(). А это и есть, пожалуй, главная причина долголетия, если не бессмертия художественной фантастики, или народной и литературной сказки: всегда имеется возможность прочесть их поэтически.
Фантастическое как доминанта в литературных художественных произведениях имеет своими корнями волшебную сказку ( М.). Как явление системообразующее фантастика представлена в жанре утопий, в частности, в «Городе Солнца» Т. Камианеллы, в утопиях его последователей и подражателей и других основоположников жанра.
Фантастическое вообще рождается через гиперболу и гротеск как очевидное нарушение нормы, ныне существующих пропорций и соотношений в материальном мире, в сфере человеческих отношений, государственного устройства, в представлении об универсуме, о модели мироздания.
Авторы и создатели задуманной в 90-х гг. XX в. «Библиотеки русской фантастики» первые три тома отводят древнерусской «фантастике», в которую входят и апокрифы, и повесть о Петре и Февронии Муромских, и повесть о царе Аггее, и повесть о Бове Королевиче. Перечисленные произведения, подпадая под вышеуказанную классификацию фантастического, демонстрируют принадлежность ко второму «уровню» фантастики.
В русской фантастике чрезвычайно силен исторический, более того, социально-исторический компонент, видимо, ослабленный в фантастике зарубежной. Причина этого скорее всего лежит в национально-эстетических, национально-нравственных приоритетах, которые состояли в том, чтобы «небывалое сбылось». Это «небывалое» отнюдь не техническая или научная идея, а идея синкретическая, «жизнестроительная», тяготеющая к осуществлению в пределах социальной утопии.
Одно из направлений фантастики, заявивших о себе с развитием наук, — научная фантастика. Под научной фантастикой понимают вид художественной литературы, в основу которой положена либо научная, либо техническая идея, решение которой возможно прогнозировать в будущем.
Под такое определение подпадают многие произведения Жюля Верна, Александра Беляева, а в наше время — американского фантаста Артура Кларка. Исследователи творчества Ж. Верна и А. Беляева не раз занимались анализом того, какие (когда-то фантастические) идеи этих писателей ныне технически реализованы, количество таковых впечатляет.
Явная закономерность во взаимосвязи научно-технического прогресса с развитием научной фантастики заставляет выделить и соответствующие периоды «взлета» в данном литературном направлении.
Это, как правило, эпохи романтические, неоромантические или периоды, при всем их прагматизме имеющие ярко выраженную романтическую составляющую.
В русской литературе , будучи человеком энциклопедически образованным, в научно-фантастическом жанре опередил многих западноевропейских писателей. Понимая особенности русской литературы, в «Записках для моего праправнука о русской литературе» он писал: «Нет ни одной литературы интереснее русской... Она любопытна как приготовление к какой-то русской, до сих пор нам непонятной литературе, — тем более, что Россия юна. свежа, когда все вокруг нее устарело и одряхлело». Не случайно в своих «взрослых» фантастических литературных сочинениях Одоевский изображает Россию «обителью поэзии и философии». Утопия писателя «4338-й» насыщена техническими и научными предсказаниями, которые сделаны им за четверть века до первых литературных открытий Жюля Верна и почти за пятьдесят лет до «космических открытий Уэллса».
в своем романе (ср. с современным романом Можейко «1183 год», романом историческим и фантастическим одновременно) предвосхищает многие научно-технические, социальные открытия, впрочем, это прерогатива научно-фантастического жанра. В произведениях подобного рода высказывается научная или техническая идея, дается подробная ее аргументация, которая может оказаться в конце концов ложной.
Научной фантастике не посторонни философские и нравственные идеи, сопутствующие размышлениям автора (повествователя) о «прогрессе» и «регрессе». Таковы, например, произведения , А. Беляева, С. Лема, , И. Ефремова, А. Грина, Р. Бредбери и братьев Стругацких.
В собственно детской фантастике (а не во взрослой, впоследствии постепенно вошедшей в круг детского и юношеского чтения), можно сказать, научная фантастика травестирована (изменена). Вспомним для примера детские произведения Кира Булычева из цикла о приключениях «девочки из будущего» Алисы Селезневой или В. Крапивина из цикла «Летящие сказки».
И все-таки для собственно детской литературы синтетический жанр, в котором соединена фантастика сказки с научно-фантастической идеей, более органичен, нежели научная фантастика в привычном значении этого слова. Характерным примером являются повести , известнейшая из которых «Приключения Электроника», или : «Сверхприключения сверхкосмонавта», дилогия «Фантазии Баранкина».
