И второе, что здесь не обсуждали, это то, что частные вузы, в большинстве случаев, гуманитарные. То есть гуманитарные науки по-настоящему востребованы. И оба доклада были по фактам абсолютно правильные. Разница была только в том, что под гуманитарными науки фактически понимались совершенно разные вещи.
В одном случае что понимается? Прежде всего, это наука фундаментальная, которая стремится (там получается или нет, это уже другой вопрос) получить какое-то новое знание. Наука, которая опирается на традиции, в частности, на традиции советского времени. А второй, который говорил, что у нас всё прекрасно. Он имел в виду, во-первых, науку чисто прикладную, которая не стремится получить новые знания, а его цель, уже существующие знания применить в практических целях.
Во-вторых, никакой преемственности, никакой опоры на традиции, поскольку в таких случаях считается, что при "совке" у нас гуманитарных наук не было, а надо просто освоить просто, что уже сделано прежде всего в странах английского языка, просто перевести с английского некоторые рекомендации там. И потом всё это действительно прекрасно востребовано, там политтехнологи на выборах, там какие-нибудь экономические рекомендации для частной фирмы, провести социологический опрос и так далее и так далее, что в основном это делается не силами вузов, и не силами академии, а силами небольших мобильных частных институтов. Но, кстати, многие из них организованы депутатами Думы или бывшими депутатами Думы. И таким образом у нас гуманитарные науки процветают, и их выпускники зарабатывают гораздо больше, чем выпускники по другим специальностям.
Таким образом у нас фактически уже образовались и гуманитарные науки "а" и гуманитарные науки "б". Причём ясно, что эти прикладные науки там политтехнологи и так далее, они, конечно, и так не пропадут. Снимут подготовку такого рода специалистов с государственного финансирования, появятся или будут уже существующие частные вузы, и людей сделают.
А та наука, которая у нас всё-таки была и часто неплохая сложилась, ну, иногда ещё раньше, но прежде всего в советское время, она у нас действительно может пропасть, что действительно идея создания какого-то знания, она требует прежде всего очень значительной государственной поддержки и вложения денег.
Теперь та концепция, что нам была разослана. Я не буду её оценивать целиком. Скажу только, что действительно тут уже говорилось, что формулировки очень нам знакомые из советского времени, но в то же время есть и куски, которые выглядят как переводы с английского. Так что эклектики там много. Но я хочу сказать только об одном, что собственно для гуманитарных наук это всё не приспособлено, что вся эта концепция, она совершенно не гуманитарная. И она рассчитана на прикладные вещи. Конечно, прикладные вещи были, и могут быть и такие, о которых я говорил, но всё-таки это гуманитарии занимаются не только этим. У нас, скажем, Институт востоковедения, он у нас есть, скажем, группа, которая занимается машинным переводом с японского языка, успешно занимается, и у них инновации, и у них там и связь с практическими организациями, но это одна группа на весь институт. А тем не менее когда сейчас проходят события на Ближнем Востоке, то государственные структуры всё-таки обращаются к нам. И это надо учитывать.
Потом многие вещи там в общем-то совершенно непригодные для гуманитариев, но они усиленно внедряются. Тот же самый индекс цитирования. Извините, но когда действительно у нас в институте, скажем, выпущено 20 книг за рубежом, в индекс цитирования это не входит. Я сейчас не говорю там о частой необъективности, там о преимуществах, которые имеют в этих индексах люди, пишущие, даже не просто пишущие на английском языке, а люди, для которых родной английский язык, но прежде всего они не рассчитаны на гуманитариев, потому что физики, математики, книги - это прежде всего учебники или полупопулярные работы, а наука двигается статьями. В гуманитарных новых у нас что, хотят от этих книг отучить, и поэтому я думаю, что эта концепция, но просто очень она мало для нас пригодна, вот и все.
Спасибо.
Председательствующий. Спасибо большое.
Но что касается индекса цитирования, то об этом давно идёт речь. У нас в университете существует как раз проект сотрудничества с "Фебом сайнс" - одним из крупнейших агентств для того, чтобы разработать критерий присутствия в индексе цитирования представителей именно гуманитарных наук, которые двояко отделены от цитирования и языковой средой русской или другой национальной, и самой ориентированностью на продуцирование монографий, а не статей, которые более серийно публикуются в заранее определенных изданиях.
Теперь я предоставляю слово Валентине Николаевне Ярской-Смирновой - доктору философских наук, советнику ректора Саратовского государственного технического университета. Пожалуйста.
Ярская- Я хотела бы обратить внимание на то, что когда я сюда ехала, то очередной он-лайновый опрос, который у нас является в традиции профессорско-преподавательского состава, но я именно делаю ударение на профессорский состав, показал, что, в общем-то, пока рано говорить, что в целом эта концепция внушает оптимизм. Всё-таки тревожные тона сопровождают мнение профессоров крупнейших вузов. И я хотела бы сказать, что прежде всего высказывается даже некоторое недоверие.
Тут уже говорили сегодня многие выступавшие, что почему-то действительно многие концепции спускаются сверху, в какой степени принимается участие. Вот сейчас мы уже обсуждаем эту концепцию, а в какой степени до того, как её спустили, вообще говоря, был задействован какой-то интеллект, интеллект, который занимается именно этими проблемами.
И второй момент - значит, как уйти от этого, чтобы не было тревоги? Всё-таки мы очень любим компании, кампанейщину. Обнаружено, что, сегодня даже сказали "технократизм", я полностью с этим согласна, потому что как от этого уйти? Мы любим крайности. Совершенно крайняя какая-то такая сторона концепция, когда модернизация совершенно рассматривается без какого-то гуманистического поворота. Предпочтение прикладной подготовке, здесь уже говорили, гонение на гуманитарные науки под предлогом непрофильности, сегодня это тоже прозвучало. И я с Нурумом Сериковичем тоже согласна, что как же можно так говорить о том, что мы уходим от фундаментальной подготовки и говорим, что мы даже инженеров должны готовить чисто прикладными. Тогда зачем им вообще какие-то социальные и тем более гуманитарные науки? Мощные, совершенно мощные научные школы социального гуманитарного направления созданы не во всех вузах, но в ряде тех университетов, которые сейчас мы стремимся назвать непрофильными, но сказать или профильные, но в техническом отношении, непрофильные в гуманитарном отношении. Тогда что делать с этими школами? Мы что, должны разогнать этот состав и вообще, так сказать, будет тогда повод для эксклюзивного совершенно исследования? Что делать с большими десятками и сотнями профессоров, кандидатов, я уже не говорю, даже докторов наук, которые будут искать пропитание?
