Иллюзии (стр. 7 )

Но Лера ошибалась. В доме стояла напряженная атмосфера. С Лизой стало невозможно общаться. Ей все время казалось, что у нее хотят отнять ребенка. Она плакала, Андрей был в отчаянии. Но врач сказал, что это бывает после родов у многих женщин. Просто нужно немного подождать. Но Лиза никого не подпускала к ребенку, не выходила из комнаты и доверяла взять на руки малышку только Андрею. Это было просто невыносимо, потому что Андрей должен был находиться на работе, а не сидеть дома с ребенком.

Валерий, видя такое положение дел в доме друзей, решил, что им с Лерой лучше поспешить с отъездом. В день отъезда вдруг все резко переменилось и встало на свои места. Лиза оставила малышку с няней, оделась и вышла проводить гостей. Она была, как и прежде мила и приветлива. Подошла попрощаться к Лере:

- Ты прости меня, если что не так.

- Не извиняйся, я все понимаю.

- Не хочешь проститься с малышкой? С маленькой Лерочкой? – что-то неуловимо ядовитое послышалось в голосе Лизы и глаза ее загорелись каким-то диким огнем.

Леру почему-то испугал и этот вопрос, и этот взгляд, поэтому она поспешила с ответом:

- Нет, я думаю, это ни к чему. Маленькие дети обычно не вызывают у меня нежных эмоций, не обижайся. Да и вдруг она проснется. А вот подарок я бы хотела ей сделать, если разрешишь, конечно.

- Да, пожалуйста, - снисходительно согласилась Лиза.

Лера сняла с руки браслет в виде змейки и подала Лизе:

- Вот, передай ей, на ее, - Лера задумалась на секунду и тут же добавила, - семнадцатилетие, я думаю, раньше это ни к чему.

Лиза взяла браслет и с удивлением посмотрела на него, потом подняла глаза на Леру:

- Это довольно дорогая вещь. Но думаю, ты увидишь ее еще не раз до семнадцати лет, - и снова за напускным спокойствием Лера услышала издевку. Но сдержала себя и ответила:

- Я так не думаю, хотя все возможно. Сделай, как я прошу.

- Хорошо.

Они распрощались, и Андрей отвез Леру и Валерия в аэропорт. Всю дорогу отец был молчалив, и даже мрачен. Это насторожило Леру. В самолете он сел, закрыл глаза и сделал вид, что спит. Лера взяла его за руку:

- Папа, ты что-то от меня скрываешь? Что-то случилось? Мне кажется, что ты все время мне хочешь что-то сказать, но не решаешься, или я ошибаюсь?

- Нет, дорогая. Ты ошибаешься. Я просто сильно устал. Давай немного помолчим. Дома поговорим, если хочешь.

- Хорошо, - недоуменно ответила Лера и стала читать журнал.

А дома их уже ждали с нетерпением. Возвращению Леры и Валерия радовались. Александра была счастлива вновь увидеть дочь. Аленка носилась вокруг сестры, ожидая подарков. Александра как-то странно смотрела на дочь, как бы осматривая ее осторожно. Но никаких вопросов задавать не решалась, довольствуясь разъяснениями мужа. Зато Аленка тараторила в восхищении, перебирая подарки, и ни о чем не переживала. Она просто в этот миг была счастлива.

«Что-то тут не так, - думала Лера, - даже не сомневаюсь. Неужели я просто не узнаю своих родителей после столь долгого расставания. Нет, это невозможно. Надо Аленку поспрашивать. От нее в этом доме очень трудно что-либо скрыть».

Лера встала из-за стола, сославшись на усталость, поднялась к себе. На ходу сказала Аленке:

- Ой, я забыла, у меня для тебя еще кое-что есть. Прибегай потом.

Но любопытству Аленки не было предела, и она не заставила себя долго ждать. Не успела Лера переодеться, как она уже прибежала и затараторила с порога:

- Что ты мне еще привезла? Спасибо тебе за подарки, мне все нравится.

Лера полезла в сумку и вытащила какую-то блузочку, подала Аленке:

- Вот держи. А теперь, давай посидим, поговорим, мы же так давно не виделись. Мне хочется узнать, что нового, интересного происходило тут без меня.

Аленка сначала как-то сжалась, но потом села рядом с сестрой и потихоньку стала рассказывать, все, более увлекаясь своими новостями. Лера слушала, откинувшись на спинку дивана, не перебивая. Аленке это нравилось, и она рассказывала о том, как они жили без нее, что нового происходило в их доме, ну и другие, ничего не значащие для Леры новости. Когда она замолчала, Лера поняла, что самого главного она не узнала. Но как спросить не придумала и решила, что не будет торопить события. Нужно самой все разузнать.

- Ну, ладно, беги уже, - сказала она ерзающей на диване Аленке. Той хотелось заняться своими делами, а не сидеть здесь с сестрой.

