Теория «рациональной бюрократии М. Вебера» («Теория рациональной бюрократии и ее современные интерпритации») (стр. 3 )

Государственная власть реализуется через государственное управление – целенаправленное воздействие государства, его органов на общество в целом, те или иные его сферы (экономическую, социальную, духовную) на основе познанных объективных законов для выполнения стоящих перед обществом задач и функций. Особенностью государственной власти является и то, что ее субъект и объект обычно не совпадают, властвующий и подвластные чаще всего отчетливо разделены. Особенность государственной власти состоит в том, что она проявляется в деятельности государственных органов и учреждений, образующих механизм (аппарат) этой власти.

Госуда́рство – особая организация общества, объединенного общими социальными, культурными интересами, занимающая определенную территорию, имеющая собственную систему управления и обладающая внутренним и внешним суверенитетом.

Политическая власть – это реальная способность класса, группы, индивида проводить свою волю в политике и правовых нормах. Политическая власть характеризуется или социальным господством, или ведущей ролью, или руководством тех или иных групп, а чаще всего различными сочетаниями этих качеств. Понятие политическая власть шире понятия государственная власть. Политическая власть реализуется не только органами государства, но и через деятельность партий, общественных организаций различного типа. Государственная власть – своеобразное ядро политической власти.

Тема 2. Лекционное занятие. Концепции происхождения

бюрократии в традиционных обществах

План

1. Типы господства и структура традиционного господства.

2. Чиновничество древнего Китая как пример патримониальной бюрократии.

3. Маркса об «азиатском» способе производства и его взгляды на формирование чиновничества древних восточных государств.

4. Основные различия в марксистском и веберианском подходах к оценке бюрократии традиционных обществ.

М. Вебером разработана типология оснований легитимности политического господства. Первый тип: традиционное господство, как его осуществляли патриарх или патримониальный правитель – авторитет нравов, освященных традицией и привычной ориентацией на их соблюдение. Второй тип: харизматическое господство – авторитет личного дара, полная личная преданность и личное доверие, вызываемое наличием особых качеств вождя. Третьим типом господства является: рационально-легальное (оно же бюрократическое), в силу обязательности легального установления и деловой «компетентности», обоснованной рационально созданными правилами – господство в том виде, в каком его осуществляет современный государственный служащий.

Патриархализмом называется состояние, когда внутри некоего первоначально экономического и семейного (домашнего) союза господство осуществляется по строгому праву наследования определенными отдельными лицами, при этом отсутствует какой-либо специальный управленческий аппарат, а все отношения между господином и зависимыми от него людьми регулирует обычай и традиция. Патримониализм – форма политического господства или политической власти, основанная на «личной» власти королевской (царской, императорской и т. п.) семьи. Патримониальное господство отличается от патриархализма, прежде всего тем, что в распоряжении правителя оказываются подчиненные лично ему военная сила и аппарат чиновников, позволяющие в некоторых случаях не считаться с предписаниями традиции. М. Вебер выделяет следующие формы патримониального режима: а) патримониализм в собственном смысле слова, характеризующийся преобладанием традиции; б) султанизм, который отличает пренебрежение традицией и опора на прямую военную силу. Порой султанистская форма выглядит на первый взгляд (но никогда в действительности) полностью не связанной с традицией. Однако на деле она не рационализирована, в ней до крайности развита лишь сфера свободного произвола и милости. Таким способом она отличается от любой формы рационального господства. При патримониализме назначение на государственную должность происходило по милости правителя, оказываемой преданным ему слугам. Поэтому государственный чиновник рассматривал свою должность как личную привилегию и исполнял должностные обязанности (которые, как правило, не имели четких границ), если только этого не требовала традиция, по своему усмотрению. По отношению к подвластному населению чиновник действовал так же произвольно, как и правитель действовал по отношению к нему. При этом патримониальные чиновники могли в значительной степени ограничить суверенитет самого патримониального правителя. Если важные привилегии чиновников оказывались закрепленными в традиции данного государства, а сами чиновники образовывали сплоченную группу (обычно какое-либо тайное общество), то они могли вполне успешно противодействовать любым планам правителя, не отвечающим их собственным интересам (в Московском царстве – местничество). М. Вебер противопоставляет патримониальное чиновничество и рациональную бюрократию как два противоположных типа управления, но он не проводит между ними непреодолимой границы. Определяющим признаком патримониального управления служит личностный, а не формально-правовой характер отношений власти, поскольку правитель как глава патримониальной бюрократии не связан какими-либо формальными правилами и во многих случаях мог действовать совершенно произвольно. Промежуточное положение в теоретических построениях М. Вебера между указанными типами государственного управления занимает патримониальная бюрократия. В отличие от традиционных управленческих структур, патримониальная бюрократия содержит некоторые рациональные элементы.

