Марийка (стр. 1 )

Марийка

Яркое, и в меру солнечное утро не предвещало никаких неприятностей. И вообще оно могло бы быть вполне прекрасным, если только ты не Марийка, проснувшаяся по уши в росе. А если уж довелось оказаться именно ей, то будь добра дрожи от холода, стуча зубами на потеху окрестной жити и нежити. Впрочем, с нежитью я погорячилась, тут, похоже, о такой и не слышали со времен последнего мятежа. Ведьмаки и вольные маги постарались на славу. Все еще подстукивая зубами, я стала вспоминать, какого мамрока меня занесло в этот лес. Идея отправится в город за Вязмеку с утра уже не казалась столь привлекательной. Мало того, что вымокла как жбрень болотная, так еще и голова болит. Одно хорошо, где-то рядом слышен шум тракта, может быть хотя бы к обеду выберусь обратно в Хомутовку. Я пошарила в карманах. Нда.. не густо, но на обед, а если постараться то и на кружку весёла хватит. Все еще постукивая зубами я легкой трусцой двинулась в сторону источника шума.

Бес

А где-то в мелкой лесной речушке проснулся бес. Или скорее бесенок. Совершенно синий, но тем не менее явный представитель своей рода. Он не был ни высоким, ни зловещим. В данный момент он был скорее заспанный и голодный. Его хвост неровно рассекал водную гладь, когда бесенок выбрался из тины. В его голове носились мрачные мысли, ведь последняя вылазка в ближайшую деревню чуть не закончилась столкновением с магом. Поэтом он хотел рисковать и снова соваться к былой кормушке. Тем не менее, ветерок принес ему первую хорошую новость за последние три или четыре дня: где-то впереди был путник, который явно был один!

Марийка

Я бежала, зубы выстукивали что-то подозрительно напоминающее "мерзни, мерзни волчий хвост". Не смотря на бег и встающее солнце, мне становилось все холоднее и холоднее. В отчаянье я даже на полном серьезе задумалась о том, не перекинутся ли мне. А что? Как раз полнолуние недавно было. Но, видимо, холод действовал отрезвляюще. "Марийка, не выдумывай!" - сказала я себе, и в качестве аргумента вспомнила последнюю попытку перекидывания. Хорошо хоть удалось обратно все вернуть, спасибо полоумному травнику, не пришлось ярмочную толпу роскошным хвостом тешить. Я остановилась и прислушалась. (благо, слух даже у недооборотней работает как надо). Кажется я ушла от тракта чуть влево, придется теперь делать изрядный крюк, потому что справа было болотце. Само болото может и не вызывало у меня опасений, но вот комарылы.. да и с жабренью встретится мало приятного. Не нечисть, конечно, но и чистью тоже не назовешь. Придется теперь обходить через Холмище, через вяземку и ее бесконечные притоки и приточки..

Бальт

Тем же самым утром в неказистой торговой повозке по утреннему тракту трясся молодой многообещающий маг Бальтазар Корвинский. Трясся он в сторону Города, причём инкогнито, что не прибавляло магу хорошего настроения. А уж оно у Бальта было преотвратное! Ехать к городским выскочкам без особых объяснений со стороны дяди, да ещё и с полным запретом на магию, пока не доберётся до места назначения. Ему, лучшему ученику самого Эдварада Великолепного!

Единственным доводом родственничка было обещание развеять племянника прахом, ежели тот немедленно не выполнит приказ. Но с дядей, занимавшим в ордене не последнее место, спорить было не безопасно, а требовать объяснений – бесполезно. Значит, Бальт зачем-то нужен ему именно в Городе. Идей по этому поводу у мага было две. Либо дядя устроил переворот в ордене и отослал племянника, чтобы не вздумал повторить сей подвиг, либо переворот устроил кто-то ещё и Бальта отослали как резервные силы. Была и третья – самая привлекательная и самая неправдоподобная идея: дядя дал ему ответственное задание в обход ордена и всё выяснится на месте.

Но, как бы то ни было, погоде было плевать и на мага и на его цели: солнце, даром что светило прямо в глаза, ни грело ни капли, а трясшийся всю ночь в повозке Бальт и так промёрз до костей. Маг поплотнее закутался в плащ-мантию, гадая, стоит ли дядино дело таких жертв с его, Бальтазара, стороны.

Тайра

Как же я люблю это место: невысокий холм, с которого открывается великолепный вид на Древний лес и Чудное озеро. Это одно из немногих мест, где чувствуется иная сила. Нет, не та, которой я столько лет училась у магов... иная, но, почему-то, очень мне знакомая.