И Президент России обратил внимание, что профессия инженера непривлекательна, что там образование отстает от времени, все это правильно, но какова была интерпретация этого высказывание? Моментально директора заводов некоторых стали говорить, что оказывается, инженеров мало, надо увеличить их поток, потому что не хватает предприятий. Но извините, какие предприятия жалуются на недостаток кадров? Специально человек занимался соотнесением цифры, какое количество выпуска инженеров и какое количество нужно предприятиям. Так, оказалось, вполне хватает, но почему предприятие вновь и вновь запрашивает и говорит даже президенту: давайте больше инженеров подготавливать? А потому что эти предприятия не создают каких-то привлекательных условий для молодого специалиста, не хотят платить, а хотят все больше и больше дешевой силы. Вот и всё.
Вот этот разрыв, это противоречие. Мы можем интерпретировать высказывание президента и как угодно или реагировать, например, на выступление, как среагировать Рошаль, после чего сразу Минздрав его обругал всячески, он сказал правду. Значит, правду говорить не нужно. А Путин его специально пригласил.
То есть речь идёт не только об инженерной специальности, речь идёт и о здравоохранении, экономистов и юристов. Ну почему говорят, что экономистов и юристов слишком много? А я вот спрошу, сидящие здесь, сто процентов или нет имеют собственного, например, адвоката, личного? Я в этом глубоко сомневаюсь. А экономисты все ли он помогают малым предприятиям, которые совершенно не активизируют свою деятельность? Мы только на словах говорим, что мы воспитываем средний класс. Они еле выживают. Где эти экономисты, которые им должны в этом помогать?
Я считаю, если по-настоящему положительный эффект будет в процедуре работы и действительно мы поддержим малые предприятия, то будет дефицит кадров, а не будет этого избытка, о котором сейчас... То есть у нас принято говорить: выхватят что-то и компания, и компания. Ну давайте всё-таки надо всесторонне подходить и смотреть.
Следующий тезис.
Конечно, в итоге мы должны говорить о том, что дискуссия по улучшению подготовки кадров, она редуцирована к списку специальностей, к понятию "профильности". И это вообще, конечно... У нас любят вообще конструировать понятия. Все помнят насчёт лиц кавказской национальности. И опять сконструировали. Что это такое? Мне кажется, что вообще профильная специальность в контексте поддержки нерыночных целей совершенно хорошо играет. Нерыночные цели. И вообще посмотрите, кто же и где ещё использует такое понятие? Ну только способны всё запутать.
Поэтому возврат к нерыночным механизмам с точки зрения увеличения: давайте ещё инженеров, он только ухудшит положения неэффективных предприятий.
Причины всех этих ситуаций институционные. И они отражают несоответствие деклараций наших, в том числе развития малых предприятий, с реалиями. Поэтому главные, мне кажется, гарантии профессионального роста в тени. На первый план выдвигается тема подготовки гуманитариев непрофильных вузов. Сделайте рабочие места инженеров привлекательными - исчезнет дефицит кадров.
Предложения также связаны... Некоторые профессора написали: а как бы это повысить зарплату профессорско-преподавательского состава хотя бы до уровня бедности в европейских странах. Так очень скромно предложили.
Также технологические и социологические рекомендации вузов. Заметьте, Штаты, и здесь присутствует профессор Алексеев, который согласится со мной, наверное, я надеюсь, они с самого начала зарождения социологии прислушивались, администрация, прислушивались к положениям. Потому что социологи давали какие-то рецепты, действительно, по которым можно было правильно управлять страной и не допускать революций.
У нас этого нет. И мы хотим наоборот... Социологию уже сняли из первого, из стандарта первой части. Её дальше... Правильно здесь сказали интересно очень насчёт логии там какое-то отрицательное отношение. Мне здесь Елена Вячеславовна подсказала: может быть, теперь вместо "логии" дать "графия".
Из зала. Нет. Я сказал: "кратия".
Ярская- А вы "кратия". В общем, предложений много.
И, в конце концов, мне очень понравилось такое предложение Николая Владимировича насчёт востоковедения. Правда, сам востоковед об этом ничего не сказал.
Вы знаете, мне кажется, это ужасная ситуация с китайским языком и вообще с изучением востоковедения. Почему у нас... Мы как-то всегда критикуем Штаты, вообще всё ещё загнивает. А забываем о том, что равномерно, кроме англо-саксонского ареала, который у нас всё-таки сейчас английский язык, слава Богу, у нас доминирует, а почему же мы забываем о конфуцианских странах, тоже ареал огромный. Почему мы не введём в любых вузах, технического профиля, гуманитарного, языки, обязательно и западные, и восточные. Ну почему, действительно, разрушили дружбу с Китаем. В 1954 году вообще закрыли единственный московский Институт востоковедения. Потому что считалось, оказывается в тот момент... Потом спохватились, открыли Институт Азии и Африки и так далее. Разве можно? Это же мы теряем сколько? Мы теряем колоссально. Посмотрите, как развивается Китай.
Ну, в общем, спасибо большое, что выслушали.
Председательствующий. Спасибо большое. Много вопросов поднято. Я не комментирую, чтобы не отнимать время.
И предоставляю слово Михаилу Сергеевичу Попову - директору Департамента стратегического развития Министерства образования и науки Российской Федерации.
С. Спасибо большое. Ну, я, наверное, сразу же оговорюсь, что я пока еще не директор департамента, а только исполняю его обязанности. Спасибо большое за высокую честь.