Примером патримониальной бюрократии для М. Вебера стала организация государственного аппарата Древнего Китая. Государственные чиновники, так называемые мандарины, образовывали правящий слой в древнем Китае в течение более чем двух тысяч лет. Мандарин – это, прежде всего, литературно образованный человек, совершенно не подготовленный к делам государственного управления, но хороший каллиграф, пишущий стихи, знающий всю литературу Китая за тысячу лет и умеющий ее толковать. Он не придавал никакого значения политическим обязанностям своей должности. Только литературное образование служило мерой социального статуса чиновников и основным условием занятия должности. М. Вебер отметил ряд особенностей, присущих китайскому обществу. В государстве древнего Китая все основывалось на религиозно-магической вере в то, что при нормальных условиях добродетель правителя и его чиновников, т. е. совершенство их литературного образования, вполне способно удержать в порядке спокойствие страны. Китайская система образования, согласно М. Веберу, была направлена на то, чтобы культивировать в людях «особую манеру поведения». Эта система отличалась от обучения магии и также отличалась от подготовки чиновника-специалиста, т. к. не была направлена на приобретение практически полезных знаний об управлении. Вместо этого экзамены проверяли степень знакомства кандидата с классической литературой и соответствие его образа мыслей и поведения заданным ею образцам. В то же время китайское образование заключалось в усвоении правил самоконтроля и ритуально правильного поведения, особенно почтительности и благоговения по отношению к родителям, людям старшего возраста и начальникам. Бюрократический аппарат, созданный со временем конфуцианством, был действительно уникальным в истории человечества. При императорах династии Хань была введена система обучения кандидатов на государственные должности. А в годы правления императорской династии Тан были основаны специальные учебные заведения для чиновников и введена тщательно разработанная система экзаменов. Отбор кандидатов давал преимущество тем, кто происходил из состоятельных семей с хорошими связями, вне зависимости от их способностей, а обучение часто оставалось на низком уровне. Тем не менее, оно включало в себя знакомство с этическими постулатами конфуцианства и вело к формированию особой корпоративной этики среди китайских чиновников. В Китае издревле существовало немало методов отбора чиновников, как общих для всего Востока и даже для всего мира (назначение близких родственников, приближенных, сподвижников правителя его личным указом; предоставление должности по праву знатности либо родственной близости; назначение по рекомендации и протекции влиятельных лиц и т. п.), так и специфически китайских. Для успешной сдачи экзамена следовало хорошо знать сочинения древних мудрецов, прежде всего классические конфуцианские каноны, а также уметь творчески интерпретировать сюжеты из истории, отвлеченно рассуждать на темы философских трактатов и обладать литературным вкусом, уметь сочинять стихи. Лучше других, справившиеся с заданием удостаивались желанной степени и, главное, получали право сдавать экзамен на вторую степень, а обладатели двух – на третью. И хотя успешная сдача тройных экзаменов не была единственным путем к должности, именно такой метод комплектования аппарата чиновников оказался наиболее выгодным для системы императорской власти: кто как не хорошо знающий суть и принципы конфуцианства и доказавший свои знания в честном соперничестве с другими может наилучшим образом справиться с нелегким делом управления страной на официально принятых конфуцианских основах. В целом к рациональным элементам патримониальной бюрократии М. Вебер относил следующие основные принципы сложившейся системы функционирования аппарата чиновников в древнем Китае: 1) Система личных назначений из центра всех чиновников на все должности; 2) Отсутствие узкой специализации должностей; 3) Обучение претендентов на должности; 4) Карьерный рост на основе трехступенчатой сдачи экзаменов на лояльность власти; 5) Строгое регламентирование критериев оценки кандидата на должность; 6) Ранжирование должностей; 7) Отбор на должности строго в соответствии с освещенными конфуцианством принципами; 8) Наличие секретной полиции для наблюдения за чиновниками.

