«Тема поэта и поэзии в творчестве » (стр. 4 )

Поэт беспечный, я писал

Из вдохновенья, не из платы.

Я видел вновь приюты скал

И темный кров уединенья,

Где я на пир воображенья,

Бывало, музу призывал.

Там слаще голос мой звучал;

Там доле яркие виденья,

С неизъяснимою красой,

Вились, летали надо мной

В часы ночного вдохновенья!..

Все волновало нежный ум:

Цветущий луг, луны блистанье,

В часовне ветхой бури шум,

Старушки чудное преданье.

Какой-то демон обладал

Моими играми, досугом;

За мной повсюду он летал,

Мне звуки дивные шептал,

И тяжким, пламенным недугом

Была полна моя глава;

В ней грезы чудные рождались;

В размеры стройные стекались

Мои послушные слова

И звонкой рифмой замыкались.

В гармонии соперник мой

Был шум лесов, иль вихорь буйный,

Иль иволги напев живой,

Иль ночью моря гул глухой,

Иль шопот речки тихоструйной.

Тогда, в безмолвии трудов,

Делиться не был я готов

С толпою пламенным восторгом,

И музы сладостных даров

Не унижал постыдным торгом;

Я был хранитель их скупой:

Так точно, в гордости немой,

От взоров черни лицемерной

Дары любовницы младой

Хранит любовник суеверный.

Книгопродавец

Но слава заменила вам

Мечтанья тайного отрады:

Вы разошлися по рукам,

Меж тем как пыльные громады

Лежалой прозы и стихов

Напрасно ждут себе чтецов

И ветреной ее награды.

Поэт

Блажен, кто про себя таил

Души высокие созданья

И от людей, как от могил,

Не ждал за чувство воздаянья!

Блажен, кто молча был поэт

И, терном славы не увитый,

Презренной чернию забытый,

Без имени покинул свет!

Обманчивей и снов надежды,

Что слава? шепот ли чтеца?

Гоненье ль низкого невежды?

Иль восхищение глупца?

Книгопродавец

Лорд Байрон был того же мненья;

Жуковский то же говорил;

Но свет узнал и раскупил

Их сладкозвучные творенья.

И впрям, завиден ваш удел:

Поэт казнит, поэт венчает;

Злодеев громом вечных стрел

В потомстве дальном поражает;

Героев утешает он;

С Коринной на киферский трон

Свою любовницу возносит.

Хвала для вас докучный звон;

Но сердце женщин славы просит:

Для них пишите; их ушам

Приятна лесть Анакреона:

В младые лета розы нам

Дороже лавров Геликона.

Поэт

Самолюбивые мечты,

Утехи юности безумной!

И я, средь бури жизни шумной,

Искал вниманья красоты.

Глаза прелестные читали

Меня с улыбкою любви;

Уста волшебные шептали

Мне звуки сладкие мои...

Но полно! в жертву им свободы

Мечтатель уж не принесет;

Пускай их юноша поет,

Любезный баловень природы.

Что мне до них? Теперь в глуши

Безмолвно жизнь моя несется;

Стон лиры верной не коснется

Их легкой, ветреной души;

Не чисто в них воображенье:

Не понимает нас оно,

И, признак бога, вдохновенье

Для них и чуждо и смешно.

Когда на память мне невольно

Придет внушенный ими стих,

Я так и вспыхну, сердцу больно:

Мне стыдно идолов моих.

К чему, несчастный, я стремился?

Пред кем унизил гордый ум?

Кого восторгом чистых дум

Боготворить не устыдился?..

Книгопродавец

Люблю ваш гнев. Таков поэт!

Причины ваших огорчений

Мне знать нельзя; но исключений

Для милых дам ужели нет?

Ужели ни одна не стоит

Ни вдохновенья, ни страстей,

И ваших песен не присвоит

Всесильной красоте своей?

Молчите вы?

Поэт

Зачем поэту

Тревожить сердца тяжкий сон?