Добрый день, уважаемые коллеги. Благодарю вас за приглашение на интересный достаточно "круглый стол", обсуждение вопроса. И приятно, что вопрос исследовательской компании антивузов вызвал такой интерес и как у инженерных вузов, так и у гуманитарных.
Судя по всем выступлениям, которые сегодня прозвучали мне, наверное, можно сделать вывод о том, что действительно концепция может называться документом, который необходим сегодня нашим российским вузам. Потому что вы были, как правило, технические вузы поддерживают данный материал, а гуманитарные ищут себя в строках или между строк этого документа.
Безусловно, я согласен со многими тезисами, которые здесь прозвучали. Действительно крупный бизнес не готов сегодня развивать свои компании в долгосрочной перспективе, это основная проблема подготовки инженерных специалистов. Мы действительно, порой, не можем спрогнозировать, какие технологии необходимы для подготовки того или иного специалиста на предприятии.
Но и что касается вузов, в 90-х годах действительно сложилась серьезная ложная мотивация, когда вузы ориентировались на студента, на платника и куда было проще развивать свою инфраструктуру в части подготовки специалистов, платных специалистов, чем проводить какие-то серьезные научные изыскания.
Сегодня ситуация меняется, и один из факторов это тот же демографический спад. Сейчас те инструменты развития, о которых сегодня уже говорили и 218, и 212 и то же 220 постановление дают нам сегодня ориентир на действительно серьезные научные исследования, действительно на развитие той или иной, научные компоненты того или иного вуза.
Хочу сделать некое замечание, что действительно концепция, которая сегодня обсуждается, она в большей степени ориентируется на технические вузы, а не на гуманитарные. И вы говорили сегодня об инициативах снизу или об инициативах сверху, да, но было опять же приятно, что та инициатива, которая прозвучала, необходима концепция для гуманитарных наук, это первый шаг, серьезный первый шаг к интеграции того или иного образования науки. То есть, наверное, не нужна концепция гуманитарных наук, наверное, нужно эту дорабатывать, делать и в условиях развития тех сценариев, что происходят в Федеральном законе "Об образовании" новом, да, и тех тенденций, которые складываются на рынке.
Кроме того, мне сегодня понравилось выступление института городского психолого-педагогического, тот пример, когда... Правильно я сказал?
. Просто педагогический.
С. А, просто педагогический, когда гуманитарии создают свои малые инновационные предприятия. Но опять же, я хочу подчеркнуть, все-таки разработки и вклад в основной капитал был с Центром Келдыша, с наукой, и об этом не надо забывать. То есть мы не можем сегодня рассматривать...
. Педагогика - не наука. Эта Келдыша наука. Нет, но здесь не будем дискутировать, да, у нас, конечно, свое мнение
С. Нет. Я к тому, что при кооперации этих двух наук, да, получается действительно какой-то интересный реальный продукт. Сейчас нужно подумать о том, кто будет заказчиком под этот продукт, как вы сможете коммерциализировать ту или иную свою деятельность, да, и далее.
Коллеги, я не буду долго отвлекать вас на своем внимании, на своей личности. Но, кроме того, хотелось подчеркнуть одну вещь, что сейчас происходит. В условиях тех или иных кооперационных упражнений, которые сейчас происходят с компаниями и, прежде всего, техническими вузами по тем инструментам развития, которые я уже озвучил, действительно ощущается дефицит компетенций. Компетенций по управлению этими сложными инновационными проектами. Компетенций по подготовке того или иного рынка для той или иной продукции, которая будет создана через 5-7 лет.
И здесь, безусловно, те науки, как та же самая социология или специальность менеджмент должен включаться в полную силу. И те же упражнения, которые мы сейчас производим с Минэком по отношению к госкомпаниям, напомню, что в прошлом году президент и правительство поручили подготовить госкорпорациям программы инновационного развития. Сейчас 9 программ уже готовы и одобрены.
Мы действительно сейчас привлекаем туда большой достаточно пул вузов, которые ведут гуманитарную подготовку, по большей части это социология и менеджмент. И здесь нужно включаться в эту работу и интенсивно интегрироваться как с промышленностью, так и с техническими вузами. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо, Михаил Сергеевич.
Я предоставляю слово Николаю Николаевичу Михайлову, заместителю директора департамента профессионального образования Министерства образования и науки Российской Федерации. Пожалуйста, Николай Николаевич.
Добрый день, уважаемые коллеги!
Так сначала как-то я сидел, очень внимательно слушал, особенно когда говорили о том, что профильное министерство, там, там, тут плохо, там плохо. Я представляю департамент профессионального образования, который сегодня отвечает за всё профессиональное образование в нашем Министерстве образования и науки. И будучи человеком новым, позволю себе высказать позицию и нашего департамента в отношении обсуждаемой проблемы, и свою личную, если позволите, поскольку я ещё недавно был проректором вуза, и мне ваши боли и проблемы весьма знакомы. Вуз, где я работал, большой вуз, где довольно много гуманитарных специальностей и направлений. И, конечно, и педагогические тоже есть у нас специальности, поэтому я немножко понимаю.
Во-первых, хочу сказать, что, безусловно, та проблематика, которая сегодня обсуждается, и концепция, о которой говорили, и больше коллеги говорили об образовании в области гуманитарных наук, очень важная, и хорошо, что она сегодня поднимается. Но единственное, на что я хотел бы обратить ваше внимание, не надо забывать, что всё в мире развивается ритмично или циклично, как вам будет угодно. Говорили о том, что 30 лет назад было большое внимание к гуманитарным наукам.
Давайте вспомним 90-е годы, появление первого государственного образовательного стандарта. Боюсь ошибиться, но, наверное, 6-10 было специальностей у нас гуманитарных. История, журналистика, юриспруденция, и так далее, коллеги работали и помнят. А сколько сегодня? По новому перечню, который утверждён в 2009 году, гуманитарных направлений подготовки и специальностей - и 61.