2. Фантастика и фентези.
В современном литературоведческом лексиконе все чаще встречается определение фэнтези (от «фантазия»), представляющее собой целую литературу, где границы реального, реалистического и ирреального, мистического размыты.
На данный момент не существует даже общепринятого определения жанра фэнтези. Практически все, кто пишет о фэнтези, пытается дать собственное определение этому понятию. В результате появилось значительное количество дефиниций, подчас противоречащих одна другой.
Определения жанра можно сгруппировать относительно нескольких тенденций.
1. Чаще всего фэнтези определяют как особое направление фантастики.
ü «В современном литературоведческом лексиконе всё чаще встречается определение
фэнтези (от «фантазия»), представляющее собой целую литературу, где границы реального, фантастического и ирреального, мистического размыты» [Минералова литература. Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений / . – М.: ВЛАДОС, 2002.].
ü «Фэнтези (англ. Fantasy) – вид фантастической литературы, или литературы о
необычайном, основанной на сюжетном допущении иррационального характера. Это допущение не имеет логической мотивации в тексте, предполагая существование фактов и явлений, не поддающихся, в отличие от научной фантастики, рациональному объяснению» [Краткая литературная энциклопедия терминов и понятий. – М.: Н. П.К. Интелфак. – 2001].
ü «В самом общем случае фэнтези – это произведение, где фантастический элемент
несовместим с научной картиной мира» [ Заглянем за стенку / В. Каплан // Новый мир. – 2001. – №9.].
ü «Фэнтези – это описание миров подобно нашему, миров с работающей в них магией,
миров с чёткой границей между Тьмой и Светом. Эти миры могут быть какими-то вариациями Земли в далёком прошлом, далёком будущем, альтернативном настоящем, а также параллельными мирами, существующими вне связи с Землёй» [Ингвалл Колдун. Классификация жанра фэнтези. 1997].
Все данные определения носят скорее описательный характер и дают слишком широкую характеристику.
2. Ряд исследователей склоняется к определению фэнтези как разновидности литературной сказки.
ü «По внешним параметрам фэнтези является разновидностью фантастической сказки».
ü «Сказка. От научной фантастики этот жанр отличается отсутствием нравоучения и потуг
на мессианство. От традиционной сказки – отсутствием деления на плохих и хороших», – говорится в статье Ника Перумова [ Я люблю гномов, а они любят пиво// Мир за неделю. – 2000. – №4.].
ü «Сказочной фантасмагорией вымышленных миров» называет фэнтези писатель Э.
Геворкян [ Чем вымощена дорога в рай / Э. Геворкян // Антиутопии ХХ века. – М., 1989].
ü Волшебной сказкой называл свою эпопею «Властелин колец» Дж. Р.Р. Толкиен. Правда, в
50-е годы, когда она создавалась, термина «фэнтези» ещё не существовало.
3. Ещё одна тенденция – определение фэнтези через миф. Это вполне закономерно, поскольку фантастическая литература всегда имеет мифологическую основу.
ü «Этот жанр возник на основе переосмысления авторами традиционного
мифологического и фольклорного наследия. И в самых лучших образцах данного жанра можно обнаружить ряд параллелей между авторским вымыслом и мифо-ритуальными представлениями, легшими в его основу» [ Фэнтези и фольклор / О. Добровольская // Литература. – 1996. – №43].
Считают, что начало такого рода литературы было положено в 30-е гг. английскими писателями, в частности Толкиеном.
Но и здесь не обходится без споров. Создателем и родоначальником называют
также лорда Дансейни с его «Повестью сновидения» (1910), серию романов Морриса о Доме сынов волка (е гг.), романы Р. Говарда – Э. Берроуза о Конане-варваре (1932) и др.
Последователи Толкина: Клайв Льюис («Хроники Нарнии»), Урсула ле Гуин («Волшебник Земноморья»), Роджер Желязны («Хроники Амбера»), Андрэ Нортон (серия о Колдовском Мире), С. Логинов («Многорукий бок далайна») и другие
3. Черты жанра фентези и фантастических произведениях для детей:
ü Особая структура мира.
ü Соотношение вымысла и реальности. (Фэнтези как бегство от реальности. Вымысел и судьба).
ü Особый образ человека. (Люди и нелюди)
ü Другой мир: особое время и пространство, усложнённая модель мира.