Маги не ходят сюда: им не до этого. Они целыми днями сидят взаперти и усердно работают над заклинаниями, изощряясь с каждым днем все изящнее. Хотя..это пока времена мирные и особой угрозы не имеется, но в предначальную эпоху их знания помогли установить равновесие в мире. Не спорю, они много знают и умеют. Но я их уважаю не только за это: они меня подобрали еще ребенком и научили всему, что знали сами...правда, моя необычная сила долго не поддавалась обучению, но в итоге они решили, что лучше будет направить ее в знакомое им русло. Так и поступили, и приняли меня как свою. И я им благодарна, они стали мне как семья. Все их, хоть и уважают, но недолюбливают и боятся...что ж, видимо их это нисколько не огорчает, даже, сказала бы, что это им на руку. Но с одним я не соглашусь: зачем убивать ради тренировки? Чтобы научиться убивать? По-моему, особого ума, чтобы убить не требуется. Нужен ум, чтобы не убить. Я рада, что меня никто не слышит: наказание мне было бы обеспечено! А ведь они такие же живые и разумные существа, как мы, только непознанные и заманчиво интересные. Люблю я наблюдать за ними...просто наблюдать, без всякой крайней мысли.

Отсюда можно увидеть многое, благо, мое зрение-дар от природы, и позволяет даже в далеке четко различать любое движение...а вот и хранитель леса...смотрит на меня. Насторожился и наблюдает. Думает, что его не видно...зря, но пусть лучше думает так, нежели убегает при одном моем виде прочь. И почему меня все боятся?

Арин

- Арин! Арин! Где ты, негодный мальчишка!?

Мамрок меня побери, я-то думал, что он уехал и я смогу спокойно позаниматься.

Что ж, придется раскрываться – все равно ведь найдет.

- Я здесь, отец, - ну почему у меня всегда такая обреченная интонация, когда я откликаюсь… Наверное, потому, что знаю, что последует дальше…

Из-за угла дома вышел, как всегда насупленный отец. Будто бы я не знаю причины того, почему он сердит. И все же с таким лицом ему можно дать как минимум пятьдесят пять, но никак не сорок восемь – морщин слишком много проявляется. Темные волосы спадают на плечи так, словно он только что пришел от цирюльника, но я-то знаю, что это не так! Эх, мне бы…

- Арин, - мамрок, как же я не люблю эту его интонацию… после нее часто нечисть в склянки упаковывали. – Арин, что ты тут делаешь? - Пап, тебе бы таким взглядом только города сжигать. – Где ты должен сейчас быть? Неужели опять со своими железками возишься!? – Все, не миновать мне очередного скандала…

- Отец, это не железки… – произнес я тихо. Был бы псом – прижал бы уши и поджал бы хвост. Отец сейчас спокойно испепелит любого, кто неловко попадет под руку… - Это оружие, - сказал я уже несколько увереннее. – Вот этот клинок привезли от мастера Криона. А эти ножи для меня сковал Крис, а ты собственноручно зачаровал. Это не просто железки!

- Арин! – прикрикнул отец на уже начавшего распаляться меня. – Оружие мага – магия, а не какой-то металл! Недостойно магу махать железной палкой. Любой элемент, который использует маг, служит для изменения параметров сплетаемых потоков. – Тихо, тихо, Арин… Если великий маг сейчас не превратит тебя в крысу… и продолжит говорить на том же уровне – ты выжил. – Тебе необходимо наконец-то это запомнить.

- Но отец… - попытался вставить я. Мамрок, и зачем! Кто меня за язык дернул…

- Никаких «но»! Где ты сейчас должен быть?! – отец уже почти навис надо мной. И как это у него выходит… Аж мурашки по коже.

- В твоем кабинете! – почти пискнул я. Позорно, но мне сейчас можно.

- И чем ты должен заниматься?!! – зарычал отец.

- Учить плетения второго порядка… - тихо пролепетал я.

- Так какого… - дальше я разумно не услышал, - …ты здесь делаешь?! – почти проорал он.

- Но, пап…

- Никаких «но»!

- Пап! Какой прок мне изучать эти порядки, если я не могу сотворить плетение начального уровня?!!

Я сделал это! Я перекричал отца! Мам… рок…

Лицо отца залила мертвенная бледность, губы сжались в тонкий жгут, а зрачки расширились. Проваливаться было некуда…

- Пап, пойми, - начал я тихим, успокаивающим голосом, стараясь обойти его по широкой дуге, - я знаю эти плетения. Но это лишь теория. – Я почти дошел до угла. – Ты ведь уже давно понял, что я не способен к плетению узоров, доступных тебе… - Я начал медленно отступать. – Максимальное, что мне доступно, это огонек на фитиле свечи. – Я сделал последний шаг, отделяющий меня от бегства, но отец внезапно опустил руки. Начавшие вставать дыбом волосы, вновь легли волосок к волоску – вот так он и расчесывается – а глаза приняли исконный цвет. Буря, кажется миновала…

- Именно поэтому ты и сбегаешь к этому хламу? – отец презрительно скорчил губы, пнув прислоненный к стене дома лук. – Именно потому, ты вечно увиливаешь от тренировок и уроков, - произнес он, взмахнув рукой в направлении моей мишени и сказав пару слов. – Может ли твое оружие сделать то, что могу сделать я? – все так же презрительно бросил он в то время, как мишень разлетелась в щепу. – Просто мой сын – ничтожество, - сказал, словно выплюнул, он.

