиональных медицинских организаций, связанных в процентном соотношении врачей в этой организации. По сути дела, это профессиональная медицинская организация. Какие-то определенные права и полномочия. Я бы сказал такие небольшие, ну, все-таки полномочия, которые должны быть, потом в последующем трансформированы при саморегулировании гораздо большее в нашем понимании.

В этом же законе 323-ем было заложено еще одно условие, что при формировании системы саморегулирования государство таки не будет отстраняться. Но оно будет посредством правительственного решения рекомендовать, скажем, решать, обозначать определенные критерии, которым должна соответствовать такая профессиональная организация, которой, по мнению правительства можно передать определенные государственные функции в сфере охраны здоровья. Вот такое постановление вышло в прошлом году – 907. Мы над ним очень много кропотливо работали.

Мы считаем, что это такой политический вектор государства, которым обозначили путь, по которому нужно идти профессиональному сообществу, дабы получить право на саморегулирование, собственно говоря, своей профессиональной деятельности. Там главным краеугольным признаком является – это личное членство врачей в этой организации. Но что мы имеем на самом деле на сегодняшний день? Чем система здравоохранения, в принципе, отличается? Я тут пропущу много.

Особенности медицинской деятельности в отличие от многих других. Во-первых, охрана здоровья граждан это конституционная гарантия – нужно понимать. В отличие от многих других форм, которые мы тут сегодня обсуждали, которые зачастую не являются конституционными гарантиями, когда мы говорим о саморегулировании. Второе, медицинская деятельность это в основном некоммерческая деятельность, если мы говорим в соответствии с 315-ым законом. В основном, хотя есть и коммерческие элементы в этой работе.

Профессиональное объединение – это в принципе все некоммерческие организации. Самое главное – субъектом права в здравоохранении является некоммерческая организация. Это больница, поликлиника – юридическое лицо
. Не сам врач, не физическое лицо. Почему? По тому, что эта деятельность является лицензируемой, государством регулируемой в настоящий момент, и в будущем она все равно, так или иначе регулироваться будет с позиции государства. И мы должны будем работать над тем, чтобы субъектом права стал, как минимум, врач.

Целый ряд наших внутренних документов, выстраданный всей жизнью. В том числе, оформляемых в различном виде в различных государствах. Но, протоколы лечения больных по нашему глубокому внутреннему убеждению, и убеждению регулятора Министерства здравоохранения – они должны быть обязательны для исполнения всеми врачами. И мы это сами внутри корпорации признаем, регулятор это признает.

И это нужно учитывать, что целый ряд документов он должен быть обязательным для исполнения всеми врачами. Есть стандарты медицинской помощи, которые обязательны для исполнения юридическими лицами, т. е. больницами и поликлиниками. Это особенности просто нужно учитывать, когда мы сопрягаем возможность вообще перейти к саморегулированию в этой деятельности в том или ином виде в соответствии с 315-ым законом.

И какие мы видим сложности? Сиреневым – это постулаты 315-го закона, а зеленым – это те особенности, которые нужно нам учитывать при внедрении этих принципов саморегулирования в нашей стране. Если по 315-ому, т. е. это объединение должно быть предпринимательской деятельности, т. е. юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, то медорганизации у нас, повторюсь, как правило, некоммерческие организации. Не очень мы сюда подходим. Если объединение субъектов профессиональной деятельности по 315-ому физических лиц. То физическое лицо – у нас врач – не является субъектом права. Мы должны просто это учитывать.

И для того, чтобы подравняться под 315-й в этом ключе – нам нужно сначала врача сделать субъектом права. Мы это планируем сделать только к 2018 году. Связанно это с определенным процессом обучения и допуском к работе, который планируется регулятор, т. е. Минздрав Российской Федерации. Членство по 315-ому – это добровольное. Мы же убежденны, что в нашей отрасли это должно быть обязательное членство. По тому, что в Российской Федерации единые требования к врачам и медицинским организациям. Уже существует, и мы внутри у себя в корпорации убежденны в этом, что так должно быть. Каждый врач должен выполнять эти основные такие требования.

Последнее, основная цель по 315-ому закону – это улучшение качества через создание конкурентных преимуществ членов своего СРО. Мы же убежденны, что основная цель здравоохранение – это повышение качества через выполнение единых требований, норм и правил, которые вырабатывает эта корпорация. Ну, это как бы по образу и подобию, что есть такие, как у нас, предположения создать такие корпоративные уже устройства для неких сообществ.