ü Система персонажей.
считает, что «типология героя может быть основой классификации жанра». На основе такого подхода можно выделить следующие жанры:
Ø – герой-одиночка, совершающий великие подвиги, всегда непобедимый – героическая фэнтези (Говард, Муркок, истоки – греческие мифы, героический эпос):
Ø – средний человек (эвримен) преодолевает себя и становится эпическим героем, за которым стоит род, племя – эпическая фэнтези (Толкин и его последователи, истоки – героический эпос, легенды о Короле Артуре, религиозно-эзотерическая литература);
Ø – герой-плут – приключенческо-игровая, юмористическая фэнтези (М. Успенский, трилогия о Жихаре, истоки – мифы о трикстерах, волшебная сказка, былина, плутовской роман);
Ø – герой-женщина – феминистская фэнтези (Урсула ле Гуин, М. Семёнова, истоки – возможно, архаичные мифы о временах матриархата, календарные мифы);
Ø – герой-подросток – детская фэнтези (К. Льюис, Дж. Роулинг, Вл. Крапивин, истоки – мифы с архетипом Чудесного ребёнка, который спасёт мир, волшебная сказка, приключенческая повесть)
В круге детского чтения и среди произведений, адресованных непосредственно детям, есть и обладающие чертами фэнтези — например, завершенные в 50-е гг. XX в., а приобретшие популярность в России особенно в 80—90-е гг. XX в. «Хроники Нарнии» в семи книгах Клайва Стейплза Льюиса.
Анализируя это произведение, в частности, можно выделить некоторые составляющие «сказки-фэнтези»:
1. Смещение временных плоскостей, наличие и взаимодействие параллельных миров.
2. Переход в инобытие не как «инициация», а как вполне обычное перемещение.
3. Перенесение реалистического персонажа в мифологическое, сказочное пространство не без помощи магии, суть которой никто не может объяснить.
4. Игра с налетом мистики.
5. Построение сюжета через моделирование экзистенциальной ситуации.
Среди современных авторов фэнтези выделяется американский писатель Роджер Желязны, произведения которого весьма популярны у читателей-подростков. Автор умеет энергично, даже агрессивно привлечь и прочно удержать внимание читателя своими сюжетными парадоксами. Вот главный герой повести «Девять принцев Амбера» едет с братом на машине через параллельные миры, первоначально не понимая странность происходящего, но все более приходя в изумление:
«Дорога резко свернула, пустыня кончилась, окрест расстилались луга с высокой Голубой травой. <...>
Примерно через полчаса холмы кончились, и мы въехали в лес толстых коренастых деревьев с многочисленными дуплами, с причудливо изрезанными листьями осение-желтого и пурпурного цветов.
Начал накрапывать мелкий дождик, сгустились тени. От подстилки из мокрых листьев поднимался бледный туман. Откуда-то справа донесся вой.
Рулевое колесо сменило форму еще трижды, окончательно превратившись в деревянный восьмиугольник. А Автомобиль наш вырос и па капоте неведомо откуда возникло у крашение в виде птицы фламинго. Я воздерживался от комментариев, молча пытаясь утвердиться па сиденье — которое тоже все время меняло форму — и привыкнуть к управлению непривычным автомобилем. Рэндом посмотрел на рулевое колесо, покачал головой, и внезапно деревья стали выше, оплетенные гирляндами виноградных лоз и чем-то вроде голубой вуали из испанского мха, а машина приобрела почти прежний вид. Я глянул на стрелку указателя бензина: оставалось еще полбака.
— Пока мы движемся вперед, — заметил мой брат, и я согласно кивнул головой.
Дорога расширилась, стала асфальтовой. По обеим сторонам протянулись каналы, полные грязной воды.<...>
Мы двинулись по скалистому каньону, затем пересекли город, который, казалось, был сделан полностью из стекла или вещества, похожего на стекло, С высокими зданиями, хрупкими и непрочными на вид, и с людьми, сквозь которых просвечивало розовое солнце, высвечивая их внутренние органы и остатки недавних обедов. Когда мы проезжали мимо, они останавливались и глазели на нас. Они собирались толпами на углах улиц, но ни один не попытался задержать нас или перейти дорогу перед нашей машиной.
— Несомненно, простаки этого города будут рассказывать о происшествии долгие годы, — сказал мой брат.
Я кивнул.