- Но пап… - Разговор принял неожиданный оборот, что мне очень не понравилось. Я никогда еще не видел отца в таком состоянии. Право, уж лучше бы в меня чем-нибудь запустил…

- Ничтожество… - тихо произнес отец, чуть склонив голову. – Только ничтожество…

- Па-ап, - протянул я, подойдя и собираясь коснуться плеча. – Пап…

…В следующий миг я осознал, что лежу на земле, а отец стоит на противоположном конце моего тренировочного закутка и его раскрытая ладонь направлена на меня.

- Пап…

- Не смей больше приближаться ко мне, мальчишка! Я не желаю, чтобы такое ничтожество, как ты, касалось меня!

- Па… - звук застрял комом в горле, я застыл, не успев даже подняться.

Отец смотрел на меня как-то иначе, чем прежде. Не было ни тепла, ни рассержености, ни привычной тоски – лишь ледяное презрение и брезгливость.

- Такое ничтожество, как ты, недостойно называться моим сыном, - резко бросил человек, внезапно оказавшийся на месте моего отца. Он не мог быть моим отцом… не мог быть тем, кто вечно гонял меня к книгам… и укрывал пледом, когда я засыпал у камина… Он не мог быть им!

- Что ты сделал с моим отцом!? - Я взвился на ноги. Ухватил один из ножей. – Кто ты?!!

Неужели я потерял сознания, когда меня ударили? Где отец? Кто этот человек, так на него похожий?

Брошенный нож ударился о призрачную преграду и упал.

- Поэтому я и сказал, что ты – ничтожество, - человек усмехнулся. – Такое ничтожество не может быть моим сыном.

Знакомые морщинки…

Я ловил черты лица, надеясь, что это глупая шутка, иллюзия… Ведь мы только что говорили с ним, как обычно. Только что! Пару минут назад! Почему все изменилось?..

«Это не отец…» - прошептал я, глядя на незнакомого мага, стоящего напротив. Разум и сердце не согласились, сказав: «он»... Взгляд скользил по шраму на виске… оставленному мною девять лет назад… первым моим настоящим мечом…

Марийка

К тому времени, когда я забралась на Холмище, я чувствовала себя уже крайне голодной, согретой и еще более усталой. Солнце подобралось к полуденной черте и начинало изрядно припекать. До тракта осталось всего ничего - скатиться с горки и обогнуть по берегу озеро. Местные называют его Чудным, говорят там до сих пор водятся русалки. На счет русалок не знаю, не встречалась лично, но озеро и впрямь милое.

Спуск, казавшийся на первый взгляд таким пологим, проявил коварство. Мокрая, не до конца просохая трава западного склона скользила под ногами, приходилось прилагать все усилшия, чтобы расхожее выражение "скатиться с горы" не стало буквальным. Усилия оказались тщетными, потому что в конце спуска я таки свалилась.

Около озера было чуть посвежей, влажный ветерок доносил крики играющей ребятни и плеск волн. Тракт уже виднелся вдали, но я решила что ничего страшного не произойдет, если я минут десять передохну. Тем более, что к обеду я все равно уже опоздала.

Бальт

Ближе к полудню солнце-таки сделало своё дело, как следует поджарив прикорнувшего Бальта. Проснулся маг с дико болящей головой. Возница и не подозревавший о скверном состоянии пассажира заунывно напевал какую-то народную песню. Маг со стоном зажал уши - этому мужику что? Медведи во чередь выстраивались на ушах топтаться? В такт ужасному пению повозка подпрыгивала на ухабах. От кобылы резко пахло потом... Бальт стиснул зубы - дяде придётся очень сильно постараться, чтобы всё разъяснить!

Лёгкое дуновение прохладного ветерка маг воспринял как спасение. Неподалёку от тракта виднелось какое-то озеро, и Бальт вдруг отчётливо понял, что если он сейчас не ополоснётся, то до Города точно не доедет!

- Сворачивай! - скомандовал он.

Возница посмотрел на мага, как на сумасшедшего, хотел было поспорить, но узрев оскал оного резко передумал. Себе дороже спорить с этими магиками - превратят в какую-нибудь страховидлу и скачи потом по лесам...

Приозёрный луг встретил измученного Бальта приятной прохладой и он не заботясь о том, как выглядит со стороны рухнул лицом в мокрую траву.