Аналогом концепции традиционного господства М. Вебера в марксистской традиции выступает теория азиатского способа производства. Необходимо отметить, что К. Маркс не был первым, кто ввел в научный оборот понятие «азиатского» общества. Это понятие было разработано в английской политической экономии. Но именно К. Марксу принадлежит приоритет в научном обосновании концепции азиатского способа производства. Он писал: «Если не частные земельные собственники, а государство непосредственно противостоит непосредственным производителям, как это наблюдается в Азии, в качестве земельного собственника и вместе с тем суверена, то рента и налог совпадают, или, вернее, тогда не существует никакого налога, который был бы отличен от этой формы земельной ренты. При таких обстоятельствах отношение зависимости может иметь политически и экономически не более суровую форму, чем та, которая характеризует положение всех подданных по отношению к этому государству. Государство здесь – верховный собственник земли. Суверенитет здесь –земельная собственность, сконцентрированная в национальном масштабе. Но зато в этом случае не существует никакой частной земельной собственности, хотя существует как частное, так и общинное владение и пользование землей» (Соч. 2-е изд. Т.46. Ч.1. С.482.). По идее К. Маркса, вставший над восточными общинами правитель и обслуживающий его аппарат власти, т. е. государство,— это не только символ коллектива, но и реальная власть. В условиях отсутствия частной собственности на передний план выходит государство как верховный собственник и высший суверен, т. е. как высшая абсолютная власть над подданными. Государство в этом случае становится деспотией, а правитель – восточным деспотом. Маркс не счел возможным рассматривать существующий в обществе данного типа управленческий аппарат в качестве господствующего класса. Следует отметить, что проблема роли государственной бюрократии в восточных обществах не получила в классическом марксизме подробного рассмотрения. Наиболее последовательная попытка разработать марксистскую теорию бюрократии как господствующего класса применительно к обществам с азиатским типом хозяйствования была предпринята в конце 50-х гг. ХХ столетия немецким социологом К. Виттфогелем, известного своими работами о китайском обществе и книгой «Восточный деспотизм: сравнительные исследования тотальной власти». Исходным для этой теории служит понятие «гидравлического общества». Этот термин, введенный К. Виттфогелем для азиатского общества, означает, что централизованная и деспотическая государственная власть объясняется результатом зависимости этих обществ от обширных общественных работ по строительству и содержанию ирригационных, а также противопаводковых систем. Проведение таких работ координируется деспотическим государством , которые образуют правящий класс общества. В гидравлическом обществе первое крупное разделение на верхний привилегированный слой и подчиненные ему массы происходит одновременно с возвышением чрезвычайно мощного государственного аппарата. Практически во всех таких обществах он возглавляется правителем, контролирующим действия многочисленного управленческого персонала. Такая иерархия, включающая в себя монарха, высших сановников и подчиненный аппарат чиновников, характерна для всех режимов азиатского деспотизма. Чиновники гидравлического деспотизма были организованы в постоянно действующий и сильно централизованный аппарат. В отличие от буржуазного класса, не имеющего общепризнанного главы, и в отличие от феодальных сеньоров, общепризнанный глава которых был первым среди равных в чрезвычайно децентрализованной структуре, чиновники гидравлического государства признавали верховную власть правителя, который всегда и, безусловно, определял их положение и задачи. К. Виттфогель сделал вывод о том, что в истории человеческой цивилизации до возникновения современного индустриально-бюрократического государства чиновничий аппарат гидравлических обществ являл собой единственный крупный пример правящего класса, ядро которого постоянно действовало как централизованная полувоенная организация.

Марксистская и веберианская теории существенно расходятся в характеристике древнекитайской бюрократии. С точки зрения К. Виттфогеля, в Китае основной функцией чиновничества являлась координация производительного трудам связанного, прежде всего, со строительством и поддержанием в должном порядке ирригационных сооружений. Чиновничество изображается в качестве своего рода «менеджеров», которые, хотя они и не являлись специалистами в какой-то определенной сфере, играли активную роль в руководстве различными видами производственной деятельности. Иной подход к этой проблеме отличал М. Вебера, уделявшего основное внимание рассмотрению религиозно-этических норм и характера образования китайского чиновничества. Проведенный им анализ свидетельствует о том, власть чиновников основывалась не столько на их роли в экономической жизни, сколько на традициях китайского общества, сформировавшихся под сильным влиянием конфуцианства. При том, что марксистская и веберианская теории сходились в единстве мнений о бюрократическом аппарате деспотического государства как о жестко централизованной организации, К. Виттфогель в отличие от М. Вебера готов допустить лишь очень незначительную степень автономии чиновников по отношению к центральной власти. В целом веберовская модель патримониального режима отличается большим динамизмом, хотя К. Виттфогель также уделяет некоторое внимание конфликтам между различными группами и слоями внутри бюрократии. Итак, веберианская и марксистская теории обращают внимание на различные аспекты деятельности древневосточных бюрократий. Однако следует отметить, что подход М. Вебера является более разносторонним в объяснении природы бюрократии, поскольку допускает возможность децентрализации политических режимов в странах Востока и не ограничивается лишь экономическим фактором в объяснении их возникновения.