Затем дороги не стало вообще, и мы поехали по чему-то напоминающему нескончаемый лист силикона. Затем это «что-то» сузилось и стало нашей дорогой, а потом справа и слева от нас появились болота: низко лежащие, коричневые и вонючие. В одном из них я увидел — в этом я мог бы поклясться — диплодока, поднявшего голову и довольно неодобрительно на нас поглядевшего. <...>
Затем мы помылись на улице, побибикали у ворот и подождали, пока человек с алебардой иа плече открывал их.
Затем мы снова выехали на дорогу.
Прямо перед нами выполз динозавр. Застеснялся иа мгновение, йотом отвалил налево. Над головой пролетели три птеродактиля».
Герои Роджера Желязны проделывают умопомрачительное путешествие одновременно в пространстве и времени, причем читатель вынужден следить за динамично сменяющимся пространством, указывающим и на эпоху, и на ее обитателей. «Фантазия» автора не отягощена мотивацией происходящего. Авторская «прихоть», ассоциативный ход мысли — обязательный атрибут жанра в отличие от научной фантастики.
Лекция № 10.
Тема: трансформация зарубежной классики в русской литературе.
План:
1. Проблема перевода.
2. «Сказки и истории» и «Сказки Кота Мурлыки» .
3. «Доктор Дулитл» Хью Лофтинга и «Доктор Айболит» .
4. «Удивительный волшебник из Страны Оз» Френка Баума и «Волшебник Изумрудного города» А. Волкова.
5. «Приключения Пиноккио» К. Коллоди и «Золотой ключик» А. Толстого.
1. Проблема перевода.
Перед переводчиком стоят два взаимоисключающих требования:
1. Переведенный текст должен быть максимально близким к тексту оригинальному.
2. Восприятие перевода человеком иной культуры должно быть максимально близким к восприятию оригинала человеком культуры первоначальной.
Одним из наиболее простых примеров трансляции является перевод с одного языка на другой — совокупность операций, устанавливающих соответствие между текстами, принадлежащими разным культурам. Если исходный и транслированный тексты совпадают, языки, между которыми устанавливалось соответствие, можно назвать эквивалентными.
Факт наличия непереводимых языковых конструкций является результатом различия культур, “Непереводимость” есть следствие того. что в рамках одной психики не могут одновременно реализовываться взаимоисключающие информационные структуры. Найдите немецкий аналог известной строки Некрасова: “Как женщину, он Родину любил”, если “Родина” на немецком — “Фатерланд”, слово мужского рода... А вот пример обратный: меч Роланда по-старофранцузски звучит как “spatha” — слово женского рода, и умирающий воин обращается к оружию, как к возлюбленной. Читаем в переводе Ю. Корнеева: “Мой светлый Дюрандаль, мой меч булатный, как ты на солнце блещешь и сверкаешь!”.Подобные примеры не единичны.
Логика перевода: Правила классического (или “текстуального”) перевода до определенной степени могут быть формализованы.
1. Следует стремиться к максимальной аутентичности понятий в оригинале и в переводе. (Аутентичность - это способность человека в общении отказываться от различных социальных ролей (психотерапевта, профессионала, педагога, руководителя и т. п.), позволяя проявляться подлинным, свойственным только данной личности мыслям, эмоциям и поведению). В данном случае Аутентичность понятий следует понимать как согласованность понятий.
2. Выражения, имеющие на языке перевода нулевой семантический спектр, даются в транскрипции (“дао”, “карма” и т. п.).
3. Имена и названия переводятся в соответствии с установившейся традицией.
Последнее правило, конечно, противоречит предыдущим. Однако ни переводчику, ни издателю не удастся убедить публику в том что персонажа повестей Марка Твена звали Хаккелбэри Финн, что имя Мария по-английски звучит, как Марая, и что сказки Кэрролла повествуют о приключениях девочки по имени Элис.
К массе недоразумений приводит “смысловой перевод”: Бильбо Торбинс, Фродо Сумникс, Мелкин, Лавр Наркис или Сюслень Маслютик и пр. (Читая мемуары Д. Бьюкенена, я с трудом идентифицировал хорошо знакомые мне корабли английской эскадры. Переводчик превратил “Лайона”, “Куин Мэри” и “Принцесс Ройял” (“Lion”, “Queen Mary” “Princess Royal”) в “Льва”, “Королеву Марию” и “Принцессу”.
4. Конструкции, обладающие широким семантическим спектром, переводятся “по контексту”.