Предложение наше, безусловно, основано на том, что надо разработать такой специальный закон. Ну, и если перефразировать Генри Форда с Виктора Семеновича утверждениями, что такое самоорганизация, саморегулирование? Первое, это как раз то, что Виктор Семенович говорил. Поэтому Форд тоже вместе с нами. Спасибо за внимание!

(Аплодисменты)

Спасибо, Сергей Юрьевич! Спасибо! Уважаемые коллеги, пока Алла Георгиевна…. А, может быть, с места, Алла Георгиевна? Как вам удобно?

Мне все равно.

Маленькое коротенькое объявление, коллеги, по тому, что в зале, я так понял, там ожидают в час начало работы круглых столов. Коллеги, возможно до вас объявление не дошло – мы круглые столы начинаем в два часа. В 2 часа, Григорий Алексеевич, начинается. А пленарка до часу. Я приношу извинения тем, кто не успел это узнать. Каждый круглый стол будет идти 2,5 часа, а не 1,5, как было запланировано – по настоянию докладчиков. Поэтому, Алла Георгиевна, пожалуйста, вам слово. Президент аудиторской палаты России, президент Финансового университета Российской Федерации – Алла Георгиевна Грязнова.

Ну, дорогие друзья, мне первой, видимо, как женщине, как представителя самой молодой профессии, и наконец, как самым маленьким по тому, что у нас всего 5 организаций саморегулируемых. И членов у нас не миллионы, а всего лишь тысячи – 26 000. Наверное, поэтому и предоставили сейчас слово. И даже разрешили посидеть. Так вот, я хочу все-таки порадовать вас, милые мои друзья, потому что нам исполнилось 25 лет. Мы очень молодые, мы очень юные. И если первое упоминание об аудите находится в казначейских документах Лондона и Уэльса, как вы думаете, когда датирована? 1130 год. А у нас аудиту всего 25 лет.

Но я могу сейчас это говорить с большой-большой гордостью, тем более, здесь присутствуют мои коллеги, которые за 25 лет сделали невозможное! Результат, могу только одно слово сказать. Нас пригласили, и мы активно все участвуем в важнейших международных организациях. А прежде, чем туда принимают – осуществляется проверка в течение полутора лет! Скрупулезно. И эта проверка была у всех у нас.

Возникает вопрос: что же мы такие за 25 лет преодолели большой такой путь? В чем это проявилось? А проявилось в очень многом. Это разработаны вопросы, связанные с системой управления. Она, кстати, отличается несколько от системы управления в других саморегулируемых организациях. В ней есть и положительное, есть и отрицательное на сегодняшний день. Во-вторых, мы сделали очень серьезный шаг…, здесь присутствует один из авторов этого шага – перевели, сделали достоверный перевод международных стандартов аудита.

Теперь по этому русскому переводу мы рассчитываем, что могут перевести на свои национальные языки другие наши с вами страны, бывшие нашими союзными республиками. Сейчас готовиться материал, связанный с тем, что мы должны внедряя свои стандарты сюда в Россию, учитывать все-таки наше законодательство. И адаптировать международные стандарты аудита к нашим реалиям сегодняшнего дня.

Мы сделали очень серьезный шаг по методическому обеспечению, давая очень большой толстый том, который в прошлый раз я вам вручила. А сегодня мы дали журнал, посвященный 25-тилетию аудита по тому, что мы хотели поделиться с вами: что у нас сделано, чем мы хотим поделиться с вами и что предложить вам. Чтобы вы не тратили деньги на то, на что мы с вами уже потратили. Я имею в виду, например, создание единой аттестационной комиссии, которая сейчас работает на новых технических условиях. На очень серьезной отработке механизма. И поэтому, никаких проблем здесь с тем, чтобы нам с вами поделиться.

Мы создали и кодекс независимости, и кодекс этики. Стали выпускать и собственный журнал большой для всех аудиторов вместе, и одновременно для отдельных аудиторских организаций. Работа идет полным ходом! Что огорчает? Вот посмотрите, что в 1-ом слайде я просила написать: аудит в рыночной экономике – это исключительно важный инструмент независимого финансового контроля. Хорошо бы, это понимали! Понимали потребители, понимало наше родное государство, которое очень захотело не только говорить об аудите, но и говорить о саморегулировании в аудите.

А что такое саморегулирование в аудите? Это очень перспективное, стратегически важное направление развития, которое соответствует формированию гражданского общества, демократизации управления, повышению роли квалифицированных профессионалов, формированию нормативно-правового механизма управления, стандартизации аудиторской деятельности, личной и коллегиальной ответственности за результат профессиональной деятельности.