Появилось очень много новых, в том числе африканистика, востоковедение, зарубежное ведение, и так далее, и так далее, изящные искусства. Это всё появилось когда? Это всё появилось относительно недавно. А плюс к этому ещё укрупнённая группа специальностей и направлений, экономика управления, они ведь тоже какое-то имеют отношение к нашему гуманитарному разговору.
А плюс искусство и культура. Кстати, искусство и культура больше всего в новом перечне специальностей и направлений подготовки - 63. И только 6 процентов студентов от всех студентов, которых принимают вузы, вузы, сузы Российской Федерации, 63. Гуманитарных - 61. Технических, они немножечко делятся, да, там энергетика, металлургия, и так далее. 6, 8, 10 в разных группах у них. То есть в принципе сегодня гуманитарные науки не обделены возможностями. То есть специальностей и направлений достаточно.
Конечно, сегодня мы, я как бывший проректор сожалею о том, что некоторые специальности ушли. Ведь все гуманитарные специальности стали направлениями. Но, с другой стороны, давайте посмотрим на вопросы трудоустройства наших специалистов.
Не зная, что нам сегодня будет, придётся встречаться, я на прошлой неделе побывал в двух вузах: в одном московском и в одном региональном вузе, и побывал на комиссиях по трудоустройству.
У нас же с вами по закону содействие трудоустройству, а не распределению. В этом региональном вузе экономисты, менеджеры распределились 99,8 процента. Ну как они распределились? Они принесли листочки, где написано: берут в эту компанию, берут в эту компанию. Работая в том вузе, я знал, что через год, приблизительно, 10-12 процентов этих выпускников остаются на рабочих местах.
Это проблема или нет? Это проблема. Педагоги - нужное дело. И мне кажется, что мы излишне иногда эмоционально говорим о том, что надо пединституты там закрывать, сокращать. Мы должны думать о будущем, детей скоро будет больше и потребуются учителя.
А сегодня, куда они деваются в регионах, я не говорю Москва? Я работал на факультете, из 25 человек выпуска прошлого года 13 сейчас работают в Москве. Они нашли здесь работу не по специальности, но они работают. Они работают, нашли здесь работу. Остальные 12 ищут, работают, кто-то, по-моему, 6 человек работают по специальности.
Куда деваются педагоги? Не хотят они идти в школу сельскую, зарплаты низкие, жилья не дают и так далее. Эта проблема, конечно, и наша, в том числе, нашего министерства. Мы должны решать. Но решать эту проблемы мы должны вместе.
Поэтому сегодня говорят о том, что сокращаем бюджетный набор, чтобы те бюджетники, которые учатся, они всё-таки находили себе работу в бюджетной сфере. Но законодательно это никак не закреплено. Он трудоустроился, а через три месяца оказался в другом месте.
Проблема, коллеги? Проблема. Поэтому, когда мы говорим о том, что министерство сокращает бюджетный набор, давайте всё-таки вместе думать о нашей ответственности, министерства, и ответственности вуза о том, а куда дети наши идут, и где они работают. Мне кажется, это очень важно.
Ещё один момент, о котором коллеги сегодня сказали, что, может быть, не будем это затрагивать, но, на самом деле, ведь огромный пласт работ учёных и преподавателей в гуманитарной и социально-экономической сфере, это работа по другим специальностям, по тем же техническим специальностям, культуры, искусства, по всем специальностям, это первый блок, так называемый, базовые дисциплины, вариативные дисциплины.
Ну, да, действительно новые стандарты дают, наверное, очень большую свободу вузам. А вузы-то готовы взять эту свободу? Как показывает опыт этого года, они не готовы принять эту свободу. Дайте нам чётко, чтобы в первом блоке было написано: история, философия, иностранный язык, социология, культурология, конфликтология и так далее, 10-12 тех, которые были. Это отдано вузам.
Уважаемые коллеги, если руководитель вуза, его помощники, проректора по учебной и другой работе, позволяют себе что-то нарушать, ведь там написано чётко, в компетенциях, что студент должен обладать компетенцией, знать историю Отечество, и так далее. По социологии есть, ещё что-то там такое. Значит, ваши руководители или их помощники находят путь, чтобы заменить дисциплины, которые там подразумевало УМО, на какие-то другие. Ну, наверное, находят. Я из тех слов, которые сказали коллеги, понял, да, видимо, они находят. Тогда, конечно, нам нужно этим вопросом активно заниматься вместе с учебно-методическими объединениями.
Ну раз заговорили об этом вопросе, я хочу вам сказать, что ещё в декабре прошлого года судьба учебно-методических объединений была совершенно непонятна. Ну как-то в министерстве об этом мы забыли. И УМО пошло на нет, кто-то занимался, кто-то не занимался. Сегодня я вам могу кратенько доложить, что сегодня на уровне министра, на уровне нашего совета этот вопрос обсуждён, готовится, наверное, на днях будет подписан приказ о комиссии, которая должна утвердить типовое положение об учебно-методическом объединении и научно-методическом совете. И дальше начнется работа с советами. Всего их 77 сегодня, УМО. Больше половины из них последние 5 лет ничего не делало. Но это они объясняют это так. От нас отобрали функцию подготовки федеральных государственных стандартов, нашли так называемые базовые вузы. Но ведь никто из них не отбирал у них функций учебно-методического объединения.
Учебно-методическое объединение классических университетов или в той же Бауманке, или в авиационном университете ну и так далее. Эти УМО работали и продолжают работать. И они помогают министерству, они много сделали сегодня для сообщества. А другие просто ничего не делали, а сейчас пишут нам письма: "Просим переутвердить".
Будет комиссия, которая скажет: вот УМО работало и будет продолжать работать, а это УМО не работало. Будут новые УМО, конечно, и, может быть, они будут не только в Москве и Санкт-Петербурге. Думаю, что в течение двух месяцев мы эту работу закончим и начнем с учебно-методическими объединениями конкретную работу.