Бесплодно память мучит он.

И что ж? какое дело свету?

Я всем чужой!.. душа моя

Хранит ли образ незабвенный?

Любви блаженство знал ли я?

Тоскою ль долгой изнуренный,

Таил я слезы в тишине?

Где та была, которой очи,

Как небо, улыбались мне?

Вся жизнь, одна ли, две ли ночи?

И что ж? Докучный стон любви,

Слова покажутся мои

Безумца диким лепетаньем.

Там сердце их поймет одно,

И то с печальным содроганьем:

Судьбою так уж решено.

Ах, мысль о той души завялой

Могла бы юность оживить

И сны поэзии бывалой

Толпою снова возмутить!..

Она одна бы разумела

Стихи неясные мои;

Одна бы в сердце пламенела

Лампадой чистою любви!

Увы, напрасные желанья!

Она отвергла заклинанья,

Мольбы, тоску души моей:

Земных восторгов излиянья,

Как божеству, не нужно ей!..

Книгопродавец

Итак, любовью утомленный,

Наскуча лепетом молвы,

Заране отказались вы

От вашей лиры вдохновенной.

Теперь, оставя шумный свет,

И муз, и ветреную моду,

Что ж изберете вы?

Поэт

Свободу.

Книгопродавец

Прекрасно. Вот же вам совет;

Внемлите истине полезной:

Наш век — торгаш; в сей век железный

Без денег и свободы нет.

Что слава?— Яркая заплата

На ветхом рубище певца.

Нам нужно злата, злата, злата:

Копите злато до конца!

Предвижу ваше возраженье;

Но вас я знаю, господа:

Вам ваше дорого творенье,

Пока на пламени труда

Кипит, бурлит воображенье;

Оно застынет, и тогда

Постыло вам и сочиненье.

Позвольте просто вам сказать:

Не продается вдохновенье,

Но можно рукопись продать.

Что ж медлить? уж ко мне заходят

Нетерпеливые чтецы;

Вкруг лавки журналисты бродят,

За ними тощие певцы:

Кто просит пищи для сатиры,

Кто для души, кто для пера;

И признаюсь — от вашей лиры

Предвижу много я добра.

Поэт

Вы совершенно правы.

Вот вам моя рукопись.

Условимся.

«Поэт»

Пока не требует поэта

К священной жертве Аполлон,

В заботах суетного света

Он малодушно погружен;

Молчит его святая лира;

Душа вкушает хладный сон,

И меж детей ничтожных мира,

Быть может, всех ничтожней он.

Но лишь божественный глагол

До слуха чуткого коснется,

Душа поэта встрепенется,

Как пробудившийся орел.

Тоскует он в забавах мира,

Людской чуждается молвы,

К ногам народного кумира

Не клонит гордой головы;

Бежит он, дикий и суровый,

И звуков и смятенья полн,

На берега пустынных волн,

В широкошумные дубровы...

«Поэту»

Поэт! не дорожи любовию народной.

Восторженных похвал пройдет минутный шум;

Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,

Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

Ты царь: живи один. Дорогою свободной

Иди, куда влечет тебя свободный ум,

Усовершенствуя плоды любимых дум,

Не требуя наград за подвиг благородный.

Они в самом тебе. Ты сам свой высший суд;

Всех строже оценить умеешь ты свой труд.

Ты им доволен ли, взыскательный художник?

Доволен? Так пускай толпа его бранит

И плюет на алтарь, где твой огонь горит,

И в детской резвости колеблет твой треножник.

«Эхо»

Ревет ли зверь в лесу глухом,

Трубит ли рог, гремит ли гром,

Поет ли дева за холмом —

На всякий звук

Свой отклик в воздухе пустом

Родишь ты вдруг.

Ты внемлешь грохоту громов,

И гласу бури и валов,

И крику сельских пастухов —

И шлешь ответ;

Тебе ж нет отзыва... Таков

И ты, поэт!