Лера осталась одна. Она не чувствовала никакой усталости, ей просто хотелось уйти к себе. Она решила позвонить. Набрала номер и услышала знакомый голос:

- Ну, как дела? – спросила она и продолжила, - да я вернулась. Уже все хорошо и думаю, в ближайшее время нам нужно встретиться. Как зачем, я хочу знать все новости, хочу посмотреть на все своими глаза и увидеть, куда идут мои деньги. Тебе разве не понятно, что мне не важно твое мнение, ты исполняешь то, что я тебе приказываю, и за что я плачу тебе деньги.

Она на мгновение замолчала, слушая голос в трубке, потом улыбнулась:

- Очень хорошо, что ты меня понимаешь. Не надо мне говорить, что должна делать я. Свои обязательства я выполняю и хочу знать, как ты выполняешь свои. Я даже хочу увидеть все своими глазами, возможно. Пока, правда это может быть опасно, но в ближайшее время, я думаю, это можно будет устроить. Я позвоню, и мы договоримся о встрече.

«Ну, что ж, кажется все хорошо. Все начинает налаживаться. Но больше нельзя допустить, чтобы хоть что-то вышло из-под контроля. Никогда нельзя более допускать такую ситуацию, из которой я еле выбралась». Она посидела немного в раздумье и решила позвонить Инге. Сколько не было Леры, столько они и не общались с Ингой. И теперь Лера решила сообщить подруге о своем возвращении. «Хотя, это наверняка уже сделала мать, - с сарказмом подумала она, - удивительно, как это она еще не позвонила?»

Но Инга не знала о возвращении Леры и была рада вновь услышать ее. Через полчаса она уже влетела, как вихрь в комнату Леры и закружила ее в своих объятиях. Как ни странно Лера была рада видеть подругу, она забыла о своих амбициях и просто наслаждалась встречей. Опять она слушала болтовню подруги и впервые наслаждалась ею. А Инга все говорила и говорила. Лера улыбалась и слушала.

- Я, наверное, уморила тебя, ты ведь сегодня только приехала, - вдруг опомнилась Инга, - Слушай, давай завтра сходим куда-нибудь, посидим, поговорим. Расскажешь, как отдыхала. Долго же тебя не было.

- Хорошо, давай сходим. Я тоже хочу пойти куда-нибудь. Здесь все привычное, а там, как ни хорошо, но все-таки все чужое.

Утром Лера спала долго и ее не стали будить. Ей нужно было отдохнуть, набраться сил. Отец так и не поговорил с Лерой, хотя и собирался. Казалось, он избегал этой встречи. Мать тоже решила пока посмотреть на ситуацию. А Лера начала привыкать к собственному дому снова. Она наслаждалась спокойствием, и ее радовало ненавязчивое отношение родных. Хотя она прекрасно понимала, что это ненадолго и что скоро все снова станет на свои места. Просто не бывает так, как было сейчас. Ближе к вечеру позвонила Инга и сказала, что они с Игорьком заедут за ней, и чтобы она была готова через час, и ждала их на улице, так как они будут на такси. В назначенное время Лера вышла из дому, и тут же подъехало такси.

Игорек заказал столик в шикарном ресторане с прекрасным обслуживанием и замечательной кухней. Они сидели за столиком, развлекались, разговаривали. Лера сначала была рада. Но потом в ее настроении произошли перемены. Она видела влюбленные взгляды Игорька и Инги. Между ними были такие нежные чувства. Даже просто одно то, как он ухаживал за Ингой, как подавал ей блюда, как смотрел на нее, каждое нежное прикосновение стало вызывать у Леры раздражение и злость. Это была зависть, самая обычная зависть к чужому счастью.

Инга заметила перемены в поведении подруги, и обратилась к Игорьку:

- Милый, пойди, покури. Нам чуть-чуть нужно побыть вдвоем.

- Да-да, конечно, - подскочил Игорек, и тут же исчез.

- И что же с тобой случилось? – задала Инга вопрос прямо.

Лера такого не ожидала и даже сразу не нашлась, что ответить:

- О чем ты?

- Не надо, я тебя знаю, как облупленную и ты нисколько не изменилась.

- Не понимаю, о чем ты говоришь.

- Ты мне завидуешь? – вдруг догадалась Инга, - но ведь тебе Игорек никогда не нравился.

- Не в Игорьке дело, успокойся. Просто я чувствую себя лишней.

- Ну, что ты, - Инга взяла Леру за руку, - все будет хорошо. Просто тебе нужен парень, и как только он появится в твоей жизни, ты сразу снова будешь довольна. А пока надо приложить все усилия для того, чтобы его встретить.

Лера задумчиво посмотрела на подругу. А ведь она права. Она об этом даже не помышляла. Но сколько можно помнить того, кто уже, скорее всего не появится в ее жизни никогда. Она с сожалением прощалась с Денисом, прощалась со своей любовью и была уверена, что никого уже так полюбить все равно не сможет. А сможет ли забыть? Но она знала, что она должна это сделать. Разговор прервался, так как вернулся Игорек, они еще посидели, но уже как-то все подустали, и стало ясно, что пора собираться домой.