Вопросы и задания для самоконтроля

1.	Какие типы легитимного господства выделяет М. Вебер в различных исторических эпохах?
2.	Что означает термин «патримониализм» по М. Веберу?
3.	Чем патримониальное господство отличается от патриархального господства?
4.	Какие формы патримониального режима выделяет М. Вебер?
5.	Каков процесс формирования патримониальной бюрократии по М. Веберу?
6.	Каковы функциональные обязанности чиновников китайской патримониальной бюрократии – «мандаринов» в древнем Китае?
7.	Как обучались и подбирались чиновники в древнем Китае?
8.	Какие основные классические принципы патримониальной бюрократии можно выделить в древнекитайской системе управления государством?
9.	Какие особенности экономического способа производства выделил К. Маркс как характерную черту государственного устройства древних восточных стран?
10.	В чем смысл марксистского подхода в теории «гидравлического» общества К. Виттфогеля?
11	В чем смысл марксистского анализа «азиатского способа производства» и его влияния на формирования аппарата чиновников?
12.	Какие отличия можно выделить в веберианском и марксистском подходе в анализе бюрократии в древних государствах?

Темы докладов и рефератов

1.	Типы господства в политической социологии М. Вебера.
2.	М. Вебер о патримониализме и патримониальной бюрократии.
3.	Китайское чиновничество как пример «классической» патримониальной бюрократии.
4.	Система подготовки и принципы подбора кадров чиновников в империи древнего Китая.
5.	Виттфогеля о формах управления древних восточных государств в долинах великих рек?

Тема практического занятия «Концепции происхождения

бюрократии в традиционных обществах»

1. Типы традиционного господства по М. Веберу.

2. Конфуцианство и чиновничество древнего Китая.

3. Марксистская школа о формировании древних восточных государств.

4. Общие подходы и различия в марксистской и веберианской оценке чиновничества традиционных обществ.

Рекомендуемая литература

1.	Большой социологический словарь. М., 1999.
2.	Васильев Востока. – М. : Высшая школа, 1993. Т.1. Главы 4, 6; Часть 2 Главы 8-9.
3.	Аграрная история Древнего мира. – М., 2001.
4.	Политика как призвание и профессия // Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. - С.644-706.
5.	Кабашов . Теоретические концепции. – Уфа: БАГСУ, 20с.
9.	Соч. 2-е изд. Т.46. Ч.1. С.482.
	Переломов и легизм в политической истории Китая. М., 1981.
	Переломов : жизнь, учение, судьба. – М., 1993.

Словарь терминов

АзиАтский спОсоб произвОдства – в марксизме – особая стадия развития общества, основанная на централизованной системе ирригационного земледелия в сельских общинах. Для азиатского способа производства характерны: слабое разделение труда; самообеспечиваемость общин; отсутствие частной собственности на средства производства; неразвитая торговля и политическая деспотия как особый тип монархической формы правления. Азиатский способ производства строится, в отличие от рабовладельческого, на эксплуатации не рабов, а общинников: рабство в нем сохраняет патриархальный характер.

«гидравлическоЕ обществО» означает, что централизованная и деспотическая государственная власть объясняется результатом зависимости общества в Древнем мире от обширных общественных работ по строительству и содержанию ирригационных, а также противопаводковых систем.

ПАТРИАРХАЛИЗМ – состояние, когда внутри некоего первоначально экономического и семейного (домашнего) союза господство осуществляется по строгому праву наследования определенными отдельными лицами, при этом отсутствует какой-либо специальный управленческий аппарат, а все отношения между господином и зависимыми от него людьми регулирует обычай и традиция.