«Я памятник себе воздвиг нерукотворный»

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,

К нему не зарастет народная тропа,

Вознесся выше он главою непокорной

Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире

Мой прах переживет и тленья убежит —

И славен буду я, доколь в подлунном мире

Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,

И назовет меня всяк сущий в ней язык,

И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой

Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я Свободу

И милость к падшим призывал.

Веленью божию, о муза, будь послушна,

Обиды не страшась, не требуя венца,

Хвалу и клевету приемли равнодушно

И не оспоривай глупца.

Вы должны уметь делать литературоведческий анализ стихотворений.

Вам предлагается пример анализа стихотворения:

«Я памятник себе воздвиг нерукотворный»

Незадолго до смерти Пушкин написал произведение "Я памятник себе воздвиг нерукотворный..." (1836) В стихотворении автор подводит итог своему творческому пути. Он задумывается о смысле жизни, об особой миссии, которая дается каждому человеку с его рождения. Пушкин выполнил свою миссию.

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,

К нему не зарастет народная тропа.

Вознесся выше он главою непокорной

Александрийского столпа.

Что значит “выше”?

Пушкин сравнивает духовное и материальное, живую поэтическую думу и мертвый камень, и в этом заключается художественное достоинство стихотворения. Главной темой стихотворения, на мой взгляд, является тема царя и поэта, земного властителя и властителя дум. Гений своим творчеством сам ставит себе при жизни “нерукотворный памятник”, потому что он — голос народа, его пророк. Не кто-нибудь, а он сам воздвиг себе памятник. Отсюда многократно повторяемое “Я”. Пушкин жил и творил в “жестокий век”. Он гордился тем, что его поэзия была свободной, взывала к свободе политической и духовной.

Александрийский столп — это самая высокая в мире колонна, олицетворение покорности царю и власти самого царя. Пушкин был придворным низшего чина, и в то же время он был человеком высочайшего призвания и предназначения. Так что же означает “выше Александрийского столпа”? Это можно истолковать и как победу “таинственного певца” над цензурой, победу над самодержавием. Пушкин сопоставляет два памятника, памятник материальный и памятник духовный. Поэт вступает в противоборство с “кумиром” своего времени. Морально Пушкин победил этого самодержавного “кумира” силой поэтического слова и высокой духовностью. Пушкин действительно победил время и пространство. Каждое произведение поэта неповторимо, в каждом своя философия и красота. Поэзия Пушкина — это тропа к сердцу самого поэта. В поэзии он находит силы жизни, чтобы бороться с одиночеством, потому что общество его не понимает, не понимает его философские взгляды. Лирическим героем данного стихотворения является сам автор. Сюжет стихотворения составляет его судьба, осмысленная на фоне исторического движения. Главную причину своей долгой жизни в народе, источник его любви Пушкин видит в добре («чувства добрые»), которые пробуждает его поэзия. Даже прославление свободы, даже «милость к падшим» оказываются на втором месте. И, как гордое признание неподкупности и независимости творчества звучит призыв к музе – повиноваться только Божьему велению.

Торжественный и мерный шестистопный ямб в конце каждой строфы сменяется четырехстопным, что позволяет создать раздумчивую интонацию. Весомы и немногочисленны эпитеты:

памятник – «нерукотворный», глава – «непокорная», лира – «заветная», век – «жестокий»…

Характеристики народов России поражают своей лаконичной точностью: если славянин «гордый», то тунгус «ныне дикой», а калмык – «друг степей».

Величавая приподнятость стихотворения поддерживается лексикой, свойственной «высокому стилю»:

Славянизмы глава, столп, пиит….

Усеченные – доколь, всяк….

Выражения – народная тропа, заветная лира, сущий….

Глаголы – восславил, приемли….

Изыскан звуковой ряд - 1строфа из гласных преобладают «а» и «о», во второй – «а» и «и»,

В третьей – «у», в четвертой и пятой – вновь «о» и «а».