Тайра

О! как интересно!!Месяцами здесь никого, кроме лесных да озерных обитателей и не встретишь, а тут сразу два путника!!Хм...один-явно маг, хоть и уставший до изнеможжения, а вот вторая...интересно....очень интересно. Так, как учил меня Аргос:лучше остаться невидимым до полного изучения ситуации, чем с головой бросаться в неизведанное...эх, а этого так иногда хочется...Но Аргос...был... великим магом и мудрым учителем. Он единственный из всех понимал меня без лишних слов. Он был не похож на других магов, может, поэтому мы и сблизились. Весь городской магический орден, как сговорились, считают его мертвым, но я-то чувствую, что он жив. В такие моменты моя неизведанная сила дает о себе знать: я не могу объяснить, почему я что-то чувствую, но знаю, что это именно так. И я более, чем уверена, что мой учитель жив...еще жив...и мой долг - найти его.

Что до внезапных путников, то, пожалуй, какое-то время я все же останусь под чарами невидимости: понаблюдаю... поизучаю... не каждый день все же встретишь здесь путников. Аргос всегда учил, что случайностей не бывает, и я с ним абсолютно согласна.

Арин

На улицу меня буквально выдуло. Или вымело. Скорее последнее… Словно не нужный больше хлам. Когда Крис бросал меня на тренировках, мне никогда не было так больно… как сейчас. Так обидно… так… все-таки больно. И не то, что меня с огромной силой швырнуло на камни мостовой, было тому причиной…

- Забирай свой хлам! – вылетело мне вдогонку отцовское напутствие. – Не желаю, чтобы эти игрушки были в доме настоящего мага!

Мне захотелось кричать в ответ, умоляя или кляня – не важно. Но я не смог. Лишь молча слушал то, что отец кричал с территории сада. Мне не было видно его в проеме калитки, а сплошная стена скрывала мир, знакомый с самого детства.

Внезапно крик оборвался. В душе всколыхнулась надежда, что все произошедшее было лишь истерикой, вызванной не выдержавшими - на почве каких-то очередных проблем Ордена - нервами мага… Надежда – глупое чувство…

Крис, пап, спасибо вам за стойко выработанную за годы упорных тренировок и скандалов реакцию! От брошенного отцом меча я успел увернуться в самый последний момент, едва не подстригшись на одну голову. Впрочем, как сказал бы папа, потеря была бы невелика – голова-то все равно пустая… Лук, кинжалы и ножи уже меньше угрожали здоровью, но лишь по причине моей осведомленности… Какое же счастье, что я не обзавелся в свое время здоровенным щитом, который предлагал Крис, - от него я бы не смог увернуться… Стрелы, судя по вспышке и запаху, отец счел более простым уничтожить, а не выбросить…

- Забирай - и проваливай, - уже нормальным голосом произнес он, появившись в проеме калитки. Сказал… холодно… бесцветно… – Не желаю больше видеть тебя. И тебе – здесь больше делать нечего. Шут мне в услужение не нужен.

Он провел рукой по волосам, как всегда делал, о чем-то задумавшись. Потом взял что-то с пояса и бросил мне – я автоматически поймал. Взгляд скользнул к предмету. Это был кошель…

- Теперь никто не посмеет сказать, что я выставил тебя без средств к существованию, - бросил он, повернувшись ко мне спиной.

Я было бросился к нему… но калитка захлопнулась.

- Ах так… - во мне внезапно проснулось раздражение, которое смело все прочие чувства, оставив одну лишь злость. – Значит так?! Ты хочешь, чтобы я ушел?! Старый, стервозный маг, двинутый на авторитете! Сталь ему не нравится! Эстет мамроков!! – Я захлебнулся криком на очередной фразе, сорвался на кашель. Но это остановило меня лишь ненадолго. – Ты сказал мне убираться! Да?! Так знай: я уберусь! Я отрекаюсь от тебя! Мне не нужен такой истеричный отец как ты!

В завершение фразы я запустил отцовскую подачку в захлопнувшуюся прежде дверь. Монеты звякнули. Но это было единственным ответом на сказанное мною… Отец… нет, магистр Риан… никак не отреагировал на мои вопли…

Я оторвал взгляд от калитки и лишь сейчас заметил, что кроме меня по улице кто-то ходит. Кто-то даже остановился понаблюдать за устроенным представлением. Я не стал разглядывать их лиц. Не стал искать в них ни сочувствия, ни упрека – наклонился и начал подбирать выброшенный от… магистром Рианом «хлам». Длинные, под стать па… магистру Риану, пряди скрыли, как я надеялся, лицо от собравшихся зевак. По щекам текли злые слезы… по крайней мере, я очень хотел верить, что именно «злые»…

Поднимая последний нож, я рукавом стер с лица предательскую влагу и выпрямился, постаравшись придать себе наиболее независимый и уверенный вид. С этим же видом засунул за пояс оба кинжала, закрепил ножны клинка, распихал по карманам ножи, надеясь, что те не прорвут одежду пока я не придумаю, куда их приспособить, перехватил поудобнее лук - и зашагал в направлении торгового квартала. Продать отцовский перстень – единственное ценное, что у меня осталось. Пожалуй, с кошелем я несколько погорячился… но ведь не идти подбирать же…

Странно вот так покидать родное гнездо… начиная свой путь с уже перебитым крылом… просто потому, что несмотря на мои выходки я очень любил от… магистра. И тем больнее было расставаться вот так.