И наконец, нельзя забывать, что саморегулирование обеспечивает оптимальное сочетание публично-правовых и частноправовых интересов субъектов рыночных отношений, не забывая об общем надзоре государства. Мы прошли два этапа саморегулирования. Нам 25, а в аудите саморегулируемом мы работаем всего 5-ый год. Первый этап был связан с тем, что был принят отраслевой закон об аудиторской деятельности и получение статуса СРО нашими 6-ю тогда организациями саморегулирования.

Далее, второй этап относиться к тому, что с большим-большим опозданием Министерство финансов, приняв решение о создании Совета по аудиторской деятельности 26 декабря 2009 года. 2010 год пропустил молчанием, а в 2011 году приняло решение о формировании состава Совета по аудиторской деятельности. Это произошло в апреле 2011 года. Был создан совет по аудиторской деятельности. Далее, к нему был приложен рабочий орган, и первые заседания проходили только с июля месяца. То есть, мы с большим-большим опозданием начали заниматься всерьез регулированием этой работы в целом. Это недостаток, безусловно.

И далее мы сделали попытку создать Национальный союз аудиторских организаций в октябре 2011 года. Если бы он был создан до того, это было бы здорово и правильно! Но, к сожалению, тогда не хватило благоразумия. Не хватило, наверное, каких-то разумных решений. Нам удалось создать систему управления. Я бы хотела обратить на нее внимание только из одного, что она немного другая, чем у многих организаций.

Если у нас есть государственный регулятор, как и у вас? У нас есть Совет по аудиторской деятельности. Есть рабочий орган Совета. И Росфиннадзор, который нас контролирует почему-то! И единая аттестационная комиссия, которая полностью занимается вопросами повышения квалификации в связи с получением единого аттестата – так, как сделано это в мире. Каждое СРО включает эту особенность не только физические эти славные мордашки улыбающиеся, но и юридические лица. И здесь, конечно, стоит подумать о том: рационально это или нет? И принимать какое-то решение или давать возможность всем принимать такое решение – юридическим и физическим лицам. Или может быть, еще раз вернуться к данному вопросу?

Сложилась система управления в СРО аудиторов, когда есть общее собрание, есть коллегиальный наш орган. Но у нас есть еще региональные филиалы, которые имеют и представительства, и отделения. Но самое главное – это те профессиональные комитеты, которые кроме специализированных органов, они главные по контролю и по дисциплинарной комиссии, охватывает все-все-все направления и деятельность саморегулируемых организаций. Возникает вопрос: зачем такие комитеты? Почему их так много?

А много их по тому, что государство с великой радостью в середине финансового года сбросило нам массу своих функций, не дав ни копейки! Это и установка условий доступа в профессию, и ведение реестра, и внешний контроль, и разработка проектов, стандартов и т. д. Я повторяю: в середине финансового года, не дав ни копейки! А мы еще были слабенькие, и нам с особым трудом удалось создать ту самую систему управления, о которой я сейчас говорила.

Ну, ладно, если бы это было так легко. Но, смотрите, по состоянию на начало саморегулирования у нас было всего…, лицензии получили 6,9 тысяч. Из них организации – 6,2, а индивидуальных аудиторов вообще 700 человек. Квалификационные аттестаты имели 38,8 – почти все по общему аудиту, и крошечки по банковскому аудиту бирж и страхованию. А дальше стал вопрос: нам надо обязательно вступать в международные организации.

С неимоверным трудом аудиторам, объединившись, удалось решить эти проблемы. И мы вступили в международную федерацию бухгалтеров, как одну из самых престижных, самых важных и приоритетных организаций, и Евразийский союз сертифицированных бухгалтеров и аудиторов. Тогда возникает вопрос: зачем нам нужен единый аттестат? И как его организовать?

И здесь Министерство финансов тоже решило: ах, саморегулирование, ну, вот давайте создавайте единую аттестационную комиссию сами за свой счет, а положения все – мы вам все разработаем. И такое жесткое положение, что шаг влево, шаг вправо – расстрел. Вот это, я думаю, очень серьезный недостаток, которого дай Бог, вам всем избежать. Поэтому, когда разрабатывается положение о каких-то вопросах, связанных с вступлением, а особенно это будет с ВТО связанно, пожалуйста, дорогие друзья, не делайте ошибку, как у нас получилось. Мы не успели моргнуть глазом, как это положение было разработано.