Ещё один, коллеги, вопрос. Я понимаю, что немножко занимаю ваше время. Это дополнительное профессиональное образование в области гуманитарных наук. Давайте подумаем, куда оно делось. Коллега, кто-то говорил там о том, что надо нам учить, научать и так далее.
Ведь сегодня мы говорим, в основном говорим, может быть, это тезис, может быть, это любимый тезис президента "образование через всю жизнь". Но ведь на самом деле это так. А сегодня получилось так. Наш выпускник закончил университет, магистратуру, скажем, и вроде бы все. А где он будет потом повышать свою квалификацию? Вы скажете, да у нас, в университете, в этом университете, в том университете, на курсе, на заводах. Конечно, и получит документ негосударственного образца. А мы с вами всю жизнь, по крайней мере, я думаю, что большинство из нас привыкли к тому, что мы получаем документ государственного образца. 100 часов или 72 часа, но государственный образец. А теперь по закону нет этого.
Мы должны создавать с вами федеральные государственные требования на каждую программу повышения квалификации и переподготовки, а их нет. Есть федеральные государственные стандарты, а ФГТ нет. Но на сегодняшний день министерством утверждены три ФГТ. Это водители, медиаторы и ещё кто-то.
Сейчас мы три недели обсуждаем этот вопрос с сообществом. Приглашаем директоров институтов переподготовки и повышения квалификации, специалистов из вузов. Все говорят: "Да, нужно. Да, нужно сделать". Другие говорят: "Нам нужно вернуть дополнительную квалификацию "преподаватель", "преподаватель высшей школы", "переводчик в сфере профессиональной коммуникации". Коллеги, нет ничего. Вы можете, пожалуйста, ведите, но вы выдаете диплом вашего университета. А если мы хотим с вами идти дальше и выдавать государственный диплом, значит, давайте взаимодействовать с министерством. Мы готовы этим заниматься, но в министерстве сегодня нет таких специалистов, которые взяли бы сели и написали ФГТ или стандарт.
Сейчас мы получили шесть новых стандартов: четыре из МГУ и два из других вузов. Они инициативно сделаны, присланы к нам в министерство. Сейчас мы их разослали в соответствующие учреждения, не в вузы для того, чтобы написали на них рецензию. И будет совет по стандартам, который будет утверждать.
Этот процесс живой. Мы-то думали, когда пришел три месяца назад в министерство, я думал, все, слава богу, закончили работу со стандартами, плохо, но закончили. И сейчас мы их утвердим, поправим, а, оказывается, работа живая. Стандарты появляются. И они, видимо, будут еще появляться. Но они должны появляться не так, чтобы мне захотелось или вам кому-то захотелось, а захотелось работодателю, потому что мы должны понимать с вами. Закончил человек, но я не помню там, прикладная механика. Кто его возьмет на работу? Или он получил диплом и пошел с ним по стране или за рубеж. То есть понимаете? Работа живая, она дальше продолжается, но ответственность наша с вами повышается.
И последнее, уважаемые коллеги, и на этом я, с вашего разрешения, закончу, это то, что я начал говорить о содействии трудоустройству.
Уважаемые коллеги, но, наверное, это мое обращение, прежде всего, к руководителям вузов и к их замам. Это серьезнейшая работа, которая нам предстоит в ближайшее время. Когда мы говорим об инженерах, коллеги тут сказали об этом, и в принципе я думаю, что это верно.
Единственное, 30 марта состоялось больше заседание, мы получили документы. Мы должны вернуть в стандарты министерству квалификацию инженер. Ну, если кто чуть-чуть с технических вузов, коллеги, представляют себе, там написано "специалист". Ну, хорошо, специалист, ещё куда ни шло – инженер, или точка инженер. А как быть с бакалаврами? Понимаете? Он не может быть инженером. Вот вопрос.
Тогда, коллеги, давайте вспомним, как мы с вами начинали эту работу пять-шесть лет назад. Тоже говорили, не нужно, не нужно, но не смогли убедить.
Поэтому сегодня вынуждены будем выходить из этой ситуации. И 111 специальностей, которые остались в перечне подготовки, (а это в основном военные специальности, спецслужб специальности и так далее), они некоторые, не все, но некоторые, там где техническое, они получат квалификацию инженер. 16 мая Совет по стандартам, мы вносим изменения, и будут инженеры. А те несчастные, нефтяное дело, да, бакалавр нефтяного дела?
Председательствующий. Если можно, давайте...
Уважаемые коллеги, ну, я закончил. Спасибо. Извините, что долго, но у нас тоже в министерстве наболело.
Председательствующий. Николай Николаевич, спасибо.
Я бы выделил то позитивное, что сказано Николаем Николаевичем об УМО, как человек, отдавший тоже около 20-ти лет работе в УМО по филологии вместе с Еленой Николаевной, я это воспринимаю очень позитивно и думаю, что какой-то островок стабильности у нас всё-таки есть.
Сейчас слово имеет Наиля Рамазановна Маликова - доктор социологических наук, профессор кафедры теории истории и социологии РГГУ.
Спасибо, Дмитрий Петрович.
Ну, что же мне приходится выступать в конце и это замечательно. Потому что есть возможность, во-первых, сказать, что я разделяю позицию и опасение по поводу ярко выраженного... характера концепции обсуждаемой, которые высказали Нуру Серикович Кирабаев, Елена Николаевна Ковтун и многие другие. И позволить себе конкретизировать это опасение, глядя на проблемы сквозь призму профессора классического гуманитарного университета, чтобы задаться вопросом: а есть ли в концепции место ведению потенциала этого инновационного, социально-гуманитарного знания?
Ну, во-первых, сразу же начиная с преамбулы. Первые же три позиции ставят перед нами первые вопросы. Потому что формулируя цели, задачи ярко технологического повышения вклада вузов. Ну почему, задаёмся вопросом, только технологическую модернизацию и реального сектора экономики? А социальное развитие, которое включает в себя и этот реальный сектор экономики, как один из сфер жизни, куда всё это подевалось?