Они решили еще погулять по ночному городу, пройтись пешком. Девушки снова оживленно болтали, а Игорек шел немного сзади от них. То, что случилось немного позже, потрясло Леру до глубины души. Инга рассказывая свою очередную историю, вдруг как-то неосторожно оступилась и выскочила на дорогу, прямо под колеса летящей на нее машине. В это мгновение Игорек рванулся к ней и буквально вытолкнул ее вперед, а его на всем ходу сбила машина. Дикий крик Инги прорезал тишину ночи. Она рванулась к Игорьку. Стали останавливаться машины, вызвали «скорую помощь». Инга упала на грудь Игорьку и рыдала. Лера стояла на обочине не понимая, что сейчас произошло на ее глазах. Все было настолько ужасным, что просто ошеломило ее, и не укладывалось в голове. Она не могла сдвинуться с места. Только что смеющаяся Инга, идущий сзади Игорек, и вдруг паника, удар, ужасный скрежет тормозов и крик. Все это произошло очень быстро, за какие-то доли секунды. Она не могла поверить в произошедшее. Она стояла и тупо смотрела на лежащего в крови Игорька и рыдающую, возле него Ингу.

Вой сирен вывел Леру из ступора. Она на негнущихся ногах подошла к подруге и нагнулась над ней. Она положила ей руки на плечи и потянула к себе. Инга послушно встала, но не отрывала взгляд от Игорька, которого уже укладывали на носилки и уносили в машину «скорой помощи». К ним подошел мужчина в белом халате и, глядя, на окровавленные руки Инги спросил:

- Девушки, вам нужна помощь?

- Нет, - машинально ответили обе. Но Инга захотела поехать в больницу вместе с Игорьком. Лера сказала, что поедет с ними. Им разрешили ехать, и машина помчалась по ночным улицам города, прорезая воздух сиреной и встречные машины, испуганно уступали ей дорогу, прижимаясь к обочине.

В больнице им велели подождать, и они сидели и молча ждали, думая каждая о своем. Потом пришла медсестра записала данные Игорька и сказала девушкам, что он на операции и чтобы они ехали домой, а утром, когда будут известны результаты, приезжали. Сейчас сидеть было бесполезно, и нужно поехать домой, если им не нужна медицинская помощь. Лера, плохо соображая, все-таки вызвала такси, забрала Ингу, которая совершенно ничего не понимала, только плакала, и отвезла ее домой.

Когда они приехали, дверь открыла Катерина. Одного взгляда на дочь ей оказалось достаточно, чтобы понять, что случилось что-то страшное. Она обняла ее, второй рукой обняла Леру и провела их в комнату. Лере сказала тихонько:

- Присядь, сейчас я ее уложу.

Отвела Ингу в ванную, а потом в постель. Позвонила Александре и сказала, чтобы за Лерой кто-нибудь приехал. Потом пришла к Лере, села рядом и спросила, наконец, что случилось. Лера стала рассказывать, всхлипывая. Катерина сидела молча, она понимала, как бы сейчас она не жалела свою дочь и Игорька, ей надо быть сильной, как никогда. Им предстоят трудные времена.

В дверь позвонили, она открыла. На пороге стояли озабоченные родители Леры. Катерина провела их в комнату и все уже сама им рассказала. Валерий обнял свою дочь, и она спряталась у него на груди. Она страшно хотела домой. Наконец они сели в машину и поехали. Дома Лера поднялась к себе. Она зашла в ванную, включила воду, встала под душ и стала тереть себя мочалкой. Ей казалось, что она не может смыть с себя кровь. Она снова намыливала мочалку и терла-терла свое тело. А когда мыльная пена стекала с нее вместе с водой, она снова ощущала себя грязной и снова намыливала мочалку и снова смывала с себя несуществующую кровь. Она никак не могла прийти в себя. В конце концов, тело ее горело огнем и Лера, наконец, пришла в себя. Она вышла из душа, завернувшись в теплый мягкий халат, устало подошла к постели, и легла. Но сна не было. В глазах все время стояла страшная картина. За окном уже начало светать, когда Лера забылась беспокойным сном. Но и во сне она стонала и вскрикивала. Александра заглянула в комнату дочери и поплотнее задернула шторы. Сколько горя за последнее время свалилось на голову ее дочери. Она подошла и погладила ее по мягким пушистым волосам. Потом повернулась и тихонько вышла.

Лера проснулась около двух часов дня. Она удивилась, что так долго проспала. Он быстро поднялась, оделась и вышла. Внизу сидела мать и ждала ее:

- Я жду тебя, дочка. Поедем в больницу? Игорьку совсем плохо, он в очень тяжелом состоянии. Катерина звонила. Инге тоже плохо.