И дальше мы вынуждены были работать под эту жесткую диктовку. В результате, да, было очень сложно, очень трудно. И я честно скажу, я удивляюсь руководителям СРО, руководителям, которые сейчас возглавили единую аттестационную комиссию – как удалось за 4-ре месяца создать полнокровную систему единой аттестации. Что сделано на сегодня? На сегодня, при всей критике и с нашей стороны и со стороны отдельных членов, мы все-таки провели 223 экзамена в 36 городах России. Приняли участие 16 230 человек.

И те, кто действительно хотел, сдавали порой ни первый раз, а второй, третий раз. Но они…, 48%, т. е. половина из них сдали на сегодня эти единые экзамены. Тем не менее, проблем осталось очень много. Первое и самое главное – это недооценка значения аудита, как мощнейшего инструмента контроля и обеспечения объективной независимости. Это очень серьезно. И без государственного вмешательства здесь обойтись нельзя. По тому, что со стороны государства мы видим: шаг вперед – ох, как хорошо, надо внедрять аудит – и два шага назад.

Посмотрите, не учтено мнение нашего аудиторского сообщества, когда необоснованно увеличен критерий обязательного аудита до 400 000 000 рублей. В 8 раз! В 8! Возникает вопрос: зачем? Когда у нас инфляция составила в этот период 2,8 раза. В 8 раз увеличили! Принят административный регламент Росфиннадзора без согласования. Подготовлены сейчас изменения в порядок организации экзаменов, которые проводят в общем порядке. Нет, мои дорогие, так дело дальше не пойдет!

Вот давайте примем решение железное, твердое, кстати, мне очень понравились выступления наших первых коллег, под которыми можно расписаться. Так они красиво все нарисовали, что и плохо получается, как надо исправлять ситуацию. Только давайте теперь все это занесем в нашу резолюцию, и эту резолюцию будем выполнять. В том числе, ни одного законодательного акта, ни одного нормативно-правового документа без обсуждения профессиональным сообществом – позвольте нам иметь свой голос.

(Аплодисменты)

А то, саморегулируемая организация, а извините – она безголосая получается! Нельзя так делать. 94 ФЗ для аудита – это смерти подобная штука. Демпинг цен – снижение качества аудита на лицо. Теперь нам надо думать о том, как нам влезть в новую систему. Дублирование функций внешнего контроля – это госконтроль. Там говорят: нужно Росфиннадзору подготовить 300 человек, чтобы контролировать. Ребята, а зачем? Если вы функции передали саморегулируемым организациям. Это же трата государственных средств! 300 человек! Им же надо каждый день платить зарплату. Это не временно приходящие люди.

Да, я согласна, надо контролировать работу СРО: как оно организует контроль, что оно делает. А если вы у него отбираете большой кусок в виде обязательного аудита общественно-значимых организаций, то вы меня извините, это очень напоминает ребенка, которого родили и все время носите, носите на руках и ходить ему не даете. Извините, любая мать и отец, помогают ребенку ходить.

Государство должно это делать – помогать становиться саморегулированию. Это очень серьезно. Ну, и компенсационные фонды на сегодня, к сожалению, это замороженные средства, и подумать об их использовании надо. И еще перспективы. Перспективы большие, хорошие, если мы будем умными, толковыми и будем вместе работать!

Вот я посмотрела недостатки, которые изложены у моих дорогих оценщиков – они такие же, как у нас. Перспективы – а они тоже концепцию разрабатывают, ну, просто один к одному! Поэтому я очень рада, дорогой Виктор Семенович, что вы организуете уже 3-й форум. Мы просили вас об этом на 1-ом форуме. Спасибо, что вы это делаете. По тому, что именно объединение, именно консолидация сил нам просто необходима. А особенности в каждой отрасли – это мы с вами учтем. Это самое простое, что мы можем делать. Огромное всем спасибо за внимание! Хорошего вам аппетита! И хорошего настроения!

(Аплодисменты)

Спасибо, Алла Георгиевна! Спасибо! Вы всегда с нами, и я надеюсь, что мы всегда будем с вами в этом непростом пути. Коллеги, у нас осталось…, я очень прошу оставшихся выступающих как-то постараться очень компактно по тому, что у нас в 13:00 должно было закончиться. Нам час этот зал нужно переделывать. В 14:00 начнут работать здесь уже 2 круглых стола. Поэтому у нас сейчас выступит – заместитель председателя комитета по природным ресурсам. Значит, – президент Федеральной нотариальной палаты. , и, я так понимаю, . Четыре человека последних, кто у нас. Просьба максимально компактно, если можно. Спасибо!