В общем мировые тенденции развития научно-исследовательской инновационной деятельности в высших вузах высшего профессионального образования посвящён второй раздел. И здесь тоже посмотрите, когда мы говорим о том, что мы должны включиться и освоить модель глобального научно-исследовательского университета, мы теряем попутно очень хорошенькое слово "образование" и образовательный компонент вообще. И оставляем только центры коммуникаций, бизнес-сообщество и государство. Всё это было бы хорошо.
И в третьем разделе концепции, когда мы видим вначале критику советского опыта, указание на её тесную связь в государственной отраслевой экономике, то тут же в следующих абзацах мы вдруг встречаем мысли, тезисы о технологической модернизации без каких-либо источников инновационных идей в сфере социального и гуманитарного развития, то, о чём говорил Нуру Серикович Кирабаев. И получается так, что вновь возникает идея модернизационного развития и создания партнёров "Сколково", но без социально-гуманитарного знания.
В разделе четвёртом Минобрнауки оставляет за собой функции посредника по разработке рекомендаций нам грешным, работающим в вузах. Но опять же, как и раньше, посредника по кооперации с предприятиями и организациями отраслей экономики. Простите, я не вижу тут никакого реального продвижения за последние 50 лет в этом направлении. Основа для наращивания инновационных прикладных компетенций видится в связи с фундаментальной наукой, с РАН, с другими государственными академиями. Это замечательно. Но РГНФ, у которого несчастный один миллиард, он же адресован ещё и на поддержку научно-исследовательских проектов фундаментальных в этих академических учреждениях, а для вузов-то - по остаточному принципу. И они-то финансируются, а на нашу долю практически ничего не остается. Ну, в нашем РГГУ есть вузовская программа поддержки научно-исследовательских проектов. Дмитрий Петрович не даст соврать, он - руководитель этой программы. Максимум девять проектов может поддержать вуз, даже такой хороший, передовой, как наш, и то максимум по 200 тысяч на них. Сами понимаете, что тут можно сделать.
Пятый раздел программы - основные направления и этапы реализации. И тут идут действительно благие замыслы. А благим замыслам должны либо содействовать, либо не соответствовать социально-ресурсное обеспечение модернизации вузов. Говорить даже об этом не буду, потому что видите, что курсивом выделены ключевые идеи концепции, а с чем это сталкивается? Необходимо делать шаги по усилению специализации, прагментации вуза, а не по укрупнению организационных единиц.
На деле возьмем Московский государственный университет. На наших глазах возникли десятки новых факультетов, новых кафедр. Почему они создаются? Для этой самой интеграции? Нет, они создаются под персоны определенные. В основе программ развития вузов пишется концепция, их коррекция должна лежать внешняя, в том числе и международная экспертиза научно-исследовательских проектов и образовательных программ. С чем мы сталкиваемся на практике? С паническим страхом, боязнью даже внутренней, а не то, что внешней международной экспертизы, когда некоторая часть, ну, чего греха таить, есть такая часть преподавательского, профессорско-преподавательского состава, боится открытых лекций, требует обязательных комплементарных рецензий, отзывов, оценок, завышения оценок. И это вроде бы глас божий, глас народа..., коллективов. В концепции говорится: следует преодолевать, это мне больше всего понравилось, традицию инбридинга, привлечения на работу собственных выпускников. Когда речь идет об инбридинге коневодства, то это, как говорится, хорошо кровных лошадок, да, из своей конюшни первоклассных выводить. Но зачастую ведь вынуждены делать этот инбридинг и оставлять в вузе не самых лучших, а иногда середнячков, лояльных и получается, что это инбридинг посредственности, который по кругу закрыт, конкурс для внешних конкурентоспособных, для открытой конкуренции, и идет имитационное конкурсное замещение должностей.
В концепции говорится также о секторе дополнительного профессионального образования. Но почему в этом случае мы говорим, вернее, концепция говорит о повышении квалификации работников предприятий. У нас что, нет частного государственного сектора, где люди работают в интеллектуальной сфере, в том числе и гуманитарной? Всё.
Следующий слайд. Я даже не буду комментировать. Первым дело - самолеты, ну, а общество и вся гуманитарная сфера - потом.
Ну и главное, на что уже обращала внимание профессор Алексеева. Это седьмой раздел - "Индикаторы успешности реализации концепции". И тут до боли знакомые плановые показатели в процентах, в удвоении объема, цитируемости, заказных НИОКР, но по отношению к чему, а, самое главное, в концепции нет даже попыток разработать абсолютно необходимую часть, это финансирование отдельной строкой всех этих благих... желаний, без этого все эти положения заходят в тупик точно так же, как и предполагаемые шаги по реализации задач концепции, они обозначены, но шагов по действительно внедрению этих шагов нет.
Ну и самая большая наша, как говорится, болячка - это открытость и готовность к инновациям, к переменам самого профессорско-преподавательского состава.
Нет слов, это надо делать. Но, когда мы переходим к анализу инновационного, интерактивного обучения, а это тоже основная задача ориентации социальных и гуманитарных наук, мы почему-то молчим и не отстаиваем ту безусловную позицию, про которую начисто забыли разработчики концепции, что критическое мышление, без которого инновационного мышления не бывает, это мышление социальное. И вымывая весь социально-гуманитарный блок, мы никаких инноваторов в других сферах тоже не создадим.
Наша общая задача, пожалуйста, мне кажется, партисипаторный подход. И Елена Николаевна в своих, как говорится, курсах по развитию компетенции об этом говорила, проблемно-ориентированного обучения и так далее. И тут, конечно, нужно пропустить всех тех, кто годами не ходил и не хотел переобучаться через систему повышения квалификации в ведущих инновационных вузах.
Ну и опыт методического обеспечения, на этом я не буду останавливаться. И коротко последний слайд. Это стандарты третьего поколения, пожалуйста. Что позитивно? Это то, что некоторые вузы, в том числе и наш, был создан консорциум ведущих российских вузов по разработке этих стандартов третьего поколения. И там действительно сохраняется значительная степень свободы, которую предоставляет вузам этот стандарт.