Обилие сонорных «р» и «л» создает звуковое впечатление торжественного колокольного звона.

Плавное течение стиха прерывают два интонационных всплеска: восклицания – «Нет, весь я не умру», и « о муза, будь послушна» - и это выдает потаенное волнение поэта, глубину обуревающих его чувств.

В этом стихотворении раскрыта тема поэта и поэзии, проблема поэтической славы, преодоление смерти через известность. Это стихотворение можно представить в ярких и серых тонах, потому что, с одной стороны, создана торжественная атмосфера, радость того, что искусство будет жить вечно: "К нему не зарастет народная тропа", а с другой стороны, это же является его последним словом, концом творчества Пушкина.

По своей теме и построению стихотворение близко к стихотворению Державина "Памятник" и Квинта Горация "Я воздвиг памятник", но Пушкин отступил от прежних образов. Произведение наполнено безграничной любовью к России, к читателю, верой в могущество поэтического слова, осознанием выполненного долга перед народом.

Я считаю, что творчество Пушкина - это неисчерпаемый источник, который дает духовные знания не одному поколению людей. Оно открывает добрые чувства, помогающие осознавать и любить жизнь.

Обратите внимание!

План анализа лирического стихотворения

Дата написания и публикация; Жанр стихотворения; Основная тема; Смысл названия; Лирический сюжет и его движение; Композиция. Основные настроения, тональность стихотворения; Лирический герой, его своеобразие; Позиция автора (восторг, негодование, элегическая грусть, полемика и т. д.) Ритм, размер; Рифмовка, характер рифмы; Лексика. Языковые выразительные средства; Поэтический синтаксис; Фонетическая окраска стиха. Звукопись; Идея стихотворения, выявленная в итоге анализа; Ваше отношение к этому стихотворению.

А теперь посмотрите презентацию к этому уроку.

ТЕМА ПОЭТА И ПОЭЗИИ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА

I. Тема поэта и поэзии традиционна. Обращаясь к ней, Пушкин

как бы ведет диалог с поэтами-предшественниками: Горацием,

Овидием, Ломоносовым, Державиным.

— Тема проходит через все творчество Пушкина: его первым

опубликованным стихотворением было «К другу стихотворцу»

(«Вестник Европы», 1814 год), а одним из последних — «Я памятник

себе воздвиг нерукотворный...» (1836).

— Вообще же тема поэта и поэзии занимает особенно значительное

место в поздней лирике.

II. Мотив избранничества. Поэт — избранник богов:

Ах! счастлив, счастлив тот,

Кто лиру в дар от Феба

Во цвете дней возьмет!

Как смелый житель неба,

Он к солнцу воспарит,

Превыше смертных станет,

И слава громко грянет.

«Бессмертен ввек пиит!»

(«Городок», 1815)

— Избранность покупается муками, сопровождающими стремление

к истине:

Духовной жаждою томим,

В пустыне мрачной я влачился...

(•Пророк*, 1826)

III. Поэт — пророк, он избран, чтобы нести людям слово

истины; поэтому он вездесущ. Поэту ведомо все, что происходит

на земле, на море и в небесах:

И внял я неба содроганье,

И горний ангелов полет,

И гад морских подводный ход,

И дольней лозы прозябанье.

(•Пророк*, 1826)

Всеведение, правдивость и мудрость даются поэту ценою иночества и самоотречения.

Ты царь: живи один. Дорогою свободной

Иди, куда влечет тебя свободный ум...

(«Поэту*, 1830)

IV. Назначение поэта. Эта тема неоднозначно трактуется в лирике Пушкина.

— С одной стороны, поэт рожден для высокого, для «служенья муз»; мирское не должно его занимать:

Не для житейского волненья,

Не для корысти, не для битв,

Мы рождены для вдохновенья,

Для звуков сладких и молитв.