Я давно мечтал о странствии, о приключениях… Но теперь, получив в свои руки всю полноту возможной свободы, я не знал, что мне делать и куда идти. Я внезапно понял, что слишком мало знаю о повседневной жизни снующих туда-сюда людей. Понял, что совершенно не подготовлен к тому, чтобы безотчетно нырнуть в эту среду. Ведь почти все мое время было посвящено отцовским книгам и тренировкам с магическими потоками: отец надеялся, что так я смогу достичь высот магического искусства… А результат? Я знаю многие приемы плетений, могу начертить схему довольно сложных чар… но сотворить что-то кроме того, что может учившийся лишь месяц-два, не в состоянии… Разве что разглядеть узор – при должном желании. Когда же я не был занят с отцом, основной моей целью были тренировки с тем, что он так презрительно назвал «железками». Спасибо Крису – теперь я вполне сносно владею тем, чем владею… Но при всем при этом все мои навыки общения сводятся к разговорам во время забегов в лавки по просьбам отца, редким гостям и нескольким оружейникам да торговцам… Впрочем, последнее может оказаться подходящей идеей, если обозу потребуются новые охранники по какой-нибудь причине…

- Дяденька! – раздался крик. Я обернулся. Ко мне бежала девочка. Алая ленточка развевалась флагом в ее волосах. – Дяденька, вы уронили. – Она протянула ко мне маленькие ладошки, в которых лежал отцовский кошель.

- Можешь забрать себе, - произнес я, глядя чуть поверх нее, чтобы она не увидела предательского блеска в еще невысохших глазах.

- Нет, дяденька. Так нельзя, - девчушка с очень серьезным видом покачала головой. – И с родителями ругаться тоже нехорошо. – Она взяла мою руку и вложила в нее кожаный мешочек. – Кроме того: моя мама всегда говорила, что, если ручей выкатил к твоим ногам драгоценный камень, не стоит сбрасывать его обратно в воду, даже если ты не хочешь намочить рук. – Она улыбнулась. – Вам, думаю, теперь деньги не помешают. Без дома тяжело.

Я не знал, что ответить, зажав в руке последний подарок отца, который действительно больше походил на подачку. Но девочка была права. И последнюю связь с отцом, его перстень, мне все же не хотелось бы терять…

- Спасибо тебе, - выдавил я наконец.

- Пожалуйста, - ответила она. Темные волосы вскинулись, когда она побежала в обратном направлении. – Удачи вам в пути, - махнула она рукой напоследок, чуть приостановившись. – Я уверена, что ваш отец расстроится, если с вами что-нибудь случится, - добавила она, сливаясь с толпой. Алый всполох мелькнул за чьей-то юбкой – и угас. А я стоял посреди улицы, зажав в руке то, что выбрасывали уже дважды.

Но теперь я знал, каким будет мой следующий шаг: Крис. Мне нужно дополнить арсенал и приобрести подходящую для дороги одежду. Думаю, на колчан и куртку с плащом мне хватит… если только у отца денег при себе было не меньше, чем обычно…

Риан

Едва Арин отошел на некоторое расстояние, дверь дома магистра Риана на миг приоткрылась, и из нее выскользнула девчонка лет десяти-двенадцати. Темные волосы, стянутые алой лентой, волосок к волоску стекали на худенькие плечи.

Дверь аккуратно прикрылась. Ярко-синие глаза просмотрели улицу вдоль и поперек. Потом девочка подошла к калитке, ведущей в сад мага, и подняла кошель, недавно брошенный ушедшим юношей.

«И ведь знал же, что он так поступит… - улыбнулась девочка, поднимая вещицу. – Гордый, благородный, обидчивый… еще совсем мальчик. – Странная тоска плескалась в совсем недевчоночьих глазах. – Надеюсь, что однажды он поймет причину моего поступка. Поскольку это мой последний шанс помочь ему в преодолении детского страха».

Какой-то мальчик подбежал туда, где еще минуту назад лежал кошель, и, не найдя, разочарованно пошел дальше. А никем не увиденная девочка побежала следом за Арином.