ПАТРИМОНИАЛИЗМ – форма политического господства или политической власти, основанная на «личной» и бюрократической власти королевской семьи. Патримониальное господство отличается от патриархализма, прежде всего тем, что в распоряжении правителя оказываются подчиненные лично ему военная сила и аппарат чиновников, позволяющие в некоторых случаях не считаться с предписаниями традиции.

Тема 3. Лекционное занятие. Формирование бюрократической системы управления в государствах абсолютистских монархий

Западной Европы и Российского государства

План

1. Природа политической власти абсолютизма.

2. Французская бюрократия периода абсолютизма.

3. Бюрократизация государственного управления в королевской Пруссии.

4. Формирование и развитие бюрократического аппарата в Российской империи в XVIII в.

«Сословное» феодальное государство представляло собой корпоративно-аристократическую форму внешне централизованного правления, при которой решающими силами выступали патримониальная бюрократия и знать. Монархический правитель, который сам рассматривался как высшее сословие, был первым среди равных. Сословная монархия уступила место абсолютистскому государству в результате узурпации монархом рычагов политического влияния с опорой на военную силу, что привело к освобождению власти государя от ограничений, наложенных на нее древними обычаями и особыми вольностями правящих групп. В сущности, характерными чертами почти для всех государств, в которых установилась абсолютная монархия, были следующие: во-первых, подчинение церкви королевской власти; во-вторых, отняв у сословий их политические права, короли оставляли за ними в неприкосновенности их социальные привилегии; в-третьих, монархи стремились к ослаблению знатного дворянства в провинциях и городской свободы, развивая систему управления провинциями из центра при помощи централизации и бюрократии; в-четвертых, везде учреждаются регулярные армии и в-пятых, государству для управления страной при помощи чиновников, для содержания армий и для войн приходилось изыскивать новые источники доходов, что повлекло за собою известную экономическую политику, называемую меркантилизмом. Характерными чертами почти для всех государств, в которых установилась абсолютная монархия, были следующие: 1) подчинение церкви светской королевской власти; 2) отняв у сословий их политические права, короли оставляли за ними в неприкосновенности их социальные привилегии; 3) монархи стремились к ослаблению знатного дворянства в провинциях и городской свободы, развивая систему управления провинциями из центра при помощи централизации и бюрократии; 4) везде учреждаются регулярные армии; 5) государству для управления страной при помощи чиновников, для содержания армий и для войн приходилось изыскивать новые источники доходов, что повлекло за собою известную экономическую политику, называемую меркантилизмом. Абсолютизм изменил природу политической власти. Было поставлено под сомнение представление о том, что привилегированные слои должны получать право управлять по наследству или благодаря покупке должности без специальной подготовки и без превращения должности в основное занятие. Способность монарха назначать чиновников по своему усмотрению и регулировать их функции и положение, как он считал нужным, сильно повлияла на практику управления. В период абсолютизма ведущая роль принадлежала новым сменяемым бюрократам, а не прежним патримониальным чиновникам и представителям аристократии. При этом в составе государственной бюрократии сосуществовали две основные группы чиновников. Создав крупномасштабный аппарат финансовой, административной и военной мощи, управлявшийся подотчетными им назначенными чиновниками, они выступили основателями полностью бюрократизированного государства со многими поразительно «современными» чертами. Следует, например, отметить, что абсолютная монархия с ее достаточно совершенной бюрократической машиной стала мощным фактором, способствующим развитию предпринимательства и росту буржуазии. Династический абсолютизм сам по себе был лишь преходящим историческим явлением, но он породил административную систему, которая стала общим наследием современной цивилизации.