Другими словами — как бог на душу положит. И какой бы вариант не выбрал переводчик. его обязательно обвинят в пренебрежении оригиналом.
Льюис Кэрролл, прекрасно понимающий непереводимость своих сказок, рекомендовал именно такой путь: построить полный аналог исходного текста на материалах другой культуры. После нескольких не вполне удачных и вполне неудачных попыток задачу решила Н. Демурова, создавшая, по сути, специальную теорию перевода Л. Кэрролла на русский язык. Так что, не прошло и ста лет, и программа автора Алисы была реализована.
ПРОБЛЕМЫ ПЕРЕВОДА. . Доклад с Интерпресскона. – 1992. http://www. *****/Trad/pereslegin. htm
2. «Сказки и истории» и «Сказки Кота Мурлыки» .
Николай Петрович Вагнер - зоолог и писаОкончил Казанский университет. Получив степень магистра, а затем и доктора, он работал в Казани и Санкт-Петербурге профессором зоологии. В его работе «Самопроизвольное размножение гусениц у насекомых» (Казань, 1862) впервые в науке был установлен факт педогенеза (paedogenesis): ученый открыл, что личинки одного двукрылого насекомого из группы Cecidomyidae размножаются, развивая внутри тела новые такие же личинки. В 1869 г. за свои труды Вагнер получил от парижской академии авторитетную премию Бордена.
Ученый регулярно занимался зоологическими исследованиями; в 1881 г. его стараниями в Соловецком монастыре была организована зоологическая станция. В 1876-78 годах он издавал журнал «Свет», в котором поместил ряд собственных научно-популярных очерков. В этом журнале, между прочим, были напечатаны и первые стихотворения , талант которого Вагнер сразу оценил.
Беллетристические произведения Вагнера печатались в различных русских журналах. Наибольший успех имели «Сказки Кота-Мурлыки». Они были проникнуты стремлением направить ум и чувство маленького читателя к подвигу и добру. Недостатком сказок современники считали отсутствие полутонов и избыток сентиментальности, «романтическое фразёрство» и т. п. Следует отметить, что это были сказки скорее для взрослых, чем для детей. Впоследствии все беллетристические произведения Вагнера были изданы в 7 тт. под общим названием «Повести, сказки и рассказы Кота-Мурлыки» (СПб., 1890-99).
Трудно поверить, что бывают на свете люди, которые впервые прочли сказки Андерсена в сорок лет. Но именно так, в сорокалетнем возрасте, раскрыл однажды книгу великого датчанина Николай Петрович Вагнер. Сказки ему, в общем-то, понравились, однако он подумал, что сам мог бы написать не хуже, а то и лучше. Определённый опыт публикаций учёный-энтомолог Вагнер уже имел. Что касается мировоззренческих исканий, то здесь произошла эволюция от вдохновенного христианства к атеизму, а затем от атеизма к спиритизму.
Вот такой человек и принялся состязаться с Андерсеном. За три года он написал дюжину историй, которые составили знаменитое издание «Сказок Кота-Мурлыки». Несмотря на упрёки некоторых современников, приключения феи Фантасты и т. д. пользовались у современников Вагнера бурной полярностью. Насколько это читабельно по нынешним временам — решать вам. Заметим только, что начиная с 90-х годов ХХ века «Кот-Мурлыка» был переиздан уже неоднократно.
3. «Доктор Дулитл» Хью Лофтинга и «Доктор Айболит» .
14 января будущего года исполнится 143 года со дня рождения американского писателя Хью Лофтинга ()
Доктора Айболита знают и любят все. Но мало кому известно, что все остальные дети любят совсем другого доктора, родившегося на несколько лет раньше Айболита. Зовут его Дулиттл. А придумал его простой ирландский инженер Хью Лофтинг.
Жизнь будущего писателя была размеренной и однообразной до тех пор, пока его не мобилизовали в армию. Мирному и доброму человеку не хотелось в письмах к семье описывать ужасы и тяготы Первой мировой войны. Чтобы не расстраивать близких жалобами на тяготы солдатской жизни, он стал сочинять веселые и увлекательные приключения доктора-путешественника, спасающего добрых зверюшек. Свои письма он иллюстрировал остроумными рисунками. После войны Хью Лофтинг вместе с семьей переселился в Америку, где и жил до конца своих дней.