- Да, поедем. Я быстро соберусь.

Они приехали в больницу, в палату к Игорьку никого не пускали, так как он лежал в реанимации. А в коридоре сидели мать и отец Игорька, Инга и Катерина. Александра с Лерой присоединились к ним. Стояла гнетущая тишина. Никто не произносил ни слова. Родители Игорька сидели молча, скорбно глядя перед собой. Инга, как окаменевшая, смотрела куда-то в пустоту и слезы струились у нее по щекам. Такой Ингу не видел еще никто. Катерина сидела рядом с дочерью и держала ее руку. Лера села рядом с Ингой. Та повернулась к подруге и посмотрела на нее, ее взгляд не выражал ничего, никаких эмоций, казалось, она смотрела не на Леру, а куда-то сквозь нее. Но вдруг она сказала то, что повергло в ужас всех:

- Ты же знаешь, во всем, что случилось, виновата только я. Если бы не я, мы бы не пошли в этот ресторан, но я настояла и мы пошли. Если бы я шла рядом с ним, то не оступилась бы, и он не кинулся бы меня спасать. Но тогда я не думала об этом. Я ни о чем не думала. Я просто считала, что с ним ничего не может случиться, а тем более по моей вине. Я привыкла к нему и думала, что он всегда будет рядом. А теперь его нет со мной и в этом виновата я.

Эти слова нагнали какую-то тоску на всех присутствующих. Сердце Леры замерло в ожидании плохих известий. Но тут в конце коридора показался врач. Он шел как-то осторожно ступая, в его походке Лера тоже ощутила что-то страшное, нехорошее. Он подошел, и устало спросил:

- Вы кто ему?

Мать и отец Игорька, сказали, что они родители, а Инга его невеста.

- Тогда, - произнес доктор, - сначала мать пойдет со мной, потом отец и вы, - обратился он к Инге. – Только по одному. И повернувшись, пошел назад. Мать бросилась за ним вдогонку. Все стали опять ждать.

Через десять минут, в сопровождении медсестры мать вернулась, и с медсестрой ушел отец. Когда вернулся и он, настала очередь Инги. Она пошла вместе с медсестрой. Когда та подвела ее к палате, у двери она остановилась и сказала, что у нее есть всего десять минут. Никаких криков, больному нужен покой. Но сказала это как-то неуверенно и Инга испугалась. Она вошла в палату и увидела Игорька. Он был бледен, и казалось, не дышал. К нему были подключены трубочки и какие-то аппараты, Инге стало дурно, но она пересилила себя и подошла к любимому. Она провела рукой по забинтованной голове, потом погладила его по щеке. Нагнулась и поцеловала его в холодные губы. В этот момент глаза его дрогнули и открылись. Он смотрел на Ингу, а она на него. Они смотрели друг, на друга не отрываясь, ловя каждое мгновенье. Медсестра, наблюдавшая эту сцену, не смела ее прервать. Она много повидала, работая здесь. И всегда ее поражала любовь. Иногда она спасала, иногда убивала. По щекам медсестры покатились слезы. Видя, насколько дороги эти двое друг другу, она не решалась увести сейчас Ингу. Она замерла и молча наблюдала, как молоденькая, еще ничего толком не видавшая в жизни девочка опустилась на колени перед кроватью, взяла руку своего любимого и молча смотрела ему в глаза. Казалось, между ними шел бесконечный разговор о любви, которую они испытывали друг к другу.

Но вдруг в глазах Игорька стала исчезать жизнь, взгляд становился каким-то туманным. Инга сразу все поняла, он прощался с ней. Она сжала его руку еще крепче и с жаром зашептала:

- Любовь моя, прошу тебя, не уходи, не оставляй меня. Я не смогу без тебя. Любимый, - шептала она, вкладывая, казалось всю душу в слова, - лучше сразу и меня забери с собой. Зачем же ты тогда спасал меня? Чтобы я осталась жить здесь одна, без тебя? Ты не можешь сейчас уйти? Не делай этого, прошу тебя, борись за свою жизнь, за нашу любовь. Без тебя мне ведь тоже не будет жизни. Той жизни, о которой мы мечтали с тобой. Любовь моя, не уходи.

Медсестра не могла пошевелиться, она вслушивалась в слова девушки и плакала вместе с ней, понимая, что все врачи мира сейчас бессильны, им помочь. Глаза Игорька закрылись, и Инга повернулась к медсестре, одними губами произнесла:

- Помогите.

Но медсестра уже нажала кнопку экстренного вызова, взяла Ингу за руку и вывела ее из палаты. А в палату уже мчались врачи и медсестры с какими-то аппаратами. Когда Инга вернулась, на ней лица не было. Катерина обняла ее и посадила рядом с Лерой. Та обняла подругу за плечи и прижала к себе. Инга сидела, глядя куда-то в пустоту. Никто не смел, произнести ни слова. Все ждали. Вдруг суматоха, беготня все как-то разом прекратилось и стало тихо-тихо. В воздухе повисла тяжелая тишина. Казалось, что все перестало существовать. Инга подняла голову, посмотрела Лере прямо в глаза и вдруг сказала:

- Все. Его больше нет, - и потеряла сознание.