(•Поэт и толпа», 1828)

— С другой стороны, традиционные мотивы гражданственности поэзии также проникают в стихи Пушкина:

И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я свободу

И милость к падшим призывал.

(«Я памятник себе воздвиг нерукотворный...; 1836)

— В элегии «Андрей Шенье»1 (1825) идеалам беззаботной жизни, посвященной любви и дружбе, противопоставляется гражданский подвиг поэта:

Певцу любви, дубрав и мира

Несу надгробные цветы.

Звучит незнаемая лира,

Пою. Мне внемлет он и ты.

Заутра казнь, привычный пир народу,

Но лира юного певца

О чем поет? Поет она свободу.

Не изменилась до конца!

( Андре Шенье (1762—1794) — французский поэт эпохи предромантизма.

Восторженно приветствовав поначалу Великую французскую революцию, поэт выступил против якобинской диктатуры и был казнен за два дня до ее крушения.)

Эта трактовка предназначения поэта предвосхищает череду стихотворений о взаимоотношениях поэта и общества. В ранней лирике, воспевающей уединение, проблема «поэт — общество»

вообще не встает.

V. Поэт и толпа.

1. Пушкин так понимает взаимоотношения поэта и толпы: толпа не готова понять поэта, но и поэт* не стремится быть понятым. Об этом свидетельствует эпиграф к стихотворению «Поэт

и толпа» (1828): «Procul este, profani» («Прочь, непосвященные!»), заимствованный из Вергилия.

Поэт! не дорожи любовию народной.

Восторженных похвал пройдет минутный шум.

Услышишь суд глупца и смех толпы холодной:

Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

(«Поэту, 1830)

Блажен, кто молча был поэт

И, терном славы не увитый,

Презренной чернию забытый,

Без имени покинул свет!

(•Разговор книгопродавца с поэтом», 1824)

2. Презирая толпу, поэт стремится к уединению, которое вдохновляет его.

О, если бы когда-нибудь

Сбылись поэта сновиденья!

Ужель отрад уединенья

Ему вкушать не суждено?

(•Послание к Юдину», 1815)

В конфликте поэта и толпы нет трагического пафоса, который будет всегда сопровождать этот мотив у Лермонтова.

3. Лишь иногда в стихотворениях Пушкина возникают мотивы безответности, непонятости, окрашенные элегическим сожалением.

Ты внемлешь грохоту громов,

И гласу бури и валов,

И крику сельских пастухов

И шлешь ответ,

Тебе ж нет отзыва.. Таков

И ты, поэт!

(•Эхо; 1831)

VI. Утверждение независимости поэта.

Поэт скептически относиться к общепризнанным ценностям, провозглашая духовную

поэтическую свободу.

Не дорого ценю я громкие права,

От коих не одна кружится голова...

Никому

Отчета не давать, себе лишь самому

Служить и угождать; для власти, для ливреи

Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи...

(•Из Пиндемонте ; 1836)

Тоскует он в забавах мира,

Людской чуждается молвы,

К ногам народного кумира

Не клонит гордой головы.

(•Поэт; 1827)

КНИГОПРОДАВЕЦ.

Теперь, оставя шумный свет,

И муз, и ветреную моду,

Что ж изберете вы?

ПОЭТ.

Свободу.

(•Разговор книгопродавца с поэтом», 1824)

VII. Мотив поэтического вдохновения.

1. Источником вдохновения могут бьггь— дружба:

Не слава предо мною,

Но дружбою одною

Я ныне вдохновен.

(•Городок; 1815)

— любовь:

И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

(•Я помню чудное мгновенье...; 1825)

( Пиндемонте Ипполито (1753—1828) — итальянский поэт эпохи предромантизма).

2. Вдохновение олицетворяют Лира, Гений, Муза, Демон:

Мое беспечное незнанье

Лукавый демон возмутил,

И он мое существованье

С своим навек соединил.

(«Бывало, е сладком …»1823)

3. Поэтическое вдохновение связано с философским понятием

мига, мгновения (см. «Философская лирика Пушкина»).