Наибольшего развития и блеска достигла абсолютная монархия во Франции при короле Людовике XIV. Его двор уже не был просто высшей сферой дворцового хозяйства, кругом родственников и приближенных. Он являлся обширным, особым искусственно созданным миром, в центре которого находился сам король в положении непререкаемого господина. Недаром девизом всего правления этого монарха стала фраза: «Государство – это я!». Людовик XIV правил из своего двора, но не при помощи этого двора. Существовала другая структура, имевшая непосредственное отношение к государственному управлению и выступавшая как средство личной власти короля. Центральный административный аппарат был представлен системой административных органов, возглавляемых министрами, которые были ответственны непосредственно перед королем. Первостепенную роль играл Государственный совет. На нем обсуждались важнейшие проблемы внутренней и внешней политики, войны и мира. Финансовый совет определял бюджет государства, устанавливал размеры налогов и их распределение, утверждал финансовую отчетность. Совет депеш собирался раз в две недели. Он представлял собой коллегиальное министерство внутренних дел. Совет сторон, или Частный совет являлся высшей административной инстанцией. Совет по вопросам совести, настоящее министерство культов, на его заседаниях присутствовал король, претендовавший на роль религиозного лидера Франции и Европы. Сосредоточивая управление всеми делами государства в своих руках или руках министров, Людовик XIV окончательно утвердил во Франции систему бюрократической централизации. К концу правления Людовика XIV вся Франция управлялась тридцатью королевскими комиссарами. Они стали постоянно действующими чиновниками и что самое важное превратились в администраторов, которые вмешивались во все и занимались всем. В управлении страною все подводилось под одну мерку, но лишь настолько, насколько это нужно было для усиления власти короля, во всем же остальном в провинциальном быту царствовало унаследованное от эпохи феодального раздробления чисто хаотическое разнообразие устарелых законов и привилегий, нередко стеснявших развитие жизни страны. Особенностью процесса бюрократизации французской монархии, как ни в какой другой европейской стране, стало распространение коммерциализации государственного управления, т. е. узаконенной торговли государственными должностями. Чиновник владел должностью и сопутствующими ей привилегиями почти как земельной собственностью, вследствие чего королевская власть была не в состоянии полностью подчинить себе разбухший чиновничий аппарат.

В абсолютистской системе правления XVIII в. лучшим примером может служить Пруссия под властью короля Фридриха II. Прусское законодательство, разработанное при жизни Фридриха II окончательно «деперсонализировало» процесс управления. Изменялся сам характер отношений между монархом и чиновниками. Не воля монарха, а формальные правила, которые в принципе не должны нарушаться и главой государства, регулировали деятельность бюрократического аппарата. В результате прусские чиновники, считавшиеся прежде неотделимыми от короля, поскольку предполагалось, что именно он управлял государством, превращались из слуг короля в служащих государства. У чиновников не было права собственности на должности, и они не могли претендовать на какие-либо доходы от своей работы, кроме фиксированного жалованья из государственной казны. Фридрих II формировал государство как искусственную организационную структуру, действующую посредством чиновников, которые были взаимозаменяемы, и от которых ожидалась приверженность не столько королю, сколько государственным интересам. Однако сохранялся принцип, согласно которому закон не был обязательным для принимавшей его монархической власти. Закон регулировал осуществление надзора за деятельностью чиновников. Все решения должны были приниматься в результате применения общих правил к точно установленным и задокументированным частным случаям. Более того, вся документация велась в письменной форме и затем сдавалась в архив. В сущности, в «прусской модели абсолютизма» государство получило превосходство над главой этого государства благодаря «отделению» государственного чиновничества от короля. В дальнейшем рост специализации в процессе управления неизбежно вел к тому, что значительная доля реальной власти по принятию политических решений переходила от короля к бюрократии. Был упорядочен набор государственных чиновников, от которых теперь требовались специальные знания, проверявшиеся экзаменом. С учреждением королем Высшей экзаменационной комиссии в государстве начала действовать профессионализация прусской бюрократии. Требования специальной подготовки предъявлялись ко всем должностям. Административные реформы Фридриха II внесли важные изменения в методы организации управленческих структур. Традиционная прусская система управления была основана на принципе коллегиальности. Коллегии как органы управления были организованы в Пруссии на территориальной, а не функциональной основе. Они включали нескольких членов, обсуждавших все дела коллективно, и также коллективно отвечали за принятые решения. Основной целью применения такой формы организации являлось, наряду с использованием королевских шпионов или фискалов, установление контроля за чиновниками. Хотя коллегиальные органы в правление Фридриха II не были полностью устранены, все большую роль начинают играть разнообразные министерства, организованные в соответствии с принципом единоначалия.