В это время мать Игорька встала с диванчика, опустила голову и тяжело ступая, направилась к выходу, волоча за собой по полу плащ. Отец подскочил к ней, взял плащ, накинул ей на плечи и они, обнявшись, пошли вниз по лестнице к выходу. Вышел врач и сообщил оставшимся ужасную весть, что Игорек умер. Ингу привели в чувство и увезли домой. Она была совсем измотана и сразу же, как только ее голова коснулась подушки, уснула тяжелым беспокойным сном.

А к Лере вернулось ее недовольство, чувство раздражения. Она не могла долго находиться в тени, и вся эта ситуация начинала уже ее злить. И когда через день мать сказала, что надо ехать на похороны, она отказалась поехать. Никакие доводы матери не помогли, и она уехала сама. Лере надоело кого-то все время успокаивать, смотреть на чьи-то слезы и стенания, она сама потеряла любимого и знала, что это такое. Но ей почему-то тогда никто так не сочувствовал. Эгоизм и злость брали верх в ее мыслях. «Я и сама еще не оправилась толком от своего горя, - оправдывала она себя, - и у меня больше нет сил, смотреть на все это. Инге сейчас все равно ничем нельзя помочь. А тем более чем могу помочь я? Пусть пройдет немного времени, она должна успокоиться. А сейчас мне бы со своими проблемами разобраться. Меня-то никто не хочет понять. Что-то скрывают от меня. Я же вижу».

Мать сердилась на Леру за ее поведение, но поднимать этот вопрос, в общем-то, не решилась. Зная взрывной характер дочери, да и в свете последних событий, она понимала, что сейчас невозможно что-то ей внушить. Хотя это было невозможно, кажется, всегда. Со временем жизнь начала входить в свою колею. Инга переживала свое горе стойко. Она стала больше уединяться. Ходила каждый день на могилу. Никто уже давно не слышал ее щебета. Но с Лерой она встречалась охотно. Правда, они все больше молчали. Из глупой маленькой болтушки, Инга превращалась на глазах в довольно умную и красивую женщину. Возможно, их связывала давняя дружба, а возможно и недавнее горе. Но сейчас они стали ближе друг другу.

Однажды, когда Лера сидела у себя в комнате, вошел отец. Его взгляд насторожил Леру. Он смотрел не на дочь, а куда-то поверх ее головы, или в сторону, но не прямо ей в глаза. Это было не свойственно отцу, и Лера поняла, что предстоит важный для нее разговор. Отец сел и сказал:

- Лера, давай поговорим. Я давно уже собирался это сделать. Но все что-то мешает. То ты болела, то тут случилось всякое. Но теперь прошло уже какое-то время и мне надо обсудить с тобой один вопрос. Но сначала выслушай меня спокойно, потом подумай и лишь тогда ответишь. Я не хочу на тебя давить, но думаю, что так будет лучше.

- Папа, что будет лучше? Говори же. Что-то случилось?

- Нет. Просто мы с мамой подумали и решили, что тебе пора выйти замуж.

- Что? Разве я в том возрасте, когда меня можно отнести к старым девам? Или вы решили, что на меня уже никто не посмотрит? Или что за спешка?

- Ты не правильно меня поняла.

- Ну, объясни. Возможно, я и пойму тебя правильно.

- Я нашел тебе молодого человека, за которого ты должна выйти замуж.

- Ничего себе. Кому и что я должна? Я что сама на это уже не способна, по-твоему?

- Понимаешь, эта та партия, которая тебе подойдет. Та семья, с которой, породнившись, ты войдешь, как говориться в высшие круги общества, займешь соответствующее положение. Ну и они не возражают против вашего брака. В общем, все уже решено, осталось только получить твое согласие на этот брак. Ну и познакомить тебя с женихом.

- Вы решили все без меня? Да как вы посмели. Мы что, в древности живем? Когда все решают родители? А ты подумал, как я буду жить с незнакомым человеком, спать с ним?

- Успокойся. Когда мы с мамой поженились, мы были знакомы всего несколько часов.

- Но я не вы. Я хочу сама выбрать себе мужа. И что за спешка, не понимаю.

- Давай сделаем так, - сдался отец, ему уже начинал надоедать этот разговор. Он так и предполагал, что она заупрямится. Но надо уговорить ее, во что бы то ни стало, - на следующей неделе ты познакомишься с Вадимом, вы поговорите и если уж он тебе сильно не понравится, я не буду настаивать.

- Но я не хочу его даже видеть.

- Я прошу тебя. И вынужден напомнить тебе, что твоя самостоятельность уже привела тебя к неким последствиям, которые могли плачевно закончиться для всех. И для тебя в том числе.