Спасибо, Виктор Семенович! Коллеги, я здесь представляю комитет по природным ресурсам, природу пользования и экологию Государственной думы. И для того, чтобы изменить вектор назидания со стороны президиума в зал – я бы хотел рассказать вам, как принимаются решения в комитете относительно будущего участия организации, в том числе, форме саморегулирующих организаций в исполнении тех законодательных инициатив, которые разрабатываются в комитете в области охраны окружающей среды и природопользования.

Хованская пугала нас страшными саморегулирующими некими угрозами оператами по обращению с коммунальными отходами. И я вас расскажу о том, как сейчас в качестве 2-го чтения в комитете находится закон о внесении изменений в закон об обращении с отходами производства и потребления. И как было принято решение о том, как именно саморегулирующая организация будет и обеспечивать участие именно всех участников профессионального сообщества в развитии систем обращения с коммунальными отходами в стране.

Сегодня, как вы знаете, и об этом вы можете узнать легко, посмотрев в платежку, которую вам приносит коммунальная служба, о которой сегодня очень многократно говорилось – вы увидите, что каждый из вас платит только исключительно за вывоз коммунальных отходов. Собственно говоря, за путь, который они делают от подъезда вашего дома, от мусоропровода или от мусорного бака до полигона размещения отходов. И при этом, за все остальные манипуляции платят муниципальные бюджеты.

И это определено ни нами, это определено предыдущим составом Государственной думы, которая так своеобразно трактовала закон, переложив на плечи, в том числе и бедных муниципалитетов обязанность обеспечивать обращение с коммунальными отходами. И ситуация привела к тому, что образовалось дикое число всевозможных операторов коммунальных отходов, которые сели на тощий муниципальный бюджет, и не в силах совладать с жесткими законодательными ограничениями по процедурам обращения с отходами коммунальной сферы.

Они стали организовывать всевозможные площадки временного хранения, которые по качеству своего обращения с коммунальными отходами находятся за гранью добра и зла. В результате сегодня мы с вами около каждого муниципального образования видим маленькую экологическую катастрофу. И если комитет Государственной думы закроет глаза, и не будет вмешиваться в процесс вот такого рода саморегуляции, о которой говорила Галина Петровна Хованская – не будет. То мы с вами получим перманентную экологическую катастрофу, доставленную практически к порогу нашего дома. По тому, что тарифы сохраняются.

И соответственно, эти так называемые, свалки будут приближаться к порогу по тому, что все труднее и труднее увозить дальше. Во избежание этой беды было произведено всего лишь две принципиальные оценки. То есть, а) откуда взять деньги на всеобще счастье? Б) как эти деньги эффективно расходовать? Для того чтобы счастье было всеобщим было принято решение не нагружать жителей, как заказчика коммунальных услуг, а взять деньги с производителей товаров в упаковке.

Я приведу очень простой пример логики, почему именно с производителей товара в упаковке было принято брать финансовые средства. По тому, что когда вы приходите в магазин, и покупаете молоко вы…, ну, в Москве это сделать сложнее. Но я вас расскажу, что в некоторых городах, поселках, и даже селах Российской Федерации сохранилась такая процедура, когда вы можете дать бидончик, и вам в него нальют молоко. В данном случае производитель молока не обременяет вас тарой, которую он ради вашего удобства и удобства своей реализации молока обеспечивает там или литровые, или как у нас сейчас принято – 953 граммовый пакет молока.

Соответственно, именно производители упаковки и товаров в упаковке, и по сути дела, являются основными поставщиками в наши дома коммунального мусора, коммунального отхода. И собственно говоря, на них и возлагается обязанность. Поскольку вы не умеете делать упаковку, высоко утилизированную или вообще без оной обходиться, и конкурировать на рынке, ну, в частности в случае молока на разлив – вы получаете обременение в виде того, что вы обязаны заплатить особым образом в некий фонд. А о нем мы сейчас разговаривать не будем, у нас вопрос о СРО.

Для того чтобы именно из этого фонда финансировать деятельность по обращению с коммунальными отходами в стране. Похожая аналогия у нас идет с товарами длительного пользования. То есть, те компании и организации, которые производят долго играющие товары, и если они смогли потом организовать систему сбора и утилизации – на них не возлагается никакое бремя. А если они не смогли, то бремя возлагается.