Однажды его повзрослевшие дети решили показать отцовские письма с фронта знакомому издателю. Дальше все было как в сказке. Издатель немедленно заказал Лофтингу роман, который вышел в конце 1920-го года. Книга имела колоссальный успех! Ее назвали первым классическим произведением для детей после «Алисы в стране чудес». И Хью Лофтинг написал продолжение приключений доброго доктора и его друзей — животных.
Всего Х. Лофтинг написал 14 романов, которые любят и дети, и подростки, и их родители. Доктор Дулиттл и его звери: для детей : в 3 кн.,История доктора Дулитла, Приключения доктора Дулиттла, Путешествия доктора Дулитла, Цирк доктора Дулитла.
Герои Лофтинга — классические представители викторианского мира. Роль рассудительной домоправительницы, подруги миссис Хадсон, исполняет степенная утка Даб Даб. Попугай Полинезия, научивший доктора языку животных, — мудрый и насмешливый старик, словно сошедший со страниц Уилки Коллинза. В псе Джипе узнается традиционный грубоватый преданный вояка, а в симпатичном поросенке Хрюке — капризный, шкодливый ребенок. Маленькая океанская рыбка рассказывает совершенно диккенсовскую историю двух сироток, попавших в аквариум. Не менее чем животные, колоритны у Лофтинга и люди. Здесь тоже все на своих местах — и благородный каторжник, и старая дева-пуританка, и мальчик из бедной семьи, соратник доктора, своего рода Ватсон-подросток.
Однако в уютный замкнутый мир патриархального городка Пуделби-на-болоте врывается горячий южный ветер из богатых британских колоний. В повествование вплетаются киплинговские сюжеты. Непрактичный, но мудрый и благородный доктор превращается в самоотверженного врача-миссионера. Гуманный англичанин, житель благословенной империи, в которой никогда не заходит солнце, не мог оставить в беде необразованных и подверженных эпидемиям туземцев. А тем более, диких африканских животных.
Новые герои романа, на лицо ужасные, добрые внутри, описаны с неподражаемым английским юмором.
Джон Дулиттл в борьбе с врагами редко использует свою гераклову силу. Чаще он пользуется истинно английским оружием — юмором. Разыгрывая глупых врагов, добряк-доктор и с акулами сговорится, и даже натянет на могучее тело куцый костюмчик тореадора. Поверженных противников он не убивает, а перевоспитывает. Главного пирата, ужасного “Дракона Берберии”, доктор перековывает на фермера и заставляет выращивать корм для птичек.
Первый роман Хью Лофтинга был переведен почти на все языки мира. В 1924 году он был издан в Советской России и тогда же, вероятно, попался на глаза Корнею Чуковскому, который и превратил его в доктора Айболита. И уже этот симпатичный старичок на долгие годы стал непременным спутником советских малышей. Но все же...
Романы Лофтинга — это тщательно выписанные тонкой и умной кистью полотна. А пересказ Чуковского — яркий акварельный рисунок. В нем нет ни объема, ни полутонов — только сочные цветовые пятна. Характеры схематичны, место и время действия неопределенно, противостояние добра и зла немотивированно.
Столичные новости № 4 (152). Подлинная история доктора Дулиттла. Наталья МИХАЙЛОВА.. http://cn. /N152/Culture/date/date. html:
Принято считать, что прообразом доктора Айболита был образ доктора Дулитла из книги Хью Лофтинга, которая вышла в 1920 году. Корней Чуковский – замечательный переводчик с английского – наверное, читал эту книгу. Но все же его «Доктора Айболита» нельзя назвать просто переводом. Чуковский обогатил сюжет новыми эпизодами и дал герою «говорящее» имя Айболит. А кроме того, истинным прототипом доброго доктора Айболита был реальный человек, а не герой Лофтинга. Это был Цемах Йоселевич (Тимофей Осипович) Шабад ( гг.), с которым Чуковский познакомился еще в 1912 году в Вильнюсе, который тогда назывался Вильно. Он два раза останавливался у доктора, когда приезжал в Вильно по делам. – СПОРНЫЙ ВОПРОС!
Первый раз доктор Айболит появился в сказке про Бармалея. Никаких зверей он там не лечил, а только пытался с помощью Крокодила спасти непослушных детишек Танечку и Ванечку, которые без спросу сбежали в Африку. История эта вышла в свет в 1925 году, что и следует считать «днем рождения» любимого доктора.