«Ветер вольный, надеюсь, он не проклянет меня… - подумала девочка, увидев впереди себя понуро бредущего, периодически спотыкающегося на ровном месте, юношу. – Надеюсь, я не переборщил с примененной силой… Арин, прости меня…»

Бывший сын мага со стороны представлял собой весьма плачевное зрелище: потрепанная, в разрезах одежда, вывалянная в пыли; когда-то цвета вранового крыла, а теперь почти серые, от той же пыли, волосы, жутко взлохмаченные и весьма неаккуратно обрезанные с одной стороны; перекошенная на один бок фигура, хромающая походка…

- Дяденька! – крикнула девочка.

Арин остановился, плечи его непроизвольно дернулись. Потом он медленно обернулся.

– Дяденька, вы уронили, – девочка протянула кошель.

- Можешь забрать себе, - тихо произнес юноша, стараясь не глядеть в чужие глаза. Его вид спереди был ничуть не лучше: из карманов торчали ножи, на покрытом пылью лице виднелись размазанные подтеки. Но голова была гордо поднята, что было бы комично, если бы так не печалило.

- Нет, дяденька. Так нельзя. И с родителями ругаться тоже нехорошо. – Девочка взяла руку Арина и вложила в нее кошель, чуть коснувшись перстня. Взгляд ярко-синих глаз на мгновение пересекся со взглядом изумрудных: «Никогда не расставайся с перстнем отца!» Ниточка взглядов разорвалась… – Кроме того: моя мама всегда говорила, что, если ручей выкатил к твоим ногам драгоценный камень, не стоит сбрасывать его обратно в воду, даже если ты не хочешь намочить рук. Вам, думаю, теперь деньги не помешают. Без дома тяжело.

«Прости меня, сын мой… Не смей отказываться – ты не сможешь начать без средств. Люди корыстны – и не примут тебя за просто так. Ты это еще усвоешь. Но тебе необходимо начать свой путь и стать сильнее, необходимо повзрослеть, не надеясь на меня. И то, что я сделал, лишит тебя всякой опоры – но теперь ты сможешь построить собственную, учась полагаться на собственные силы и научившись использовать их. Я на это надеюсь… Мой перстень не даст мне потерять тебя… Прости…»

- Спасибо тебе, - выдавил парень тихо.

- Пожалуйста, - ответила девочка. Потом развернулась и побежала в обратном направлении. – Удачи вам в пути, - махнула она рукой, чуть приостановившись. – Я уверена, что ваш отец расстроится, если с вами что-нибудь случится! – «Береги себя. Я не переживу, если ты не вернешься…»

Девчонка давно скрылась в людской массе, а Арин все еще стоял, глядя ей вслед. Напряженный и понурый… Потом развернулся и, решив что-то для себя, пошел в направлении квартала ремесленников …

Девочка же, достигнув дома, снова отвела глаза немногим прохожим – и скользнула в дверь. Провела рукой по лицу, а затем словно стряхнула с нее что-то… Магистр Риан привалился к стене своего дома, вынув из кармана мантии метательный нож. Увидь его в этот момент кто-нибудь, ни за что бы не поверил, что этот усталый мужчина, вертящий в руках стальную «игрушку», один из могущественных магов Города. А услышь слова, слетающие с его губ, никогда бы не смог поверить, что недавно этот маг вышвырнул из дома собственного сына.

«Арин… что бы я ни говорил, ты всегда будешь моим сыном… моим любимым мальчиком… даже если ты не сможешь вернуть себе дара… даже если ты не простишь мне сегодняшнего дня…»

Марийка

Эт-того только не хватало. К облюбованной мной полянке явно кто-то шел. Я притворилась спящей, а сама навострила уши. Глядишь, и поройдет мимо, увидев что место уже занято. Берег длинный, пусть себе другую поляну отыскивает. Но похоже, что этот кто-то явно не страдал деликатностью и более того, похоже меня совершенно не заметил. Судя по звукам, сейчас он рухнул на землю. Я подскочила. Вот тебе и передышка.. Хотя, все что не делается - все к лучшему. Кажется это не простой путник - чуть подаль я разгледела повозку с кучером. А ну удастся напроситься с ними?

Я приняла на лицо самое благодушной и невинное выражение громко раскашлялась, чтобы привлечь внимание лежащего.

Василина

Василина смолоду была известна как заядлая скандалистка. А уж к старости, совсем от нее спасу не стало. Хлебом не корми – дай кого-нибудь наставить на путь истинный, поучить, отчитать. Неудивительно, что от нее даже единственная внучка сбежала, куда глаза глядят. Бабка была, бойкая, крепкая и шустрая.

Сейчас она бодрым шагам топала от колодца, гремя пустыми ведрами. Ведра гремели на всю улицу, но бабку это ни капли не смущало. Не смущал ее и тот факт, что вообще-то она отправлялась по воду. Сейчас все бытовые мелочи вроде пустого жбана из под воды ее мало волновали. Она торопилась добежать до родной улице, чтобы первой рассказать кумовьям соседям сногсшибательную новость: магистр Риан выгнал из дома собственного сына! Ох, занала, всегда она знала, что маги эти не по человечим порядкам живут!