VIII. Образ музы.

— В пятой статье о Пушкине пишет: Муза Пушкина — это девушка-аристократка, в которой обольстительная красота и грациозность непосредственности сочетались

с изяществом тона и благородною простотою...— Муза постоянно сопутствует поэту. Эта идея появляется не только в лирике, но и в «Евгении Онегине»:

«МЕЧТАТЕЛЬ» (1815) «ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН»

Я музу резвую привел

На шум пиров и буйных споров...

И молодежь минувших дней

За нею буйно волочилась,

И я гордился меж друзей

Подругой ветреной моей.

И муза верная со мной:

Хвала тебе, богиня!

Тобою красен домик мой

И дикая пустыня.

На слабом утре дней златых

Певца ты осенила,

Венком из миртов молодых

Чело его покрыла..

— В раннем творчестве муза появляется как традиционный классический образ:

В младенчестве моем она меня любила

И семиствольную цевницу мне вручила.

Тростник был оживлен божественным дыханьем

И сердце наполнял святым очарованьем.

(•Муза*, 1821)

IX. Проблема поэтического творчества.

— К поэтическому творчеству Пушкин относится как к труду:

Хорошие стихи не так легко писать...

(*К другу стихотворцу, 1814)

X. Пушкин отделяет поэзию от сферы обыденной жизни.

Поэт — поэт в искусстве, но не в жизни.

Пока не требует поэта

К священной жертве Аполлон,

В заботах суетного света

Он малодушно погружен...

(•Поэт», 1827)

Однако это не значит, что в своих произведениях поэт обязан обращаться лишь к возвышенным предметам. Обыденные предметы и явления проникают в поэзию, и это часто служит поводом

для появления иронии. Так, ирония может быть связана с адресатом стихотворения, как, например, в послании «К моей чернильнице » (1821). В то же время жизненность поэзии выступает как одно из проявлений творческой свободы: поэт имеет право говорить о любом предмете — житейском, каждодневном, прозаическом — лишь бы он был поэтически осмыслен:

Теперь моя пора* я не люблю весны;

Скучна мне оттепель; вонь, грязь —

Весной я болен...

И с каждой осенью я расцветаю вновь;

Здоровью моему полезен русский холод;

К привычкам бытия вновь чувствую любовь:

Чредой слетает сон, чредой находит голод;

Легко и радостно играет в сердце кровь,

Желания кипят — я снова счастлив, молод,

Я снова жизни полон — таков мой организм

(Извольте мне простить ненужный прозаизм).

(«Осень», 1833)

XI. Бессмертие поэта, поэтическая слава.

Вопрос о славе рассматривается в философском плане

После смерти поэт продолжает жить в своем творчестве: Но если, обо мне потомок поздний мой

Узнав, придет искать в стране сей отдаленной

Близ праха славного мой след уединенный...

К нему слетит моя признательная тень

И будет мило мне его воспоминанье.

( «К Овидию», 1821)

XII. Ироническая трактовка темы поэта и поэзии появляется в эпиграммах:

Покойник Клит в раю не будет:

Творил он тяжкие грехи.

Пусть Бог дела его забудет,

Как свет забыл его стихи!

(•Эпиграмма на смерть стихотворца», 1316)

Ирония часто проникает в стихотворения о современной поэзии и поэтах:

Когда Хвостов трудиться станет,

А Батюшков спокойно спать.

Наш гений долго не восстанет,

И дело не пойдет на лад.

( «Тень Фонвизина», 1815)

Вот Виля — он любовью дышит,

Он песни пишет зло,

Как Геркулес, сатиры пишет,

Влюблен, как Буало.

(«Вот Вилл»», 1814)

XIII. Рассуждения о форме поэзии.

( () — русский журналист и публицист)

Катков : «Пушкин не был теоретиком. Но действительно с течением времени его художественная деятельность достигла до самосознания, которое выразилось в нескольких прекрасных стихотворениях. Эти стихотворения при всей свободе художественной формы, при всем отсутствии догматического характера заключают в себе намеки на теорию искусства, которую легко извлечь из них.