«Честно говоря, лично меня все долгие перипетии в судьбе знаменитого персонажа не очень интересуют. Меня интересует начало. Та напряженная секунда, или счастливый случай, или озарение свыше (назовите, как хотите!), когда писатель Чуковский убрал запятую между словами «ай, болит!» и догадался, что новое, целое слово — это имя врача. Собственно, ничего другого он мог и не делать. Просто взять и написать одну строчку:
Добрый доктор Айболит…»
Разумеется, добрый доктор Айболит предоставил художникам-иллюстраторам и художникам-мультипликаторам великолепную возможность показать себя.
Ирина Линкова. Герои. Любимые герои. АЙБОЛИТ. 12 декабря 2003. Страшное чудовище по имени Призрак Плагиата. http://www. *****/heroes/lubimye/lubimye-aybolit.
4. «Удивительный волшебник из Страны Оз» Френка Баума и «Волшебник Изумрудного города» А. Волкова.
«Волшебник Изумрудного города» — сказочная повесть Александра Волкова, написанная в 1939 и являющаяся переработкой сказки Фрэнка Баума «Удивительный Волшебник из Страны Оз» (англ. The Wonderful Wizard of Oz). За неимением специального, общего для всего цикла имени, так называют и цикл, состоящий из продолжений этой сказки, написанных Волковым самостоятельно.
Переводы и издания.
Существует множество изданий сказки, и их тексты зачастую не совпадают. Книга многократно перерабатывалась автором, и если ранние версии представляют собой перевод сказки Баума с заменой некоторых эпизодов, то в поздних и образы персонажей, и объяснения событий значительно изменены, что создаёт свою, заметно отличающуюся от Оз атмосферу Волшебной страны.
Хотя при желании можно кратко пересказать сюжет «Волшебника Изумрудного города» и «Удивительного Волшебника страны Оз» одними и теми же словами, различия между этими книгами весьма многочисленны и выходят далеко за рамки пересказа на другом языке и замены имён собственных, как может показаться с первого взгляда.
Сравнение «Удивительного волшебника страны Оз» и «Волшебника Изумрудного города» показало значительные различия между этими произведениями по эмоционально-смысловой доминанте. В то время как текст оригинала можно считать нейтральным или полидоминантным (с элементами «красивого» и «весёлого» текста), переложение Волкова является «тёмным» текстом. Это проявляется в упоминаниях отсутствующих у Баума смен эмоциональных состояний, лексике с семами «страх», «смех», детализации описаний (со сверхизбыточной передачей размеров предметов и внешних характеристик персонажей), большем количестве лексики с компонентом «звук», звукоподражаний. Ещё одна особенность текста Волкова — частые восклицательные предложения, особенно в отрывках, отсутствовавших в оригинале.
5. «Приключения Пиноккио» К. Коллоди и «Золотой ключик» А. Толстого.
Днем рождения книги о Пиноккио считают 7 июля 1881 года, но эта дата неточна. Дело в том, что после главы 15, заканчивавшейся тем, что Кот и Лиса расправились с бедным Пиноккио, в «Детской газете» стояло слово Конец. Посыпались протесты от маленьких читателей, не пожелавших мириться с гибелью своего любимого буратино (в переводе с итальянского буратино означает деревянный человечек). И через год выяснилось, что Пиноккио не пропал. Итальянские дети вновь стали свидетелями необычайших приключений деревянного человечка.
В конце 1882 – начало 1883 года публикация повести в детской газете была закончена.
«Приключения Пиноккио» - это сказочная история необыкновенного «появления на свет» деревянного мальчика Пиноккио, который в силу своего дурного характера попадает в различные сложные ситуации. Забавные проделки лентяя, упрямца, проказника и лгунишки, завершаются его превращением в живого, хорошего, доброго мальчика.
Лучший русский перевод «Приключения Пиноккио» у нас в стране принадлежит замечательному писателю Эмилю Казакевичу, который назвал книгу К. Коллоди одной из самых смешных и трогательных книг мировой литературы. В. Галанов.
В 1924 году за обработку для детей «Приключения Пиноккио» взялся А. Толстой.
Но на первых порах переделка и обработка сводилась к сокращению текста и почти не затрагивала сюжет. Толстой очищал книгу от некой старомодности языка и неуклюжести стиля. В ряде случаев писатель дополнил сказочные образы русских народных сказок. А. Толстой первоначально собирался только пересказать сказку К. Коллоди, но, взявшись за эту работу, не смог довести ее до конца, а написал новую сказку.