Замечтавшись о том, как разахаются соседки она не заметила как налетела на невесть откуда взявшегося мальчишку. Удар получился сильным, бабка отлетела в сторону и, продолжая греметь ведрами, приземлилась в пыль.

"Носются, как угорелые, проходу людям честным не даю..!" - начала бабка, но осеклась на полуслове разглядев мальчишку. На щеках дорожки, видать недавно ревел. Надутый и решительный, а сейчас, к тому же еще и малость испуганный. (Еще бы! Столкнуться с Василиной - злейшему врагу непожелаешь!)

- Погодь, да это ведь ты - Арес, Рианов сын будешь?

Парень затравлено огляделся и оценив пути отступления, точнее их отсутствия подошел ближе.

Арин

Свернув с основной улицы я решил пойти напрямик. Но не зря у отц… магистра Риана была присказка: «благими намерениями путь к мамроку выстилается». Угораздило познать всю правоту этого древнего высказывания на собственной шкуре… Мамрок меня задери, знал ведь, что короткий путь редко приводит туда, куда стремишься!

И ведь всего минут десять дойти оставалось до мастера Криса… когда сзади в меня кто-то врезался, чуть не сбив с ног. Которые меня сейчас итак не очень хорошо держали, после всех полетов и падений. Так хотелось схватиться за голову и заорать: «Какого мамрока! Я ведь никому зла за свои неполные двадцать не делал! Так почему же на меня неудачи так и сыплются!» Не схватился – гордый.

Говорят, беда не приходит одна. Если день не заладился с утра… то наладиться будет вплоть до вечера. Убедился, лишь стоило обернуться и осмотреть шустрого… шуструю… бабульку. Василина! Местная легенда. И местный кошмар, по совместительству. Одно из достопримечательностей и проклятий Города. Меня поймет любой, кто хоть раз слышал о ней.

- Погодь, да это ведь ты - Арес, Рианов сын будешь? – произнесла моя неудача, как-то странно на меня поглядывая. Мамрок, что-то у меня такое чувство мерзкое, будто она знает уже о случившемся… То-то рожа у нее словно у кота, наевшегося чужой сметаны… Проклятие! Проклятие! Проклятье!!!

Я мельком огляделся. И ведь сбежать не получится: догонит – хуже будет… И почему мне магия не дается! Глаза бы отвел ей… хотя бы… Проклятие! Защити и сохрани меня огонь первозданный…

Я сделал шаг по направлению к ней… Неплохо же она в меня врезалась, раз пришлось метра три пробежать ради сохранения равновесия! Следующий шаг дался сложнее… Третий я делать уже не стал.

- А зачем я вам, бабушка? – На более умную фразу моих нервов не хватило. Второй раз за день мне захотелось провалиться… куда-нибудь… Крис! Хочу к тебе!

Василина

Василина охая и кряхтя подняла с земли пустые ведра, и не оставляя скорбного выражения промолвила:

Слышала я тут у тебя неприятности? - бабка никогда не отличалась особой деликатностью.

Не дав парню вставить слова она продолжала: а еще слышала, что ты с мечом управляться горазд? Опять, не дав ответить она продолжила: теперь, надо самому в жизни выбиваться. Есть у меня задание тебе. Захочешь выполнить - приходи до вечера.

Ну а про оплату отдельно скажу - буде согласишься, да выполнишь - никто не узнает что у тебя за горе в жизни. Да еще всем расскажу какой ты удалой да статный воин. А не возьмешься, не обессудь. Мое дело бабье, старушечье с кумушками посплетничать, да посвежее новости рассказать. Каждая собака знать будет что произошло да с подробностями реальными и вымышленными. Кто разберет где что?

Бабка светилась довольством от собственной находчивости – чуть-чуть и рожа треснет. А то, что это почти шантаж ее ничуть не смущало.

Арин

"Вли-и-ип..." Это слово так и вертелось в голове. "Влип по самое... то, которое..."

Старушенция поднялась покряхтывая. Я стоял... А хотелось дать деру. Так хотелось, как еще никогда в жизни. Несколько раз влипал в потасовки, но никогда не отступал, если мог справиться. Но Василина - не грабители в подворотне. Она - много хуже. От нее меч не спасет. Да что я говорю! Отцовская магия против нее не поможет...

- Слышала я тут у тебя неприятности? - начала она еще даже не разогнувшись, со вторым ведром в руке. И я окончательно убедился, что влип. Да так, что хоть мамроком кричи.