- Такого больше не повториться, это я тебе могу обещать.

- Ты слишком много мне обещала в последнее время, и что из твоих обещаний ты выполнила? Давай не будем спорить. Ты должна сейчас выйти замуж. Подумай. Кстати, когда тебе было плохо, ты обещала, что если я помогу тебе, то ты будешь послушной. Я не желаю тебе зла. Сейчас пришло время выполнять свои обещания, моя дорогая. Сиди и думай. А завтра скажешь мне свой ответ. Думаю, что это не будет категоричное «нет». Очень на это надеюсь.

Отец вышел. Лера была вне себя от злости. Так вот, что они задумали. Она пошла в комнату к Аленке. Та, увидев сестру, улыбнулась какой-то робкой улыбкой. Она сразу поняла, что Лера не в настроении и надо быть осторожной.

- Ну, что смотришь, - спросила Лера, - или ты не знала, что они собрались выдать меня замуж насильно. Как будто я какая-то наложница, и меня не надо спрашивать о моих желаниях. Что за глупости! И главное так все это обставили, что не придерешься. Что молчишь?

- Я не знала, - пролепетала Аленка себе под нос.

Леру это рассердило не на шутку. Она подошла к сестре и подняла ее подбородок:

- А ну-ка смотри мне в глаза, что ты их прячешь? Это ты то не знала? Думаешь, я поверю в эту чушь? Да тут вздохнуть невозможно, чтобы ты об этом не узнала. А может быть, ты еще что-нибудь знаешь? Давай, рассказывай, - потребовала Лера.

- Я не знаю что рассказывать, - захныкала Аленка, - спроси у мамы или папы. Почему ты у меня спрашиваешь.

- И, правда, чего я с тобой разговариваю. Но могу тебе сказать одно. Ты никогда не будешь такой как я, никогда. А знаешь почему? Потому, что ты не я. Ты не способна, так как я чувствовать и мыслить. И я не буду больше тебя ничему учить, и тебе помогать. И ты будешь серой и невзрачной мышью. Тебе никогда не добиться ничего без меня. Вот и подумай. Хочешь, чтобы мы были как прежде сестрами, что ты можешь для этого сделать?

Лера пошла к двери. Но Аленка крикнула:

- Не уходи, прошу тебя. Я не хочу быть серой мышью. Я буду как ты. Я знаю, что они задумали выдать тебя замуж. Но на это есть причины.

Лера замерла:

- Причины, какие?

- Я не знаю. Мама говорила, что если ты сейчас не выйдешь замуж за этого Вадима, то твоя жизнь будет кончена. Это твой единственный шанс. Они подарят вам дом на свадьбу, и его родители приготовили уже вам по новенькой машине. Свадьба будет не очень пышной, но подарки будут богатые. И свадебное путешествие. В общем, все уже решено. Просто папа не знал, как тебе сказать. Он потому и поехал за тобой. Они еще тогда это решили.

- Подожди. Все это ерунда. А что за причины?

- Не знаю. Но мама говорила папе, что это единственная причина, по которой тебя как можно скорее надо выдать замуж, когда я вошла в комнату. Саму причину я не услышала. Но у мамы было такое лицо, что я думала, что она убьет меня. Она накричала тогда на меня, что я подслушиваю. Но я думаю, что Инга может знать, потому что мама тете Кате тоже говорила.

- Инга? Ой, ей сейчас не до этого. И думаю, она не будет рада услышать, что меня выдают замуж. Меня это просто бесит. Я что, бесправное животное какое-то? Как так можно?

- Но ты же можешь не согласиться, - сказала Аленка, - всегда можно отказаться. Но папа говорил, что Вадим красивый и приятный молодой человек.

- Ну, сама подумай. Какой нормальный парень согласится жениться на девушке, которую никогда не видел, и которую ему выбрали родители или еще кто-то. Может нормальный человек на такое согласиться?

Аленка молчала. Она не знала ответа на этот вопрос. Лера тоже молчала. Она чувствовала себя загнанной в угол. Она ушла к себе. И снова начала строить невероятные планы. Ужасные подозрения зашевелились у нее в голове. Подозрения росли и крепли. И всего за несколько часов, она накрутила себя так, что они переросли в убежденность. Она убедила себя, что ее подозрения обоснованы, доверяя своему внутреннему голосу, больше, чем рассудку. Она считала, что обладала обостренным чутьем. И когда какая-то преграда вставала у нее на пути, и что-то угрожало ее убеждениям, ее гордости, она еще ребенком всегда знала, как устранить эту преграду. Она была всегда и во всем права. И она теперь понимала, что причина совсем не в том, чтобы попасть в это самое высшее общество. Они итак имели туда доступ. Причина была совсем в другом. Что-то очень серьезное и важное от нее скрывали. Но что? И она решилась поговорить об этом с матерью.