При работе над сказкой «Золотой ключик, или Приключения Буратино» Толстой только отталкивался от Пиноккио, а уж дальше, отнюдь не конкурируя с подлинным Коллоди, пошел своей дорогой. В. Галанов.
Ближайшие «родственники» Пиноккио – итальянские марионетки, и понятно, почему с некоторыми из них – Арлекином, Пульчинеллой – он встречается во время своих скитаний. Отдельные сказочные приемы, использованные писателем, сделали его книгу похожей на родную сказку, а это, в свою очередь, помогло автору насытить повествование непринужденным юмором и задорными шутками.
Толстой обрабатывал текст Коллоди, в ряде случаев сказочные образы итальянского автора он сближал с образами русских народных сказок. В. Галанов
Всех своих персонажей А. Толстой не просто привел под новыми именами на страницы своего «Буратино». Одним он увеличил роли, другим сократил, а третьим переписал роли заново, решительно изменив характеры, облик, поведение, в согласии с изменившейся окраской повествования. В. Галанов.
В сюжете о Пиноккио очень много странных моментов, связанных с обманом и смертью: так, Пиноккио убивает сверчка, становится причиной смерти Феи, но Фея потом оживает в новом состоянии, сверчок является в виде духа, привидения, Фея обманом вытягивает деньги из Пинокккио, он не раз бывает арестован, причем один раз – за нанесение телесных повреждений мальчику.
Хотелось бы отметить, что герои русских народных сказок, положительные, никогда не совершают убийств. Иванушка убивает злодея Змея Горыныча или Кощея Бессмерного не из-за личной жестокости, а защищая и спасая, опять же не себя, а людей. В одной европейской сказке принцесса, у которой были проблемы с замужеством, сбрасывает в реку ненавистного горбуна, которого ей дали в мужья, потом исправляется, становится доброй и получает красивого мужа. Ни одна царевна-лягушка не смогла бы убить своего, даже нерадивого, мужа. Буратино продолжает эту русскую традицию, он наказывает, но не убивает, смешит, но не издевается.
Главная цель Пиноккио: стать мальчиком, он думает только о себе, и когда задумывается о других, получает то, чего хотел.
Автор не дает Пиноккио возможности быть хорошим, он его постоянно оскорбляет, обзывает. Лишь несколько раз в тексте его называет «славным», все остальное – от деревянного человечка до негодника, и бессовестного, и негодяя. У Буратино изначально другая судьба, он сразу становится то ли куклой, то ли человеком с деревянной, то есть глупой головой.
Прообраз Буратино – маленький озорной мальчишка, немного эгоистичный и бесшабашный, непоседа и любознательный, который сует нос, куда ни попадя. Но Буратино не злой. Он очень похож на всех детей одновременно и все дети похожи на него, он способен на благородные поступки не ради себя, а других, не думает о выгоде, и он стремится к прекрасному – искусству. Автор награждает его и его друзей новым театром. Буратино – мальчишка, а не грешник.
Лекция № 11.
Тема: Традиции жанра «нонсенса» в поэзии и прозе.
1. «Алиса в Стране Чудес» Льюиса Кэрролла. История создания.
2. Переводы сказки.
3. От перевода к разнообразной развертке содержания.
4. Нонсенс, парадокс, абсурд.
В июле 2008 г. исполнилось 142 года со дня первого издания знаменитой сказки “Приключения Алисы в стране чудес” английского писателя Льюиса Кэрролла (псевдоним оксфордского математика Чарлза Лютвджа Доджсона, ).
Как известно, сказку Льюис Кэрролл придумал по просьбе своих юных друзей сестер Эдит, Алисы и Лорины Лидделл во время лодочной прогулки 4 июля 1862 года. По желанию любимицы Кэрролла Алисы Лидделл рассказанная сказка была им аккуратно переписана, проиллюстрирована 37 рисунками, переплетена в зеленый кожаный переплет и преподнесена ей в подарок на Рождество. Через некоторое время уступая многочисленным просьбам прочитавших рукописную книгу детей и взрослых, Кэрролл решает ее издать и обращается для этого к молодым издателям братьям Макмиллан. Текст сказки, увеличенный по сравнению с первоначальным почти втрое, в 1865 году выходит в свет отдельной книгой. В короткое время книга завоевывает широкую популярность и на протяжении четверти века автор ежегодно допечатывает издание, доведя общий тираж до по тем временам весьма значительного – 120 тысяч экземпляров. Сейчас общее число изданий в мире приближается к тысяче.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 |