Считается, что время будет рассчитано пропорционально действительной нагрузке на окружающую среду, потерявшего потребительские свойства некоего объекта, если мы говорим и об упаковке малой, и если говорим о сложном техническом изделии, как допустим, огромный телевизор. Ну, в данном случае, это экран. Так вот, когда было понятно, откуда придут деньги – вышло, что деньги колоссальные!

И стало понятно, что те люди, которые сегодня занимаются вывозом мусора и до сих пор не научились обращаться с полигонами отходов – они не смогут освоить эти деньги правильно. И если эти деньги бросить по бюджету муниципальной линии или уж тем более, не дай Бог, по государственному планированию – разворуют все! Поэтому и было принято решение возложить обязанность расходов этих средств на саморегулирующие организации. Но при этом, в основе и базе качества в обращении с коммунальными отходами лежит именно закон!

Закон, обеспечивающий безопасное обращение с коммунальными отходами. Но так как у нас, правда, с охранное законодательство многофакторное – я все перечислять параметры не буду, но суть такая: абы кому нельзя доверить создание, во-первых, площадок, на которых будут храниться отходы. И второе, нельзя доверить ни сами отходы, а принцип…, тот принцип, который сегодня – человек получил деньги и выбросил, захоронил их на полигоне – нет! Мы должны стремиться в Европу.

Мы должны сегодня обеспечить качество жизни не за счет складирования наших коммунальных отходов, а за счет того, что мы должны их перерабатывать. Так вот, государство не берет по нашему замыслу на себя никаких функционалов по выбору технологий, методов, параметров. Оно ограничиваем постепенно из года в год только объем перерабатываемых отходов. Все остальное делает саморегулирующая организация. Технологию определяет саморегулирующая организация. В отношении любого объекта коммунальных отходов именно саморегулирующая организация определяет регламенты. И вот это решение…

Максим Андреевич, сколько еще?

Сейчас, секунду.

Да, спасибо.

И вот это решение и представляется универсальным. Это делает комитет природных ресурсов природопользования для саморегулирующих организаций, которые позиционируются в области обращения с коммунальными отходами. И эпилог: для того чтобы саморегулирование не стало эпитафией – нужно очень внимательно относиться…. Эпилог об эпитафии. Нужно очень внимательно относиться к регламентам. Так вот, в Государственной думе, когда выступают люди – висит четкий регламент времени, в который нужно уложиться. И многословие, продолжающееся больше 10-ти минут в Государственной думе позволено только 3-м должностным лицам в Российской Федерации. Большое спасибо!

(Аплодисменты)

Спасибо огромное! Значит, у нас следующий , он у нас в зале сейчас, нет? Нет. Кушнир, пожалуйста, вам слово. И приготовиться Дубинину Михаилу Петровичу. И на этом мы сегодня закончим пленарное заседание, наконец-то.

и уважаемые коллеги, ряды наши сильно поредели. Я не отниму у вас время для того, чтобы доказать то, что сказал Виктор Федорович в своем выступлении, что саморегулирование, в общем-то, состоялось. Развивается, но с большими трудностями. Достижения нашего национального объединения изложены на недавно вывешенной справке на нашем сайте. Кого интересует, какие результаты мы имеем за 2 года – можете прочитать. Я бы хотел остановиться на нескольких проблемах.

Проблема первая, и очень важная. У нас сейчас 39 зарегистрированных саморегулируемых организаций в области инженерных изысканий и примерно это количество разделилось примерно пополам по характерным признакам, о которых я вам сейчас скажу. Одна половина возглавляется специалистами или работниками, которые имеют прямое отношение к инженерному изысканию, примерно. А вторая половина возглавляется соответствующими людьми, которые в принципе, к инженерному изысканию напрямую, как профессионалы отношения не имеют. И вот подходы эти совершенно разные. И мнения о том, как двигать дальше всю нашу систему по инженерным изысканиям – разные.

Дело в том, что половина, которая возглавляется не профессионалами в основном, не все, но в основном – их интересует не развитие инженерных изысканий, а их интересует бизнес в области саморегулирования. Развивается очень неприятная и с непредсказуемыми последствиями тенденция. А связана она с тем, что использует сам процесс саморегулирования для развития бизнес отношений. Возникает бизнес по использованию саморегулирования. Значит, раз есть бизнес – появляется рынок в этом отношении. Раз есть рынок – появляется конкуренция, как правило, нездоровая. И вот эта тенденция сильно осложняет нам жизнь.