Александра не ожидала, что после разговора с отцом Лера захочет поговорить и с ней. Она застала мать врасплох. Но та быстро собралась и выслушала дочь:

- Мама, почему вы все решили за меня? Ведь я даже не знаю этого Вадима. Кто он такой?

- Успокойся, мы с твоим отцом тоже не были знакомы, но поженились и как видишь, живем очень хорошо. Вадим очень хороший и воспитанный молодой человек. Надеюсь, он тебе понравится.

- Это я уже от папы слышала. А что за спешка. Почему вы так торопитесь от меня избавиться?

- Не надо так это воспринимать. Его семья…

Но Лера не дала матери закончить начатую фразу:

- Мама меня не интересует ни он, ни его семья. Я имела в виду свою семью. Ну, я бы поняла, если бы мы разорились и этим замужеством мы бы поправили свое положение, но ведь это не так? Про высшее общество мне врать не надо тоже, хорошо? Тогда что?

Лера заметила, как мать занервничала:

- Мама, что вы скрываете от меня. Я не соглашусь на этот брак, если вы не скажете, в чем там дело.

Мать молчала, не зная, что сказать. «Видимо Аленка уже что-то наплела, - подумала она, - ну я ей покажу».

- Этот вопрос вам лучше обсудить с отцом, - произнесла она тоном, не терпящим возражений, - я не буду это обсуждать. Что толку тебе говорить, если ты не слышишь моих слов и не понимаешь. Это делается для тебя, для твоего же блага. Ты должна понять, что мы не желаем тебе зла.

- Но благими делами вымощена дорога в ад.

- Не говори так. Никто не посылает тебя в ад.

- А жизнь с нелюбимым мужем это что, по-твоему?

- Поживете и полюбите, друг друга, - начинала терять терпение Александра, - любовь приходит со временем. Всегда так бывает, поверь мне, дочка.

- Нет, я не верю ни тебе, ни папе. И во весь этот бред не верю. Вы толкаете меня зачем-то туда, даже не пытаясь мне внятно объяснить, зачем.

- Да что ты себе навыдумывала. Просто подвернулась достойная тебя партия. Тебе бы радоваться, а ты ищешь криминал там, где его вовсе нет.

- Мама, мама, так и не получилось у нас с тобой опять разговора.

- Да что ты говоришь. Ведь тебя не выдают замуж вслепую. Вы встретитесь, пообщаетесь. Даже немного повстречаетесь. И ты, возможно, сама решишь, что ты будешь, счастлива с ним. Ну, а не захочешь, дело твое.

- Сколько у меня есть времени?

- Месяц.

- Хорошо. Завтра я поговорю с папой. И если, он согласится на мои условия, я, соглашусь на его.

- Какие еще условия?

- Ну, мне же лучше с папой обсудить этот вопрос, - съязвила Лера и вышла, оставив Александру разбираться в своих противоречивых чувствах.

На следующий день Валерий, как и обещал, зашел к дочери, чтобы поговорить. Она встретила его как обычно, спокойно:

- Папа, я подумала, но хочу попросить тебя кое о чем. Я соглашусь встретиться с Вадимом и пообщаюсь с ним, как ты и просил. Потом скажу, согласна ли я на брак с ним или нет. Но не сейчас.

- А когда? Просто я бы хотел, чтобы через месяц вы уже были женаты.

- Папа, пойми меня. У меня был такой стресс, мне надо отдохнуть. Я бы хотела поехать в какой-нибудь дом отдыха. Вы слишком меня торопите. Мне надо все обдумать.

Валерий поморщился при этих словах, но Лера продолжала:

- Всего на недельку. Я погуляю, все обдумаю и решу как мне дальше жить. А через неделю вернусь и встречусь с Вадимом.

- Ладно. Но куда ты хочешь уехать, за границу?

- Нет-нет. Здесь где-нибудь, неподалеку. Просто я хочу побыть одна. А дома это не возможно. И еще не надо меня навещать и звонить мне. Я хочу побыть одна. Я прошу только неделю. Ты сам подбери, куда мне поехать отдохнуть. Я не буду возражать.

Покорность дочери как-то насторожила Валерия. Но он решил, что ничего не случиться, если она и в самом деле побудет одна. И все-таки он сказал:

- Я думаю, ничего подобного тому, что с тобой произошло, больше не случиться? И ты вернешься из этой поездки новым человеком, все хорошо обдумавшим и осознавшим правильность данного решения.

- Да, папа.

Когда отец вышел, она взяла телефон. Набрала заветный номер и, улыбнувшись своей улыбкой, которой так боялись домашние, произнесла в трубку:

- Ну, что, давай встретимся. Завтра. Я скажу где. Да, ты получишь свои деньги, а мне привези фотографии. Я хочу это видеть.