Остановимся теперь на эволюции бюрократического аппарата в Российском государстве XVIII – XIX вв. К моменту вступление на престол Петра I, административный аппарат управления страной состоял из единого сословия служилых людей, в которое входили как служилые «по отечеству», т. е. по происхождению, так и служилые «по прибору», т. е. по набору на добровольных началах. Петр I ввел новый, отличный от прежнего, критерий службы, а именно – принцип происхождения и наследования должности – был заменен принципом личной выслуги, что изменило положение сословия служилых людей. Как абсолютный властитель, Петр I не мог допустить, чтобы такой критерий как происхождение, а не выслуга, т. е. заслуги перед царем, определяемым по законам, им же самим продиктованным и изменяемым по собственному усмотрению определяло включение в служебную иерархию и продвижение по лестнице чинов. Петровские реформы навсегда покончили с прежними критериями, формировавшими сословие служилых людей. За службу в регулярной армии и в казенных учреждениях стали платить фиксированное денежное жалованье. Поместья, перестав быть видом жалованья за службу, стали фактически неотторжимы. Они сливались с другой формой землевладения — вотчинной, т. е. родовой. Произошел распад сословия на две категории: большая часть служилых «по отечеству» превратилась в дворянство, меньшая часть служилых «по отечеству», а также большая часть «приборных», лишившись службы и соответственно связанных с нею привилегий вошли в сословие государственных крестьян, искусственно созданное Петром I, низводились до положения тяглых, т. е. низших, категорий населения. Таким образом, было положено начало превращению традиционного служилого дворянства в чиновничество, основной инструмент упорядоченного государства. Дворяне стали должностными лицами, ответственными за выполнение задач, поставленных государством и его главой и направленных на обеспечение оптимальной эксплуатации всех доступных ресурсов. Ведение государственных дел регулировалось общими правилами, охватывавшими любые возможные служебные ситуации. Петровские реформы не смогли устранить личные связи и личную преданность как основу патримониальных взаимоотношений внутри управленческого аппарата. Несложно объяснить причины этого: в силу образовательных требований для занятия должности, которым не отвечало большинство населения, в центральные учреждения подбирались «свои» чиновники из ограниченного круга лиц. Поэтому семейные связи и личная преданность продолжали, играть значительную роль в среде служилого дворянства. Чтобы созданная пирамида чинов воспроизводилась и в ней существовала четкая субординация, Петром I была подготовлена знаменитая Табель о рангах — один из важнейших документов российской истории. С учреждением Табеля о рангах в 1722 г. служебный критерий был положен в основу социальной структуры общества. В результате государь получил полный контроль над социальной структурой государства и, следовательно, над всеми подданными. Табель вводила новую иерархию чинов, которые можно было получить посредством личной службы, поднимаясь последовательно от чина к чину. Все чины делились на четыре категории: воинские (в том числе сухопутные, гвардейские, артиллерийские), морские, штатские («статские») и придворные. В каждой категории устанавливалось 14 классов. Важной чертой Табели было то, что она устанавливала соответствие между чинами разных категорий. Принцип личной выслуги закреплялся особым положением Табели, в которой говорилось, что выходцы из высших категорий дворянства не избавляются от службы начиная ее снизу. Табель о рангах устранила средневековое деление чиновников на две группы и ввел единую иерархию должностей. Тем не менее, в течение долгого времени после его принятия высшие государственные посты продолжали занимать преимущественно представители древних аристократических родов, хотя на среднем и низшем уровне бюрократической иерархии заметно возросло число выходцев из обедневших дворян и других социальных слоев. Петровские реформы не изменили патримониального характера государственного строя России. Европеизируя Россию, Петр I довел до крайности то бесправие жителей по отношению к государству, которое характеризует собой восточные деспотии. Постепенный распад патримониальных властных структур, начавшийся во второй половине XVIII в., был в основном завершен только в результате реформ 1860-х гг. Интересна оценка М. Вебера значения и результатов административных реформ Петра I. Как конфуцианский Китай или Франция и Пруссия эпохи абсолютизма, Российская империя Петра I послужила М. Веберу примером одного из вариантов эволюции патримониальных властных структур. По мнению М. Вебера, изложенного в ряде его работ посвященных теории бюрократии, петровские реформы не изменили патримониального характера государственного строя государства. Существовала некоторая аналогия между положением чиновника в петровской России и в конфуцианском Китае. Действительно, поскольку российское дворянство не обладало монополией на должности, а для их занятия не требовалось обязательного владения земельной собственностью, но требовался определенный уровень образования, то здесь, по-видимому, наблюдается сходство с ситуацией в Китае. Но имелось также отличие, поскольку российские дворяне, в отличие от китайских мандаринов, являлись не только государственными чиновниками, но и патримониальными господами в своих имениях. Поэтому дворянство было связано с прерогативами господского патримониализма такого рода, который был совершенно чужд Китаю.