Естественно, национальное объединение принимает всевозможные усилия, чтобы препятствовать развитию такой ситуации. Но препятствие этой группе саморегулируемых организаций, которые иногда называют коммерческими…. А в принципе, это может быть и не очень удачное название. Можно по-другому назвать. Значит, является, конечно, само национальное объединение. Поэтому они атакуются этими системами.

Дело в том, что эти саморегулируемые организации, а особенно их руководители, по отношению к которым у нас нет законодательных приемов привлечения их к какой-либо ответственности за эти деструктивные действия, когда нарушаются законы. Нарушая законодательство, практически не выполняя требования по проверке, по контролю, по созданию достаточно серьезных требований к инженерным изысканиям, тем более, в связи с тем, что изыскания или мотив их деятельности – это обеспечение безопасности и создание нормальной среды обитания. Особенно – безопасной.

Значит, нарушая эти законы, но взимая определенные взносы, т. е. создавая определенный капитал – накопив определенные средства, они приступили теперь к новой фазе влияния на все события. Эта фаза заключается в распачковании. Дело в том, что бизнес, к сожалению, идет туда, где требований меньше, а контроля почти нет. Понимаете? И таким образом в эти организации попало огромное количество изыскательных организаций. Взносы большие, расходы маленькие – получился капитал. На этом капитале идет распачкование.

Для этого нужны соответствующие средства. Для чего? Для того чтобы в основном органе, который регулирует деятельность национального объединения появились голоса – все это законно делается. Закон не препятствует пока этой системе. И таким образом, в ближайшее время, возможно…, такая возможность существует – управление национальным объединением окажется в руках тех, кто к инженерным изысканиям практически отношений не имеет.

Да, кроме этого, чтобы ускорить этот процесс – они отказываются платить взносы на содержание национального объединения. На эту долю сегодня приходится 65%. Представляете: платит 35%, 65% - нет. В месяц зарплата не выплачивается национальным объединениям. Вот такая ситуация возникает. Что значит, не платят взнос? Конечно, они идут через судебные процессы. Судьи решают всегда однозначно в пользу национального объединения. Но пока 3, 4, 5 месяцев идет процесс – эти средства, полученные с членов саморегулируемой организации, используются незаконно – 201-ая статья Уголовного кодекса и т. д.

Поэтому здесь нам надо срочно вносить какие-то изменения в законодательство по той же аналогии, как пользуются сами саморегулируемые организации. Там, если в течение года систематически члены не платят взнос – они подлежат исключению из состава. Что делается, так сказать, системно, и уже много тысяч организаций, даже тысячи исключены или перекочевали в другие. Значит, эту тенденцию надо останавливать.

И последнее, что я хотел сказать уже в профессиональном смысле. Не советуясь с сообществом и национальным объединением, в марте 2011 года чиновничьим путем принято решение назвать инженерные изыскания при обосновании генеральных планов проектов-планировок и т. д. – барьерами, без согласования с нами их исключили из Градостроительного кодекса. Это конечно преступное решение, – открыто говорю, – со стороны Думы и правительства. По тому, что мы создаем для наших потомков страшные катастрофы.

Нельзя без инженерных изысканий размещать объекты особенно опасные. Это приводит к гибели тысяч людей и т. д. Я хочу напомнить, правильно вот наш министр на днях на форуме вспомнил изречения президента бывшего Франции. Он сказал, что ошибки градостроительные – имея в виду, что не учитывали опасные природные процессы во многих местах – привели больше к ущербу, чем вся 2-ая мировая война. Это действительно так и есть.

Поэтому нам надо срочно вернуть эти все инженерные изыскания, чем мы сейчас, активно и занимаемся. И последнее, на мой взгляд, очень важное – сегодня 60-ая статья Градкодекса определяет, что все ущербы от разрушения зданий сооружений или каких-либо деформацией, связанной с их неустойчивостью несет фирма или тот собственник, который ведет эксплуатации. Вообще, говоря, это правильно. Но дальше написано странно в законе, что регрессом этой ответственности он может возложить на тех, кто участвовал в создании этих объектов – изыскатели, проектировщики и строители.

Возникает вопрос: а где застройщик? Кто продал эксплуататору здание? Застройщик. Оказывается, у нас застройщик вообще никакой ответственности не несет. Этот нонсенс вообще в мировой практике отсутствует. Застройщик свое финансирование определят в первую очередь безопасностью будущей…

Леонид Георгиевич, я приношу извинения.