Она положила трубку и подумала про себя: «Правда, увидеть бы это воочию не мешало. Но, к сожалению опять не те обстоятельства. Отец снова может проследить за мной. А так рисковать нельзя. А вот с кем я встречаюсь на отдыхе, это никого не касается. Но я все равно когда-нибудь это увижу. И я буду рада, что отомстила тогда таким образом. Пусть моя месть страшна, но только не для меня. Пусть знают, что никто и ничто не останется безнаказанным. Правда, теперь это уже не настолько важно. И, однако же. Хотя бы удовлетворю свое самолюбие».

Отец выполнил свое обещание и купил Лере путевку в дом отдыха на неделю. Она чувствовала себя превосходно и свободно. И теперь она могла получить доказательства своей мести. Никто ей не мог в этом помешать. Она шла в назначенное место, чтобы насладиться всей полнотой и сладостью этого слова – месть.

Глава 8

Лера лежала в номере и держала в руках фотографии. Она небрежно перебирала их, и казалось, не могла насмотреться. Просмотрев, брала снова и снова вглядывалась в изображение. Злорадная улыбка тронула ее лицо. Сейчас оно было не таким уж и милым. Какое-то хищное выражение мелькнуло в ее глазах. Казалось, что она довольна тем, что было изображено на фотографиях. И чем больше она всматривалась в них, тем большее удовольствие отражалось на ее лице. Наконец, она отложила фотографии в сторону и блаженно растянулась на кровати. Она напоминала холеную породистую кошечку, довольную и утопающую в блаженстве. Все ее существо наслаждалось. Она была удовлетворена. Потом она взяла телефон и позвонила. Ей ответили сразу же. Она улыбнулась:

- Я очень довольна этими снимками. Что ж, ты хорошо поработал над внешностью. Но надеюсь, над характером ты тоже поработал так же. Ведь я не собираюсь платить деньги за плохую работу. Пока я довольна. Конечно, фотографии фотографиями, но мне так хочется увидеть все своими глазами. Пока для этого нет возможности. Но я найду пути, как это осуществить.

После этого она долго лежала и думала о своем будущем. Что ждет ее с этим Вадимом, какой он? Как она будет с ним жить и сможет ли относиться к нему хотя бы как к другу? Она не верила родителям до конца. Что-то они скрыли от нее. Выдать ее замуж так скоропалительно, это не в их манере. Отец вообще, по мнению Леры, чувствовал вину. Она никак не могла избавиться от чувства, что ее водят за нос. От этого было как-то паршиво. Но она взяла себя в руки и решила, что всегда сможет отказаться, даже в самый последний момент. А пока она узнает, что это за человек. Придется смириться со своей участью и подчиниться родительской воле.

По окончании своего недельного отдыха она уже приняла твердое решение познакомиться с Вадимом и возвращалась домой довольная и отдохнувшая. Лера всегда умела убедить себя в том, что она приняла правильное решение. И если это случалось, то она шла до конца. Даже, несмотря на то, что иногда случалось так, что решение было неправильным. Но это никогда не мешало ей доводить начатое дело до конца. Правильное или неправильное решение, лишь бы Лера считала, что оно правильное. Этого было достаточно. И совсем не важно, что подумают окружающие. Их мнение ей всегда было безразлично. На первое место она ставила свое мнение, и только оно имело значение.

Если в ее жизни возникала на первый взгляд безвыходная ситуация, она всегда сразу прикидывала то или иное решение. И, несмотря на кажущуюся безысходность, находила, пусть для кого-то неправильный, а в ее понимании самый правильный путь. И не волновало ее, каким будет результат. И что возможно, от этого пострадать может кто-то другой. Возможно, но это для нее ровным счетом не значило ничего.

Так и сейчас. В ее жизни возникла ситуация с нежелательным замужеством. Но она обдумала ее и решила выбрать для себя наименьшее из зол – подчиниться. Хотя это для нее было неприемлемо. Лучше борьба, но сейчас она решила, что это решение будет правильнее. И убедила себя в том, что у нее выбор все-таки есть – согласиться или отказаться. И только ей выбирать. В любом случае ее ведь спросят, и только она может ответить – да или нет.

Дома ее ждали с каким-то напряжением. Все ждали ее решения. Отца дома не было, а мать все время старалась ей угодить. Это тоже раздражало. Ей казалось, что мать обращается с ней, как с несмышленым ребенком. Ее забота становилась уже в тягость. И, в общем-то, это замужество, если оно состоится, пойдет только на пользу. Хотя бы то, что она избавиться от опеки родителей и будет жить отдельно, уже имело свои плюсы.

Она отдыхала, когда в комнату постучали, и вошел отец. Она встала, обняла его и сказала, что она решилась и познакомится с Вадимом. Вздох облегчения просто вырвался у Валерия:

- Ты молодец. Я знаю, это решение далось тебе с трудом. Но я тем более теперь уважаю тебя за это. И люблю тебя, моя принцесса. Твой муж обеспечит тебе достойную тебя жизнь, поверь мне.