Но с чем мы сталкиваемся на деле? Те самые, истосковавшиеся УМО, пять лет, которые ничего не делали, ну им хочется до боли сохранить свои директивные, как говорится, начинания, желание порулить у них осталось. И с этим ничего не поделаешь.
Ну и, наконец, чтобы повеселить публику, это последний слайд. Это рисунок. Иллюстрация к очередной технологической модернизации концепции без социально-гуманитарной экспертизы, сопровождается таким весёленьким слайдиком, когда жила-была одна команда гребцов, после нескольких месяцев они пришли к заключению, что наша команда имеет слишком много капитанов и слишком мало гребцов.
И на основании этого анализа они сделали предложение, структуру нашей команды надо поменять. Но, а концепцию, конечно, надо не просто дорабатывать, а изначально перерабатывать, потому что она грешит очень основательными методологическими погрешностями. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо большое.
Я думаю, что уже есть время, у нас наступило время перейти к обсуждению, к сожалению. Уже больше больших реплик, мы не имеем возможности предоставить говорить присутствующим.
Я одно слово скажу, а после этого несколько выступлений по одной-полторы минуты.
Понятно, что, наверное, можно суммировать очень много из того, что сегодня сказано во фразе о том, что концепция всё-таки носит ну такой, не технократический, но техноцентрический характер. Это безусловный факт. Но во многих выступлениях звучало какое-то противопоставление, что нужно как бы одеяло перетащить на себя. Ведь я, я хотел бы, чтобы мы от этого ушли.
Ведь гуманитарии - это такие пожарники, санитары лесов, да? Человеческий фактор появляется в любой технологии. Он встроен в любую технологию. Клонирование - это биология или этика? Атомная бомба - это, что физика или та же этика? Интернет - это что? Экономика - это что? И так далее, и так далее.
Речь о том, чтобы застолбить за гуманитарными науками функцию, встроенную в высокие технологии, традиционные высокие технологии. Если этого не будет, то тогда системы безопасности подводных лодок будут убивать людей, а не предохранять от пожаров. В этом всё дело.
Пожарники и представители санэпидемстанций неизбежно инспектируют любые проекты, связанные с самыми высокими технологиями.
Если эта функция пожарника, этого гаранта, эксперта у гуманитария будет отнята, то тогда мы, конечно, будем иметь дело со всеми проявлениями кризиса, которыми нас сегодня не пугали, не стращали, но о которых очень многие коллеги говорили.
К этому, может быть, хотелось бы вернуться. Сейчас, буквально, 2-3 реплики. Я дам слово для них сначала Андрею Римовичу Тузикову, пожалуйста.
Председательствующий. Полторы.
Полторы?
Значит, тогда три тезиса.
Тезис первый. То, что мы сегодня наблюдаем, это победа сторонников Ландау, который делил науки на сверхъестественные - математика, естественные - физика, химия, биология и противоестественные - это все гуманитарные.
И, естественно, возникает вопрос о месте. Ведь в прошлые годы гуманитарные науки были либо уделом, так сказать, элитариев, Оксфорд, Кембридж базировались именно на гуманитарных науках, либо в советское время это было часть идеологической номенклатуры будь то низкого порядка учительство: история, например, будь то более высокого порядка: кафедра истории КПСС и марксизма в вузах.
После этого как бы возникла ситуация невостребованности. Массмедиа гораздо более эффективно выполняет идеологическую функцию с точки зрения властей. Зачем тогда нужны все гуманитарии? Они попытались сами себе зарабатывать деньги, возник вопрос о непрофильности.
Правда, я поддерживаю коллегу из Саратова. Это ещё вопрос, кто более проблемен в трудоустройстве. Исследование Высшей школы экономики недавнее показало, что 70 процентов инженеров не работают по специальности.
А я могу зацитировать Германию. В кризисе германском наиболее меньшие страдания от безработицы испытывают именно экономисты и социологи за счёт того, что широкий системный взгляд на обстоятельства.
И я абсолютно согласен сейчас с коллегой, который говорил, что как бы новое перспективное место для социально-гуманитарных наук - это видение любых аспектов технического развития, как инструментов решения социальных проблем.
В конце концов, действительно нет чисто технических проблем. Никогда бы на атомную бомбу президент Рузвельт не дал денег, если бы она не была вписана в контекст социально-политического конфликта мирового тогда.
И хочу академика Лигасова процитировать, он очень как бы, на мой взгляд, удачно сформулировал тот выход, который как бы может получить нынешние гуманитарные знания. Я скажу: как, сейчас.
Лигасов пишет: "Автомобили (и любая техника, добавим) нужны, если смотреть в корень, не для езды и даже не для перевозок, а сами эти перевозки нужны для удовлетворения конечных потребностей общества. Там пусть исполнители решают, как эти конечные потребности удовлетворить: прицепами, челночными рейсами, переходом на более близко лежащее сырьё или как-то ещё".
Сейчас, соответственно, большой, на мой взгляд, ресурс лежит в магистерских программах. Как раз магистерские программы можно форматировать, как социо-экономико-управленческо-технические. И здесь ГОСы третьего поколения как раз позволяют это сделать.
Это, мне кажется, та ниша, на которой мы сейчас можем попытаться себя заново утвердить.
Председательствующий. Спасибо большое.
Александр Георгиевич Щёлкин. Если я правильно произношу фамилию.
Г. Совершенно верно.
Спасибо.
Петербург. Социологический институт Российской академии наук.
Я не о том, о чём здесь действительно нужно и важно говорить - об инфраструктуре образовательного процесса, связанного с окладами, с заорганизованностью, бюрократизацией и так далее, и так далее. Я два слова только о концептуальных дебрях, в которые погрузилось само гуманитарное сообщество.
И это видно уже на том факте, что на трёх страницах обязательного минимума содержания основных образовательных программ в сфере обществознания нет одной важной темы, очень важной идеи, категории, называйте, как хотите, которая сегодня даёт о себе знать таким образом, что в мире, и России это особенно касается, идёт процесс, который социальные философы называют новым варварством или децивилизацией.