Я заканчиваю уже. Поэтому отсюда и появилась дорожная карта частично. Застройщику не нужны ни экспертизы, ничего не нужно – он ни за что не отвечает! Понимаете? Надо это срочно поправить. Надо, чтобы регресс был от эксплуататора не к строителям и т. д., а сразу к этому самому…

Уважаемые, Леонид Георгиевич, предполагаю, что врачи вас не понимают.

А остальное по цепочке. Спасибо!

Вот мы говорим о проблемах саморегулирования так, чтобы это было понятно и всем остальным профессиям. Поэтому, я прошу извинить.

А это что не понятно?

Взаимоотношения изыскателя и строителя, и застройщиков – уверен, что нет.

Когда надо по нормам выполнять изыскания, там определенные требования по стоимости и т. д.

Я думаю, что…

А застройщик говорит в 2 раза дешевле! Уходи!

Спасибо! Конечно, ученные…

Ну, а потом падают дома. Вот и все! А отвечает тот же изыскатель.

Спасибо! Михаил Петрович, нижайшая просьба – 3 минуты. Главное сообщение только сделай, пожалуйста. И пошли на обед. Зал будут переделывать.

Я обещаю вам за 5 минут уложиться.

3, Миша. 3, пожалуйста. Я тебя умоляю. Все остальное на столах доскажем.

Тогда я…

Сделай главный месседж, и пошли.

Тогда я оставлю…, хотел сделать доклад, но…. Все-таки хотелось закончить пленарную часть на положительной ноте работы саморегулируемых организаций. В настоящий момент хочу вам сказать, что в области пожарной безопасности существует по данным в Министерстве экономического развития 35 саморегулируемых организаций. Примерно столько же еще на подходе.

Значит, вот эти 35 саморегулируемых организации и остальные – они захватывают примерную деятельность 40 000 субъектов предпринимательской деятельности. И самое интересное, что все эти 40 000 субъектов предпринимательской деятельности у нас ежедневно находятся под угрозой административного и уголовного преследования. Понимаете?

В связи с чем? В связи с тем, что у нас между пожарной и строительной областью возникла так называемая проблема 2-го регулирования. Значит, с чем она связанна? С одной стороны ряд видов работ у нас регламентирует Градостроительный кодекс и в развитии него 124-й приказ, с другой стороны – у нас есть законы пожарной безопасности и постановления правительства Российской Федерации № 000, касающееся лицензирования отдельных видов деятельности.

Так вот, главный месседж состоит в том, что предпринимателю сегодня нужно иметь 2 разрешительных документа на один и тот же вид деятельности. В чем плюс саморегулируемой организации? Что получилось? Все бы было ничего до тех пор, пока различным субъектам предпринимательской деятельности не начали выставляться штрафные санкции. И в соответствии с кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях налагаются административные взыскания, причем в достаточно серьезных суммах. Эта информация поступила от субъекта предпринимательской деятельности в саморегулируемую организацию.

Саморегулируемой организацией было сформировано исковое заявление в Верховный суд. Соответственно, в защиту интересов своих членов имеет в настоящий момент право выступать саморегулируемая организация. Это делается в соответствии со 6-й статьей 315-ого ФЗ. И я вообще думаю, что это делается впервые в Российской Федерации, когда относительно проблем законодательства саморегулируемая организация выступает в защиту своих членов.

Основной месседж состоит в том, что вся доказательная база собрана, документы подготовлены, находятся в Верховном суде. 26-го февраля состоялось 1-ое заседание Верховного суда. 9-го апреля запланировано 2-ое заседание Верховного суда. Очень хочется надеяться, что саморегулируемой организации удастся отстоять интересы своих членов, и эта проблема когда-нибудь решиться. Всё, 3 минуты.

Спасибо огромное!

(Аплодисменты)

Уважаемые коллеги, я повторю главный месседж – это очень важно! Впервые за 12 лет рассуждений на тему о СРО, 10 лет существования СРО в отраслях – впервые применена 6-ая норма статьи 315-ого закона, дающая право саморегулируемой организации обращаться с иском в суд об отмене нормативного акта без всякой доверенности в защиту интересов отрасли. Изучайте эту ситуации. По тому, что я предполагаю, что ближайшее время волна таких исков, которые будут выявлять противоречия между законом и нормативным актом – будет несколько больше. Спасибо, коллеги, за внимание! Кто успеет поесть – приятного аппетита. Объявление маленькое, коллеги…