(«Пушкин»)

Суровый Дант не презирал сонета;

В нем жар любви Петрарка изливал;

Игру его любил творец Макбета,

Им скорбну мысль Камоэнс облекал...

У нас его еще не знали девы,

Как для него уж Дельвиг забывал

Гекзаметра священные напевы.

(*Сонет*, 1S30)

Я ставлю (кто же без греха?)

Пустые часто восклицанья,

И сряду лишних три стиха...

(•Моему Аристарху, 1815)

XIV. Невозможно говорить о творчестве Пушкина, не упоминая современных ему поэтов, влияние которых особенно ощущается в ранний период. Это , , поэты - декабристы. Пушкин разделяет или подвергает сомнению некоторые их идеи, вместе с ними участвует в литературной полемике начала века

XV. о поэзии Пушкина:

До Пушкина русская поэзия была не более, как понятливою и переимчивою ученицею европейской музы,— и потому все произведения русской поэзии до Пушкина как-то походили

больше на этюды и копии, нежели на свободные произведения самобытного вдохновения.

(«. Статья восьмая»)

— Пушкин — элитарный поэт, недаром Писарев негодовал на него как на поэта «чистого искусства» в связи со стихотворением «Поэту» (1830), однако в то же время Пушкин — поэт народный и сам осознает это:

Я пел на троне добродетель

С ее приветною красой.

Любовь и тайная свобода

Внушали сердцу гимн простой,

И неподкупный голос мой

Был эхо русского народа

(•К ; 1818)

Об этом же он говорит в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...»— также нашел в поэзии Пушкина черты «истинной национальности»: При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте. В самом деле, никто из поэтов наших не выше его и не может более назваться национальным; это право решительно принадлежит ему. В нем, как будто в лексиконе, заключилось все богатство, сила и гибкость нашего языка... Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет. («Несколько слов о Пушкине»)

Разборы некоторых стихотворений

«ПРОРОК»

I. Стихотворение написано в Михайловском в 1826 году.

— Взяв в основу стихотворения отдельные мотивы. VI главы

библейской книги пророка Исайи, Пушкин тем не менее отходит

от библейского сюжета.

— Имеются сведения, что «Пророк» входил в цикл стихотворений

политического характера, но остальные стихотворения этого

цикла до нас не дошли.

П. Тема поэта и поэзии, назначения поэта (дар пророка).

— Поэт — это божий избранник:

И Бога глас ко мне воззвал:

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей...»

— Поэт должен нести людям слово, внушенное Богом:

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей.

III. По жанру «Пророк» — легенда:

— в стихотворение введен сюжет;

— в основе стихотворения аллегория: поэт — пророк (эта

аллегория встречается уже у французских просветителей XVIII

века).

IV. Средства поэтической выразительности:

— эпитеты высокого стиля:

язык празднословный, лукавый, грешный

жало мудрыя змеи

сердце трепетное

ДУХОВНОЙ жаждою томим

— метафоры:

неба содроганье

глаголом лет сердца людей

— сравнения:

Отверзлись вещие зеницы,

как у испуганной орлицы

Перстами легкими, как сон

как труп в пустыне я лежал

— библейская лексика:

шестикрылый серафим, пророк, гады

— старославянизмы:

персты, зеницы, отверзлись, внял, горний (высокий), дольняя,

уста, виждь и т. д.

V. Особенности стиха:

— анафоры: строки начинаются с союза «И» 16 раз, так Пушкин

воспроизводит одну из особенностей библейского синтаксиса;

— стихотворение написано 4-стопным ямбом без деления на

строфы, это соответствует задачам введения сюжета и подражания

синтаксису Библии.

«Я ПАМЯТНИК СЕБЕ ВОЗДВИГ НЕРУКОТВОРНЫЙ.,.»