Я только было собрался ответить, что никаких особых неприятностей и нет, но успел лишь открыть рот, когда меня перебили:

- А еще слышала, что ты с мечом управляться горазд? - "Не только..." - опять не смог вставить я. - Теперь, надо самому в жизни выбиваться. - Да знаю я! Уже и план похождения наметал! Вода первородная, за что мне такое... - Есть у меня задание тебе. Захочешь выполнить - приходи до вечера. - Я в очередной раз открыл рот, чтобы ответить... и в очередной раз закрыл, не получив возможности. - Ну а про оплату отдельно скажу - буде согласишься, да выполнишь - никто не узнает что у тебя за горе в жизни. Да еще всем расскажу какой ты удалой да статный воин. А не возьмешься, не обессудь. Мое дело бабье, старушечье, с кумушками посплетничать, да посвежее новости рассказать. Каждая собака знать будет что произошло да с подробностями реальными и вымышленными. Кто разбрет где что?

Мамрок... теперь я знаю как выглядят твари, призываемые из-за грани мира некоторыми магами... Скрюченные, сухонькие, с ведрами... и жутко улыбающиеся... Пальцы сжали лук так, что костяшки побелели... Я несколько раз открыл и закрыл рот - словно рыба, выброшенная на берег - не в состоянии подобрать нужных слов.

- Это шантаж... - в итоге вздохнул я.

Она ведь такими кружевами чужие уши оплетет, что правды не останется. Профессионал, мамрок ее скуш-ш-шай...От... тьфу! Магистру Риану-то что! Он маг - а их люди побаиваются, да и Орден ему слова поперек не скажет. В отношении меня, по крайней мере. Я - то ведь не маг. А вот простые люди меня задергают! Раньше времени... Через несколько дней новость отживет свое. Но, если за нее возьмется эта "бабушка"... Нет, чем позднее и нерасписанней новость разбредется - а она разбредется все равно - тем лучше. Для меня. Конь ретивый-ветер вольный, мне конец, если моя собеседница оседлает любимого конька...

- Я приду. К вечеру. У меня дела есть. - Ну да, к вечеру дотопаю к логову монстра. До часа рока у меня еще почти весь световой день. Может, наконец-то доберусь до Криса... - Такой расклад вас устроит? Если "да", прошу назвать адрес...

"...по которому мне суждено явиться," - чуть было не закончил я. Вот она практика разладов с отцом, когда общение становилось натянутым и разговер велся с позиций великий маг-никчемный ученик... Надеюсь стиль изложения этот монстр не воспримет как агрессивное проявление моих чувств. Уж лучше отправиться в логово к мамрокам, чем к этой "бабушке". Но мне не оставили шанса...

Василина

Василина, довольная собой до невозможности продолжила свой путь величаво неся пыльные пустые ведра. Коромысло, забытое и одинокое валялось в придорожной канаве.

Удавлившись на приличное расстояние, Василина огляделась и, убедившись, что за ней никто не наблюбдает, отбросила ведра и повернула в сторону леса.

Тайра

Да, забавная история!! Интересное, думается мне, будет продолжение!!

Вот и хозяин леса подозвал свой народ: все суетятся, волнуются - конечно, такое скопление народа!! Три персоны, собравшиеся в одном месте - да это же знак "готовься к войне"!!Они и от одного мага готовы ожидать конца всего рода, а тут сразу трое!! Хоть и не видят меня, но явно чувствуют - есть у них такой дар.

Бедные, перепугались, наверное. Если б меня саму не боялись, как огня, пошла бы к ним да объяснила, что бояться явно нечего и уж особенно того мага, что с ног валится от усталости. Усталость, как известно, главный враг магов."Нет сил - нет заклинаний!"-так учил меня Аргос...

Бальт

Кто-то ненавязчиво кашлял над ухом...уже третий раз. Молодой маг от всей души пожелал неведомому заболеть бронхитом. А лучше болотной лихорадкой. А ещё лучше - просто исчез, не издав ни звука.

Но инкогнито есть инкогнито, на магию - табу.

Бальт приоткрыл правый глаз: ему жизнерадостно улыбалась какая-то мирянка с выражением восторженной глупости на лице. Бальт закрыл глаз обратно. Ну сейчас начнётся - "Господин маг, осени благодатью наш посев, иначе помрём безотрадные с голодухи и умертвиями к тебе притащимся - хуже будет!" На худой конец - будет живым хвостом мотаться...

...мотаться...хвостом...Нечисть Бальт нутром чуял, тут даже магию применять не нужно - от мирянки разило оборотнем, будто она с ним всю ночь плясала. Но даже за место главы ордена Бальт сейчас не стал бы разбираться - это Городских территория, пусть сами за ней следят.

Девица уже минут пять что-то ему говорила и маг два раза чему-то кивнул. Но тут, наконец, опомнился. Что-что она сказала???

Тайра

Внезапно все размышления развеял появившийся в сознании образ главы ордена.