Этот процесс очень опасный. Он коснулся, к сожалению, и западного мира, когда экономика, политическая структура, духовная жизнь, техника, всё нуждается в определённом критерии смыслообразования.
И как раз одна из категорий, которая сейчас звучит несколько анонимно, я её не называю, но именно она и отсутствует. Речь идёт о важной идеи цивилизации. Поэтому если разруха действительно не только в инфраструктуре и прочих вещах, которые являются условиями успеха в образовательном процессе, но и в концептуальной неразберихе, то я бы зафиксировал это таким образом. Мы потеряли, у нас похитили, мы добровольно отдали очень важную категорию цивилизации, цивилизационности и критерия цивилизации. Оказывается, эта категория, она, как образовательная категория, прекрасно ложится на пафос обучающихся с их романтизмом, с их идеализмом, с их естественной потребностью в цивилизованных, а не...
Председательствующий. Александр Георгиевич, довольно далеко от темы.
Г. Всё, всё. Нет, это просто...
Председательствующий. Очень важные вещи, но у нас концепция.
Г. Хорошо. Значит, если в этой концепции не будет, как сейчас мы можем зафиксировать, этого важного направления, я не понимаю, почему, направление и категория цивилизации, то мы совершаем здесь добровольную ошибку.
Председательствующий. Понятная, ясная мысль. Коллеги, больше я не могу выбрать, потому что остались невыступившими много людей, поэтому если кто-то, может быть, один ещё, одна реплика будет, и на этом завершим.
Ярская- Елена Ярская-Смирнова, Высшая школа экономики.
Я просто маленькую реплику о том, что иногда решения в сфере высшего образования, и даже очень часто, особенно гуманитарного образования, теперь не применяются, принимаются тем же ручным способом, как и многие у нас решения в сфере управления, государственного в том числе. Приведу пример со специальностью социальная антропология.
Сегодня уже говорилось о том, что у нас было открыто в 90-е годы и сейчас в 2000-е годы очень много важных, актуальных, и современных, и классических, и прекрасных специальностей. Социальная антропология была открыта в самом начале 90-х годов, все, наверное, знают, все гуманитарии здесь, насколько это вообще, с более чем столетней историей, мировая дисциплина научная, и во многих вузах, многие вузы Америки, Англии, Европы гордятся этой специальностью. Так сейчас она закрыта, потому что министерство приняло решение ручным способом, так сказать, сократить количество направлений и не включило социальную антропологию в число новых этих направлений социально-гуманитарных, и так далее. В бакалавриате, я имею в виду.
Что ещё здесь интересно, нужно сказать, что когда вводили эту специальность, так же, кстати, как и многие другие, то никаким образом это не согласовали со списком, с реестром, государственным реестром должностей служащих и профессий рабочих. То есть такой профессии у нас нет. Я думаю, что многие другие гуманитарии сейчас узнают похожую ситуацию. Поэтому у нас, и не только потому, что на рынке выгоднее искать, на рынке труда, какие-то места, более такие, так сказать, прикормленные, но ещё и потому, что таких должностей-то у нас нет и профессий таких нет.
Мне кажется, здесь как раз нужен не только какой-то консенсус, конечно, я здесь беру во многом вину на нас, на гуманитариев, которые между собой не договорились и не смогли защитить, отстоять это направление в бакалавриате, социальная антропология. Но здесь я хочу сказать, есть и дефект управления именно на правительственном уровне, потому что такие вещи нужно согласовывать. Чтобы была специальность и не было такой работы, извините, это не очень, я считаю, разумно. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо.
Теперь заключительное слово я с удовольствием предоставляю Николаю Владимировичу Левичеву, сопредседателю Общественного совета по гуманитарным наукам при Комитете по науке и наукоёмким технологиям Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.
Спасибо. Уважаемые коллеги, я понимаю, что все устали и многие недовольны тем, что не удалось высказаться в полной мере. Из этого я делаю один простой вывод: надо чаще встречаться. На встрече с председателем правительства перед подготовкой его отчёта в Государственной Думе мне удалось несколько простых мыслей пропедалировать. Мысль о том, что нужно срочно спасать школьных учителей, получила дальнейшее развитие.
А мысль, которую я пытался провести, что статус профессора у нас упал, как принято говорить, ниже плинтуса, Татьяна Александровна, мне пока не удалось превратить в такое цунами. Поэтому чем чаще мы будем эти темы поднимать, пусть даже в узком кругу, тем больше шансов, что какое-то давление на принимающих решение будет достаточно эффективным.
Что касается бакалавров нефтяного дела, откликаясь на Николая Николаевича, я в востоковедении, честно признаюсь, не очень много понимаю, но что такое бакалавр в области китаеведения, я вообще себе не могу представить. Это я в адрес Владимира Михайловича говорю. Но и Игорю Ивановичу Ошмарину я могу признаться публично, что я не только физик по первому образованию, я ещё на вступительном экзамене на физический факультет Ленинградского университета писал сочинение на свободную тему, называлась она "Физики и лирики". Иногда не знаешь, какая тема тебя будет преследовать всю жизнь, поэтому я надеюсь, что когда-нибудь мне удастся написать мемуары на тему "Наука и общество".
Поэтому, уважаемые коллеги, мы, конечно, постараемся обобщить все то, что здесь было сказано. Постараемся также обобщить то, что здесь не было сказано, если вы нам в этом поможете. Пришлите в электронной форме секретарю нашего совета Наталье Михайловне Великой все свои соображения, размышления, комментарии и предложения по обсуждающейся концепции. Мы постараемся, чтобы результаты этого обсуждения с помощью Николая Николаевича дошли до руководства Министерства образования.
В остальном хочется закончить на оптимистической ноте. Раз сегодня здесь собралось столько людей заинтересованных, значит еще для отечественной гуманитарной науки не все потеряно.
Спасибо.
Председательствующий. Спасибо большое. И всего доброго.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 |