I. Это одно из последних стихотворений Пушкина, написано 21 августа 1836 года.

— считал, что это стихотворение — запоздалый

ответ на лицейское стихотворение Дельвига «Два Александра»,

где Дельвиг предрекал, что Александр I прославит Россию как

государственный деятель, а Александр Пушкин — как величайший

поэт. Однако начало XIX века впоследствии будет называться

пушкинской эпохой, а не эпохой Александра I. Дельвиг умер в

1831 году, Александр I — в 1825.

II. Тема поэта и поэзии.

III. Проблема поэтической славы, поэтического бессмертия:

преодоление смерти через славу.

IV. Жанр — ода.

— Жанровая специфика стихотворения продиктована традицией:

стихи написаны как своеобразное подражание стихотворению

Державина «Памятник», которое, в свою очередь, является переделкой

оды Горация «К Мельпомене», известной русскому читателю

по переводу Ломоносова.

— Эпиграф к своему стихотворению Пушкин заимствовал у

Горация: «Exegi monumentum» («Я воздвиг памятник...»).

- ГОРАЦИЙ (перевод ЛОМОНОСОВА):

Я знак бессмертия себе воздвигнул

Превыше пирамид и крепче меди,

Что бурный Аквилон сотреть не может,

Ни множество веков, ни едка древность.

Не вовсе я умру, но смерть оставит

Велику часть мою, как жизнь скончаю.

Я буду возрастать повсюду славой,

Пока великий Рим владеет светом.

Гдр быстрыми шумит струями Авфид,

Г^е Давнус царствовал в простом народе,

Отечество мое молчать не будет,

Что мне беззнатный род препятством не был,

Чтоб внесть в Италию стихи эольски

И первому звенеть Алцейской лирой.

Взгордися праведной заслугой, муза,

И увенчай главу дельфийским лавром.

- ДЕРЖАВИН:

Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,

Металлов тверже он и выше пирамид,

Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,

И времени полет его не сокрушит.

Так! — весь я не умру, но часть меня большая,

От тлена убежав, по смерти станет жить,

И слава возрастет моя, не увядая,

Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных,

Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;

Всяк будет помнить то в народах неисчетных,

Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге

О добродетелях Фелицы возгласить,

В сердечной простоте беседовать о Боге

И истину царям с улыбкой говорить.

О Муза! возгордись заслугой справедливой,

И презрит кто тебя, сама тех презирай;

Непринужденною рукой неторопливой

Чело твое зарей бессмертия венчай.

(«Памятник», 1795)

—- Пушкин, продолжая традицию, пытается показать, в чем его заслуги перед Россией:

И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я свободу

И милость к падшим призывал.

Относительно пафоса этих строк высказывались разные точки зрения, в том числе и такая: Пушкин иронизирует, он знает, что непосвященные именно так определят основные достоинства его

поэзии, и призывает музу «не оспоривать глупца».

V - Средства поэтической выразительности:

— эпитеты:

памятник нерукотворный

душа в заветной лире

в мой жестокий век

главою непокорной

— метонимия:

Что чувства добрые я лирой пробуждал...

— синекдоха:

И назовет меня всяк сущий в ней язык,

И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой

Тунгус, и друг степей калмык.

— олицетворение:

Веленью Божию, о муза, будь послушна..

VI. Стихотворение написано катренами, причем первые три строки

— традиционным одическим размером — 6-стопным ямбом (александрийским

стихом),— а последняя строка — 4-стопным ямбом.

ТЕМА ДРУЖБЫ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА

I. Эта любимая пушкинская тема имеет автобиографические истоки.

:

Что составляет содержание мелких пьес Пушкина? Почти всегда любовь и дружба как чувства, наиболее обла давшие поэтом и бывшие непосредственным источником счастия и горя всей его жизни.

(«. Статья пятая»)

П. Тема дружбы в разные периоды творчества Пушкина.